Глава 2 — "Паранойя" [Часть 2]
2 февраля 2026 г., 06:06
***
Тишина. В доме висело похоронное молчание. Не из-за отсутствия в нём народа, нет. Дело тут было скорее в том, что этот самый народ не очень-то и хотел хоть как-то о себе заявлять. В основном, конечно, это была заслуга хозяина. Не снимая уличной обуви, Вару, направился прямиком в гостиную. Половицы ощутимо поскрипывали под натиском его шагов. Странно, что его опекун ничего с этим не сделал. Всё же, несмотря на свою древность, здание было отремонтировано и имело все человеческие удобства. А пол всё ещё издавал характерные для старого паркета звуки. Оказавшись в помещении с большим столом и, надо сказать, не самой дружелюбной атмосферой, Вару занял своё место. Слева от того, кто, пожалуй, меньше всего вписывался в это сборище. Зонтик. Вару любил частенько измываться над вечно ноющим, пугливым русалом. Да чёрт его дери! Этот хлюпик даже нечистью полноценно стать не удосужился. Живее всех живых! Ходит по городу, малюет свои глупые каракули... Однако, глава всей этой шайки однажды спас его жалкую жизнь, когда тот, по своей же глупости, чуть не отправился на тот свет. С тех самых пор парень ему и должен. Полезно всё же иметь среди своих хоть кого-то полу-адекватного и, что самое главное, ещё и живого. C обычными русалками куда сложнее договориться. Вот только эти несомненные плюсы Зонтика как-то не останавливали Вару от его главного развлечения — издевательств. Другой мишенью для его "прекрасных" подколов был куда более возрастной член данного, с позволения сказать, коллектива. Хотя по нему и не скажешь, что ему уже глубоко за сотню. Фарфоровая, белая как снег, гладкая, без единой морщинки кожа, идеально уложенные розовые волосы, слегка волнистые, с более светлой чёлкой. Живые янтарные глаза и тонкие аккуратные черты лица. Выглядит как принц из сказки для маленьких, наивных девочек. Единственное, что, пожалуй, могло бы выдать в нём нечто инфернальное — так это его клыки. Однако и те вампир научился скрывать с годами. Ромео... Да, одно только это имя уже можно считать отличным поводом для шуток. Романтик, смазливый стереотипный дамский угодник, и зовут его Ромео. Как жаль, что на выпады Вару, тот, в силу, видимо, здоровой самооценки, предпочитал не реагировать. Ну, что с него взять? Разбавляла этот мужской, хотя, по мнению зелёного, не такой уж и мужской, коллектив всего одна дама. Коренастая, черноволосая ведьма по имени Эмма. Стрижка короткая, волосы чуть менее кучерявые чем у самого Вару. По ней, собственно, как и по Ромео, не скажешь что она, ну, малость старше чем кажется. И одевалась, и выглядела она так, будто являлась неформальной личностью слегка за двадцать. Впрочем, это не помешало Вару окрестить её "старой фемкой с...культурно выражаясь, некоторыми проблемами в личной жизни." В отличие от Ромео, та, в таких ситуациях, была способна и "профилактических" прописать. Шутить над ней, конечно, весело, но всё ещё немного больно. Теперь, когда все успели окинуть друг друга оценивающими взглядами, грех было не начать, наконец, многострадальное собрание. Кому их ещё проводить, если не Пику? Точнее, Пиковому Королю. Так его прозвали особо трусливые монстры. Лидеру это прозвище тогда показалось подходящим. К тому же, вариантов у него было не так много. Мёртвые не помнят своих имён. — Пожалуй, раз все опоздавшие на месте, не стоит тратить моё и ваше время на пустое ожидание. — начал он, после чего бросил несколько недовольный на Эмму. — Клео сегодня не появится? — вопрошает мужчина, имея ввиду куда более спокойную подругу и, по совместительству, коллегу вспыльчивой дамы. Эмма только ухмыльнулась. — У неё есть более важные дела, чем тешить тут чьё-то хрупкое эго. — ехидно подтвердила ведьма, не упуская возможности лишний раз подколоть Пика. — Из хрупкого у меня только мои нервы. — тот устало потёр переносицу. Присутствующие переглянулись, ожидая потенциального выговора для каждого из них. В конце концов, именно это всегда становилось центральной темой их многочисленных встреч. Вару смиренно покачивался на стуле, видимо, не считая сейчас нужным перебивать старшего. Пускай и в малой степени, но он всё же питал к нему некоторое уважение. Тяжело не питать уважение к тому, кто приютил тебя, выходил и даже не убил за твои многочисленные выходки. — Начнём с тебя, — указывая на вампира начал мужчина — за последние две недели ты не вызвал ни у кого подозрений, пил кровь исключительно у случайных людей и никто из них, в последствии, ни о чём не догадался. Это похвально. — Боже, как лестно слышать это от тебя! — мурлыкнул Ромео, расплывшись в мечтательной улыбке. — Мне положена какая-нибудь награда? — Считай наградой то, что я всё ещё тебя не испепелил. — сухо ответил он. Эта фраза, однако, не убрала с лица Ромео лёгкую ухмылку. Чёрт его знает, что у него там на уме. Пик явно был настроен куда более серьёзно. — Я мог бы начать разглагольствовать о том, что количество утопленных руками русалок значительно снизилось, или о том, что клан ведьм вновь поступил благоразумно и не стал накладывать смертельный сглаз на очередного непорядочного мужчину, или о том, что местный охотник на монстров окончательно помешался на нашем существовании... Но я не стану этого делать. — пауза. — У нас есть куда более важные дела. С этими словами, тот достал из внутреннего кармана плаща распечатанное фото и бросил его на стол, дабы остальные внимательно его рассмотрели. Естественно, первым делом фотография оказалась в руках у Вару. Не потому что ему было сильно интересно что там вообще изображено, а потому, что он просто хотел быть "первым". — А я говорил что этот парень подозрительный! - Вару ликующе поднял фотографию над головой, узнав в ней свой снимок. —Я сразу это понял! Видели бы вы как он на меня смотрел- Под пристальным взглядом Пика парень умолк, дело и впрямь было серьезным. — Оставь свое ликование на потом. Ты... — мужчина помедлил, словно не зная, стоит ли хвалить подростка. — Сделал мне большое одолжение, принеся эту фотографию. Вару вздохнул, передавая фотографию дальше. В таком напряжении с опекуном спорить было опасно для жизни. — Я хотя бы не печатаю нормальные цифровые фотографии на бумаге, как столетняя бухгалтерша из паспортного стола. — фыркнул младший участник собрания. А вот Зонтик... Зонтик, взглянув на фото, мигом стал ещё бледнее, чем был до этого. Он прекрасно понимал какие последствия несёт за собой вся эта ситуация. — Мальчишка задаёт много вопросов. Если он докопается до истин, это выйдет боком нам всем. — прорычал Пик, буравя фото тяжёлым взглядом. — Неужели ты опять предлагаешь нам исправлять твои ошибки? Клан ведьм и без того-... — Эмма выпрямила спину до того стремительно, что, казалось, можно было услышать звенящее в ее мышцах напряжение. Она наклонилась, выплевывая слова срывающимся на шипение голосом. Однако, на сей раз её прервали достаточно быстро: — Я не прошу вас исправлять мои ошибки. Я лишь прошу проследить за тем, чтобы их последствия не вышли из под контроля. Тот подошёл поближе к русалу, положив когтистые лапы на его плечи: — Ты не глупый. Я это знаю. И поскольку ты не глупый, ты вряд ли захочешь, чтобы твой брат навлёк на себя беду, верно? Заметив, как тот судорожно закивал, чудовище ослабило хватку, позволяя Зонтику упасть обратно в кресло. — Ты проследишь за ним. Направишь его туда, куда того потребуют мои указания. Я прослежу за этим. Мои живые и мёртвые твари проследят за этим, пауки Вару проследят за этим и ведьмы тоже проследят за этим. — хозяин бросил беглый взгляд на скептично сжавшую губы Эмму, скрестившую руки на груди. Зонтик слышал всё это сквозь нарастающей шум в ушах, сжимая в дрожащих ладонях фотографию: на куске бумаги угадывался профиль Куромаку, буднично беседовавшего с кассиршей в знакомой булочной. Конечно, Пик не желает вредить тому без повода, но... Вдруг повод появится? Вдруг Зонтик не сможет его уберечь? Слишком много вводных, слишком много поводов для переживаний. — Я выразился ясно? — спросил вдруг мужчина, замечая что русал слушает его весьма и весьма отстранённо. — Д-да! — вскрикнул от неожиданности парень. — Вот и отлично. — когтистые лапы, наконец, окончательно отстали от плеч несчастного.***
Вердикт был вынесен. Все следят за тем, за кем было сказано. Следят и держат ухо в остро. Вару, пожалуй, не до конца понимал, что происходит. Неужели этот очкарик-девственник имеет настолько большое значение? За ответами на эти вопросы, он, собственно, и подошёл к хозяину дома, стоило остальным покинуть сие место. — Хоть убей не пойму. Ты с каждым годом всё дальше и дальше уходишь в какую-то паранойю. Ну вот сдался тебе этот чел, а? — Сдался. — отрезал Пик. — А у этого есть какая-то предыстория? Или мне опять надо гадать, пока ты будешь томно в окно пялить? Я-... В одно мнгновение, речь Вару превратилась в нечленораздельное мычание. Рот парня как будто склеился, не позволяя ему и слова произнести. Тот принялся мычать громче прежнего. Больно уж ему не нравилось, когда Пик выкидывал нечто подобное. Он принес ему эту фотографию, да без него бы собрания этого не было, а этот его игнорирует. К крайнему недовольству Вару, с каждым годом такое случалось всё чаще и чаще. — Если я о чём-то тебе не рассказываю, значит на то есть свои причины, о которых тебе знать не обязательно. — Пик повернулся к нему, после чего щёлкнул пальцами, вернув тем самым Вару возможность говорить. — А теперь давай мы закроем эту тему и ты просто будешь молча выполнять свои прямые обязанности? — Я же просил тебя так не делать! — тот, казалось, совсем его не слышал. — А я просил тебя не задавать лишних вопросов! — мужчина потёр переносицу. Что-то голова разболелась. Хотя с чего бы там сейчас чему-то болеть? — Эй! Старый! Ты там опять поплыл что ли?! — подростковый бунт, кажется, временно был отложен в дальний ящик. — Погоди, сейчас принесу! Вару скрылся в соседней комнате, а Пик, дабы не стоять попусту, опустился в кресло. На серой коже хозяина дома проступили сине-фиолетовые линии, соединившиеся в паутину, покрывшую руки и лицо. Рука с длинными костлявыми пальцами инстинктивно потянулась к животу где начинала скапливаться странная тянущая боль. Острые когти, дрогнув, продавили плоть с чавкающим звуком, пропитывая свитер успевшей загустеть чёрной кровью. Тело на мнгновение перестало слушаться, напряжение охватило мышцы, лишая возможности двигаться. От боли, проходящей через живот и отдающей в грудную клетку, хотелось кричать. Зрение начало медленно размываться. Сидя на кресле, хозяин дома мог почувствовать как один из его глаз медленно превращался в бесформенную чёрную массу. Подождал бы Вару минут двадцать, и увидел бы в кресле нечто похожее на давно, ну, лет так сотню, лежащий там труп... Говоря о подростке, он вбежал в комнату так быстро, как только смог. Парень со стеклянным сосудом в руках на секунду замер, инстинктивно отпрянув от гнилостного кисловатого запаха, заполнившего комнату. Пересилив первый рвотный позыв, он все таки подбежал к креслу: — Держи! Что ж ты раскисаешь-то так быстро, а?... — вопрошал он, нервно вытаскивая пробку из склянки. Клубившиеся внутри кольца серо-белого дыма устремились к горлышку, однако парень полностью отнял пробку от бутылки лишь поместив ее на тело опекуна. Дымка потянулась вверх, проникая в приоткрытые губы и ноздри склоненного над сосудом лица. Белесые щупальца показались из глазницы, цепляя остатки вытекшего глазного яблока и возвращая его обратно на законное место, уже целым и невредимым. — Мне почём знать? — голос мужчины, еще не до конца восстановившийся, звучал искажённым, булькающим, чем-то напоминающим звериный рёв. Казалось, каждое слово сейчас давалось ему с трудом. Впрочем, ситуация обещала улучшиться. Не прошло и пары секунд с раскрытия заветного сосуда, как кожа, уже, казалось, безвозвратно испещрённая трупными пятнами, стала приобретать куда более здоровый цвет, а глаза вновь наполнились жизнью. Мужчина сделал глубокий вдох. Создавалась ощущение, что поглощённое им нечто вызвало у него некое чувство эйфории. Он перевёл взгляд теперь уже живых глаз на Вару, кивнув ему в знак благодарности. Парень кивнул в ответ. — Я буду у себя. Открой окно, пока твои драгоценные блохастые посланники не задохнулись от такого дезодоранта. Нет смысла продолжать только-только завязавшийся спор. Каким бы пришибленным его опекун не стал в последние годы, он всё ещё оберегает его. Кормит, поит, даёт жильё и всё необходимое для жизни и существования. Интересно, если бы он сейчас был жив, как бы всё сложилось? Для Вару, для него самого... Странно, конечно, осознавать, что единственный человек, которому хоть немного на тебя не плевать — это самый настоящий труп, что уже столько лет не может покинуть этот мир. Неужели парень настолько не вписывается в местные социальные рамки? А может, ему просто настолько не повезло? М-да... Так и до синдрома самозванца недалеко.
