İçim yanar yanar yanar yanar
Внутри всё горит, горит, горит
Canım yanar yanar yanar yanar
Моя душа горит, горит, горит
Горела и его душа. Горела, потому что внутри всё время жило что-то неутолённое, недостающее. Но сегодня её голос отвлёк его. Тёплый, чувственный, он заставлял забыть обо всём и смотреть только на неё. Девушка выглядела так, словно была рождена для сцены. Каждое её движение, каждая эмоция в песне была выверена до мелочей, но при этом казалась естественной. Алаз провёл взглядом по её фигуре: короткие кудрявые волосы, невыразительные ноги, наряд, совершенно не в его вкусе. Но что-то в ней захватило его внимание. Возможно, её движения — точные, плавные, будто бы управляемые самой мелодией. Или её глаза. Они сверкали в лучах софитов, словно говорили с каждым, кто на неё смотрел. Песня закончилась, и девушка мило улыбнулась публике. Под аплодисменты она спустилась со сцены и направилась к бару. Алаз отвёл взгляд, чтобы скрыть своё внезапное любопытство, но краем глаза заметил, как она подошла к другому мужчине неподалёку. — Ну что? Я хорошо выступила? — её голос теперь звучал мягче, но не менее уверенно. Девушка улыбнулась и наклонилась ближе к своему собеседнику. — Это было восхитительно. Как и всегда, Аси. Аси Значит, её зовут Аси.