Сигареты со вкусом воспоминаний

– Ты не считаешь это странным?       В старой обшарпанной общаге в небольшой душевой, где плитка местами уже отломалась, единственная лампочка мигала всё чаще, а в наполненной потрескавшейся ванной сидел никто иной как Дерек Джонсон, прямо в одежде и покуривая дешёвые сигареты; он даже марки их не знает – просто какие были, такие и купил. Он чувствовал себя до боли расслабленным, витал где-то в своих мыслях, всё больше и больше погружаясь под воду, и можно было подумать, что он спит, но нет – только слегка горящая сигарета и струйки дыма давали зашедшему понять, что этот чудак ещё не заснул и не захлебнулся.       Вроде никому же не мешает, верно? Не мешает, хотя и были исключения, и это исключение – Тревор: скромный, но довольно весёлый парень, и только ему не нравилось занятие соседа по комнате, с которым приходилось уживаться; они смогли подружиться после того случая, это правда, но всё же некоторые разногласия у них происходили: один раскидывал вещи где попало, другой поёт, когда не надо; один курит травку опять таки в их комнате, другой разговаривает во сне (хотя и к Дереку претензии с его храпом были, но Тревору подарили беруши, так что храп как проблему они упустили), и так всегда. И во всех этих случаях Тревор, как какой-то взрослый, читал нотации парню, только что бы он хоть что-то понял и перестал так делать, но кто же его слушает? – Что именно? – Студент правда не понимал, почему его сосед по комнате считает это странным – правда, что в этом такого? Всегда же так делал, и всё нормально, но вот Тревор так не считал. – Ну это вот всё, это кажется слегка ненормально, знаешь? В ванной люди моются, тем более в общей, где не ты единственный тут сидишь. – Всем своим видом парень показывал своё недовольство: сложенные руки на груди, сведённые брови к переносице и прищуренные глаза, а губы слегка поджаты, что бы не было возможности сказать пару ласковых Джонсону, которому, к слову, было всё равно. – А в чём проблема? Здесь всё равно никого нет. Если кто и постучит, я просто выйду, и все довольны. – Он только пожал плечами, ещё больше погружаясь под воду и всё так же продолжал курить, выпуская клубки дыма в небольшой комнатке – это и волновало Тревора, можно сказать, было самой главной причиной его недовольства. – Запах, Джонсон, запах остаётся просто ужасный, особенно после той дряни, которую вы с Мусом на пару курите. – В этот момент он вспомнил их первую встречу, и как ему в первый раз ударил в нос этот отвратительный запах травки, который ему теперь мерещится везде, где бы он не побывал. Встряхнув головой, избавляясь от неприятных воспоминаний и возвращаясь в настоящее, он продолжил, как родитель, причитать ребёнка за поступок. – Ему её врач посоветовал, ничего не могу поделать, – хмыкнул Ворон, снова затягиваясь, чем вызвал ещё большее раздражение у соседа. Признаться честно – ему нравилось иногда доводить его и смотреть, как забавно Тревор может злится, хотя всегда казался божьим одуванчиком, который и слова плохого не скажет. От этой мысли он хмыкнул про себя, теперь тоже возвращаясь в настоящее. – Вот именно – ему, а не тебе. Да и я раз сто просил делать это хотя бы в другом месте, или с открытым окном. – На улице сейчас слишком холодно, невозможно думать на холоде. – И о чём же вы думаете? – Этот вопрос был скорее риторическим и наполненным сарказмом, но Джонсон всё равно захотел ответить – злить парня веселее, чем слушать его нравоучения. – О великом, знаешь? Ну к примеру о шоу, которое я мог бы вести не с тобой, а с кем-нибудь другим. Скажем... С Ларсом, он вроде смышлёный малый, справится бы не хуже тебя. – Мы ведь это уже обсуждали, хватит вспоминать. – Он закатил глаза и слегка усмехнулся сам, услышав об однокурснике Дерека. – Ларс? Нашёл кого вспомнить, серьёзно. – Ну а что? Не плохой вариант, как по мне, – он рассматривал сигарету у себя в руках, покачивая в разные стороны, тем самым роняя пепел в воду. В голову пришёл коварный план, и Дерек слегка ухмыльнулся, стараясь не выдавать себя сразу. – И тем более смешной, с ним скучно не будет. – Смешной? Ты хочешь сказать, что я не смешной? – Похоже план работает, и парень клюнул на его ловушку, уже привычно фыркнув. – Не прям говорю... Может слегка намекаю. Слегка. – Он продолжал посмеиваться, видя всё недовольство своего соседа по комнате в полной мере. – Хах, да конечно, – в притворной обиде ответил Тревор, отвернувшись, – он сам по себе ходячая шутка, что не скажет – всем смешно. – Вау, не думал, что ты кого-нибудь сможешь оскорбить, пай-мальчик. – Опять этот смешок, вырвавшийся из прокуренного горла парня, кажется с остатками дыма вместе с ним, который он не успел выпустить. – Я просто привожу факты, а не оскорбляю, Джонсон, это разные вещи, – охх, этот тон, как он его обожал, а эта чётко сказанная сквозь зубы собственная фамилия – кажется он его доведёт, если сделает то, что задумал изначально. Тревор повернулся обратно, хмурым взглядом смерив соседа, а ему всё так же было смешно. – Да-да, конечно, всё именно так... – ответил Дерек, смотря в воду, а после снова на парня, хитро улыбаясь. – А хочешь я скажу тебе, что именно делает его смешным? – Не горю желанием, боюсь вместо ответа получу мокрого Вилли, так что откажусь, – рука инстинктивно потянулась к уху, вновь испытав это неприятное ощущение мокрого пальца в ухе. Брр, отвратительно, но кому-то даже смешно. – Да ладно, обещаю, такого не будет. Просто подойди ближе, иначе кто-нибудь услышит наш секрет. Знаешь же, что "у стен есть уши"? – Как будто нас кто-то подслушивает, если это не какой-нибудь псих-извращенец. – Он подошёл ближе, сам того не осознавая – ноги сами вели его туда, прямо к самой опасности. – Ну, и что же за секрет у нашего клоуна, раз он такой смешной?       Ворон подсел ближе, даже слегка привстав, что бы быть на одном уровне с парнем, и тихим голосом произнёс, аккуратно беря соседа за запястье. – Он делает совершенно неожиданные вещи, вроде таких, – не успев подумать, парня тут же хватают крепче и силой тянут вперёд. Не удервашись, он падает прямо в воду, разплескав её, и почти сразу может услышать знакомый противный смех, потом увидеть дёргающиеся в воде ноги, словно у парня случилось судорога. Ему удалось подняться, чтобы не захлебнуться, но теперь он полностью сидел в ванной весь мокрый и злой, пока сосед смеялся. – Ты придурок?! А если бы я нос разбил, или ещё что, совсем головой не думаешь?! – Охх, он был не просто зол – он был в бешенстве, да в таком, что был готов придушить Джонсона за его тупую шутку, чуть не лишившая его очков, которые пришлось снять из-за капель воды на них.       Дерек продолжал смеяться, что казалось он задохнётся от смеха, если вовремя не прекратит: вид Макгрегора был действительно смешным, когда весь сжавшийся от злости сидел и прожигал "друга" взглядом, уже думая над тем, как и куда спрятать тело этого придурка. Чёлка еле-еле закрывала карие глаза студента, но даже сквозь них можно было увидеть тёмное пламя, сжигающее всё на своём пути. – Видел бы ты себя, хах! – Продолжал смеяться Ворон, забыв вообще обо всём, уже начиная бить воду, только что бы успокоится. Но только он снова посмотрит на него, смех возвращался снова уже с новой силой. – Ты просто... Даже слов не могу найти, какой же ты кретин, Дерек, – уже шепча проклятья себе под нос, он собирался вылезти из ванны и хотя бы переодеться в сухое, и что бы вдобавок не видеть довольную рожу Дерека, который в этот момент попытался остановить раздражённого студента, положив руку на его колено и не давая встать, пытаясь успокоиться от истерического смеха. – Хах, ладно-ладно, успокойся, пхах, я просто пошутил, ладно? Было весело, скажи же. – Но ему предоставилась честь увидеть только злой взгляд, устремленный прямо ему в душу, а средний палец молча говорил Джонсону "пошёл ты", и это только смешило его. –  Прошу, посиди ещё немного, поговорить с тобой хочется. Мы так мало разговариваем с тобой. – Конечно мало, тебя ведь больше волнуют твои дамы сердца: травка и сон. Не представляю, как у тебя ещё времени на учёбу хватает, – погодите, ему послышалось, или он издал смешок? Кажется он смог немного сломать эту стену серьёзности и недовольства, хоть ему и многое стоило услышать этот смех. – Ох, ты слишком преувеличиваешь, – в ответ на это он фыркнул, закатив глаза, – хотя знаешь, думаю я смогу найти свободную минутку между ними на тебя, если я тебе так нужен. – Упаси боже, нужен ты мне. – усмехнулся Тревор, и как бы притворно сделал тон, будто считает его идиотом, а может так и есть, кто знает этого Тревора. – Принимай меня с моими недостатками, милый, тебе ведь не один год тут жить со мной. – в этом слышалось какое-то  насмехательство, что вот тебе и наказание – это он сам. – Если я не слягу к этому времени от запаха в комнате, или если я не прикончу тебя раньше времени, тогда можем годик другой проживём в мире и согласии. – Воу воу, какие мы жестокие, я думал ты самое доброе существо на планете, а оказывается уже планируешь план моего убийства. – Даже Дерек удивился, засмеявшись от угрозы студента. – Мне и придумывать ничего не надо – твои лёгкие сами за меня всё сделают, останется вынести только труп. – Вот это слегка напрягало, как бы смешно это не звучало. Кто-то похоже будет спать с одним открытым глазом. – Что-то мы задержались на теме смерти, не находишь? Аж грустно стало, – и после выбросив бычок в пепельницу на краю ванной, достал новую и зажёг, начиная курить по новой. – Что правда, то правда, сам в могилу себя сведёшь. Мне будет так не хватать тебя и твоих тупых шуточек. – Тревор театрально приложив руку ко лбу и "страдальчески" произнёс это, чем рассмешил друга ещё больше. – Хэй, такие "шуточки" придумывать – настоящее искусство и тяжкий труд, а ты не ценишь его. – Для Джонсона было оскорбительно, что его приколы так просто оценили. Не каждый вообще-то может придумать что-то действительно хорошее, а этот парень может. – Хах, готов поспорить, что вы все в семье были шутниками. Что не день, то смех, верно? – Он и сам усмехнулся, сказав это, потому что долгое время сам так думал, что в семье Дерека все с излишком веселья и шуток, так легко передавшись их сыну, хоть и не знал всей правды.       От упоминания его семьи, Дерек слегка поник, улыбка пропала с лица, а взгляд сместился куда-то в сторону, потом вообще начав разглядывать дымящуюся сигарету. Трудно было не заметить такой перемены в настроении, особенно Тревору, знающего этого придурковатого весельчака долгое время, и что бы он вот так резко стал серьёзным – такого не было. Ему стало неловко и слегка тревожно за друга, так как понимал, что это из-за него и его слов.– Хей, ты в порядке? Я что-то сказал не так? – М? Да-да, всё отлично, – сухо ответил Дерек, легонько сгибая хрупкую сигарету, намереваясь её сломать, но позже оставил в покое, затягиваясь. – Дерек, врать мне не надо, я всё прекрасно вижу, – хмуро ответил на это "отлично" Макгрегор, сложив руки на груди, как всегда делал от недовольства, или когда видел, что кто-то врёт ему нагло в лицо. – Было бы всё отлично, ты бы так не отреагировал. Говори, что случилось. – Я не горю желанием даже вспоминать то, что было тогда, Тревор. Не думаю, что тебе даже интересно будет, – он поднял глаза на собеседника, встретившись с ним взглядом: у обоих он был напряжённым, ведь один пытался понять, что случилось, а другой отчаянно хотел скрыть это. Правда получалось плохо, ведь не смотря на добрый характер соседа – он очень настырный, и не отступит, пока не получит своё. – Ты же знаешь, я не отстану. – пальцы слегка сжали мокрую рубашку, а глаза прищурились больше. – Значит ты впервые отстанешь, и мы забудем  об этом, – он повернул голову в сторону, не желая видеть этот прожигающий стены взгляд, который если увидишь – останется только пепел, а может и его не будет. – Я и после смерти буду гонятся за тобой, что бы всё узнать, так что говори сейчас. – Трудно было переубедить этого человека, как бы люди не старались, и даже Дерек – он много раз пытался, но всё оборачивалось крахом. Придётся рассказать, раз начали, что уж тут. – Ладно-ладно, только не смотри так на меня, дырки во лбу ещё не хватало получить, – он ещё не поворачивался, но знал, что хмурую мину заменила победоносная и хитрая ухмылка, а взгляд стал чуть мягче, каким всегда и был.       Было сложно начать то, чего никогда не делал. Было неловко, и в то же время страшно, правда причину этого страха Дерек не знал и не понимал – он думал, что рассказав о своей жизни, над ним посмеются посчитают жалким, хотя спрашивается – почему смеяться-то должны, зачем? Тревор даже не подходит на роль человека, который бы смеялся над чьей-то проблемой, отнюдь нет. К тому же они были друзьями, он всё поймёт, но страх оставался всё равно. Хотя он уже начал это, намекнув своим поведением, что что-то было не так – ему было трудно закончить, или хотя бы продолжить. Тревор только терпеливо ждал, дав ему время всё обдумать. Он искренне хотел помочь, только увидя, что у того была плохая реакция на упоминание его семьи. Что же там было такого?       На деле, если так посудить, Дереку давно было на них всё равно: он не вспоминал о них, не звонил ни разу после поступления в колледж, и в целом вычеркнул их из своей жизни. Правда воспоминания ему всё же не давали покоя. Они часто проявились в подобных случаях, как этот, если кто-то хоть случайно заикнётся о них; Мус, зная столько лет Дерека, единственный из его окружения знал, что об этом стоит молчать и лишний раз не напоминать. Правда он сам видел в себе родителей, хотя когда-то давно сам себе пообещал никогда не быть такими, как они – это и повлияло на привычку его курить в ванной по несколько часов, как его мать. – Что ж, наверно стоит сразу уточнить, что в семье шутников как таковых не было. Посмеялись скорее над нами, чем мы над кем-то. Родители не особо хотели заводить детей – им не нужны были лишние обязанности в виде мелкого засранца, которого нужно было воспитывать и следить за ним. К их несчастью появился я, как какая-то карма на их и без того невесёлую жизнь. Им некогда было заниматься мной, им важно было оскорбить друг друга с ног до головы, а после разойтись в разные стороны, а я всегда оставался один после этого.       Мама ещё пыталась как-то возиться со мной, но позже бросила пытаться угомонить такого несносного ребёнка, как я – тогда я и узнал о её привычке сбегать от любых проблем, какие бы они не были. Она всегда находила способ не участвовать в этом. Она часто закрывалась в ванной, сидела, как я сейчас, в воде и одежде, а после выкуривала одну сигарету, затем вторую третью... И так всю пачку, витая где-то у себя в мыслях. Это всегда было на пару часов так точно, ведь она могла и заснуть там, как мне кажется, и только потом выходила; после неё мойся не мойся – запах въедался в кожу моментально, и вряд ли ты сможешь от него отмыться, если, конечно, с рождения не обладаешь способностью пахнуть лавандой какой-нибудь. – на секунду он прервал рассказывать, потушив сигарету в воде и закинул бычок в пепельницу на стуле, сразу же достав новую и снова закурил, выпуская "свежий" дымок, всё больше погружаясь в воспоминания, плывя на самую глубину своего подсознания. – Таким образом я оставался либо сам с собой, либо с отцом. – А с отцом что? – поинтересовался Тревор, углубившись в предысторию приятеля, уже слегка ошеломлённый этим всем – неужели и правда такие родители существуют? – А, отец. Ооо, хороший вопрос, – выдыхая дым, ответил Дерек, и на удивление был совершенно спокоен, хотя любые упоминания его отца часто заставляли руки сжиматься в кулаки, а зубы скрипеть от злости. Возможно это было из-за дешёвого табака, в который чёрт знает, что туда добавляют. – Он тоже не часто дома бывал, задерживаясь там, где только была возможность: работа, друзья, ну и где там ещё бывают хреновые отцы, не любящие свою семью? Ай, неважно, всё равно уже. Так вот, и когда он бывал дома – моя жизнь превращалась в неплохой такой ад, и он бы точно смог работать там чёртом с пытками. – Всё настолько было плохо? – В его тоне промелькнула капля испуга и нервозности, что было ещё заметно по его ногам, слегка дрожащие, и Дерек заметил это. Он усмехнулся, ведь Тревор вряд ли когда-то сталкивался с таким, от того и удивлён. Он слегка привстал, когда немного съехал по ванной вниз, и продолжил. – Для маленького меня да, было плохо. Не смотря на его явное неумение в воспитании, он горел тем, что бы сделать из меня мужчину, настоящего такого мужика, которого мы можем себе представить по стереотипам, хотя сам таким не был. Маленького шестилетнего мальчика, который даже мир не повидал, ага. – На секунду он остановился и закашлялся, когда ненароком поперхнулся дымом, вдыхая. Тревор сразу пытался подскочить и помочь, но вытянутая рука студента его остановила, сразу говоря, что помощь ему не нужна. – Осторожнее. Я поэтому и говорю тебе перестать, – ещё одно замечание за это время, пока он садился обратно. Будто он сам не знает этого. – Знаю я, знаю, но для истории можно одну-две выкурить, – успокоившись от приступа кашля, хрипло ответил Джонсон, тоже сев в изначальное положение и получил в ответ недовольный взгляд, опять. – Две, не двадцать две, – на это только фыркнули и закатили глаза, но рассказывать не перестали, правда слегка упрекнув. – Продолжишь приёбываться – утоплю прямо тут, а я могу это сделать, понял? – Взгляд был совершенно спокойным, а тон с ноткой угрозы, к сожалению, нет. Тревор только поднял руки в знак капитуляции, и в очередной раз закатил глаза. – Ладно-ладно, водяной, я молчу. – Это как нельзя подходило, что было даже забавно. Водяной, не плохо, но историю продолжить надо было всё равно, интересно же. – Ну в общем он всячески донимал меня всякой хернёй, что бы я стал настоящим мужиком, и не давал даже заниматься тем, чем я искренне хотел. Так он однажды узнав, что я хочу в будущем заниматься в киноиндустрии, и что я мечтаю вести своё шоу – по полной меня, как бы это по мягче , обосрал, сказав, что это всё глупые хотелки, и что в жизни мне это ничего не даст. Так же мягко мне намекнул, что не собирается оплачивать моё обучение, если я не пойду туда, куда он скажет.       Поэтому в будущем сказал мне, когда я окончательно принял решение учится тут, и собирался съезжать, что без него я просто сгину, и какой же я придурок, что поступаю именно так. – Он взглянул на сигарету, на которой уже собрался пепел, готовившийся упасть в воду, и постучав пальцем помог ему это сделать, видя, как то расплывается по воде. – Наверно только мать, на удивление, немного поддержала меня, сказав примерно: «Делай то, что считаешь нужным. Куда оно тебя приведёт, никто не знает, даже ты сам. Но если от полученного ты будешь счастлив, то пусть так и будет. Только ты сам вправе решать, как устраивать свою жизнь». С этим я и уехал, оставив свою прошлую жизнь позади, отправившись на создание новой, в которой я знаменитый ведущий шоу, которого все любят и почитают.       История закончена, а Тревору оставалось только оставаться в ступоре и раздумьях, что можно сказать в таком случае. Это правда – сам он никогда не сталкивался с таким, но во время рассказа почувствовал, что находится прямо там, где был когда-то сам Дерек. Подняв взгляд, он видит перед собой взрослого парня, который пережил всё это, и сейчас абсолютно спокойно сидит в ванне и докуривает, словно рассказал детскую страшилку или анекдот, и ничего такого не было. Было трудно подобрать слова, что бы попытаться хоть как-то поддержать или что-то в таком роде, но кажется за это время смог с этим разобраться сам. Даже если какие-то мысли ещё не ушли, в его жизни они вспоминались всё реже. По нему видно, что он смог отпустить ситуацию, но вспоминать лишний раз не хотел, и его можно было понять. Только открыв рот, его перебили, как он в начале рассказа: – Знаешь, я хоть и не так много из этого что-то вынес, но смог многому научиться и многое понять, как работает этот мир с его жёсткими правилами, – пепел снова упал на воду, сразу растворяясь, как и дым. – Я забыл слова отца, и понял, что многое могу сам без чьей либо помощи, что всё зависит только от меня. Вся эта ситуация с родителями долгое время меня тормошила, от чего я медленно опускался на дно своего собственного подсознания, где я начал верить всем тем гадостям, что мне когда-то сказали. Если бы мне не помогли выбраться тогда из этого, не помогли забыть и отпустить, если бы не те слова матери... Может я и не поступил бы сюда, а скитался где-то на улице? Не знаю. Всё могло бы быть. – Теперь его взгляд сместился на Тревора, который как ото сна очнулся, быстро заморгав глазами и отводя взгляд, что заставило Дерека усмехнулся, а его самого смутится, ведь застыл на этом моменте. – Будешь? – Перед носом смуглого паренька оказалась рука друга, а в ней – полупустая пачка дешёвых сигарет, одну из которых слегка приподнял пальцем, что бы другому было легче достать, если он захочет конечно. – Пожалуй откажусь, – ответил и отвел пальцем коробку в сторону, спустя долгое время заговорив. – Предпочитаю всё ещё оставлять свои лёгкие чистыми, даже после такого.       Ворон только пожал плечами, улыбаясь, и положил коробку на стул рядом, куда было легче дотянуться. Откинувшись назад, он стал смотреть куда-то в стену, как если бы там было окно, и продолжал курить. Тревор отвернулся в противоположную сторону, обдумывая всё то, что узнал сегодня за день о своём соседе.       Каждый из них молчал, а слов и не нужно было – чего-то неловкого или напрягающего никто не ощущал, даже Тревор, который от запаха дыма только ругался, сейчас кажется моментами сам вдыхал его, и погружался в свои мысли всё глубже, как и Дерек, который в этом болоте плавает уже давно, и его ничего не волновало. Ни тогда, ни сейчас, ни в будущем, даже когда к ним стали стучатся другие с желанием наконец-то принять душ. Все те проблемы и мысли упали, как пепел в воду, и растворились, дав жить дальше с чистой головой.