О магических фантах, огневиски и долге чести

Голова гудела, как корабельный колокол. Болезненно морщась, Оливер Вуд со стоном разлепил веки, моргнул, смотря в качающиеся потолок и стены. — Блядь, — прохрипел умирающим голосом и помассировал виски. С трудом сел на кровати, облизнул пересохшие губы. Память рябила и дёргалась, будто в агонии, подкидывая образы и картинки вчерашней вечеринки в честь наступающего Рождества: орущая в общей гостиной музыка, толпа пьяных старшекурсников, хохот, крики, скабрезные шуточки. Танцующие на столе Фред с Джорджем в костюмах поющих сосисок. Акробатический этюд от Анжелины и Кэти, едва не закончившийся переломом голени у первой. И загадочная коробка с подарками для квиддичной команды от анонимного дарителя. Откуда она взялась, никто не знал, но настроения всем прибавила, хотя внутри не было ничего особенного... Кажется. Сладости, смазка для мётел на всю команду, ещё какая-то фигня. «Фанты», — прошелестело в мозгу подлым голоском, и Оливер чуть не взвыл, закрывая руками лицо и валясь обратно на кровать. Точно! В чёртовой коробке, помимо прочего, обнаружилась круглая баночка с яркими бумажками. Оливер видел подобные в лавках Косой аллеи, работали они просто: вытаскиваешь бумажку из банки, загадываешь желание, водящий его выполняет и тянет следующую. Отказаться нельзя, иначе следует магическое наказание. В принципе, для приличной компании эти фанты не были опасны, вот только где подвыпившая толпа гриффиндорцев, а где — приличия! И если вспомнить, что они орали на кураже, активируя фанты... По спине побежали капли холодного пота. Оливер сглотнул, судорожно пытаясь вспомнить все озвученные вчера задания. Он чётко знал, что они играли, но, хоть убей, в памяти не отложилось никакого позора. Может, обошлось и задания оказались невинными? Они их по-быстрому выполнили и продолжили гулянку. Или... Нет, там под конец, кажется, Перси припёрся и разогнал всех по спальням. Или... — Да сука, — мучительно просипел Оливер, понятия не имея, что вообще было и чем закончилось. — Хули я так нажрался... Он сунул руку в карман мятой мантии (в которой так и спал всю ночь, видимо, не имея сил раздеться), чтобы достать палочку и наколдовать себе стакан воды, и неожиданно выгреб наружу целый ворох замусоленных бумажных клочков, развернул один. «Надеть короткую юбку с белыми гольфами и попрыгать», — гласила красивая надпись с завитушками. Буквы нещадно расплывались, и Оливер тупо пялился на них, чтобы собрать в кучу, а когда сумел, едва не заорал матом. Поспешно закопался в записках, трясущимися пальцами разворачивая одну за другой. Перед глазами замелькали обрывки фраз, заставляя волосы шевелиться от ужаса. «Исполнить настоящий стриптиз...» Блядь. «Сосать леденец, как в порно, перед представителем своего пола...» Блядь! «Проползти на четвереньках перед слизеринцем...» Блядь, блядь, блядь!!! «Пролететь голым на метле...» — Ну, это ещё ничего, — в отчаянии пробормотал Оливер, пытаясь хоть как-то утешить себя. — Это можно и ночью, чтобы никто не видел... наверное. Сука, как так-то... Почему я?! К счастью, была и хорошая новость: остальные фанты оказались пустыми. Мысленно поблагодарив Перси за то, что вовремя — почти! — разогнал их посиделки, Оливер в полном раздрае запихнул весь этот мусор обратно в карман и пулей вылетел из спальни. По случаю рождественских каникул, на занятия спешить было не надо, и ему срочно требовалось побыть одному, чтобы прийти в себя и хорошенько всё обдумать. * * * Грустное уединение на Астрономической башне, куда Оливер забурился в надежде, что ни одному придурку, кроме него, не придёт в голову припереться сюда в Сочельник, нарушилось самым прозаичным образом: с лестницы послышались глухие шаги, и через секунду на пороге возник Маркус Флинт. С ним они были не друзья, не враги, могли порой пообщаться без мата, иногда дрались, а в остальное время беззлобно переругивались. Оливер напрягся, пытаясь вспомнить, какой у них характер общения на данный момент. Флинт, наткнувшись на него взглядом, отшатнулся от неожиданности, но сразу взял себя в руки и с угрюмой рожей шагнул через порог. — Ты здесь какого хрена? — бросил грубо, но без привычного огонька. — Убирайся. — Охуел? — возмутился тот столь же вяло. — Это не твоя башня, и я первый сюда пришёл. — Мне по хую. — Вот и проваливай. Игнорируя посыл, Флинт молча прошествовал к окну, застыл там, отрешённо глядя в пасмурное небо. — Чё у тебя стряслось, Вуди? — спросил вдруг, не поворачивая головы. — Не твоё дело. — А всё-таки? — упорствовал тот. — С каких пор ты такой внимательный и чуткий? — умышленно съязвил Оливер, чтобы вывести тролля из себя и покончить с душеспасительной беседой. Ему от этого стало не по себе, ругаться проще и комфортнее. — Наверняка какая-нибудь мелкая хуйня, а ты и нюни распустил, — глубокомысленно изрёк тот. Провокацию словно не заметил, и вообще выглядел странно загруженным. — Да уж куда моим проблемам до твоих, — устало отмахнулся Оливер. — Ты же пуп земли, остальные так, чернь. — Может быть. — Флинт неожиданно улыбнулся, правда, слабо. — Только не в этот раз. Я, блядь, влип, — признался вдруг честно. Внезапная откровенность произвела закономерный эффект, Оливеру стало любопытно. — Мерлин, у тебя-то что? — забросил он пробную удочку. — Я могу помочь? — Не думаю, — мотнул тот головой. — Хотя... Нет, точно на хуй. Лучше сдохнуть. — Эй, ты чего? — почти в испуге затормошил его Оливер. — Всё так серьёзно? Болезнь, долги? Магическая немощь? — Не, — по-прежнему отрешённый и равнодушный, а оттого ещё больше пугающий, усмехнулся тот. — В игру поиграли с одногруппниками. Теперь всем крышка. У Оливера начали закрадываться первые подозрения. — Случайно не в магические фанты? — уточнил он. Флинт резко развернулся, впервые проявляя интерес к разговору. — С чего ты взял? — процедил, на глазах превращаясь из инертного зомби в привычного агрессивного громилу, схватил его за грудки. — Вы шпионили за нами? Что ты знаешь об этом, говори! — Ничего я не знаю, идиот, — с досадой огрызнулся Оливер, не пытаясь вырваться из хватки. — Просто... мы вчера тоже поиграли. — То есть? — не догнал Флинт. Уже догадавшись, что к чему, Оливер подумал, что скрывать не имеет смысла. Может, удастся с Флинтом договориться? Отстой, конечно, но что ещё делать? Надо решать проблему. — У нас вчера была рождественская вечеринка, — начал он медленно. — И в какой-то момент в гостиной — хрен пойми откуда! — появилась праздничная коробка. В ней всякие подарки, а самое главное — магические фанты. Мы были пьяные, сам понимаешь... — Он развёл руками. — Я сегодня утром как увидел, что натворил, чуть не завыл. У тебя то же самое, да? — Откуда эта ебучая коробка взялась! — не думая отпираться, прошипел Флинт. — Наши все клянутся, что это не они. — Видимо, не врут, — заключил Оливер. — Раз уж и нам этот подарочек подбросили. Наверное, и рейвенкловцам с хаффлпаффцами тоже. — Это меня мало утешает, — окрысился тот. — Поймаю — удушу гада. — Никто не виноват, что мы такие идиоты, — возразил склонный к справедливости Оливер. Рассеянно достал из кармана злосчастные фанты, перебирая в пальцах. — Игра безобидная, просто бухать надо в меру. — Покажи, чё там у тебя. — Не успел Оливер среагировать, Флинт ловко выдернул бумажки у него из руки, быстро пробежал задания глазами. Хмыкнул, качая головой. — Детский лепет, Вуди. У нас всё не так наивно. — Всегда знал, что в Слизерине одни извращенцы, — парировал тот мрачно. — Ну, и что у тебя за задания? Поделись. Тот замялся. — Нет, — качнул головой и — поверить невозможно! — слегка покраснел. У Оливера едва не упала челюсть. Чтобы этот тролль смущался? Никогда. Просто, нахуй, потому что. Выходит, у него реально жопа? Тот подтвердил его сумбурные мысли: — Там это... пиздец, короче. Ещё и Гриффиндор в эту хрень замазали, как вы Слизерин. Фантазии ноль что у вас, что у нас. Оливер завёл глаза. — Флинт, ты, блядь, придурок, — выдал в сердцах. — Всё равно придётся показать! Как ты собираешься их выполнять при мне, чтобы я не узнал? Завяжешь глаза и уши? — Бля, — оживился тот, — верно! Слушай! В фантах конкретно не указано, чтобы обязательно смотрели, можно обмануть магию. Ты, сука, гений, Вуд! — Он осёкся, ловя скептичный взгляд, и сдулся. — Если бы ты ещё согласился... — Да твою мать! — не выдержал Оливер. — Что там у тебя такое? Убить и расчленить Филча? Изнасиловать оборотня? Выебать себя метлой? — Чё?! — в полном ахуе прервал Флинт бурный поток фантазий. — Совсем спятил? И кто из нас извращенец? — А хрен ли ты интриги наводишь, — пробурчал тот сконфуженно. — Я предположил самое худшее. — По-твоему, мы способны такое загадать? — Флинт покрутил пальцем у виска. — Ты псих, что ли? — Сам псих, — отрезал Оливер, выпрямился и скрестил руки на груди. — Хорошо, давай так: ты мне показываешь все свои задания, а я, так и быть, соглашусь закрыть глаза и заткнуть уши, когда ты будешь их выполнять. Что бы там ни было. Договорились? — Ты серьёзно? — Флинт воспрял духом, посмотрел недоверчиво. — Не бесплатно, да? — усмехнулся криво. — Что я буду тебе за это должен? Или тоже не смотреть, как ты... — Да похуй, — поймав знакомый бесшабашный кураж, когда море по колено, отмахнулся тот. — Я не такое ссыкло, как ты, финтить не буду. Только дашь непреложный обет, что никому не растреплешь. — Я не ссыкло! — рявкнул явно задетый за живое Флинт. — Оно самое, — хладнокровно возразил Оливер. — Не парься, мне насрать. Смелость и честность — они не для каждого, так что... — Завали хлебало! — окончательно взбесился тот. Сжал кулаки, подаваясь вперёд, но усилием воли сдержался: видимо, понимал, что если сейчас устроит драку, лишится выгодной сделки и единственного шанса с наименьшими потерями выпутаться из ситуации. Зажмурился, подышал на счёт. — Козёл, блядь. Если вы, гриффы, смелость от тупости отличать не научились, какой с вас спрос. — Ладно, хватит, — не обидевшись, Оливер деловито перешёл к сути. — Ты согласен или разбегаемся? Флинт какое-то время молча сверлил его взглядом, но в конце концов кивнул: — Согласен. Сегодня в девять, в пустом классе Нумерологии. — Почему там? — удивился Оливер. — Потому что он пустой, еблан, — по-прежнему злясь, буркнул Флинт. — И потому что туда точно никто не заявится. — Проверял? — догадливо ухмыльнулся Оливер, намекающе выгнув брови. Флинт в ответ выставил средний палец и, не удостаивая больше своим драгоценным вниманием, свалил. * * * Пришлось признать: место Флинт выбрал идеальное. Дальний коридор, глухая часть замка, вряд ли кто-то сюда забредёт. К тому же народу в Хогвартсе сейчас немного, все разъехались на каникулы. Тихо матерясь, он бросил на ближайшую парту заранее заготовленные атрибуты для выполнения своих заданий. Из сумки выпала блядская юбка, и Оливер густо покраснел. Какой стыд. Почему он не согласился утром на предложение Флинта тоже отвернуться, а решил выебнуться с грёбаной честностью-смелостью! Придурок, блин. Флинт был полностью прав насчёт него, но Оливер скорее бы съел свои ботинки, чем признал очевидное. Снаружи послышались гулкие шаги, и через секунду в дверном проёме возник его товарищ по несчастью, угрюмый и взвинченный, молча шагнул в аудиторию, запечатывая на ходу дверь заклинанием. Замешкался у порога. — Начнём? — Угу, — еле слышно пробубнил Оливер, чувствуя, как частит пульс. — Ты первый, — известил его Флинт, трансфигурировал стул в глубокое кресло и расположился на нём с вальяжным видом. Оливер подозрительно прищурился. — Покажи задания, — потребовал тихо. — Вдруг ты всё напиздел, а я... — На! — не глядя, тот выхватил из кармана ворох записок и с каменным лицом протянул ему. По волевым скулам вновь начал расползаться нездоровый румянец, и Оливеру было жуть как любопытно, что же там такого из простой детской игры нахуевертили Флинту его добрые сокурсники, что того так корёжит. Он развернул первую бумажку, вторую, третью... и открыл рот, чувствуя, как глаза лезут из орбит. — Бля, — выдохнул поражённо. — Да вы ебанулись наглухо! Флинт, это пиздец. Пиздец! — А то я не понял. — ...О’кей, ладно, в вашем слизерятнике все на голову отбитые, — не слушая, продолжал тот. — Вам лишь бы подставить друг друга и поржать, но ты сам! Куда смотрел, когда соглашался? Ты дебил, нет? — Мы были в дрова, — скорбно отозвался Флинт. — После четырёх бутылок огневиски о какой адекватности речь, Вуди? Если ты думаешь, что я один попал, то ошибаешься. Мы в эту хуйню до победного рубились, пока бумажки не закончились. И теперь все в дерьме по уши. У вас не так? — Не... Не знаю. — Оливер растерялся, лишь теперь осознавая, что понятия не имеет, какие фанты получили другие и что с ними делают. Он весь день избегал общения с друзьями, сгорая со стыда за свой идиотизм, поэтому не потрудился выяснить ситуацию. Ему и без того казалось, что все на него пялятся, шепчутся, смеются за спиной. — Хер с ним. — Флинту было очевидно поебать на гриффиндорские перипетии общения и хотелось побыстрее отделаться от грядущего унижения. — Начинай, Вуди. Тот на деревянных ногах подошёл к парте, где оставил сумку, зарылся в неё, ясно осознавая, что тупо тянет время. — Заснул? — поторопил Флинт, и он раздражённо рявкнул: — Поймай тишину, блядь! На удивление, тот реально заткнулся. Засопел, как громамонт, терпеливо ожидая, когда его партнёр по авантюре соберётся с духом. Наконец Оливер решился, справедливо полагая, что перед смертью не надышишься. Медленно взял в руки юбку, вытянул из сумки дурацкие гольфы, наколдованные из носков, и развернулся к Флинту. — Будешь смотреть, как я переодеваюсь? — Чё такого? — пожал плечами тот. — Ты сам сказал, что не слабак, что честный, смелый и прочее. Или всё-таки ссышь? — Пошёл на хуй. — Потупившись, Оливер быстро разулся и резко, пока совсем не стушевался, спустил штаны с трусами, кое-как втиснулся в тесную юбку. Гольфы ещё эти ебучие! Закончив, Оливер выставил подбородок, смотря с вызовом, готовый отражать град насмешек. Однако ничего подобного не произошло, Флинт просто сидел и таращился на него, явно потеряв дар речи. — Чего вылупился, мужика в юбке не видел? — неуклюже пошутил Оливер, с трудом сохраняя самообладание. — Вообще-то нет, — подтвердил Флинт, усмехнулся беззлобно. — Знаешь, Вуди, тебе даже идёт. — Ты на что намекаешь, козлина? — Злость вспыхнула моментально, Оливер был настолько смущён и взвинчен, что хватило малейшей искры, чтобы завестись. — Я тебе что — баба?! — Ты не баба, а псих, — спокойно осадил его Флинт. — Я всего лишь сказал, что ты не выглядишь нелепо в этом тряпье. В отличие, например, от меня. И фигура класс, Вуди. Я думал, ты хлюпик, а у тебя рельеф. Оливер стеснённо переступил с ноги на ногу, неосознанно потянул подол чересчур короткой юбки вниз, чтобы хоть как-то прикрыться. — С чего это ты такой добрый, — пробормотал еле слышно. — Эм, спасибо. В воздухе повисла пауза. Вскинув глаза, Оливер обнаружил, что Флинт опять залип на нём и даже не замечает этого, жадно облизывая губы. Дикий стыд на секунду отступил, поглощённый внезапной волной возбуждения. Возбуждения! Вот только этого ему не хватало! Стыд обрушился с новой силой, Оливер не просто покраснел, а заполыхал, как факел, лицо и шею так запекло, словно он залез в духовку. Отпираться было глупо, Флинт ему нравился. Точнее, раньше нравился — курсе на пятом. Или на шестом. Ну, может, и на седьмом тоже, но самую капельку. И то давно уже прошло. Флинт — не тот человек, к которому стоило испытывать симпатию, а показывать свою слабость вообще смерти подобно, сожрёт и не подавится. Поэтому постепенно симпатия сошла на нет, трансформируясь в странные взаимоотношения, состоящие из бесконечных подъёбок — сначала неприязненных и злобных, потом всё больше чисто на приколе. И теперь такая подстава от организма! Стараясь взять себя в руки, Оливер запрыгал на месте, исполняя задание до конца, но никак не мог отделаться от мысли, что член точно видно из-под сучьей юбки. Скорее бы её снять! — Всё, — объявил он, — исполнено. Что дальше? — А? — Флинт хлопнул глазами, выныривая из своей нирваны, сфокусировал мутный взгляд. — А, да, — вспомнил рассеянно. — Это... Стриптиз, там... Леденец пососать, кажется... Ещё проползти на четвереньках... И что-то ещё, я забыл. От озвученного списка стало тошно. В который раз. Оливер потянулся к палочке, намереваясь хотя бы вернуть себе нормальную одежду. — Оставь, — вдруг хрипло произнёс Флинт. Оливер недоуменно выгнул брови. — Зачем? — Ну, — тот на секунду стушевался, но сразу расплылся в ухмылке, — ты всё равно засветился, какая теперь разница? А мне нравится, выглядишь зашибись. Охренев от наглости, Оливер набычился. — Я здесь не ради твоего удовольствия, мудак! — Да ладно тебе, Вуди, — примирительно пробормотал тот. — Чё ты орёшь сразу... — Ещё слово — и хер тебе я буду отворачиваться, когда настанет твоя очередь! — продолжил разоряться Оливер. — Полюбуюсь на зрелище, не сомневайся! — В смысле, блядь? — Флинт побледнел от ярости. — Ты слово дал, у нас сделка. — Я хуй положу, — пообещал Оливер. — Магически мы сделку не скрепляли, а слово... Я дал, я и обратно возьму. Флинт оторопело уставился на него, впервые на памяти Оливера по-настоящему растерявшись. Обычно-то он за словом в карман не лез и вообще был редкостным говнюком. — Ты... — Он помотал головой. — Ну, ты и... — Именно, — отрезал Оливер. — Поэтому, не беси меня, если хочешь честной игры. — Понял я, понял, — расстроенно пробубнил тот с побитым видом. Да что происходит? Неужто Флинту так не терпится унизить его посильнее? Они, конечно, не приятели, зато оба сейчас в незавидном положении. И Флинт хоть и подлый гадёныш, но не настолько. Может... ему реально нравилось? Ситуация или даже сам Оливер? Внизу живота снова томно потянуло, отдавая дрожью в затылок. В голову внезапно пришла идея. Оливер задумчиво посмотрел на Флинта и широко улыбнулся. — Хотя... — начал он аккуратно, — знаешь, если тебе так хочется, могу пойти навстречу. — Что взамен? — молниеносно сообразил Флинт. — Посмотрю на выполнение твоего первого задания, — ровно произнёс Оливер. — Не торопись, подумай. Ну, какого хрена, ты ведь правильно сказал: мы конкретно влипли, дальше позориться некуда. Не имеет значения, увижу я что-то или нет. Всё равно я буду знать. Понимаешь? — Ага. — Значит, согласен? — Нет. На миг укололо острым разочарованием, но вообще ответ был предсказуем. Тяжело вздохнув, Оливер смирился. — О’кей, забыли. — Он потянулся к штанам с футболкой, чтобы всё-таки одеться. — Вуди, стой, — в последний момент затормозил его Флинт. На него при этом не смотрел, предпочитая сверлить глазами стену. Громко сглотнул, покусывая губы. — Ладно, — процедил недовольно. — По рукам. Поздно пить тыквенный сок, когда почки отвалились. Предпочтя оставить это без комментариев, чтобы не спугнуть удачу, Оливер лишь коротко кивнул. — Давай, Вуд, на четвереньки, — велел Флинт чудным тоном и наконец посмотрел в глаза. — Ползи. — А хуй тебе не пососать, — проворчал Оливер, но деваться было некуда, не Флинт придумал этот треш. Тот хмыкнул. — Леденец пососи, — предложил весело. — Хотя и насчёт хуя я не против, — брякнул вдруг и осёкся, неловко ёрзая. — Шутка, — добавил поспешно. — Кретин, — заключил Оливер, решив не вдаваться в анализ чужих поведенческих реакций. Своих проблем по горло. Однако идея за раз выполнить сразу два задания ему пришлась по душе. Призвав магией из сумки вишнёвый леденец, купленный в Хогсмиде, он распаковал его и нарочито медленно погрузил в рот, пошло облизал языком, надеясь, что это выглядит достаточно порнографично, чтобы задание засчиталось. Флинт опять завис. Хлопал ресницами, неотрывно наблюдая за его действиями, и часто дышал, приоткрыв рот. Мысленно вздохнув, Оливер с сокрушённым стоном неохотно опустился на колени, затем на четвереньки и, посасывая леденец, с грацией хромого соплохвоста кое-как прополз мимо Флинта, стараясь не думать, как выглядит в такой позе в милипиздрической юбочке и без трусов. Пиздец, Флинт наверняка засечёт его стояк! «Пусть мне всё это просто снится, — с безнадёжностью воззвал он мысленно непонятно к кому. — Ну, пожалуйста!» Только одна мысль грела — Флинту придётся гораздо хуже. Совсем скоро. Приободрившись, Оливер поднялся на ноги, с изумлением замечая, что стеснение почти полностью прошло и ему стало откровенно по фигу на происходящее. Наверное, у каждого человека есть предел, после которого наступает глубокий похер, вот и он дождался. — Готово, — громко известил Оливер пространство. — Теперь стриптиз. Имей в виду, я в жизни никогда не танцевал. Так что за качество не ручаюсь. — Похуй, Вуди, — задушенно выдал Флинт, снова беспокойно елозя по креслу: весь красный и потный, пальцы мелко подрагивали, а в широко распахнутых глазах плескалась почти паника. Оливер заметил и нахмурился. — Ты чего? — спросил глухо. — Всё нормально? — Угм, — промычал тот сквозь зубы, стиснул пальцы на подлокотниках, и это ещё больше насторожило. Оливер решительно подошёл к нему вплотную и, склонившись, как заботливая медсестра, внимательно оглядел. Флинт отреагировал нетипично: шарахнулся, как от чумы, вжимаясь в кресло. — Флинт, по-моему, тебе плохо, — констатировал Оливер. — Может, в больничное крыло? — Не надо, — торопливо заверил тот. Оливер навис над ним ниже, едва не упираясь лбом в лоб. — Ты врёшь, — сообщил очевидное. — Где болит, быстро говори. О! — осенило его, — наверное, это фанты. Ты пока не выполнил ни одного, вдруг наказание начинает действовать? Правда, обычно срок три дня, а не прошло и двух, но мало ли. Надо ускориться... — Вуд, засохни, — поморщился Флинт. — Харэ стрекотать, как сорока. Ничего у меня не болит, отвали. — Болит, — упорствовал Оливер. — Я же вижу. Что у тебя... — Да блядь! — взорвался Флинт. — Член болит! — Он вскочил на ноги и рывком скинул мантию, демонстрируя себя. Брюки в паху натянулись так, что ткань трещала. И до Оливера наконец допёрло. Он едва не хлопнул себя по лбу. Почему он такой тупой, а? Не заметить, что Флинт тоже пускает на него слюни! — Ну? — нарушил паузу Флинт, мрачно косясь исподлобья. Напряжённый до предела, он явно ожидал кулака в морду и посыла в пешее эротическое. — Чё молчишь, давай, ори, какой я извращенец. Оливер судорожно соображал, что делать. Раз уж выяснилось, что Флинт... ну, тоже неравнодушен, то, возможно, это судьба? — Давно это у тебя? — спросил тихо. — В смысле, не сейчас, а... — Давно, — перебил тот. — Я и к тебе подошёл поэтому. Подумал, вдруг это мой шанс. — А... — Слушай, Вуд... заткнись, — обречённо попросил Флинт, помедлил секунду и поплёлся к выходу. — Я знаю, что ты мне хочешь сказать, так что я лучше... — Куда, бля?! — гаркнул тот. Флинт обернулся. Оливер толкнул его в грудь, навалился, прижимая к стене. — Охуел, что ли? На мой позор полюбовался и решил соскочить? Хрен! — Так я... — Хуя! — припечатал Оливер. — Раздевайся, блядь. Пора и тебе свою часть исполнить. Всё в силе, я смотрю на первое задание. — А твой стриптиз? — явно ошалев от его напора, уточнил Флинт. Оливер расплылся в ухмылке. — Позже, красавчик, — пообещал приторно-медовым голосом. — Сначала ты. Только... — он смущённо замялся, чувствуя, как немеет язык, — видишь ли, я тоже... — и замолк, не в силах произнести вслух. Стрёмно было признаваться, даже если уже и знал, что всё взаимно. — Чего? Мысленно сделав фейспалм от его тупости, Оливер, опустил взгляд на свой пах. Стоящий колом член красноречиво поднимал подол юбки. Как Флинт этого до сих пор не заметил — загадка. Слепой он, что ли? Тот зачарованно вылупился, вздрогнул, наконец сложив два и два, поднял глаза. — Ты серьёзно? — Нет, это такой юмор, — огрызнулся Оливер. — Идиот. Тот ощерился. — А у тебя давно? — возвратил заданный ранее вопрос. — С пятого курса, — прямо ответил Оливер, махнув рукой на всё. Надоело притворяться. Флинт замер столбом, переваривая заявление. — Я не знал, — сказал негромко. — Иначе давно бы к тебе подкатил. — Что ж не подкатил? — подначил Оливер. — Вдруг бы ты послал? — резонно аргументировал тот. — Мне тогда пришлось бы тебя убить, чтобы не растрепал. — Я же говорил, что ты ссыкло. — Заткнись, мудила! — моментально вызверился Флинт, буквально физически не способный слушать о своей вероятной трусости. Раньше за малейшую подъёбку в эту сторону Оливеру неизменно прилетало в табло, сейчас, видимо, у него появились привилегии. Или по краешку ходил. Тот ехидно ухмыльнулся. — Сам-то тоже ничего не сделал. — Сейчас не об этом, — довольно скалясь, дипломатично съехал с темы Оливер. Шагнул к Флинту и, схватив за затылок, притянул к себе, впился в рот поцелуем. Флинт сразу ответил, возбуждённо сопя, жёсткие ладони жадно зашарили по голому телу, трогая везде — бесстыдно и сладко. Оливер застонал, с трудом отстраняясь. — Я очень хочу тебя, — признался, хрипло дыша. — Давай поскорее разделаемся с нашей проблемой. Сейчас твоя очередь. Вот стринги, вот свечи, вот зажимы для сосков и лёд. И вот он я — твой зритель-гриффиндорец. Приступай, — и упал в кресло, где до этого восседал Флинт. Теперь, когда карты были раскрыты, возбуждение так кипело внутри, что вокруг всё качалось и плыло. От предвкушения на ногах поджались пальцы. Флинт кисло скривился. — Как думаешь, это сильно больно? — Не припомню, чтобы ты боялся боли. — Хуй знает, — честно ответил тот. — Фингал в драке — это одно, а яйца воском поливать и лёд в жопу пихать... — Он поморщился. — Зажимы ещё эти блядские! Убью Пьюси! Это он загадал, грёбаный ублюдок. — Выполнишь — потом убьёшь, — утешил Оливер. — Начинай уже. Флинт помедлил какое-то время, решаясь, затем кивнул сам себе и, закрыв глаза, решительно взялся за ремень брюк... * * * Следующий день выдался для Оливера куда более приятным, чем накануне. Во-первых, никакого похмелья, а во-вторых... Он удовлетворённо вздохнул, вспоминая вчерашнюю ночь. И Флинта. Возбуждённого, смущённого, злобного, охуенного и такого развратного, что утренний стояк у Оливера случился совсем не из-за утра. Конечно, с фантами они конкретно подставились, но если бы не это — хер бы им удалось замутить. Два долбоёба, столько времени промотали! С мечтательной улыбкой предаваясь отвязным воспоминаниям, он спустился в гостиную, где обнаружились только Фред с Джорджем и Перси с толстенной книгой на коленях, клюющий носом у камина. — Хэй, кэп! — приветственно помахал ему рукой один из близнецов. — Ты куда пропал, мы тебя вчера весь день не видели! — «Куда», — передразнил Оливер. — Разгребал последствия нашей вечеринки. В общем, так, — постановил твёрдо, — для всех, кто играет в квиддич, больше никакого алкоголя! Про кого узнаю — вылетит из команды быстрее, чем снитч в небо. — Почему?! — завопили на два голоса близнецы. — Потому что, — исчерпывающе ответил Оливер. — Пить нормально не умеем, вот почему. Устроили херню с магическими фантами, я чуть не сдох, когда утром их нашёл. Еле выкрутился. Братья переглянулись с загадочным видом, уставились на него во все глаза. — Кэп, — осторожно начал Джордж, — ты совсем ничего не помнишь? — Что я должен помнить? — раздражённо отозвался тот. — Как мы с пьяных шар геморрой себе заработали? — Олли, понимаешь, тут такое дело... — Фред пожевал губу, старательно пряча улыбку. — Мы как бы начали играть в эти фанты, хором выкрикивали задания, но потом решили, что на хер нам такое исполнять. Ты же сам и решил. Сгрёб бумажки в карман, чтобы выкинуть. А ты что... — он запнулся, — исполнял? Кровь ударила в голову, и Оливер почувствовал, как горячо стало щекам. Блядь, какой же он еблан! — Нет, — уверенно пошёл в отказ. — Просто... эм... — Не парься, кэп, — великодушно избавил его от мучительных объяснений Джордж и подмигнул. — Не хочешь говорить — не надо. — И мы никому ни словечка, — поддакнул ему Фред. — В обмен на условие. — Какое? — машинально спросил Оливер, понимая, что прямо сейчас сдал себя с потрохами. Впрочем, уже не важно. — Раз уж с бухлом продолбался только ты, — хитро прищурился Джордж, — несправедливо наказывать всю команду. Как считаешь? — Проехали, — мрачно выдал Оливер, как никогда прежде ощущая себя ослом. Впрочем, настроение выровнялось, стоило вспомнить о Флинте. Если уж начистоту, Оливер не захотел бы ничего менять, даже предложи ему кто исправить. Он ни о чём не жалел. «Интересно, — пришла в голову мысль, — у Флинта его фанты были настоящие или тоже фальшивые?» Зная, на какие грязные развлечения способны слизеры, Оливер поставил бы на первое, но выяснить у Флинта не помешает. Прямо сегодня.