After

      У Бакуго сводит сердце от того, настолько живописно выглядит комната в данный момент.       В их уютной, уже давно привычной, общей квартире на первом этаже, пахло сырой, холодной свежестью, что окутывала с головы до ног только что вышедшего из душа Кацуки. В открытом окне мелькали вспышки россыпи звёзд, что так рьяно напоминали о уже ставших родными веснушках. Лунный свет аккуратно опалял пространство через чутка отодвинутые серые шторы, а облокотившись о подоконник, сидя на кровати, виднелся силуэт. Волнистые волосы, что из зелёных, в столь тёмном пространстве больше походили на чёрные, развивались от лёгкого холодного ветра, что заставлял сводить в мурашках и без того голое тело.       "Как маслом" — пронеслось в голове у явного не ценителя искусства, хотя, если бы этот момент им считался, он бы был знатоком.       Горячие руки на талии резко контрастировали с уже остывшим от температуры улицы телом, а ополяющее дыхание куда-то в шею, нежно согревало. Мидория слегка повернул голову, поморщившись от резкого запаха мужского шампуня, что-то бубня про то, что его давно пора сменить, получая аккуратный щелбан по носу. — Не боишься заболеть? — Нет.       Ещё пара незамысловатых слов, скорее похожих на монолог, нежели светскую беседу, и смешки от щекочущих острых волос, что то и дело наровились залезть куда-то в ухо. Оба, уже обыденно, наслаждались присутствием друг друга. Холодная постель от ночных посиделок приятно сочеталась с невероятно приятными, тёплыми руками в объятиях. — Каччан, свозишь меня на море? — вопрос звучал по детски глупо. Мидория имел столько власти над этим горделивым котом, что даже поставь тот его перед фактом, возразить бы ему не посмели. — Завтра? — Нет, завтра рабочий. — тишина и шелест листьев за окном. — Думаю, числа одиннадцатого, у нас тогда совпадают выходные. — Одиннадцатого, так одиннадцатого... — и плевать Кацуки хотел, какие у него там были планы. Сейчас, когда человек, чьё имя вызывало лишь трепет в сердце, аккуратно укладывался на одну из сторон их общей кровати, уже в полудрёме представляя, как будет плескать ногами тёплые волны, никакие проблемы не приходили, словно это было какой-то новой причудой.       Закрывая окно, оглядывая комнату ещё пару секунд и закрывая шторы, Кацуки пообещал, что устроит ему лучшие выходные, аккуратно поцеловав куда-то в волосы. И Кацуки устроил.