Зеркало

Медленно раскрыв глаза, кошка немного зевнула и поднялась с кровати, чувствуя себя всё ещё не выспавшейся. Присев за туалетный столик, она аккуратно взяла в руки расчёску, и немного щуря глаза, стала приводить себя в порядок, особое внимание уделяя пушистому, чёрному хвосту. На часах было около десяти утра, за окном уже сияло молодое солнце, а если прислушаться, то были заметны птичьи трели тонких воробьиных голосков. По прошествии тридцати минут, Мурина, а именно так назвали кошку её родители,подошла к отдельному столу в комнате, где уже лежала стопка приглашений на балы, выставки, и другие мероприятия, куда невозможно было попасть низшему сословию, а ей, как потомственной дворянке, вход был открыт. Эта мимолётная мысль заставила её нагло улыбнуться, радуясь что кто-то другой, а не она, сейчас работает где-то в полях, постоянно считает сбережения и ищет любую возможность, чтобы выжить. Мурфёрова взяла одно интересующее её предложение, присланное ей около 8-и дней назад, в руки и уже написала письмо с согласием, затем строгим голосом подзывая прислугу. — Доброе утро, Сударыня. Чего изволите сегодня? — С поклоном вошёл в комнату юной девы серый дворецкий. — Мне нужно отправить соглашение на бал. И где сейчас матушка с батюшкой? — Сухо спросила Мур, а услышав ответ, аккуратно надела на себя голубоватое платье и отдала прислуге конверт. Спустившись на первый этаж особняка, где за главным столом сидели её родители, присоединилась к трапезе. Когда завтрак закончился, они втроём уселись с чашкой чая в главной комнате, начиная разговор о некоторых приглашениях. Конечно, когда ты являешься членом дворянского рода, нужно было уметь правильно выбирать места, куда стоило езжать. Связи многое решали в мире, а лишаться своего положения Мурфёрова, наследница рода Мурфёровых, была не намерена. Это всего лишь один из множества одинаковых дней, когда стоило держать ухо востро, следить за сплетнями, улыбаться в правильном месте и хмуриться в другом, поддержать более влиятельного сейчас, или того, кто вскоре станет выше. Каждое действие требовалось продумывать на ходу, не давая себе и права на ошибку. Высшее общество оно такое: заметит как ты оступился, заклюют до смерти, вспоминая все провалы, а если их и не было, то переиначат всю правду в нужную им сторону. Распрощавшись, кошка поднялась в свою комнату, уже зная на какое письмо нужно ответить.

***

На старой набережной ярко горел обрамлённый огнями фонарей роскошный особняк вельможи. Именно в него держали путь Мурина Мурфёрова и её матушка. По периметру стояла полиция, и ровно по определённому маршруту подъезжали кареты с лошадьми разных мастей и цветов. Гости, приглашённые на этот вечер, были самых разных возрастов и внешности, а дамы в ярких и нарядных платьях с блестящими от света украшениями, роскошными шляпами, и небольшой накидкой на плечи, спасающей их от прохладного ветра. Кавалеры также были разнообразны в своих мундирах, лентах и звёздах. Они выходили первыми, подавая руку, чтобы помочь выбраться своим дамам, и подводили их ко входу в дом. Там же стоял дворецкий, внимательно проверяя по своим спискам новоприбывших гостей, а когда полностью был убеждён в их присутствии, пропускал внутрь, уважительно кланяясь им. Это был не первый её бал, который она посещала, и все эти однообразные действия стали толком раздражать кошку. И конечно её бесили подобные поездки в душной карете, куда из-за плотных штор почти не пробивался свет, а постоянные кочки утомляли ещё больше, хотя их город мог похвастаться их качеством с другими. Наконец, их экипаж подъехал к небольшой лестнице, а кучер встал со своего места, чтобы помочь дамам выйти. Пройдя всю процедуру с проверкой, они попали в вестибюль, а затем лапы гостей ступили в блестящий бальный зал. Все поверхности помещения были окрашены в белый цвет и расписаны декоративным золотым узором, на стенах развешаны огромные зеркала, паркет с определённым кружевным рисунком. Потолок был плоским и находился высоко, но не зря, так как там висела объёмная люстра, украшенная розеткой. В качестве зоны отдыха, вдоль стен находились большие белые столы, рядом с которыми стояли мягкие стулья. Впереди, сзади них, тихо переговариваясь, входили остальные гости. В зале уже присутствовало множество гостей, ожидая государя. Вдруг все зашевелилось, толпа заговорила, подвинулась, опять раздвинулась, и между двух расступившихся рядов, при звуках заигравшей музыки, вошел вельможа. Он шел быстро, немного размахивая хвостом, кланяясь направо и налево, как бы стараясь скорее избавиться от этой первой минуты встречи. Вскоре, глава дома взял за руку одну из высоко почтенных дам, утягивая её за собой, открывая сегодняшний день. Больше половины дам имели кавалеров и шли или приготовлялись идти в польский танец. К её матушке и к ней подошли два кавалера, красиво одетых в красные мундиры расшитые золотом, прямо как и их рыжеватая шерсть, приглашая их на танец с собой. Любезно улыбнувшись, Мурина чутка наклонила голову, и дёрнула ухом, соглашаясь на первый танец с этим, с виду дружелюбным котом, но когда тот взял её за руку, утягивая в круг танцующих, в груди разлилось презрение ко всем действиям полонеза. Что ж, Мурфёрова всегда знала, что самое основное событие на таких собраниях - это танец, и без уважительной причины отказать, увы, было не по этикету. Она уже медленно начинала ненавидеть всех собравшихся здесь людей, которые скрывали всё своё нахальство над ней за милыми улыбками. Перебрасываясь незамысловатыми комплиментами, пара закончила танец, и она, под руку с кавалером, отошли к столам с закусками. Кошка прикрывала лицо нежно-голубым веером, сдерживая презрение, рвущееся наружу от присутствующих здесь. Куда бы Мур не посмотрела, все вели себя мило, но если начинался разговор... Так хотелось гадко улыбнуться и высказать всё что думает об этих самодовольных герцогах и герцогинь. Купцы отказались делать ей скидку на нужный цвет ткани и она взяла другой? Почему бы не заплатить полную стоимость, рыжая кошка? Сосед отказался продавать свой участок ему и договорился с кем-то другим? Что ж, похоже ты недостаточно лести ему высказал, или слишком мало отвалил из кармана. Любимого котенка-сыночка отправили в армию? Оо, она ненавидела эти истории больше других, ведь каждый говорил, что он был бы ей прекрасным партнёром. Скрывая за тонкой тканью украшения высокомерную ухмылку, Мурина стояла около стола с закусками, раздражённо дёргая ушами от всех этих разговоров. А как же сложно было улыбаться и кокетничать в лицо тому, кто ухмылялся не сдерживаясь, осматривая её, зная что кошка ниже по рангу и ничего ответить не может. Высший свет? Да? Гарпии и стервятники, говорящие в лицо одно, а за спиной планируя покушение. Это всё их вина, никто не достоин ничего, что у них есть, что получили от родни. Она аккуратно поправила подол нежно-зеленого платья, прекрасно сочетающееся с её глазами, и мило улыбнулась подошедшему к ней кавалеру, зовущего её как партнёра на мазурку, пока в голове перекатывались мысли о том, как бы Мурфёрова с незабываемым удовольствием подставила ему свою ногу в танце, замечая как кот в шоке оступается и падает на пол, прямо под чужую юбку. Как много она об этом думала: одному стукнула веером по щеке, оставляя алый след, другого облила всеми возможными напитками, третьей “случайно” порвала подол платья, а четвёртого и вовсе унизила прямо на балу и нагло наступила на хвост. Мур на самом деле полностью погрузилась в эти фантазии, получая искреннее удовольствие, но стук приближающихся шагов заставил вернуться в противную реальность, от чего сама кошка невольно закатила глаза и раздражённо вздохнула. — Ах, юная леди-с, позволите угостить Вас искусным пуншем? — слащаво произнес один из господ, что остановился рядом с Муриной. — Что Вы, я не желаю пить на этом балу! — промурлыкала в ответ Мурина, продолжая скрывать лицо веером, чувствуя еще и нарастающую скуку от происходящего. Она отвела взгляд в сторону, пытаясь спрятать отвращение и ненависть. От герцога так и несло дурным парфюмом, из-за чего Мур еле сдерживала мысль схватить первый попавшийся бутыль и разбить о пьяную голову. Однако снаружи Мурфёрова оставалась такой же любезной и даже приветливой, а на нервное вздрагивание хвоста никто и внимания-то не обратит. Как же кошка устала от всех этих собраний… Толпы знакомых и незнакомых людей, шумные вечера, громкая музыка, тысячи самовлюблённых котов, что норовились как можно дольше растянуть бессмысленный диалог с Муриной. Очередные глупости. Слишком много суеты. Мечта сбежать отсюда и жить на природе где-то за городом, не покидала головы уже как несколько лет. Да только куда она денется? Лучше молчаливо терпеть всё это мерзкое окружение, писклявые или басистые голоса, раскатистый смех, похотливые взгляды и прикосновения “невзначай”. Пусть неприятно и гадко, пусть её это бесило, но зато находиться в тепле и комфорте куда легче. — Чего же Вы тогда желаете-с, юная леди? — вновь кокетливо спросил бурый кот и ближе подошел к Мур. — “Ударить тебя по лицу, паршивый ты остолоп!” — подумала про себя “невинная” , начиная беситься от количества “с” в его речи, и незаметно усмехнулась, прищурив глаза. — Ничего. Вам стоит предложить выпить какой-нибудь иной юной леди, — скопировала манеру поведения Мурфёрова и сложила веер, складывая руки на груди и сухо глядя на герцога, хотя выглядела она всё так же: покладисто и мило. — “Надеюсь, ты случайно поскользнёшься на высоких ступенях” — вновь промелькнула наглая мысль и скрылась среди сотни подобных, вовсе не мелькая на лице. Господ что-то злобно пробубнил себе под нос и ушёл, постоянно оглядываясь на Мур. Ну и хорошо. Не будет вонять различными отходами, иначе дорогой парфюм мог бы изменить свой чудесный запах на какие-нибудь помои. Остальной бал прошёл в еще большей скуке, чем начало. Пустые разговоры, лишь для того, чтобы скрасить пребывание в данном поместье, чересчур энергичные танцы, звенящие бокалы с напитками, отражение в больших зеркалах всего зала и... И всё. Новые знакомства? Все находящиеся здесь были знакомы с Муриной, лишь несколько новых личностей, и то не представлявших для неё или её семьи интереса. Оставалось только дождаться окончания и надеяться на то, что никакой дамский угодник не попытается опять завести с ней длительный разговор, от чего она бродила по залу, пересекаясь парочкой фраз с разными котами и кошками, иногда аккуратно слушая или, с разрешения старших, добавляя свои комментарии. От такого притворства начинало тошнить, а жуткие мысли то и дело крутились в голове, из-за чего приходилось постоянно дёргать ушами, отгоняя их, оставаясь снаружи спокойной и невозмутимой, улыбчивой.

***

Забравшись в приехавшую к ним карету, с помощью кучера, Мурина уместилась на одном из сидений, закрывая глаза, тихо слушая матушку. В очередной раз она вымоталась: от шумных разговоров, постоянных танцев, от ярости, до сих пор клокочущей у неё в груди. Мурфёрова тихо фыркнула себе под нос, лапками охватывая свой пушистый хвост и начиная гладить его. Хотелось поскорее добраться до дома, зайти в свою комнату и просто отпустить этот день. Мур всегда было тяжело вот так вот “присутствовать” на балах. Она постоянно проваливалась в яростные фантазии и мерзкие упрёки, недоверчиво рассматривая свое окружение. Слишком много стресса… И слишком много усталости. Стоило просто отдохнуть немного и уже с новыми силами продолжать любезные маски. В конце концов, как жить по-другому? Когда же длительная поездка до дома закончилась, Мурфёрова вынырнула из глубоких раздумий и вышла из кареты с помощью батюшки, чутка улыбаясь ему, и ответив родителям, что направляется в свою комнату, так как этот день вымотал её. Старшие не были против, и пожелав дочери отдохнуть, скрылись за поворотом коридора. Поднявшись в свою комнату, кошка молча села за стол, опустошённо смотря в окно, разглядывая шагающих котов и кошек. Она тяжело вздохнула и опустила голову, затем наблюдая как воск плавно стекает по свече на беленькое блюдце, зажжённой горничной перед её приездом. — …Ненавижу всех… Мерзкие, подлые масочники… Все они на самом деле жестоки и высокомерны… — раздражённо прошипела Мурина и прищурилась. В голове в очередной раз заметались различные мысли, что давили на нервы. — Ненавижу-ненавижу-ненавижу! Но не их! В том-то и дело! Себя! — еще агрессивнее произнесла она и оскалилась, но уже на саму себя, зрачками упираясь в огонь. Глаза зацепились за силуэты на улице, прямо за свечой. Кот и кошка мило болтали о чём-то и счастливо смеялись, держась хвостами. — …Почему я тоже не могу найти кого-то, с кем было бы радостно находиться рядом? Не злиться… Просто…— усталым шепотом проговорила Мурфёрова, не доводя фразу до конца, и перевела взгляд на свой хвост, прикрывая веки. — Ведь дело во мне… Но как можно измениться? — она внезапно зажмурилась и сжала свою шерсть, — Я устала! Не могу больше! Мне просто очень одиноко! Что поделать с моей бездарностью и эмоциями?! Что с собой сделать?! — Мур также быстро охладела и отпустила себя, медленно поднимаясь из-за стола, — Нет… Мне всего лишь нужно пережить этот день, как и все остальные… И всё будет хорошо. Завтра будет лучше, — леди потушила свечу и зашторила окно, решая лечь спать. Поворачиваясь в сторону ванной, взгляд Мурины зацепился за зеркало. Она застыла на месте, чувствуя как внутри разрастается ком ненависти и боли, что стремительно перебил все иные мысли. Кошка яростно оскалилась и со всех сил ударила по отражению, разбивая зеркало на мелкие осколки. Ноги подкосились, от чего Мур упала на колени и разрыдалась, закрывая лицо руками. И завтра она вновь купит новое зеркало, вновь даст волю этой боли, вновь упадет и заплачет. Завтра не будет лучше. Но она продолжит верить в завтра.