Пылающие небеса

      Наверное, мне пора перестать себе врать. Киллуа харизматичен. Очень красив. Очень. Горяч. Я уже много лет ловлю себя на мысли, что моя душа хочет от него больше, чем простой дружбы. Конечно, я ценю наши узы и благодарен ему. Но всё же, чувствую некую неопределённость. Вот, например, та ситуация две недели назад, когда мы провели целую ночь вместе на озере. Это же было невероятно романтично! Я держал Киллуа за руку, и он никак не сопротивлялся. Мы смущённо смотрели друг на друга, и мне казалось, что между нами вспыхнула искра. Я потом несколько дней не мог найти себе места, мне хотелось снова оказаться в той сладкой сказке и побыть наедине с ним и, возможно, я бы мог предложить Киллу свои руку, сердце, да хоть всего себя! Белый Принц (таково было его прозвище в столице) и его храбрый Рыцарь. Ах! Всевышний, за что же ты посылаешь мне такие жуткие испытания. Моя хрупкая душа не выдержит такого. Я не знаю, что должен делать. Признаться ему? А что, если он меня отвергнет и тогда будет страдать, думая, что его действия мучают меня, и мне придется разлучиться с ним навсегда? А что, если он согласится и кто-нибудь об этом узнает? Тогда для герцога это станет страшным позором, который он никогда не сможет смыть! Что же мне делать? Я проклинаю всех, кто осуждает настоящую любовь, без разницы между кем она, ведь для меня главное, какая она. Прошу, Всевышний, помоги мне попасть туда, где у нас будет место под солнцем. Хотя рано мне мечтать «о нас»… Эх, как же я хочу почувствовать его тепло, как тогда, после хорошей попойки с Гоном. Тогда мне хватило смелости лечь с ним в обнимку, и это было незабываемо. Мои губы почти касались его нежной шеи, я чувствовал его запах, и это окрыляло меня. Интересно, чем он всё-таки занимался тем утром и так ли моё ехидство было далеко от истины? В любом случае, мне надо будет дождаться окончания бала. Если Киллуа всё же выберет дочь Эвираль, то я через всю свою никчёмную жизнь пронесу эти чувства и не позволю ему страдать вместе со мной. Не хочу, чтобы проклятие со зловещим и леденящим душу названием «одиночество» нависло над Киллу…       Всё же я отбросил мрачные мысли. В этот день я должен был сиять, словно золотая брошь, увенчивающая костюм моего герцога. К слову о нём. Киллуа был одет в роскошный белый костюм, который выглядел поистине великолепно. Он был сшит из тончайшего шелка, который мягко струился при каждом его движении, отражая свет и создавая эффект лёгкого мерцания. Костюм был идеально скроен, подчеркивая его стройную фигуру и придавая ему аристократический вид. На лацканах пиджака сделаны изысканные вышивки, выполненные серебряными нитями, которые добавляли роскоши и элегантности. Его чёрные туфли из мягкой кожи и излучали блеск, как будто они были только что отполированы. Что особенно подчеркивало красоту образа, так это его белоснежные волосы, которые струились по шее, словно светлые волны. Их сияние гармонично сочеталось с цветом костюма, создавая эффектный контраст и окружая герцога аурой неведомой магии. Когда он двигался, волосы и костюм словно танцевали в унисон, привлекая взгляды окружающих и заставляя моё сердце замирать от восхищения!       — Ты сегодня особенно великолепен, Киллуа, — искренне улыбнувшись, сделал я комплемент.       — Ты тоже сегодня очень хорош, Джейми! — улыбнувшись в ответ, произнёс герцог. — Прямо-таки похититель женских сердец.       Я стоял перед зеркалом и, глядя на своё отражение, не мог не восхититься тем, как ярко выглядел в своём костюме: на мне был алый камзол с широкими рукавами и чёрные свободные брюки. Этот наряд был смелым и вызывающим, ярким, словно пламя, готовое разгореться. Я оставил верхнюю часть расстегнутой, оголив сильную грудь, что придавало образу ещё больше дерзости и обнажало шрам, оставленный Джином Фриксом два года назад. Моя кожа слегка поблёскивала, и я надеялся, что смогу приковать взгляд одного человека. Этот костюм не просто одежда — это выражение моей внутренней силы и страсти. Я был готов покорить мир и преподнести его похитившему моё сердце Киллу…

***

      Примерно в девять вечера мы прибыли на бал. Дворец госпожи Эвираль хоть и не был столь велик в сравнении с королевскими резиденциями, но тоже излучал атмосферу роскоши и утончённости. Его фасад был выполнен из светлого мрамора, который переливался в свете фонарей. Каждый элемент экстерьера был тщательно продуман: изящные колонны поддерживали балконы, украшенные резьбой, а витражные окна добавляли яркие акценты.       Перед главным входом нас встретил управляющий в элегантном чёрном сюртуке. Его седые волосы были гладко зачёсаны назад.       — Здравствуйте-с, — немного поклонившись произнёс мужчина, — Ваше Превосходительство Киллуа Золдик и господин Джейми Лилиот.       (Да, моей фамилией стало название герцогства, и это страшно раздражало)       — С нами ещё один непредвиденный гость, — уверенно сказал Киллуа. — Надеюсь, он сможет пройти с нами?       — Конечно-конечно, проходите-с, — улыбнувшись и элегантно указав раскрытыми ладонями на вход, протянул он. — Густав, проведи дорогих гостей в кабинет Её Светлости, она уже ждёт их.       Дворецкий невысокого роста любезно проводил нас внутрь.       Каждый уголок дворца госпожи Эвираль был наполнен шармом и элегантностью, внутри царила атмосфера уюта и изысканности. Просторные залы были оформлены дорогими тканями и антикварной мебелью, каждая деталь говорила о прекрасном вкусе своей владелицы. Мраморные полы отражали свет, создавая ощущение простора, а роскошные ковры добавляли тепла и комфорта. И все эти пространства были заняты различной аристократией, как западной, так и восточной, что для нас было в новинку.       — Прошу-с, — громко и чётко, открыв массивную дубовую дверь, воскликнул дворецкий, — работал у госпожи совсем недавно, судя по поведению — после чего удалился.       Мы оказались в комнате с красными стенами, украшенными различными картинами известных авторов, с высоким потолком, инкрустированным золотыми орнаментами. Посередине стоял большой лакированный стол из красного кедра, за противоположной от нас стороной которого сидела владелица дворца. Это была женщина на вид лет тридцати: чёткие скулы, длинные идеально прямые волосы холодного оттенка блонда, пышные формы, подчёркиваемые её вызывающим красным платьем с большим декольте.       — Госпожа, — грациозно поклонился Киллуа, после чего она протянула ему руку, на которой было надето множество колец с драгоценными камнями и которую он слегка поцеловал.       — Ваша Светлость, — ехидно сказал я, после чего повторил действия герцога, — вы прекрасны как никогда!       — Здравствуйте-здравствуйте, — игриво улыбнулась она. — Сладки плоды наконец созрели и теперь страстно манят своим медовым ароматом.       Гон изумлённо смотрел на неё, будто не до конца осознавая, с кем он встретился. Он нерешительно поклонился и поздоровался.       — Итак, сегодня у меня в гостях Белый Принц, его Рыцарь в доспехах и кое-кто мне незнакомый, — сказала она и подошла к Гону, положив руку ему на плечо. — И кто же это божественно очаровательное существо?       — Это Гон Лилиот, — чётко отрезал Киллу, — мой второй защитник и ученик Джейми.       Он сказал так, потому что я напомнил ему, что Гон однофамилец знаменитого Джина Фрикса, который перешёл на сторону сепаратистов в колонии на Изначальном Материке, поэтому во избежание путаницы и лишних вопросов мы договорились представлять его так.       — Так наш гордый одинокий волк нашёл себе сквайера! — с интересом сказала Эвираль, рассматривая Фрикса с разных сторон.       — Это скорее он нашёл меня…       — Ха, ты не изменился Джейми, — сказала она, после чего обратилась к герцогу. — Мой будущий зятёк, твоя невеста ждёт тебя. Не заставляй даму ждать! Мои слуги проводят тебя к ней.       Парень даже не заметил, как быстро оказался за дверью кабинета, где остались только мы с Гоном.       — Одни уши ушли, — выдохнула она. — Присаживайся Джейми. Твоего малыша тоже выпроводить? Я хотела бы рассказать тебе кое-что важное, и, возможно, ты не захочешь, чтобы он это слышал.       Конечно, я сильно ревновал к Гону. Но в последнее время я стал относиться к нему терпимее. Влияние Киллуа? Возможно. Всё же мне не нравилось, как быстро эта ведьма выгнала моего возлюбленного. В этом дворце собрались самые сильные люди нашего мира, и поэтому я чувствовал себя неспокойно. Но герцог мог за себя постоять. Он был объективно слабее меня, только вот разница между нами была невелика, и из честного поединка я бы вышел полуживым. По этой причине я решил оставить Гона при себе. Всё-таки Киллу им дорожит и сильно расстроится, если с ним что-то случится.       — Он останется.       — Тогда мы приступим!       Гон выглядел немного растерянным. Он, вероятно, не ожидал, что я решу «спасти» его да ещё и соглашусь говорить на конфиденциальные темы при нём. Фрикс ёрзал на стуле и я видел, как он потирал край своего пиджака. Это место и атмосфера определённо выбивали его из колеи.       — Джейми, ты так напряжён. Пытаешься это скрыть, но твои глаза выдают тебя. Признайся, ты так оделся, чтобы стать моим двадцать вторым мужем?       — Ваша Светлость, это относится к теме разговора?       Эвираль неожиданно села на край стола. В этот раз её эпатажное поведение достигло новых высот.       — Напрямую. Ты ни разу не был в борделе, как, впрочем, и Киллуа. Но он, в отличие от тебя, голубых кровей и хранит своё семя для достойных его уровня.       С каждым словом, она всё дальше забиралась на стол, а Гон, напротив, всё ниже стекал со стула. Я же чувствовал некую злость на эту женщину, но всё же старался не подавать виду.       — Обычно телохранители таких персон очень богаты, и им некуда девать свои деньги. А ещё ты молод, и мужчин, особенно в таком возрасте, интересует только одно…       В этот момент она уже оказалась прямо передо мной и, немного склонившись со стола, произнесла:       — Ты такой благородный. Дожидаешься своей любви…       — Я не испытываю похоти!       На самом деле, это была откровенная ложь. Но я не должен был дать догадаться этой жуткой женщине о своих намерениях.       — И ты хотел бы попробовать втроём, со своим сквайером. На первый взгляд он невинен, но внутри него таится первородный грех.       Гон был уже чуть ли не пунцовый. Он практически съехал со стула. Эвираль стала его палачом, и паренёк хотел, чтобы эта экзекуция наконец закончилась.       — И всё же о чём вы хотели поговорить? — раздражённо настаивал я.       — Скучный! — воскликнула она, будто молодая простодушная девушка. — У тебя были такие возможности, а ты всё как непробиваемый камень.       — Сочту за комплимент.       Она вернулась на своё положенное место и опять оказалась за противоположным от нас краем стола.       — Что для тебя любовь? — неожиданно спросила она. Этот вопрос прижал меня, словно пятитонная мраморная плита. Мои мысли были расплывчаты. С одной стороны, я думал о том, что сейчас происходит с Киллуа, комфортно ли ему и будет ли что-то между ними, а с другой — я должен был защищать своё достоинство здесь, перед Эвираль.       — Для меня это… — неуверенно начал я, — преданность и способность защитить то, что ты и в правду любишь. Ведь когда твой любимый человек не в безопасности, как можно сохранять внутреннее спокойствие. Быть для человека каменной стеной, защищающей от любых невзгод — вот что для меня любовь!       И только закончив свою фразу, я осознал, какую грубейшую, фатальную ошибку совершил. Женщина приподняла брови и вопросительно посмотрела на меня.       — Так мальчик всё же влюбился, — прошептала она.       Тут я и застыл. Меня приковала к стулу тысяча невидимых цепей. Тело от кончиков пальцев до самого сердца заледенело. Я оказался в ловушке по собственной же глупости.       — Теперь я вижу картину целиком… Вы можете идти в бальный зал. Я скоро приду, подождите меня на балкончике.

***

      Я вышел из её кабинета, словно зачарованный: медленно передвигал ногами и двигался вперёд с пустым взглядом, направленным в никуда. Когда мы дошли до балкончика, я облокотился на него и наконец смог перевести дух. Люди, собравшиеся в зале, уже танцевали медленный и неторопливый танец. Среди этой толпы я увидел Киллуа с его невестой. Как бы я хотел оказаться на её месте. Надеюсь, она ценит то время, которое она проводит с таким замечательным человеком…       — Что случилось, Джейми, — обеспокоено сказал Гон, — тебе плохо?       — Просто отвратительно, — с унынием ответил я.       — Эта женщина…       Уже через мгновение кто-то дёрнул меня за руку, и я от неожиданности чуть не упал.       — Сегодня ты мой партнёр, — уверенно произнесла Эвираль, — выдержишь танец со мной, и я, возможно, расскажу тебе кое-что интересное!       И что это могло значить? И всё же, несмотря на все сомнения, я приободрился. Танец — это моя стихия. В Крепости Ровен мы с Киллуа много времени провели за изучением этого искусства. Поэтому я решительно согласился, оставив Гона одного на балконе.        Мы с Эвираль сильно выделялись среди чёрно-белой толпы, и когда мы спустились в зал, то приковали к себе всё внимание. Слышались то поражённые вздохи, то удивлённые восклицания. Госпожа окликнула дирижёра и велела ему сыграть «что-нибудь пылкое и бодрое». Перед тем как всё началось я несознательно стал искать белые пряди Киллу, но к сожалению, он был где-то вглуби толпы…       Я стоял напротив госпожи Эвираль, готовясь к танцу, который обещал стать чем-то особенным. Музыка заполнила пространство, и, когда она сделала первый шаг, внутри меня вспыхнула искра, ведь этот танец должен был стать настоящим поединком. С каждым поворотом и шагом мы словно сражались друг с другом, наши тела переплетались в ритме музыки. Я не мог оторвать взгляд от её глаз, полных огня и уверенности. Мы стремительно кружились среди других пар, которые, казалось, замерли в восхищении, наблюдая за нашей игрой. Каждый наш шаг, каждое движение вызывало удивление, как будто мы были единственными, кто существовал в этом зале.       Эвираль делала выпады, словно бросая мне вызов, и я ловко отвечал на них, перехватывая ритм и добавляя свои элементы в этот захватывающий танец. Я чувствовал, как энергия наполняет меня, и с каждым новым поворотом я становился всё увереннее. Мы двигались всё быстрее, словно два вихря, и я ощущал, как моё сердце стучит в такт с мелодией.       Волнение нарастало, и я погрузился в этот момент, забывая обо всём вокруг. Мы кружились, и я чувствовал, что взгляды всех зрителей были прикованы к нам и только к нам. Я ловил движения госпожи Эвираль, предугадывая её следующий ход, и с каждым разом находил всё более смелые ответы на её движения. Она бросала мне вызов, и я принимал его, потому что этот танец был настоящей игрой, в которой мы оба хотели победить.       В один миг мы разъединились, столкнувшись с другой парой и обменявшись с ними партнёрами. Я наклонил человека вниз, держа одной рукой за талию, а другой за руку. Взглянув на лицо этого человека, я увидел те самые глубокие голубые глаза цвета морской глубины, растрёпанные непослушные белые пряди, которые Киллу так и не смог уложить. Мир для меня остановился. Это мгновение, пока мы смотрели друг на друга, длилось почти вечность. К сожалению, мне нужно продолжать свой бой и я, подняв его, снова сцепился со своей партнёршей.       Из-за герцога я сбился с ритма. Мои ноги стали тяжёлыми, а дыхание — прерывистым. На мгновение мне показалось, что я потерял контроль, но в этот момент я увидел в её глазах вызов, и это дало мне силы. Я собрал всю свою волю, вспомнив, что в этом сражении я не мог позволить себе проиграть.       Я снова взялся за ритм, и, как будто подхваченный волной, продолжил двигаться вместе с Эвираль. Я чувствовал, как её энергия передаётся мне, и с каждым шагом я всё больше погружался в этот пылкий танец. Мы снова закружились, и я ловко уклонялся от её атак, сплетая наши движения в единое целое. Я чувствовал, как зрители вокруг нас затаили дыхание, и это придавало мне уверенности.       В конце концов я смог не просто выдержать темп, но и превзойти его. Когда музыка затихла, все гости, разошедшиеся по периметру зала, восторженно аплодировали нам. Я поклонился Эвираль, и она, улыбнувшись, сказала:       — Вернёмся в мой кабинет. Теперь я убедилась…       — Убедились в чём?       — Убедилась в том, что тебе есть за что сражаться.

***

      Эвираль не стала медлить и достала из секретера загадочный белый конверт, который она передала мне:       — Держи. Один человек очень хочет с тобой встретиться.       — Ха, и кто же это?       Мои мысли были в смятении. Никто не знал, о чём думала и чего хотела эта женщина, наверное, даже сам Всевышний.       — Узнаешь. Вы знакомы заочно. И кстати… Я уступаю тебе Белого Принца.       — Что?!       — Он не любит Эриану. В принципе, как и она его. Да и сейчас ты доказал серьёзность своих намерений, а мне выгоднее, чтобы вы оба были лояльны ко мне.       Что же говорит эта старуха? Я искренне не могу понять!       — Простите? Это какое-то одолжение? Я не совсем понимаю.       — О Джейми, всё ты очень хорошо понимаешь, ты не такой наивный, как твоя «любимая принцесса».       Вероятно, это первый раз, когда меня переоценили, потому что я действительно плохо понимал происходящее.       — Беги на встречу. Возможно, она станет самой судьбоносной в твоей жалкой жизни. Нет, ты не жил. Ты существовал и твоя жизнь возможно начнётся только после этого разговора. Поторопись, у тебя осталось полчаса!       Я в срочном порядке разорвал конверт, в котором, как и ожидалось, была записка, сделанная размашистым каллиграфическим почерком: «Джейми Лилиот, в полночь на мостовой на улице ***, поговорим с глазу на глаз». Ниже была подпись, напоминающая паутину, а рядом красовались две буквы «К. Л.»       — Эвираль, — фамильярно сказал я, — ты хочешь, чтобы я бросил Киллуа!       — Я понимаю твои опасения. Но поверь, сейчас мы на одной стороне, и мне выгодно, чтобы Золдик оставался в целости и сохранности. Конечно, ты можешь остаться, но будет ли это лучшим выбором для вас обоих? Делай, как велит тебе сердце.       Я был зол, и моя сильная аура вырвалась наружу. Что же было лучше для Киллуа? Остаться и точно знать, что он будет в безопасности, или пойти на встречу с таинственным незнакомцем, который мог якобы изменить нашу судьбу? И всё-таки я решил рискнуть. Поставил на кон самое дорогое, что у меня есть. Как эгоистично!       — Если хоть один белоснежный волос упадёт с его головы, то я намотаю твои кишки на кипарисы, растущие у твоего дворца, — неожиданно прорезалась вспыльчивая часть моего характера       — Не забывай, я — Великий Маг! При других обстоятельствах я бы снесла твою гнилую башку, — ухмыльнулась она. — Отправляйся на место встречи. Не разочаровывай меня и не делай глупостей. Я надеюсь на тебя, мальчишка.       — Великих магов губит великая самонадеянность…

***

      Я прибыл аккурат в назначенное место. Было темно и на удивление холодно, поэтому вечерние гуляния давно закончились и на улице не было никого. На другой стороне мостовой меня уже ждал некто «К. Л.»       — Здравствуй, — его голос звучал тихо, созвучно с журчащей водой, — знаменитый Джейми Лилиот, хранитель спокойствия Белого Принца, я невообразимо рад, что ты пришёл.       Передо мной стоял мужчина среднего роста с чёрными волосами, прикрывающими какую-то татуировку на лбу. Я не мог точно разглядеть его лица, так как он стоял поодаль от ближайшего фонаря и потому оно было прикрыто вуалью тьмы. Но, будто прочтя мои мысли, он вышел на свет, в этот момент я смог полностью рассмотреть его, и тогда пазл в моей голове сложился.       — Куроро Люцифер! Жалкий головорез! Что тебе нужно? — воскликнул я.       Даже такой сильный человек, как Сильва Золдик, говорил нам с Киллуа по возможности не вступать в схватку с ним и с «Фантомной труппой», потому что они были очень сильны и проворны. Я сразу же использовал Эн, чтобы проверить, не устроил ли этот подонок засаду, но мои опасения не подтвердились.       — Ха-ха-ха, ты точно такой, как мне и рассказывали, — рассмеялся он. Глава Геней Рёдан был уверен в себе и спокоен. На первый взгляд, он не собирался сражаться со мной, — тебе не стоит бояться меня. Как видишь, я сам подставляюсь под удар, прибыв сюда. Вы с наследником Золдиков нужны мне в качестве союзников…       — Предлагаешь вступить нам в твою банду? Это очень опрометчиво!       — Конечно нет. Я предлагаю присоединиться к Лиге Наций.       Оказалось, что Эвираль заодно с Люцифером. Она точно знала, кто ждёт меня!       — И зачем нам дружба с сепаратистами? Что будет, если мы поменяем одних хозяев на других?       — Потому что в Лиге все равны. Каждый человек важен и нужен. Они желают, чтобы каждому нашлось место под солнцем, богатым и бедным, сильным и слабым. Тем более Эвираль рассказала мне, что твой принц стал активно помогать беднякам, а это я уважаю. А ещё я знаю, чего хочешь ты. Разве тебе не хочется создать лучший мир для своего возлюбленного? Безусловно, ты можешь поднять шум, город оцепят, наши головы насадят на пики, но какая вам от этого? Жить в вечном одиночестве и страхе, что ваша любовь запретна?       Откуда? Он? Узнал? Этой ночью я чувствовал, как все играют со мной, словно с маленьким зашуганным котёнком. Да и как Эвираль успела передать ему информацию? Нет, она сказала ему заранее, уже зная, что произойдёт на балу. Она обвела меня вокруг пальца! Жуткая женщина.       — Кажется, мы пришли к пониманию, — спокойно и размеренно продолжил Куроро. — Передай Киллуа, что вы теперь на другой стороне. Первые указания жди за день до переговоров между Востоком и Западом. К слову о них, ты знал, что наша Родина передаёт захваченные территории на восточном материке, взамен на союз против Лиги Наций? Теперь ты знаешь… А пока наслаждайся последними спокойными деньками: скоро небеса будут пылать и мы будем сражаться за свободу. Выживут ли такие, как мы с тобой? Даже Всевышний не ответит на этот вопрос…       Договорив, Люцифер вышел из света фонаря и растворился во тьме. А у меня на душе осталось очередное бремя ответственности, который теперь мне пришлось тащить на своём горбу…

***

      Тот день выдался для меня полным несностей и сомнений.       Когда Эвираль выгнала меня, мне пришлось пойти к Эриане. Признаться, без Джейми мне было очень некомфортно. Он остался наедине с этой ужасной женщиной, что ужасно беспокоило меня.       Когда я встретился со своей будущей невестой, мы оба попытались найти точки соприкосновения, но потерпели неудачу, и наш разговор был крайне неловок. В танце мы двигались скромно. Я со своей стороны чувствовал некоторое отвращение. Не к Эриане, к себе. Я понимал, как это неправильно, как неприятно заставлять себя любить того, кого к кому тебя вообще не тянет. К тому же она сама не очень-то и была рада такому исходу событий.       Моё внимание смог отвлечь Джей. Его пылкий нрав полностью раскрылся в его великолепном танце с хозяйкой дворца. Я наблюдал за ним, словно зачарованный, и в тот миг, во всём мире, для меня существовали только мы двое. А как он налетел на меня и сделал поддержку! Я был рад больше любой незамужней девушки, нашедшей свою судьбу на этом балу, и если быть честным, наша неожиданная «встреча» меня немного возбудила. Этим вечером моя внутренняя борьба окончилась, и для себя я решил, кому принадлежит моё сердце.       Когда грациозное представление было окончено и мой телохранитель вместе с Эвираль исчез, я почувствовал какое-то опустошение, будто я проживаю не свою жизнь. Госпожа позвала нас с Эрианой к себе, и в этот момент я понял, что аура Джейми исчезла. «Зачем он использовал Зецу?» — подумал я.       — Что ж, молодые. Спешу вас обоих обрадовать, — без промедления начала хозяйка замка, как только мы прибыли к ней. — Я не отдам свою дочь Золдикам, вы друг друга не любите, и я не хочу, чтобы Эриана страдала из-за каких-то мужчин.       Её слова шокировали меня. С одной стороны, я почувствовал облегчение от того, что мне не придётся провести всю жизнь с нелюбимым человеком, с другой — мне была неясна причина её заявления.       — Можешь идти, Эриана, на сегодня ты свободна, — отрезала женщина, после чего, вздохнув, продолжила: — Киллуа Золдик, мне есть, что тебе рассказать.       — Да, миледи, — смятённо ответил я.       — Что для тебя любовь?       Я ожидал услышать всё, кроме этого вопроса.       — Любовь…       А как часто за свои восемнадцать лет я задумывался над этим вопросом? Она бывает в разных формах, например к матери, но её у меня не было. Любовь к людям, которой меня научил Гон? Нет, вопрос состоял отнюдь не в этом.       — Для меня это способность отвечать человеку взаимностью, делать так, чтобы он чувствовал себя нужным и важным. Мне бы хотелось дарить незабываемые моменты, которые бы подчеркнули важность второй половинки. Я хотел бы, чтобы человек чувствовал мою заботу, каким бы он сильным ни был, каждый хочет, чтобы за ним стояла крепкая опора, такой человек, на которого он всегда сможет положиться. Даровать тепло — вот что для меня значит любовь!       Эвираль ухмыльнулась.       — Мальчишки… Ваши слова правдивы, но жаль, что вы пока не воплотили их в жизнь. Научились сражаться, но не научились любить. Довольно трагично, не находишь?       — Я не очень понимаю вас…       — Мне становится вас искренне жаль. Неразделённая любовь.       Мне казалось, что госпожа пыталась что-то донести до меня, но при этом не хотела вскрывать всё сразу, она ждала, что я сам догадаюсь, о чём идёт речь.       — Есть один человек, который любит тебя всей душой. Его пылающее сердце уже давно принадлежит тебе, и ты даже не догадывался…       — Что?       Я начал перебирать тысячи вариантов тех, кто это мог быть, потому что поклонниц у меня было очень много. Но вдруг я осознал. Это был тот, на которого я даже и подумать не мог. Нет, это точно не может быть он! Пока Эвираль не подтвердила свои слова, я не мог быть на сто процентов уверен, что это Джейми. Но я всем сердцем надеялся, что этим человеком окажется именно он.       — Позволю себе сделать лирическое отступление, — продолжила Эвираль, — ты видел золочёную статую Первого Великого Мага в центре города? Как ты знаешь, его звали Просперо. Семьсот лет назад он основал нашу страну. К сожалению, мало кто вспоминает, что был он не один, с ним был истинный Первый Великий Маг — Эллекен Стоунхельм, которого предал Просперо, забравший всю славу себе. Откуда мне это известно? Насколько ты знаешь, сильный Нэн способен продлить жизнь, но обычно, это максимум сто двадцать лет. Но Великие Маги смогли преодолеть этот барьер. Мы пьём кровь драконов, которая содержит очень концентрированную ауру, которая способна бесконечно продлевать нам жизнь. Так вот, откуда же я знаю историю Эллекена? Потому что он — мой наставник. Предотвращая твои вопросы: он единственный, кто смог прожить такое колоссальное количество лет, потому что он единственный, кто смог приручить драконов, которые любезно делились с ним каплями крови в обмен на защиту от драконоборцев. Девяносто лет я, как и все остальные аристократы, считала, что он пропал; правда всё изменилось сегодняшней ночью. Один человек, чья аура, характер и внешность схожи с ним, как две капли воды, доказал, что Эллекен Стоунхельм жив и ведёт свою игру, которую не в силах разгадать даже я.       Откровение Эвираль заворожило меня. Я даже и не знал что думать, что сказать. Всё это время я жил в обмане, даже не имея настоящего представления о происходящем. Но больше всего меня будоражило то, к чему она начала данный разговор, ведь, конечно же, рассказ о таком великом человеке не был её единственной целью. Тут я и понял, что это значило, только одно…       🎧— Киллуа Золдик, сейчас я сломаю невидимый барьер между тобой, и человеком, который любил тебя всю жизнь!

Его имя — Джейми Стоунхельм...