Ритуал

Вдоль бескрайних лугов пролегла неровная тропа. Свет луны, словно тяжелое одеяло, покрывал густую дикую растительность, окрашивая ее в бирюзовые оттенки. Лирия хотела верить - рано или поздно тропа упрется в непроходимый темный лес, где, однако же, был небольшой голый участок. Выделялся он хотя бы тем, что в радиусе пары метров была лишь сухая земля и мелкие камушки. Когда в остальной части хвойного леса каждые пару шагов можно было уткнуться в шершавую, но влажную кору. Сейчас, она бежала по тропе. Давно босые ноги покрылись нетолстым слоем влажной грязи, прибавлявшей не самые приятные ощущения к промозглости. Но Лирию волновала вовсе ни грязь, ни холод. Она была из тех девочек, которые забывали о еде и сне, в поисках чего-то, чего яростно желали. Идея слепила, идея оглушала. Она пропитывала всю их сущность, заполняя тело энергией. В мыслях, Лирия вспоминала сегодняшний разговор с Питером. Как мальчик разжигал в ней идею найти "то самое место". Необычный клочок сухой земли во влажном лесу. Место, где от каждой шершавой поверхности отражается красный огонь костра. Где есть танцы, где есть духи, где есть жизнь. Но нет Лирии. Пока. Деревья выстроились прутьями клеток. Таких клеток, что держали бедных птиц в кораблях при перевозке. Многие из тех не доживали до конца морского пути. Смерть без шансов на отдых завлекала тех в бесконечный танец крыльев. Похожий танец Лирия сейчас наблюдала, оперевшись о влажную кору. Тень скрывала ее, оставляя сиять лишь зеленые глазки, с интересом поглощающие безумный хоровод красивых дам. Белые рубахи колыхались, каждый круг чуть ли не задевая яркий огонь. Но дамы совсем не замечали этого, опьяненные неочевидным весельем. Они громко пели, смеялись и плясали вокруг костра, крепко смыкая круг праздности. Им не было дело до поздней ночи, до забот стоящего высоко в небе месяца, до капель воды, стекающим по рукам Лирии. Конец хоровода неожиданно знаменовал оглушительную тишину, режущую слух похуже любых плясок и песнопений. Хуже, чем крик голодного младенца, хуже разбитых грез. Хуже тем, что сдала Лирию с ее внезапно запротестовавшим от 14-ти часового голода желудком. И этот протест пусть и звучал как рык животного, дамы сразу все поняли. Все 5 пар глаз, казалось, мгновенно повернулись в сторону Лирии и застыли, как совы в ночи, выслеживающие жертву. Сцена казалась сюрреалистично пугающей, неестественной и девочка попятилась назад. Пока не поняла, что спиной уткнулась в чье-то холодное тело. Резко обернувшись и увидев перед собой острый, словно клюв, нос, и пару светящихся во тьме стеклянных глаз, девочка побежала прочь. Низкие ветки будто были усыпаны острыми металлическими иглами. Кожу жгло, пыль и кусочки шишек попадали в рот, но это ничего не имело значения перед лицом ужаса. Перед воспоминаниями о двух светящихся желтых глазах. О пяти пар таких. И все неподвижно смотрели в душу. Птицы затрепетали. Они бились о прутья. Они искали, готовые выломать хлипкую, перед их неистовством, преграду. Израненные шишками и осыпавшейся хвоей стопы умоляли судьбу позволить им упасть. Но судьба имела другие планы. Сейчас, казалось, она была сурова как никогда. Словно, копила гнев к маленькой девочке всю ее жизнь и за каждый ее грех. И вот - настало время наказания. Лирия лишь на секунду посмотрела назад, чтобы оценить ситуацию. За ней, в 10 метрах, бежали 5 женщин. Их тела, конечности были напряжены и активны, но головы совершенно неподвижны. Они будто висели в воздухе. Ровно и четко смотря на цель, сверкая желтыми глазами. С каждой минутой лес казался все больше, а расстояние между женщинами и девочкой все меньше. Ее рывки, казалось, лишь ухудшали ситуацию. Ноги все чаще цеплялись за землю, отказываясь бежать. Это было похоже на сон. На кошмар, в котором ты никогда не сможешь убежать. Ты будешь утопать, проваливаться под землю. Ты будешь плакать. Из глаз Лирии покатились слезы. На несколько мгновений, ей показалось, что у нее сломались ребра. Острая боль разошлась от живота по всему туловищу, пока внезапно схватившие ее руки сжимали тело еще крепче. Тьма поглотила ее. Настало время наказания. Настало время ритуала. /-/-/-/-/-/-/-/-/ На русые волосы молодой женщины падали теплые лучи солнца. Она бережно снимала с веревки белье и складывала в плетеную корзину, пока ее сын стоял к ней спиной и внимательно смотрел на лес вдали от деревни. - Питер, милый, все в порядке? - слегка обеспокоенно спросила мать. - Да, мам. Все так, как должно быть. На лице мальчика уже давно сияла улыбка, скорее похожая на уродливую гримасу.