***
Сакалин обычная старшеклассница 14-ти лет, всегда жила в семье Сано, но у вас нет родителей. на место родительских фигур встал 23-х летний старший брат Шиничиро, заботливый паренек с природным мятежом в натуре. у девушки также есть брат Майки, которому 15 лет и 13-ти летняя младшая сестренка Эмма. кого не спроси, все скажут в один голос что семья ваша любящая и заботливая, но вот только есть проблемы, о которых принято молчать. комплексы, кому не знакомо? их самое множество, кто-то обладатель сомнений в собственной полноценности, другие же плачутся о недостоинствах внешности даренные природой, а фортуна Сакалин пала на тело. толстой назвать ее трудно, она обладатель абсолютно нормальной фигуры для подростка, но вот только ни понять, ни принять этого ей не дано. изо дня в день носка только мешковатой одежды, старания меньше есть, а зачастую и вовсе голодать превратились в серую рутину с осознанием которой просыпаешься каждое утро. на фоне типичного образа тихони, белокурая девчонка редко когда скажет хоть слово сверстникам, что и способствовало столкновению с буллингом. стресс сподвигает человека на многое, особенно человека с неокрепшей психикой и привычкой все замалчивать, что и привело ее к лезвию. чувство вины — та еще заноза в заднице. вина это то к чему она уже привыкла, часть неразбавленной рутины, чувство которое появляется тогда, где ты ожидаешь его меньше всего, и именно то что заставляет ее держать собственную семью в неведении. вина сподвигает к молчанию, молчание есть результат страха, а что вызывает страх? не редко белокурая девочка размышляет, как бы отреагировал старший брат если бы заметил ее руки? а что бы сказал непобедимый Майки на то что его сестренку забивают в школе? а посчитала бы милая Эмма ее хорошим примером для подражания? — вот оно, разочарование. и оно служит неплохой мотивацией держать язык за зубами.***
Однажды вечером буднего дня девушка сидела на скамейке в своем любимом месте что сопровождает покой и только отдаленный гул совы вдалеке. На улице не так давно стемнело, холодный ветер проходился по бледному лицу Сакалин словно наждачка, лишь тепло тлеющей сигареты обжигало пальцы. тело дрожало, она вновь забыла надеть куртку, и белокурая уже опаздывала на ужин, но на данный момент это вне забот девочки. выпуская горький дым она выкурила свою первую сигарету в новом году, небольшое облако покинуло бледные губы. сделав последнюю затяжку сигарета упала на пол и была растоптана подошвой белых кроссовок запятнанных разводами крови. поморщившись от неприятного привкуса, и быстро схватив школьный рюкзак, Сакалин поспешила вернуться домой, но не успела она и встать со скамьи как почувствовала руку на своем плече со спины. оглянувшись, на нее смотрел блондинистый юноша с обсидиановыми глазами, теплый шарф на его шее развивался на ветру а куртка расстегнута на распашку. -Майки, ты чего расстегнутый, ты ведь замерзнешь,- черноглазка пробормотала с легким хмуром на лице, потянувшись чтоб застегнуть ветровку брата, на что тот отмахнулся, и проигнорировав вопрос сестры повел ее в сторону дома, заводя разговор. -а ты тут одна бродишь, уже стемнело, разве Шин не говорил тебе вернуться домой сразу после уроков?,- Манжиро стянул шарф с шеи и накинул на ее плечи, замечая что она и вовсе без верхней одежды, в такую-то погоду. ступив за порог дома она тяжко вздохнула чувствуя как усталость берет над ней верх, и лениво стянула шарф с плеч, бросая его на полку в прихожей. из кухни доносился вкусный запах еды, белокурая прошла и застала старшего брата за плитой. Шиничиро задал ей привычные вопросы о том как дела в школе, и все ли в порядке, на что получил идентичные положительные ответы, которые никогда не отличались от вчерашних. стоя там, прислонившись к столешнице, несколько минут молчания тревожно проскользнули через кухню. отстраненный взгляд Сакалин перелился в задумчивость и нерешительность, когда что-то подтолкнуло девочку перестать молчать, рассказать или, по крайней мере, намекнуть, что не все в порядке, но она вновь прикусила язык, напоминая себе, что не сможет говорить о таком. взгляд упал на брата, который продолжал готовить еду с нежной улыбкой на губах и тихо напевал какую-то мелодию. сердце заболело от одной только мысли что он мог бы быть в ней разочарован узнав о недуге. а что подумает Майки? а малышка Эмма? - они бы меня не поняли. поток мыслей закружился в голове в ногу с внутренней борьбой за или против, и когда черноглазка уже почти открыла рот чтоб заговорить, ее потревожили звонкий смех и шумные шаги врывающиеся в гостиную. конечно, должно быть Майки и Эмма вновь спорят из-за какой-то мелочи. тяжело вздохнув, будучи прерванной, она тихо наблюдала за двумя комками мятежа и веселья бушующих неподалек, ощущая на себе обеспокоенный взгляд старшего Сано.