Глупые, но такие влюбленные

Их губы встречаются в жарком поцелуе как только дверь в квартиру закрывается. Скара мажет по стене ладонью в попытках найти выключатель, и наконец врубить такой сейчас нужный свет и наконец понять, в какой стороне дверь в спальню. Дезориентация в пространстве, голова неимоверно кружится, а ноги как обычно подкашиваются из-за того, как руки сжимают его талию. Сетос ведёт уверенно, прижимая парня к той самой стене до боли в лопатках, но того лишь сильнее заводит. Ему слишком хорошо и этого достаточно. — Скар, — шёпот оказывается где-то возле уха, а синие глаза уже закатываются от наслаждения. Парень никогда не признается, что тот ему до чёртиков нравился. — Я люблю тебя. И в этот момент находится выключатель. синие глаза с удивлением распахиваются, встречаясь с выразительным взглядом Сетоса. Тот не шутил. Свет бьёт по глазам, но сейчас им двоим абсолютно плевать на это, сейчас для них были только лица друг друга и слишком громко бьющиеся сердца в груди. — Что? Скара пытается понять смысл этих трёх слов, а в груди тянется такая сладкая патока. Одновременно хотелось взлететь в небеса и выблевать недавний ужин из ресторана. Его не могут любить. Тем более Сетос. Они обязались быть лишь любовниками в постели, которые приносили друг другу лишь удовольствие. Некая передружба, где даже дружбой не пахнет. Скарамучча как угодно показывал свою неприязнь к парню при людях, говоря такие гадостные речи, что никто бы даже не подумал, что в этот же вечер Скар будет выстанывать чужое имя из своего рта. Такого поганного, не умеющего говорить нежности, рта. И всех все устраивало. Сетоса, по крайней мере, до недавнего времени, когда в один из дней они решили устроить внеплановую ночёвку в квартире брюнета. Где Скара был таким домашним, красивым и грубым котёнком не только в его руках, но и в принципе. Он был так же груб к нему на словах, но настолько уютно и тепло относился к парню, что в сердце заныло сладкой любовью. Именно тогда Сетос понял, что по-настоящему влюблён, как истинный дурак. А ведь он даже не знал кто он для Скары, обычный левый парень для удовольствия на ночь, или же всё-таки передруг, к которому испытывает нежные чувства. Но мог ли? — Сетос, я.. — Нам надо расставить точки над «и». Я признался, пришла пора и тебе наконец. Я вижу все твои взгляды, как-бы сильно ты не старался их скрыть от моего взгляда. Я могу быть дураком, но не настолько тупым, каким ты меня считал. Кто я для тебя, Скар? Это был тупик, в который он сам себя загнал. Зелёные глаза смотрели пристально, не давая даже укрыться. Спрятаться. А что он мог сказать? Он сам не понимал своих же собственных чувств, о которых просто хотелось кричать, показывать табличкой прям в лицо Сетосу. О них хотелось не говорить, их хотелось показывать. Но нужно ли это? Скарамучча сомневался, он никогда не влюблялся и яростно думал о том, что это тоже не влюблённость. Обычная слабость перед человеком, который просто стал чуть ближе. Которого подпустили так близко, насколько это было возможно. Который залез под одежду, пытаясь так же залезть и в сердце, яростно раскрывая грудную клетку и пытаясь дотянуться до него. Невооруженным глазом было видно, как тот боится. Боится признаться не Сетосу — самому себе, что сам был до безумия влюблён в этого идиота. — Сетос, пожалуйста.. Пожалуйста, услышь мое сердце, которое уже отдано в твои тёплые руки. Ты сжимаешь в своих ладонях мою жизнь и мое доверие, ты мой дом. Я чувствую то, что не описать обычными словами, пойми это, прошу тебя.. пожалуйста, Сетос.. — Я тебя понял. Секундная надежда в синих глазах тонет, как только брюнет открывает входную дверь и с грустной улыбкой выходит из квартиры. Холод одиночества окутывает в свои сети слишком быстро, чтобы осознание того, что Сетос просто молча ушёл, не приходило слишком медленно. Просто взял и ушёл.

***

Академия встретила невыспавшегося Скарамуччу привычным шумом с каждого уголка здания. День с самого начала не задался: бессонница мучила парня всю ночь и потому он встал даже не по будильнику, а тупо самостоятельно. Кофе, что он варил себе утром перегорело, а новое было настолько лень делать, что пришлось идти на две своих пары на этот день без дозы кофеина. Тональник как назло тоже подвёл и ложился комками, из-за чего парень просто психанул и решил, что на его синяки не будут все равно обращать внимание и пошел как мать родила: с чистым и недовольным лицом, сверкая им по всем коридорам Академии. Ах, точно. Вишенкой на торте было то, что Сетос не отвечал ещё с самого вечера. Ни на одно из сообщений или звонков. Бесит. Сердце невозмутимо отбивало слишком быстрый ритм для обычного человека, оповещая о том, что Скара беспокоился. А ещё хотел бы объясниться. Хотя-бы минимальными словами о том, что сам не понимает собственных чувств и эмоций, его попросту не учили этому. Он знает о доверии, о ненависти, о зависти. Он знает чувство удовлетворения (и то о новых гранях этого слова познакомил Сетос, но мы технично об этом умолчим, да, Скар?) и страха. Нотки счастья, заботы, желания помочь, о банальной доброте, все это… всему этому его учил Сетос на протяжении всего их знакомства. А знакомы они по меньшей мере два года, если не чуть больше. Но смог ли Сетос до конца показать чувство любви, рассказать о нем больше, дать ощутить это чувство по полной, чтобы Скара смог полноценно и прямо ответить «да, я тоже тебя люблю»? Он не понимал. Не понимал так же и то, за что полюбили его. Он ведь такой злобный, нелюдимый, вечно ищущий конфликты с другими людьми, пытающийся вывести только на негативные эмоции. Он питается завистью от других, когда делает все лучше. Питается плевками в свою сторону, когда в очередной раз унизил какого-то очередного подонка, который повышал свое эго на бедных девушках, которые банально не могли ответить. Он питался ненавистью к себе от большинства подонков, подобных себе. Такой самоуверенный, харизматичный, самовлюблённый и вечно ухмыляющийся подонок, не умеющий по-настоящему любить себя, потерялся в собственных и чужих чувствах. И найтись ему, видимо, нужно самостоятельно. Скарамучча петляет по коридорам Академии, даже не следя за тем, как время подошло к началу его первой пары на дню. Ему было как-то плевать на это, всё равно скучный предмет и он бы скорее уснул за партой, чем вникал бы в суть лекции. К черту эту скучную пару, сейчас хотелось лишь трёх вещей. Покурить, купить кофе и найти Сетоса. Нет, сначала найти Сетоса, потом покурить, выдыхая никотин в чужие губы, как любил делать Скара но никак не любил брюнет. Увидеть как обычно хмурые брови, тяжёлый взгляд зелёных глаз и непозволительно близко манящие губы, которые будут в очередной раз говорить, что сигареты это вредно. Но опять же Сетос просто выкинет недокуренную сигарету, затыкая поток бранных слов тягучим поцелуем, который расслаблял ничуть не хуже этих самых “вредных сигарет”. А потом кофе, горькое и отрезвляющее, которое тоже Сетос не любил. Скара задумывается, а что Сетос вообще любил в том, что любил сам Скарамучча? Тот вёл буквально здоровый образ жизни, следуя своим неким принципам (которые частично переступал из-за того, что вдыхал никотин с чужих губ, но это мы тоже упустим), но что тогда могло ему нравится? Если сравнивать вкусы Скары с его, то Сетосу ничего не нравилось. Начиная от сигарет и заканчивая тем самым горьким кофе. Он буквально был его противоположностью. Вместо сигареты он предпочтёт подышать свежим воздухом подальше от людей, слушая песни птиц на веточках. Вместо рока у него приятный джаз в наушниках. Вместо горького кофе либо горячий шоколад с корицей, либо зелёный чай и обязательно с мелиссой. Три ложки сахара идут базово в чашку, об этом даже упоминать не надо. Несмотря на всю свою серьёзность во внешности, он был слишком нежным по натуре и своим вкусам. Нежным, уютным и тёплым. Это было ощущение дома, о котором Скара мог только мечтать где-то в глубине души. Грёзить во снах, видеть в несуществующем будущем, но никак не держать так близко и не обнимая его в своих руках почти что каждый день. Нет, Скара не понимал, как такой человек мог в него влюбиться. — хи-хи, с тобой так весело прогуливать занятия, Сетос. Тишину пустого коридора разрушил тихий, но знакомый девичий голос. Она старалась смеяться тише, чтобы не потревожить других студентов, но очередная шутка со слов её компаньона вновь заставляет вырваться звонкий смех, который разбивается о стены Академии. Скарамучча заинтересовано заглядывает под лестницу, до которой он даже не помнит как дошёл. Здесь он часто скрывался во время скучных пар и закуривал, и видимо по машинальной памяти ноги вели его сюда. Синие глаза зацепились за такие яркие рыжие волосы Нилу, которая непозволительно близко прижималась к Сетосу, а тот даже видимо был и не против, продолжая тепло улыбаться девушке и продолжать шутить шутки. В руках у обоих дымяться бумажные стаканчики. Скара ставит свою задницу на то, что у обоих дымиться какой-нибудь зелёный чай с сахаром и лицо сразу скривилось. От того, что он вспомнил вкус того сладкого чая, который решил попробовать, или от представшей перед ним картины он сам не знал. И не хотел бы знать. — Кстати, а я не видела сегодня Скару. Ты не знаешь, он появится? У него следующей парой должна быть сдача какого-то проекта… — Нилу вдруг задумчиво протягивает это предложение, заправляя челку за ухо. — Почему ты думаешь, что я должен о нем знать? — Ну как же? Вы разве не дружите? Скарамучча скрещивает руки на груди, нагло подслушивая теперь новый разговор. Что ж, ему было бы очень интересно послушать о том, дружат ли они. Почему бы и нет? Речь идёт о нем самом, почему бы и не послушать. — Нет, мы не дружим. Но я.. — Но ты просто не отвечаешь мне на сообщения и звонки после того, как ты тупо ушёл из моей квартиры без возможности дать сказать хоть пары слов? Сетос вздрагивает, кидая взгляд зелёных глаз на парня, который хмуро смотрел в ответ. Нет, Скара не злился. Он сам говорил, что их вряд-ли можно назвать друзьями и Сетос просто сказал правду. Они не друзья. Но так же это слишком больно врезалось в чужое сердце, будто надоедливая заноза, которая даже не кровоточила. И как бы сильно не старался парень убрать эту занозу, она лишь глубже уходила в сердце, заставляя давиться чувствами, которые хотелось выплеснуть. Но зачем теперь это делать? — Скар.. ты не так понял, я.. — О, точно. Видимо, мне надо подумать по-другому. Я, видимо, вам двоим помешал в романтической атмосфере своим появлением? — Скарамучча вздёрнул подбородок, смотря нагло. Пытаясь скрыть боль в глазах. — Не буду мешать и дальше, а то Нилу кажется вообще засосаться хотела. Удачи, хули блять. Скара не слышал возмущённого вдоха со стороны одногруппницы, которая была затронута в чужом диалоге. Так же не слышал, как Сетос звал его. Не слышал шагов сзади, которые пытались нагнать парня, но для чего? Зачем? Брюнет всё увидел и сделал нужные для себя выводы. Да, Сетос не мог его любить. Скарамучча петлял по коридорам, теряясь в них и теряя свой след для погони от Сетоса. Он не хотел больше с ним поговорить или же, не дай боже, вновь поцеловать. Импульсивные мысли с быстрыми действиями и Скара уже сам не свой, с выдуманными картинками перед глазами и о том, что все это было лишь ложью. Все слова, все касания, все поцелуи. Оно растворялось в соленых и жгучих слезах, которые решили выйти наружу. Скара бежал: от чувств, от Сетоса, от мыслей. Вновь стало плевать на пары. Похуй вообще на проект, который нужно сдать. Похуй на то, что возможно ему даже не дадут пересдать этот долг, заставляя потом корячиться и вылизывать жопу для зачёта. Плевать, абсолютно. Ноги несли куда подальше от Академии, от Сетоса. — Выглядишь хреново. Синие глаза цепляются за силуэт девушки, которая со скрещёнными руками смотрела в ответ и чего-то ожидала. Скара неловко оглядывается, приходя в себя и замечая, что он как-то забрёл к своей знакомой в гости. Она жила на район дальше и сюда обычно парень добирался явно не пешком, но по ощущениям в ногах тот явно сюда не то что дошёл — добежал. Что с ним делают мучительные чувства и мысли? — Прости, Мона, я как-то даже не заметил.. — Я это уже поняла, можешь не объясняться. Видимо, что-то случилось серьёзное. Заходи уже, я чай сделаю. И девушка проходит в свою квартиру будто она была готова к этому гостю. За полгода она никак не изменилась и Скарамучча прошёл к кухне, ощущая неприятное послевкусие обиды уже где-то в глубине души не так ярко. — Что-то случилось между тобой и Сетосом? Их глаза встречаются и Скара не понимает, как Мона могла это понять лишь за пару взглядов на него. Тушуется, ерошиться и молчит, опуская взгляд в пол и пытаясь уйти от этого разговора. Но Моне такое не нужно. Если уж в беде тот бежит без понимания того куда, и оказывается у неё в квартире, то она должна услышать почему у её друга такое состояние и попытаться помочь это решить. — Значит, случилось. Могу предположить пару моментов того, что случилось. Первое: он тебя бросил, но это маловероятно и вряд-ли бы он это захотел, человеком он выглядит однолюбом, — Мона волшебничала с чаем, засыпая то сухую мяту, то пару сухих листиков цветов и кусочки фруктов. — Второе: ты увидел кого-то с ним вместе и сам что-то себе напридумал. Это больше похоже на правду если честно. — Я запутался, Мона… Девушка оборачивается, застав друга совершенно подавленным и потерянным. Он сидел, держась за голову и комкая собственные волосы в пальцах, чтобы хоть как-то унять нервозность. Плечи подрагивали: то ли из-за немого плача, то ли просто из-за нервов, тоже не понятно. Мона тихо вздыхает, заливая кипяток в стеклянный чайничек и наблюдая, как травы внутри заплясали в неком танце, кружась и потом мягко опадая обратно на дно. Это давало время на размышления и расслабляло разум. Скара услышал, как звонко перед ним поставили чашку уже с готовым чаем и следом увидел, как Мона достала весь свой арсенал для гадания. Тут не то что таро какого-то там на У, но ещё и непонятные руны (откуда она их достала, из Скандинавии прямиком?), чистый листочек и ещё парочку карт таро другого происхождения. Удивление так и светилось на лице Скары, а Мона уже во всю тасовала первую свою колоду, с которой, как помнил парень, она чаще всего работала. И узор шапки там был очень красивый, похож чем-то на карту созвездий. — Я не смогу рассказать тебе о том, что чувствуешь ты, с этим ты должен разобраться сам. Но я могу раскрыть то, что чувствует Сетос и о чем он думает, мечтает и желает. Синие глаза неотрывно наблюдают за тем, как тусуются карты в чужих руках. Так быстро, чётко и красиво, до невозможного расслабляет и единственное, что возникает в душе, это чувство доверия. Сейчас Скара хочет довериться всему, что скажет Мона и её карты, до дрожи на кончиков пальцев. — Колесница.. интересно. — Что? — А ну сам вытяни две карты. Давай. Скарамучча нерешительно смотрит на подругу, но руку к картам протягивает, беря в пальцы две карты с разных частей колоды, кладя их рядом с первой и заинтересовано придвигаясь ближе, чтобы вникать в каждое слово. Мона задумчиво стучала пальцами по столу, бросая взгляд с одной карты на другую, то потом хмуро переключаясь на парня, из-за чего тот вздрагивал и вжимал голову в плечи. — Все настолько плохо? — Скар, тут настолько все прекрасно, что даже не верится. Ты такого парня откопал и теперь сидишь сопли жуешь тут у меня, вместо того, чтобы быть сейчас с ним рядом? — Да что там за толкование то?! — Скара уже не сдерживается, возмущённо вскрикивая, но кашлянув, тушуется и виновато смотрит, ожидая. — Ты вытянул императрицу и четверку жезлов. Вместе с колесницей это самый позитивный расклад, который я вообще видела на мысли одного партнёра к другому. Если не рассказывать всё отдельно, толкуя каждую нудно и длинно, то вкратце, он думает о прочном союзе вместе с тобой, у вас буквально взаимная любовь, гармония и счастье. Одного лишь понять не могу, какого хуя ты сейчас сидишь весь подавленный и сопли на кулак наматываешь? У него нет желания тебя бросать или как-то обижать вообще, буквально мужик мечта. — Я идиот.. — О, ты только сейчас это понял? А теперь попрошу конкретики. — Бля, Мона, вообще сейчас не до конкретики! Скарамучча подскакивает с места, цепляя взглядом всю кухню и хлопая себя по карманам джинс, чтобы найти телефон и позвонить. Он не уверен, что Сетос ему ответит, но попытаться стоило. Бог с ним, он мог позвонить той же Нилу и спросить, рядом ли она с ним. Главное сейчас найти трёклятый телефон. И он находится, к удивлению. Брюнет хватает его, пытаясь включить и набрать номер, но дисплей умирающе мигает, напоминая о том, что зарядки осталось на тридцать… двадцать девять… грёбанных секунд. Последнее, что видел Скара перед предательским выключением своего друга это одиннадцать пропущенных от Нилу и одно сообщение, где писалось от лица Сетоса просьба ответить. Дальше лишь темнота экрана и собственный злобный рык. Проклятье. — Мона, дай телефон! Девушка протягивает свой мобильный, уже разблокированный и Скара благодарно кивнув, по памяти начинает набирать номер телефона Сетоса, с дрожью в пальцах прикладывая динамик к уху, слыша такое ненавистное «абонент временно недоступен или находится вне зоны действия сети». Попытавшись ещё пару раз, парень нервно хватает свой умерший телефон со стола, буквально вылетая из кухни в сторону входной двери, надевая в спешке ботинки и путаясь в шнурках. — Не убейся по дороге, прошу. А Скара уже не слышит, вылетая из чужой квартиры и в спешке спеша обратно. Он не знал, где сейчас можно искать Сетоса, но можно хотя бы попытаться вспомнить все места, куда он мог пойти. Ну или в крайнем случае тот остался в Академии, что могло упростить поиски. Потому брюнет прыгнул в уже почти уезжающий автобус, молясь всем архонтам, что он доедет до учебного учреждения настолько быстро, насколько это возможно. Время текло невыносимо медленно, а внутри предательски возрастала тревожность. Эгоистично поддался на свою ревность, вновь бросаясь ядом и отталкивая родного человека, убегая от возможности поговорить и услышать минимальное оправдание. А что если он его вчера не бросал, а лишь давал время подумать? Насколько знал его Сетос, насколько понимал, что лишь просто дал ничтожное время на обдумывание собственных чувств. Но тогда почему он не отвечал? Ни на одно из сообщений, ни на один из звонков. Что он хотел сказать Нилу после того, как сказал, что они не друзья? Водоворот мыслей, таких тревожных и выбивающих из нужного сейчас спокойствия. От них кружилась голова и тянуло в животе до тошноты. Ну либо тошнило от людей, которые будто давили на него со всех сторон и толкались, создавая душноту и лишая нужного сейчас кислорода. Какое блаженство, что они подъехали к Академии и Скара вырывается из плена этих незнакомых людей, нервно вдыхая чуть морозный воздух носом, обжигая лёгкие и дрожа всем телом. Как же он ненавидел автобусы и скопление стольких людей в час-пик. Скарамучча петляет по коридорам, выискивая темную макушку с косичками в этом цунами студентов, толкаясь и с надеждой вертя головой в разные стороны. На своем запястье ощущает неловкое касание и в ту же минуту оказывается с краю всей этой толпы, заглядывая в голубые глаза своей одногруппницы. — Скар, тебя препод ищет, ты где был? Он сказал, что не поставит автомат без проекта, так что… — Нилу, — Скара цепляется в хрупкие плечи девушки, видя некий страх в чужих глазах. Но сейчас как-то не до этого. — Где Сетос? — Он ушёл.. он звонил тебе, но ты не отвечал, поэтому сказал, что пойдет искать тебя. Нилу даже не замечает, как Скара растворяется прям перед ее глазами, уже убегая к выходу из Академии. Идиоты. Два идиота, которые со страхом в сердце и в мыслях ищут дороги друг к другу чтобы просто поговорить. Ищут силуэты, знаки, голос, отдаленный запах духов. Цепляясь за надежду, что найдут за этим поворотом, но каждый раз разбивая эту надежду в дребезги и склеивая ее обратно. Влюблены, потому и глупы, бегая вокруг и не видя друг друга. Где его могли бы искать, пользуясь логикой так своей так и чужой? Скара бы точно пошел к себе домой с его то состоянием, а подумал бы об этом Сетос? Точно бы подумал. Он его знает так же хорошо, как Скара знает самого себя. От Академии до своего дома парень потратил намного меньше времени, чем раньше. То ли бежал слишком быстро, то ли в этом виновато что-то другое было не ясно, но в собственной квартире было темно, холодно и одиноко. Скара неверяще останавливается в прихожей, прислушиваясь к звенящей тишине, где было слышно лишь собственное чужое дыхание и.. всё. Сетоса тут не было. До самого вечера Скарамучча петлял по городу, останавливаясь в каждом месте, где они проводили время чаще одного раза. До самой темноты, цепляясь глазами к каждому человеку, пытаясь найти знакомые черты лица. Оставить телефон заряжаться он не додумался, петляя кругами в районе без возможности вновь позвонить, ну или хотя бы посмотреть время. Уставшие ноги ныли каждой клеточкой кожи, и свои последние силы Скара отдал на то, чтобы дойти до квартиры Сетоса, которая находилась в соседнем квартале от его, опускаясь возле закрытой двери прямо в подъезде, на пыльный пол. Сейчас как-то на такие мелочи плевать. В душе теплилась надежда, что Сетос придёт домой и они смогут поговорить. Не будет же тот ночевать в какой-то дыре, верно? Он хотя бы надеется на это.

***

Сетос устало наконец поднимается на нужный этаж, доставая ключи от собственной квартиры. Он до позднего вечера бегал по всему району, пытаясь понять, куда мог уйти Скарамучча. Дважды сидел возле его квартиры по два часа и даже заскочил к Моне, с удивлением слыша, как тот убежал до этого искать его самого в Академию. Успел даже вернуться обратно, найдя Нилу и убеждаясь в том, что брюнет тут был и потом сразу же ушёл, узнав, что Сетоса тут нет. Сейчас время близилось явно к рассвету, жаль что время посмотреть нельзя. Телефон до сих пор находился в ремонте после неудачного падения, а потому после последнего звонка с телефона Нилу связаться со Скарой не получилось бы, как бы парень не хотел. Он просидел до последнего возле чужой квартиры, пытаясь не уснуть и дождаться прихода Скары. Но видимо тот пришёл обратно к Моне, а заявляться к девушке в такое время не очень удобно. Они всё-таки не такие закадычные друзья с ней. Каково же было удивление, когда Сетос увидел Скару, спящего возле двери его квартиры. Парень осторожно опускается на корточки напротив, вглядываясь в такое спокойное и любимое лицо, видя солёные следы на щеках и потянувшись кончиками пальцев, дотрагиваясь до нежной и немного холодной кожи. — Скара? Чужие брови чуть вздрагивают, а веки дрожат в попытках открыть глаза. Сетос встаёт прямо, наблюдая, как парень медленно просыпается и глупо оглядывается вокруг, немного не понимая где он сейчас находится. Неуклюже встаёт на ноги, пошатываясь из-за того, что не выспался и тянут мышцы ног в тягучей боли. Трёт глаза, фокусируя взгляд на плывучем силуэте перед собой и наконец увидев лицо Сетоса близко-близко. — Сетос? Синие глаза вспыхивают, а руки хватают чужие в крепкой хватке, будто боясь, что тот раствориться прям перед ним. Их взгляды пересекаются и Сетос чувствует всеми клеточками тела, как нервничает Скарамучча. — Сетос, я не хотел, пожалуйста прости, я всё понял, всё понял.. — Скара громко шепчет бессвязные между собой слова, пытаясь сформулировать хоть одно предложение, чтобы сказать то, что так хотел. Теряется в собственных мыслях, но чужую ладонь сжимает сильнее, боясь отпустить. — Тише, Скар, успокойся. Давай зайдём внутрь? Скара часто-часто кивает, нехотя отпуская из плена своих рук чужие, чтобы Сетос смог открыть свою квартиру. Звон ключей, открывшейся двери и шорох одежды — парни молча раздеваются в прихожей, проходя потом в гостиную. Скара хвостиком следует за хозяином квартиры, становясь непривычно смущённым и замкнутым. Сетос оборачивая не резко, аккуратно, ловя чужие ладони в свои и нежно их сжимая, поглаживая кожу большими пальцами. Молча смотрит, так внимательно и влюбленно, выбивая последние силы и уверенность. Страх сковывает тело, начинается мелкая дрожь, а в глазах скапливаются слёзы. За что он ему такой, понимающий и чуткий? Явно не за его греховность. — Прости меня.. — и ещё много раз повторяется из дрожащих губ, а синие глаза зажмуриваются, чтобы слёзы не жгли глаза. Чувствует влагу на щеках, но её мягко убирают теплые пальцы. — Ну вот за что ты прощенья просишь, дурак? Это я сам ничего не объяснил, ещё и заставил волноваться. Господи, нежный, иди ко мне сюда… Сетос мягко толкает парня в теплые и такие нужные сейчас объятия, поглаживая по спине, чтобы успокоить. Скара чувствует, как эти объятия укрывают его от всего мира, чтобы тот не боялся и не скрывался: от своих чувств или же от себя самого — неважно. Но он позволяет себе минуты слабости, позволяет течь слезам и вцепиться мёртвой хваткой в чужую одежду. Позволяет всхлипы, дрожь тела, и даже слабость в ногах и мыслях, из-за чего Сетосу приходится того неловко ловить на руки, замечая, как Скарамучча от волнения и усталости теряет сознание. А приходит в себя только когда уже солнце без жалости лезет к глазам, буквально заставляя открыть веки (с большим трудом) и оглядеться. Рядом тихо сопит Сетос, скрытый от солнца под чужим плечом, уткнувшись в него носом, а находились они в такой яркой и уютной спальне, укрытые тёплым одеялом. Скара как можно аккуратнее привстает на локтях, прикрывая своим силуэтом чужое лицо и потом пытаясь не шуметь, встаёт с кровати полностью, подходя к окну и задёргивая шторы. Они явно проспали пары, но сейчас это мало заботит Скарамуччу (Сетоса и подавно), а потому сегодняшний день можно полностью посвятить сну, а вечером когда уже они оба хорошенько отдохнут то тогда и поговорят. Именно такой план придумал Скара, когда уже ложился на пригретое собою местечко под боком Сетоса, но этому плану не суждено было сбыться. Как бы Скара не старался шуметь, но чуткий сон Сетоса ничем не убьёшь. А потому на него сейчас хоть и сонно, но очень осмысленно смотрела пара зелёных глаз. — Ты как себя чувствуешь? — Что? Сетос тихо хмыкнул, садясь на кровати и слегка откидывая одеяло ближе к ногам, бросая взгляд сверху вниз, оценивающий. — Я уже понял, что это твой любимый вопрос из всех. Ты вчера потерял сознание, не помнишь? Отдохнул хотя бы? — Ну… вроде как. Сетос.. — Давай без извинений? Мне не за что на тебя сердиться, чтобы прощать. Скара тушуется, неловко отводя взгляд и заламывая пальцы. Резко садиться, бегая глазами по комнате и собираясь с мыслями. Тревогой воняет за километры, но Сетос чутко ожидает чужих действий, лишь наблюдая и давая время. Скара давно понял, что это его некое проявление заботы: дать время, чтобы решиться что-то сделать, но быть рядом, чтобы вовремя помочь. Сетос всегда был очень чутким в этом плане и почти что с первого дня знакомства знал, что Скара может самостоятельно что-то сделать, ему просто нужно решиться и видеть опору рядом, если вдруг случится что-то незапланированное. И всё. С разговором о чувствах он сделал то же самое, но Скара глупо подумал, что Сетос просто его бросил, не дождавшись прямого ответа. Оба глупы. Но тем не менее, оба влюблены, так ведь? — Я люблю тебя, Сетос. План со сном немного поменялся: теперь они долго лежат в объятиях друг друга, перебирая пальцами локоны волос и целуясь, даря тепло необходимое им обоим. На пропущенные пары абсолютно плевать, когда рядом тепло смеётся любимый человек с обычной щекотки, а потом атакует также в ответ. Глупые, но такие влюбленные.