Влюбиться вновь

Never thought that I would find a way out

I never thought I'd hear my heartbeat so loud

I can't believe there's something left in my chest anymore

But God damn, you got me in love again.

Дуа Липа «Love again».

Нил стоял посреди своей спальни. Он вернулся с ночной смены из кофейни своих друзей, в которой иногда подрабатывал. Едва светало, поэтому в комнате было темно. Чтобы что-то разглядеть, приходилось напрягать глаза, но Нил ещё ни разу в жизни не видел всё настолько чётко. Он любил эту квартиру. Тот день, когда они сняли её, Нилу казался одним из самых счастливых. Они давно с Рико мечтали жить вместе. И это произошло. В спальню сразу была куплена огромная кровать кинг сайз, из которой они не вылезали неделями, занимаясь сексом без перерыва. И что теперь? В постели с его парнем лежал хуй пойми кто. Когда Нил подошёл ближе, голубки так и не проснулись, и он смог заметить тройку на скуле, которую видел у друга детства Рико — Жана. Рико часто приводил его к ним домой, ещё чаще ходил к нему, и Нил никогда даже мысли подобной не допускал. Наверно, они вдоволь натрахались, потому что никто не слышал, как Нил ходил по комнате. Мысли бегали. Это свалилось на него, как снег на голову. Стало мерзко находиться в этой спальне и в этой квартире. В прихожей Нил взял сумку и стал класть туда вещи и документы. Ему хотелось побыстрее свалить, но его сердце резко защемило. Я люблю тебя, Нил. Это было в его голове, но эхом отразилась по всему телу. Эмоции зашкаливали, но больше всего преобладала злость. Почему Нил должен был просто так уйти? Разве эти три года ничего не значили? Можно было просто так вытереть о него ноги? Нет. Нил не думал слишком долго. Сильная обида была у руля. Он открыл шкаф и достал бейсбольную биту, принадлежавшую Рико. Он зашёл в спальню снова и подошёл к кровати. Его внимание привлекла нога, которая торчала из-под одеяла. Нил схватил биту покрепче и замахнулся.

***

Просматривая сайты с билетами, Нил всё ещё колебался. Это было смешно. Он никогда ещё не выезжал из своей страны. Несколько недель назад он понял, что больше не мог находиться на этой улице, в этом городе и даже в этой стране. Всё вызывало в нём лишь отвращение. Нил принял глобальное решение — переехать. Нил был переводчиком с немецкого, который тихо принимал заказы дома. Это было его основной работой, что и сыграло решающую роль в выборе нового места пребывания. Мюнхен. Нил помнил, как ещё в школе ему задавали сделать доклад по этому городу. И уже тогда в его голове промелькнуло: «Интересно, каково жить в таком красивом месте?». Но эта мысль была забыта на долгие годы и, наконец, откопана вновь среди прочего головного мусора. И вот, после получения визы ему можно было переезжать. Но осознание, что придётся оставить свой «дом», его пугало. Нил был тюфяком, который боялся даже подумать о переменах. Возможно, поэтому с ним так и обошлись. Он устал от этих мыслей. Устал от этих мест. Устал от себя. На экране ноутбука высветилась фраза: Оплата прошла успешно.

***

— Ты же работал. Что, блять, случилось? — сказал Нил себе под нос. Ноутбук отказывался видеть вай-фай и подключаться к сети, хотя прекрасно это делал в отеле, в котором Нил остановился. Он прибыл в Мюнхен где-то пять дней назад и просто всё время приходил в себя. Стены давили на него и ещё больше заставляли копаться в себе и думать, так что Нил принял решение развеяться. Нашёл местное интернет-кафе и заказал эспрессо. Ему всё ещё нужно было найти квартиру, договориться с заказчиками — уже нельзя было тянуть. Столько времени Нил старался не думать о Рико, не плакать в подушку по ночам, не пытаться позвонить и простить. И вроде бы получалось. Но стоило лишь оступиться разок, и всё начиналось сначала. Неудачник, неудачник, неудачник. Зачем Нил только всё это затеял? Сидел бы в своей съёмной комнате, да переводил немецкие стишки. Захотел прыгнуть выше головы. Надо было везти ноутбук в ремонт. Непонятно, когда его бы отремонтировали. А между делом время шло. Нил не успел бы снять квартиру, и его выперли бы как последнего идиота. Ведь он таким и являлся. Сердце сжималось в груди. Нил не заметил, как по щекам потекли слёзы. Он так устал быть никчёмным. — Эй, тебе помочь? Голос выбил его из себя, и Нил резко поднял голову. Перед его столиком стоял светловолосый парень. Его спокойный вид сменился на удивленный, и он замолчал. Парень уже хотел уйти, но Нил схватил того за рукав. — Постой… а чёрт. — Нил не заметил, как перешёл на английский, но быстро исправился: — Всё в порядке. — Он быстро вытер всю влагу с лица рукавом кофты. — Ты что-то хотел? Парень сел напротив и повернул его ноутбук к себе. — Я заметил, что у тебя вай-фай не подключается. Могу помочь. — Парень проигнорировал его немецкий и продолжил на английском. — Ох, да… я не знаю, он работал в отеле. Если тебе не сложно. Парень начал что-то щёлкать и набирать на клавиатуре. — Ты можешь сходить умыться. Скажи бариста, что у тебя за столом какой-то левый парень, а он за мной понаблюдает, чтобы я не спиздил твой ноут. Нил натянул улыбку и кивнул. Он прошёл мимо бариста и сразу направился в туалет. Ему было похуй. Если этот парень и украл бы его ноутбук, Нил бы даже не удивился. В зеркале на него снова смотрело пугало. Глаза красные, нос красный. В кого он превратился? Раньше Нил не мог смотреть на себя из-за схожести с матерью, сейчас же из-за полного жалости вида. Шрамы на лице лишь ещё больше отталкивали. Он в основном замазывал их, но сейчас у него не было ни сил, ни желания. Как люди вообще с ним разговаривали? Когда Нил вернулся из уборной, к его удивлению, парень был всё ещё на месте. Нил сел, и между ними повисла тишина, и только клацанье по кнопкам её нарушало. — Эм.. Я Нил. — Эндрю. Больше Эндрю ничего не сказал. На самом деле того можно было принять за немца. Светлая кожа и такие же волосы, острые черты лица. Нил часто встречал подобную внешность здесь. Хотя это были стереотипы. Когда Эндрю закончил, то повернул ноутбук к нему боком, чтобы было видно им обоим. — У тебя слетели драйверы, теперь всё работает. — Эндрю нажал кнопку, и сайт начал перезагружаться. — У тебя всегда, что ли, они с собой? — Да, я айтишник. Нил уже хотел поблагодарить Эндрю за помощь, пока не увидел, какой сайт прогружался. Весь экран стал розовым, и лишь несколько пони были по углам. Какое позорище. — А… ну, я люблю мультики. Они меня, знаешь, успокаивают. Бывает и сюжеты в сериях интересные. Боже, что Нил нёс? Он чувствовал, как у него горело лицо. Рико всегда стыдил его за эту херню. Как такой двадцатишестилетний мужик мог смотреть детские мультсериалы. Но после разрыва, они — единственное, что не давало Нилу свихнуться. Этот сериал про маленьких пони так его расслаблял. — Мне нравится Флаттершай, — сказал Эндрю, пока пролистывал сайт. Нил немного опешил и взглянул на Эндрю. Он тоже смотрел? — Мне… нравится Рейнбоу Дэш. — Нил не понимал, куда шёл разговор, но решил продолжать. — Слишком вся из себя. — Да, она немного заносчивая, но уверенная в себе. Флаттершай всегда сомневается в своих способностях. — Нил заметил, как Эндрю слегка улыбнулся. Напряжение вокруг них спадало, и Нилу становилось спокойнее. — Я могу купить тебе кофе, — предложил Нил и практически подорвался с места. — Какой ты хочешь? — Самый сладкий, что у них есть. Нил подошёл к бариста и сделал заказ. Выбор из сладкого здесь был невелик. Забрав кофе, Нил вернулся к столу. Эндрю взял чашку и сделал глоток, от чего его лицо сразу сморщилось. — Да, кофе здесь говно. — А какой ты обычно пьёшь? — Раф. Но в Германии его нет. — Эндрю сделал ещё один глоток. — Ты ведь тоже не отсюда. Турист? Эндрю пытался завязать с ним разговор. И Нилу нужно было засунуть в жопу своё унылое ебало. — Если я не найду квартиру за полторы недели, то да, турист. — А ты как будто и не расстроен. Нил не знал, на что надеялся, когда совершал такую авантюру. Возможно, несколько лет назад ему это и было бы по силам, но сейчас Нил был слишком бестолковым. — Я помогу тебе найти квартиру. — Что? — Нил сначала подумал, что не расслышал. — Ты серьёзно? — Да, — Эндрю допил свой кофе и отодвинул чашку в сторону. — Но не бесплатно. — У меня есть деньги. — Нет, мне деньги не нужны. — Эндрю слегка повернулся и взглядом показал Нилу в сторону. — Мне нужен вон тот раздавленный круассан. — Ты хотел сказать плевок в лицо всем французам? — Я так и сказал.

***

Эндрю сдержал обещание и помог Нилу с жильём. Он, как и Нил, работал из дома. Принимал различные заказы целыми днями, но по большей части маялся фигнёй. Они обменялись номерами, и Нил решил попытать удачу и позвать куда-нибудь Эндрю, но столкнулся с отказом. Тот не любил зимний Мюнхен и говорил, что в это время года тут нечего было смотреть. Нил решил пойти по другому пути. Нил Я сварю тебе раф.

Эндрю

👀

Так Эндрю стал постоянным гостем в его доме. Нил хотел верить, что у него появился друг. Вместе они смотрели кучу мультсериалов и мультфильмов. Первый раз Нил не чувствовал вину за это, а действительно наслаждался. С Эндрю это не казалось неправильным. Нил перестал замазывать шрамы на лице. Он использовал тональный крем, даже когда был с Рико. Но Эндрю, как казалось Нилу, дал понять, что ему всё равно. Тот уже видел его таким, так что, возможно, это и правда не имело смысла. Нил почти не вспоминал о Рико. У него всё ещё остался его номер, и иногда Нил даже порывался позвонить, но его останавливала жалость к себе. В эти моменты было особенно плохо. Почему до сих пор было так больно? Прошло уже больше двух месяцев, а это до сих пор мучило его. Нил ничего не рассказывал Эндрю. Они вообще мало говорили о прошлом друг друга. Ему хотелось, чтобы этот эпизод из его жизни просто был стёрт, и он смог бы жить нормально. Нил пытался держать себя в руках, пока не настал День святого Валентина. Кто же знал, что в Германии тоже любили этот праздник. На улице вешали различные украшения, витрины магазинов были завалены плюшевыми сердцами, и даже в некоторых кофейнях к заказу бесплатно прилагался пряник в форме сердца. Нила от этого тошнило. Его искалеченная душа болела. Он старался брать больше заказов и не выходить на улицу лишний раз. Даже общение с Эндрю немного поутихло. Нил в основном всегда писал первым, но сейчас у него совершенно не было на это настроения. Было неожиданно, когда Эндрю сам написал ему четырнадцатого февраля, ещё и днём. Тот был совой, потому в светлое время суток Эндрю даже не ответил бы.

Эндрю

Есть планы на сегодня?

Нил Никаких.

Эндрю

Будь готов к 8 вечера. Я заеду за тобой. И оденься поприличней, мы пойдем в клуб.

Нил мог отказаться, но он скучал по Эндрю. Больше бы ему хотелось посидеть дома и посмотреть сериалы, как они всегда и делали, но Эндрю, насколько помнил Нил, никогда никуда его не звал сам. Это было приятно. Нил порылся в шкафу и из «приличного» нашёл белую рубашку, которую он купил, только если заказчик просил выйти в онлайн с камерой, и обыкновенные джинсы. Эндрю всегда был пунктуален, ещё один стереотип, и ровно в восемь он на машине уже был около его дома. Забравшись на пассажирское место, Нил сразу обратил внимание, как выглядел Эндрю. Чёрные узкие джинсы и такая же цветом футболка без рукавов. — Ты не замёрзнешь? Да, зима здесь была не очень суровая, но холода всё равно стояли. Эндрю проигнорировал вопрос и просто осмотрел его с ног до головы. — Расстегни куртку. Нил без задней мысли сделал то, о чём его просили. Эндрю глубоко и шумно вздохнул. — Нил, мы же идём в клуб, а не в церковь. — Ты сказал поприличнее. Эндрю потянулся к переключателю на потолке салона, и стало светлее. Он взял его рубашку и вытащил её из джинсов. Именно вблизи Нил разглядел Эндрю получше. — Хотя бы не заправляй рубашку так, а то точно, как будто в церковь ед… — Ты накрасился? Эндрю сразу же поднял голову, и их взгляды встретились. Вокруг его век была чёрная подводка, из-за этого глаза казались такими большими и выразительными. — Очень красиво. Эндрю ничего не сказал. Сел на своё место ровно, застегнул ремень и запустил машину снова. — Пристегнись. Нил не успел даже ничего спросить, как Эндрю прибавил звук на магнитоле. До клуба они ехали под громко играющую музыку. Прибыв на место, Эндрю сразу завернул на парковку, предварительно показав мужчине-охраннику пропуск. Выйдя из машины, Эндрю не спешил зайти внутрь. Он облокотился на капот и закурил. Нил присоединился, но первым делом снял свою куртку и накинул на чужие голые плечи. Тот никак не отреагировал, но, когда Нил потянулся за сигаретой, Эндрю вздрогнул и выронил её, но сразу зажёг новую. Нилу он протянул другую. — Почему клуб? — спросил Нил, делая затяжку. — В праздники здесь огромные скидки, а так как я знаю бармена — ещё больше. Докурив, они направились к дверям клуба. Пройдя длинную очередь, вышибалы у входа сразу же их пропустили, перед этим стукнувшись с Эндрю кулаками. Внутри было шумно, но намного ярче, чем Нил предполагал. Освещение было в красных, синих и фиолетовых цветах. На втором этаже были специальные выступы для танцовщиц, а чуть дальше вглубь — огромный танцпол с ди-джеем во главе. Людей было много. Он старался не отставать от Эндрю, который шёл к бару. Подойдя ближе, Нил заметил парня, который махал Эндрю и улыбался. — О, какие люди. — Парень сразу из-под стола достал два стакана и налил что-то. По виду это напоминало виски или коньяк. Нил не особо разбирался в алкоголе. — За счёт заведения, — сказал парень и пододвинул им напитки. Эндрю передал парню его куртку, и тот убрал её под стол. Возможно, чтобы не стоять в очереди в гардероб. Он взял стакан и немного помотал в руке, а потом отпил половину, Нил же ещё меньше. — Как тебя звать, милашка? — спросил бармен, обращаясь к Нилу. — Охлади траханье. — Эндрю допил свой стакан и поставил на стойку. — Это Нил. Он из Америки. Так что избавь нас от твоего ломаного немецкого. Нил отпил ещё немного и ему захотелось сморщиться, как изюм, но он смог унять свои мышцы. — Роланд. — Бармен протянул через стойку руку, и Нил взял её в ответ. — Приятно познакомиться. Друзья Эндрю — мои друзья. Когда Нил допил свой стакан, горло приятно жгло, и он отдал его обратно. — Что для вас? — Ещё скотча, — Эндрю посмотрел на Нила, выжидая его запроса. — Есть что помягче? — И виски, — сказал Эндрю. Дождавшись заказа, Эндрю взял поднос и понёс в толпу. Там, дальше, в глубине, были столы, и почти все оказались занятыми. И только один был пуст, несмотря на такое скопление людей рядом. Эндрю поставил поднос, и они сели на диван. — Это твой клуб, или ты какая-то шишка? — спросил Нил. — Я раньше здесь работал, прежде чем уйти на фриланс. Их вечер был спокойным, хотя вокруг творился хаос, но Нилу всё равно было не по себе. Он чувствовал бы себя лучше, будь они у него или у Эндрю дома, без всех этих раздражителей. Всё-таки тема праздника была именно любовь, которой у Нила не было. Иногда танцпол полностью окрашивался в розовый, а музыка становилась плавной, и люди танцевали парами. Смотреть на это было невыносимо; в груди жгло. Нил пытался заглушить это алкоголем, но всё разгоралось только сильнее. Он смотрел на людей, которые бесстыдно целовались и лапали друг друга, даже не скрываясь от любопытных глаз. Это была их ночь, это было им позволено. А Нилу нет. А почему нет? Секс на один раз. И ему нужно было сейчас. Это давно уже не было проблемой для нынешнего времени. Никто Нила даже не осудил бы за это. Ему хотелось отдаться в чьи-то руки и полностью отпустить себя; хотя бы ненадолго забыть. Нил повернулся к Эндрю. Тот смотрел в сторону танцпола; его профиль был безэмоциональным. Стакан давно уже был выпит и стоял рядом, а Эндрю стучал пальцами по столу. В этот же момент их глаза встретились, и Эндрю потянулся ближе к Нилу. — Ты не хотел бы потанц… — Я хочу с кем-нибудь переспать, — перебил Нил. Эндрю немного отстранился и лишь на мгновение Нил заметил удивление на этом спокойном лице. — Что? — Ты же здесь работал. — И что? Считаешь, я со всеми перетрахался? — Боже, нет. Не хотелось бы нарваться на наркомана или… ещё кого. На самом деле Нилу было насрать. Его залитая алкоголем половина мозга подошла бы к любому человеку, но другая половина старалась уберечь его от бед. Получалось плохо. Эндрю отвернулся. Нил заметил, как тот сжал кулаки на коленях. На танцполе снова начала играть какая-то электронщина, и народ быстро заполнил пустые пространства. Нил не успел ничего понять, как его резко потянули за ворот рубашки. Эндрю приблизился к его уху. — Подойди к Роланду. Он хорошо сосёт. После, Эндрю встал и собирался уйти, но Нил схватил его за футболку. Тот остановился. — Ты куда? — Курить. Нил смотрел, как Эндрю пробирался сквозь толпу, подождал немного и тоже решил пойти следом. Как только он встал, голова закружилась. Нил никогда не был хорош в распитии алкоголя, он пьянел всего с нескольких глотков. Но спиртное и смывало все границы. Нил не намерен был отступать, поэтому шёл туда, куда его отправили. Дойдя до бара, он сразу заметил Роланда. Нил просто облокотился на стойку, тот сам понял, что нужно было подойти. — Подожди минутку. — Роланд наклонился и стал что-то перебирать. У Роланда всегда была улыбка. Он был довольно симпатичным, наверно. Нил не понимал, как люди оценивали друг друга по внешности. Ему она была не важна, но Эндрю сказал… — Эндрю сказал, что я могу с тобой переспать. Внизу раздался грохот. Роланд поднялся, растирая себе голову. — Ещё раз… Это Эндрю тебе сказал? Нил кивнул. Он водил пальцем по столешнице и старался не смотреть на Роланда. — Ох, Нил… Я… сегодня не в настроении. Но… о, я могу тебе предложить Хару. Нил поднял на него взгляд. — Кто это? — Это наш ди-джей. Скоро будет ещё один медляк, так что можешь забрать его себе. Он к тебе подойдёт. Ждать было не так долго. Нил даже не успел заклевать носом; его всегда клонило в сон, когда он был пьяным. Кто-то провёл ладонью ему между лапоток, от чего Нил вздрогнул. — Привет, крошка. Ты же Нил? — прошептали Нилу прямо в ухо. Парень прижался к нему вплотную. От него исходил запах алкоголя, но Нила это не смутило. Его, наконец, отпустили, и он смог обернуться, чтобы увидеть незнакомца. Нилу показалось, что он отрезвел в мгновение. Парень был азиатом. Прямо как… — Я Хару. Роланд сказал, что ты хотел расслабиться. Это я могу устроить. Прямо как Рико. — Всё в порядке? — Хару наклонился прямо к его лицу, из-за чего Нил увидел, что у того был проколот нос. — Да. Хару улыбнулся и взял Нила за руку. Он повёл его в противоположную сторону от бара. Пока они шли, Нил высматривал в толпе Эндрю, но так и не нашёл никого приблизительно похожего на него. «Служебное помещение» — гласила табличка на двери, к которой они подошли. Хару набрал код на замке и затащил Нила внутрь. Его сразу же прижали к стене. — Как ты насчёт поцелуев? Нил кивнул, и его поцеловали. Он старался забыться, ведь ради этого всё затевалось. Хару был аккуратен, он не держал его, Нил легко мог оттолкнуть. Но стоило ему открыть глаза, как он увидел своего бывшего. — Подожди. — Нил выставил руки перед собой и Хару отошёл. — Я не могу. Нил скатился по стене вниз и закрыл лицо руками. Почему он был таким жалким? — Слишком похож на бывшего? — спросил Хару. — Просто пиздец. Нил почувствовал, как в его волосы вплелись чужие пальцы и стали нежно перебирать пряди. — Я дам тебе совет, солнышко. — Хару сел рядом, и Нил слышал, как тот щёлкнул зажигалкой. Запахло дымом. — Не стоит прыгать на каждый доступный хуй, чтобы забыться. Секс — он как алкоголь. Если тебе хорошо, то с ним станет ещё лучше, но если наоборот… то будет примерно похожая хуйня, как сейчас. — И долго это будет продолжаться? — Я не знаю. Дай себе время. Просто пострадай. Не строй из себя ебать какого сильного парня. Тебе же больно, Нил. Нил не хотел. Он устал. Неужели ничего в этом мире не могло облегчить эту ношу? Выйдя из служебной комнаты, Хару обнял Нила и поцеловал в щёку на прощание. Нил направился сразу к их с Эндрю столу, но, подойдя ближе, обнаружил, что там уже сидели другие люди. Эндрю нигде не было. Нил решил вернуться в бар и спросить у Роланда. — Нил, он уехал. Неудивительно. Нил повёл себя как мудак. Эндрю пригласил его провести хорошо время, а Нил снова утонул в жалости к себе. Он всё испортил и обидел Эндрю. Нил забрал свою куртку и заказал такси. Он доехал до дома, поднялся на свой этаж и, как только закрыл дверь квартиры, расплакался. Неужели можно было быть таким ничтожеством? Нил доковылял до кровати, и слёзы не переставали литься. Сердце так щемило, что становилось просто невыносимо. Он вжался в подушку не переставая задыхаться. Самое отвратительное из всего что приходило в его голову, был Рико. То, как он целовал его; как кусал его губы до синяков; как обнимал и сжимал кожу; как трахал, вжимая в матрас. Он был жалок. Его тошнило от самого себя. Но Нил хотел сорваться. Он бы в ногах ползал, если бы это вернуло Рико назад. Ему нужно было, чтобы эта боль, наконец, прекратилась. Нил желал вернуть то время, когда был счастлив. Вскочив с кровати, Нил бросился к своему телефону, оставленному в прихожей. Номер Рико всегда был на быстром наборе. Услышав гудки, в душе появилась надежда, что ему ответят. Эта «эйфория» длилась всего несколько секунд. Рико не взял трубку. Нил достал из шкафа виски, который поставил для себя Эндрю. Будет чем в следующий раз у тебя заняться. Вот только не будет. Эндрю больше не приехал бы к нему. Нил потерял единственного человека, с которым общался. У него были друзья в Америке, но проблема была в том, что это и друзья Рико тоже. Всё снова сводилось к нему. Нил пил виски прямо из горла. Всё внутри горело. Он заслужил остаться в одиночестве. Страхолюдина. Урод. Сын психички. Нил пил, чтобы заглушить голоса в голове, но они как будто становились громче. Он снова взял свой телефон. В глазах уже было мутно, и зрение не фокусировалось. Но ему хотелось… хотелось последний раз излить душу этому человеку. Ведь он правда любил и, скорее всего, любит до сих пор. Кое-как набрав сообщение, Нил нажал "отправить".

***

— Эндрю, я больше не могу. — Можешь. Выпей ещё воды и иди сюда. Нил послушался, у него не было сил сопротивляться. Выпив третий?.. или уже четвёртый стакан воды, он снова подошёл к унитазу и наклонился. Эндрю был сзади. Не успел Нил открыть рот, как внутрь сразу прорвались два пальца, и его стошнило. Ему было противно от запаха, от вида, и от этого рвало ещё сильнее. — У меня уже болит горло, — хныкал Нил. — Но зато оно у тебя не болело, когда ты выжрал столько бухла. Посмотри на себя, ты даже встать не можешь. Эндрю больше не держал Нила, и он практически упал в унитаз головой. Руки дрожали, и его пробил холодный пот. Как же было плохо. — Вставай. Эндрю взял его за талию и поднял. Он подвёл Нила к раковине, где помог прополоскать рот, а после усадил на пол около ванны. Эндрю вышел и вернулся с недопитой бутылкой из-под виски и со стаканом, а потом сел напротив. Ванная комната была небольшая, так что Нил почти дотягивался ногой до ноги Эндрю. Нил чувствовал себя отвратительно. Сейчас он выглядел так же, как ощущал себя внутри — мерзко. И ко всему этому прибавился стыд. — Считаешь меня жалким? — спросил Нил. Эндрю налил себе алкоголь в стакан. Видимо, тот не собирался пить, как чёртово животное. — Нет. — Эндрю сделал небольшой глоток. — Считаю, что ты идиот. Вместо того чтобы написать мне, ты строчишь любовные письма своему бывшему, который уже давно ебёт другого, судя по твоим же словам. Нил проебался. Он перепутал контакты и отравил сообщение не туда, а конкретно Эндрю, а тот тут же приехал; звонил, стучал и даже немного поругался с соседями. У Нила была самая обычная дверь, которая могла захлопнуться и без ключа. Эндрю просто просунул между щелей кредитку, зашёл внутрь и обнаружил его пьяное тело на полу. — Я думал, что обидел тебя. Ты же уехал. — Он старался не смотреть на Эндрю. У Нила снова подступал ком к горлу. Он бы опять разрыдался, но сдерживался как мог. — Прости. Нил резко повернулся. — Я не должен был оставлять тебя там одного, Нил. — Ты прощён. — Он не мог злиться на Эндрю. Точно не после того, как тот вывел его из алкогольной комы. Между ними повисла тишина. Но она была такой приятной и обволакивающей. Нил слышал лишь глотки, которые делал Эндрю, попивая виски. — Раз у нас сегодня ночь откровений, — Эндрю налил себе ещё стакан, — то давай правда за правду. Один вопрос из прошлого друг друга. Согласен? Нил кивнул. — Откуда шрамы? Этот вопрос прошёлся Нилу по сердцу ногами. Он всегда надеялся, что Эндрю было наплевать. Но это не могло не бросаться в глаза. Нил должен был уже смириться с этим. — Моя мать была шизофреничкой. Она почему-то считала, что мой отец был главой какого-то преступного синдиката и хотел меня продать. У неё нечасто случались приступы, но… Нил не любил вспоминать этот эпизод из его жизни. Он до сих пор иногда просыпался из-за снов-воспоминаний, а после не мог больше спать. — Когда мне было десять, мать разбудила меня посреди ночи и сказала собирать вещи, хотела увести от моего отца. Спасти, как она сама говорила. Я начал сопротивляться, так что она забралась на меня сверху и прижала. К одной щеке приложила электрическую зажигалку со спиралью, а к другой подставила нож. Когда жгло, я натыкался на лезвие с другой стороны. — Ты не мог столкнуть её? — Мне было десять, Эндрю. Её с меня стащил папа, который прибежал на крики. — Что с ней случилось? — Сдохла в психушке. Выпрыгнула из окна. Нил лишь кусочками помнил, что любил её, но эти воспоминания были такими мутными, что ему казалось, будто его сознание само выдумало их. — А отец? — Папа умер от рака четыре года назад. Его отец был хорошим человеком, но после его смерти Нил почувствовал такую пустоту, которую смог заполнить лишь… Рико. — Почему ты плачешь, Нил? Нил даже не заметил, как по щекам снова текли слёзы. — Рико, — Нил шмыгнул носом, — он никогда не замечал моих шрамов. Как будто моё лицо было нормальным, а не исполосованным, как разделочная доска. А сейчас все… все, и даже ты это замечаешь. Все показывают на меня пальцами. — Он говорил, что ты красивый? Нила этот вопрос как будто ударил по лицу. — Что? — Говорил ли этот ебаный изменщик тебе хоть раз, что ты симпатичный? Он растерялся. Нил пытался вспомнить своей усталой головой хоть что-то, но… не мог. Возможно, такого воспоминания даже не существовало. — Все замечают эти шрамы, потому что они на твоём глупом лице, Нил. И я не буду делать вид, будто их нет. Но дело даже не в них. — Эндрю отвернулся. — Они часть тебя. Это не делает тебя уродом. Шрамы красивые, потому что они именно на твоих щеках… Потому что это ты. А мне нравится всё в тебе. Ты нравишься мне целиком и полностью. Это было… признание? Нил никогда не замечал. Эндрю всё ещё не смотрел на него. Нил лишь видел его профиль и красноватые уши. Это не звучало как любовь друга к другу. Совершенно иначе. — Эндрю… — Нил должен был сказать, что не готов к новым отношениям. Он не мог так поступить с ним. — Не нужно ничего говорить, — сказал Эндрю, но так и не повернулся к нему. Нил был слишком зациклен на себе всё время, что не замечал чувств другого человека и делал больно. — Теперь ты. — Что? — Теперь ты спрашивай. Нил уже забыл про их договорённость и, честно сказать, чувствовал себя неловко. Но Эндрю вёл себя как обычно, или старался. Он даже налил себе последние капли из бутылки. — Ты по кому-нибудь скучаешь? Вопросов было больше, но Нил думал, что Эндрю сам рассказал, когда бы пришло время. Он решил не давить на Эндрю слишком сильно. — По своему брату. — А где он? — В Чикаго. Он не общается со мной уже три года из-за того, что я сломал нос его шлюхе. Нил был уверен, что у Эндрю были причины для этого. — Она подсадила Аарона на наркоту, а потом плакалась, когда тот словил передоз. Ники, мой кузен, удачно вышедший замуж за богатого немца, заплатил её семье, чтобы те не писали заявление, а они, в свою очередь, оплатили Аарону рехаб. Я после всего переехал в Германию. — В голосе Эндрю пропала уверенность, металл, и он произнёс: — Считаешь меня психом? Нил покачал головой. — Я сломал ногу своему бывшему битой, когда застал в постели с другим. Нил чётко услышал, как Эндрю засмеялся. Наверно, виски дали свои плоды, обычно тот был более сдержанным. — Мы забудем когда-нибудь про этого ебаната? — Эндрю не переставал улыбаться, что вызвало подобную реакцию и у него самого. — Сильно сломал? — Открытый перелом. Кость торчала. — Превосходно.

***

Жизнь продолжала идти. Нил думал, что из-за признания Эндрю их отношения как-то поменяются, но ничего не произошло. Они об этом больше не говорили. Всё вернулось на круги своя и даже лучше. Близилась весна, становилось теплее, и Нилу даже удавалось вытаскивать Эндрю из дома. Они теперь чаще гуляли на виктуалиенмаркте. В основном среди сладостей и кучи выпечки. Им повезло попасть на жирный вторник, который праздновался в этом году в начале марта. Это был целый карнавал. Женщины, торгующие в различных палатках, выходили на сцену и танцевали. По их костюмам сразу было видно, что именно они продавали. Таким Нил всегда представлял себе Мюнхен — красочным, ярким, и за столько времени он впервые был рад, что решил сюда переехать. Нил давал себе время. Он разрешал себе быть грустным, быть жалким и никчёмным; позволял плакать по прошлому. А на следующий день ему действительно становилось лучше. Всё было ради того, чтобы в одно замечательное утро проснуться и подумать: «Да пошёл Рико нахуй»; открыть холодильник, чтобы сделать сэндвичи и сказать: «Пошёл нахуй»; танцевать рядом с Эндрю в клубе и повторять, как мантру: «Пошёл нахуй из моей жизни». Летний Мюнхен был ещё краше, чем Нил себе представлял. На этот раз Эндрю сам его вытаскивал в парки погулять, тот любил Английский сад. Нил быстро разгадал, что Эндрю просто нравилось лежать на траве. Тот часто засыпал под тёплым солнцем после сытного обеда, и Нил позволял себе нагло пялиться на спящего человека. Он разглядывал его веснушки по всему лицу, как мило ресницы подрагивали во время сна, а губы всегда были слегка приоткрыты. Сердце билось так громко, стоило лишь подумать, чтобы прикоснуться. Это было впервые, когда Нил ощутил что-то внутри, но не особо придал этому значение. В летнее время Эндрю становился особенно активным. Как будто мишка, вышедший из спячки. Тому хотелось попробовать всю выпечку, все фрукты и ягоды. Последние прямо с кустов. На этот раз он потащил Нила на самостоятельный сбор клубники. Суть была такая: самим ходить и собирать ягоды, складывать в корзину и оплачивать на выходе. Это было и правда интересно. Клубника была такой ярко-красной, большой и безумно аппетитной. У него буквально капала слюна, и он ронял её на землю. Нил всё же решил съесть одну, предварительно посмотрев по сторонам. — Что ты делаешь? Эндрю подошёл сзади, от чего Нил вздрогнул и выронил ягоду на землю. — Я… Я просто хотел съесть одну клубнику. Нил смотрел на Эндрю, и ему становилось ещё жарче, чем могло быть в летний день. Тот выглядел очаровательно в своей панаме, и Нила бросало в краску. Хорошо, что он мог всё свалить на июльскую жару. — Я понял, а зачем ты оглядываешься? — Но я же за неё ещё не заплатил. Эндрю лишь мило сморщил нос и пошёл к тропинке, которая разделяла кусты и деревья различных ягод. Он встал посередине, чтобы и другим людям было видно, а потом демонстративно съел клубнику у них на глазах. — Ну что, видишь охранников, которые бегут меня скручивать? — усмехнулся Эндрю. — Это специальные поля. Пока ты собираешь здесь ягоды, ты можешь ими обожраться хоть до сахарной комы. — А ты только к этому и стремишься, — сказал Нил, смотря на полупустую корзину в руках Эндрю. — Не паясничай. — Эндрю взял одну клубнику и направил прямо на Нила. Он среагировал быстрее, даже чем подумал, и прямо из рук Эндрю съел ягоду. Это смутило их обоих, поэтому до конца дня, они оба жаловались на слишком жаркий день. Осень была долгожданной не только для жителей Мюнхена, но и для всего мира. Октоберфест. Нил не был любителем пива, да и алкоголя в целом, его так же пугала мысль об огромном количестве народа. Ему хотелось предложить Эндрю в этот день обходить стороной Луг Терезы, но планы поменялись. — Мой кузен со своим мужем приедут специально на Октоберфест. Значит, мы идём тоже. Эндрю рассказывал Нилу про своего богатого кузена. Тот жил в Штутгарте, и первое время Эндрю соседствовал именно с ним. Нил не был против познакомиться с семьёй Эндрю поближе, даже хотел. Но точно не ожидал, что Ники окажется таким гиперактивным. Первым делом он бросился именно на Нила с объятьями, и только потом на Эндрю. Как бы тот не ворчал на своего кузена, но его лицо было невероятно счастливым, когда руки заключали Ники в замок. — Эндрю, ты не говорил, что у тебя появился бойфренд. — Нил — не мой парень. Это кольнуло Нила в груди, но он старался не подавать вида. Рядом с Ники был его муж Эрик. Тот был высоким блондином, и Нил скорее бы посчитал, что он был кузеном Эндрю, чем смуглый мексиканец Ники. Зрелище, которое встретило их на Луге Терезы, Нила повергло в шок. Всё место было перекрыто, не было никаких машин, зато людей… Они шли буквально отовсюду. Нил даже представить себе не мог такой масштаб. Вокруг стояло несколько шатров, где в каждом к пиву подавали разные закуски, от рыбы до целых быков. Как Нил понимал, Ники хотел побывать во всех. Вокруг витали запахи алкоголя и специй, пахло мясом и даже сладостями. Они все шли рядом, но народ вокруг толкался друг с другом, чтобы пройти. Девушка, одетая в традиционный костюм, налетела на Нила и повалила на землю. — Ох, простите меня, здесь так тесно. — Увидев лицо Нила, она сразу дотронулась до его щеки. — Шершавый. Она точно уже была пьяна. На её платье было огромное декольте, и вся грудь чуть ли не вываливалась прямо из него. Нил не успел даже ничего сказать, как девушку на нём грубо схватили за руку и подняли вверх. — Свали, — сказал Эндрю. — Грубиян. — Девушка ещё крикнула пару ругательств и всё же ушла. Эндрю помог Нилу подняться, а потом потянул вниз, чтобы прошептать на ухо: — Держись меня. — Дыхание Эндрю его обожгло, и весь жар прошёлся по лицу. Эндрю шёл впереди. Нил посчитал, что это было его шансом. Не отставая, он подошел ближе и взял того за руку. Реакции не было, на Нила даже никто не обернулся, только… Эндрю неуверенно и медленно начал переплетать их пальцы, а Нил ответил тем же. Его руки немного дрожали, но Эндрю лишь крепче сжал его ладонь в своей. Почти у каждого шатра стояла огромная толпа. Эти палатки хоть и были размером со стадион, но мест всё равно не хватало на всех, поэтому пускали только тогда, когда освобождался стол. — Ну и что вы встали, пошли внутрь. — У тебя есть билет? Люди бронируют тут всё с февраля. Ники что-то сказал своему мужу на ухо, и тот подошёл к охранникам, которые натягивали ленту, якобы сдерживающую это сборище, а потом провернулся к Эндрю. — Ох, мой милый кузен, у этих людей просто нет Эрика. Их и правда пропустили. За всё время Эндрю ни разу не отпустил руку Нила. Их ладони уже были потными, но это никак его не беспокоило, наоборот, Нилу хотелось прижаться ближе. Он невероятно жалел, что сейчас они были именно здесь, а не наедине дома. Людей всё также было много, Нил даже уже успел устать от этого. Было громко, шумно и душно, но Ники, похоже, всё нравилось, а бедный Эрик еле поспевал за своим мужем, потому что стоило отвернуться, как тот уже танцевал на скамье с другими посетителями. Они нашли стол и заказали пива в больших стеклянных кружках. Нил не особо разбирался в сортах, так что доверил выбор Эндрю. Повсюду ходили девушки и мужчины в традиционных нарядах и разносили заказы. У многих Нил видел на руках кружек десять, если не больше. Когда ему поставили на стол его пиво, Нил сразу повернулся к Эндрю. — Я не выпью столько. — Да? — Он взял его кружку и отпил немного. — Не прибедняйся, Нил. В той бутылке было гораздо больше, — сказал Эндрю и положил свободную руку ему на колено. Щёки Нила горели от смущения, то ли из-за упоминания того случая на день святого Валентина, то ли из-за руки прожигающей его ногу. — Я заказал всего одну кружку на нас двоих. Нил смотрел Эндрю в глаза, и цветом они были как это дурацкое пиво. Но какими же они были притягательными. Эндрю ничего не говорил, просто также смотрел в ответ. Он гладил его ногу, и Нил чувствовал, как тот дрожал. Конечно, Эндрю тоже волновался. Нил накрыл руку на колене своей и сжал.

***

— Ники, отдай это. Нил стоял рядом и смотрел на разворачивающуюся картину. — Ники… — Нет. — Ники вцепился обеими руками в стеклянную кружку, из которой распивал несколько часов назад. — Ты всех задерживаешь. — Эндрю пытался вразумить кузена, но тот был уже изрядно пьян. Они втроём стояли у выхода на контрольном пункте, Эрик где-то застрял внутри в этой давки. — Зачем тебе вообще эта замызганная чашка? Ты можешь купить любую. — Вот именно, что любую. Не хочу бездушную из магазина, а вот эту, из которой я весь вечер пил, чокался. Она наполнена воспоминаниями. — Сэр… — Мужчина на пункте потянулся за кружкой. — У меня там в очереди мой Эрик, он выйдет и заплатит. — Я не могу вас выпустить с этим. — Тогда я зайду обратно. — Ники ринулся в палатку. Нил посмотрел на Эндрю, который размазал свою ладонь по лицу, потом обернулся на него, взял за руку и повёл чуть в сторону от выхода. Они облокотились на стену здания, Эндрю достал сигареты и закурил. Он сделал небольшую затяжку и передал Нилу. Но дым не помогал расслабиться. Эндрю был рядом. От желания снова прикоснуться у Нила под кожей бегали муравьи. — Я хочу тебя поцеловать, — сказал Нил и повернулся к Эндрю. — Что именно тебя на это побудило прямо сейчас? — усмехнулся Эндрю, даже не повернувшись. — Мой глупый кузен или блевотина на каждом углу? Я уже не говорю о запах… Нил взял Эндрю за руку и положил себе на грудь. Сердце уже стучало как бешеное. Ещё немного и оно сломало бы рёбра, но Эндрю успел бы поймать. Сердце билось для него. Нил смотрел прямо на Эндрю. Его глаза блестели, в них отражался свет уличных фонарей. Хотелось утонуть в этом жидком золоте. Нил наклонился ближе, пока не оказался на расстояние вдоха и прямо в губы прошептал: — Ты. Эндрю первый поддался вперёд. Нила как будто прошибло током, но он хотел ещё. Хотел, чтобы это не заканчивалось. На вкус Эндрю был как баварские колбаски и то самое противное пиво, но ничего вкуснее Нил никогда не пробовал. Руки Эндрю гладили неровную кожу на щеках, и Нил не помнил, чтобы к ним когда-нибудь так нежно прикасались. Он плавился, таял в этих объятиях и не желал отпускать. Нил никогда бы не подумал, что сможет влюбиться вновь.