Мальчик-Марианская-впадина

      

***

      После того, как Гитара ушла жить с прославившейся инженеркой Парфюмерией, которая построила дом из грязи, где поселили всех, кто не житель Москвы, Матвей пребывал в депрессии. Кирилл бросил его и нашёл себе нового бойчика с гениальными песнями, группа распалась на фоне этого конфликта. Матвей не мог представить, что дочь, которую он вынашивал чуть больше недели, и его любимый гитарист так просто покинули его. Даже не попрощавшись! Матвей не выдержал и спился. Денег не осталось, паспорт был потерян, мать выкинула из дома, так и не вернув телефон, который он выиграл на соревнованиях по шахматам давным-давно, но наш основатель группы нашёл выход!       Бомжуя целыми днями у своей старой ущербной школы, он заметил, что в мусорные баки неподалёку часто выбрасывают еду, одежду и прочее. Матвей не долго думал и соорудил из одного поваленного контейнера домик. Он же умный вообще-то! Так и жил, не тужил, горькие события стали покидать его память. Он мылся под дождём или в снегу, брился осколками стекла, лечился подорожником и просроченными лекарствами. Ничто не сломило его волю! Однако последствия травматичного расставания с любимым и не особо любимым ребёнком были заметны.       Матвей приводил к себе мужчин. Обычно ебали его прямо в траве, в грязи те, кого он вылавливал на пробежке у школы. Конечно, то были высокие альфа-самцы четырнадцати лет с жёским характером и большим членом (это было единственное отличие от милилилилилимилого Кирилла). Так Матвей и проводил в мусорке своё время.       Однажды Матвей Шой проходил возле школы в кусты, откуда вылавливал ухажёров, и увидел, как на крыльце, попутно читая собственно написанный стих про гениальную гениальность, вешает мемориальную табличку из грязи Гитара. Рядом стояли Парфюмерия с Кириллом и гордились. Матвей заплакал. Давно он так не ревел. Его дочь уже такая большая в свои полтора года! Её наградили красным дипломом по архитектуре, все хлопали и радостно кричали. А Матвей в кустах выжидал Кирилла. Его тянуло блевать. В последние дни он чувствовал себя не очень. Жопа чесалась поскакать на ком-то.       Кирилл с Парфюмерией разошлись и пошли по домам. А Гитара построила школе третий этаж из грязи.       Кирилл зашёл на мусорку, чтобы выбросить свою честь, но встретил там его. За полтора года разлуки он понял, кого потерял. Если с Гитарой удалось наладить контакт, потому что Парфюмерия норм тянка, то Матвей исчез. Кирилл редко выбрасывал мусор, потому что это делала за него мама, поэтому и ни разу не встретил своего бывшего. В трусах заколола скорбь по любви и сексу. Кирилл одним махом перевернул Матвея и раздел его, а потом сам разделся. Шой, конечно же, пытался противостоять. Он сказал: «Я обиделся, без роллов не пущу!» — и сжал очко. Кирилл усмехнулся волчьей улыбкой: «Зая, мой хуй лучше роллов» — и с низким гортанным рыком ворвался в голубую лагуну. Его нефритовый стержень рвал до крови. Но кровь действовала, как смазка, этакая сказка! Кирилл насаживал на свой скипетр страсти Матвея до тех пор, пока тот не обосрался от счастья (во всех смыслах). — Кирилл, я так скучал!! Ах! — Я тоже, бейба! Мужское вымя билось о жирную задницу Матвея. Шлепки оглушили, поэтому наши любовники не заметили, как подошёл полицейский наряд. В итоге, их арестовали и дали штраф за неподобающее поведение в общественном месте, а потом подумали и посадили в тюрьму за пропаганду нетрадиционных ценностей и ебанутость. Когда Матвей в СИЗО, ожидая решения суда, он узнал, что беременнен четырьмя близнецами от четырёх отцов — от всех, с кем он прелюбодеянил, кроме Кирилла. Поэтому Кирилл обиделся и ушёл на тот свет (в Америку), где его выебал темнокожий мальчик и они поженились, потому что США — страна геев.