Камикадзе

Грудь Японии тяжело вздымалась. Перед глазами всё плыло, а рвота подходила к горлу, грозясь вот-вот вырваться наружу. Японец вдохнул большое количество воздуха через нос, чувствуя как засохшая кровь рвётся в носу, как она отрывается друг от друга, пропуская кислород в лёгкие с запахом металла. Руки были прикреплены к подлокотникам стула, что не позволяло японцу сдвинуться с места. Рвота подступала к горлу. Мышцы спазмировали. Империя опустил голову вниз еле сдерживая позыв. Его напоили. Похоже на ликёр или ром. Возможно, что-то перемешанное. Противное. Мерзкое. Послышались шаги. Наконец, в тёмной комнате включился тусклый свет. Перед ним встала фигура. Она наклонилась, усмехаясь Японии в лицо. Мозг не соображал, мир плыл всё сильнее. — Ну-ну, не стоит отключаться.. я только начинаю веселье. — голос звучал знакомо, отвратительно. Английский резал уши. — Ты не представляешь, как долго я этого ждал. Чужие руки приставили нож к шее, надавливая и выпуская кровь наружу. Японец шикает, дёрнувшись. — А..Америка..— язык заплетался, слова получались нечёткими, тихими. Япония старался вложить в них всю свою злость. — Да, верно. Это я. — усмехается капиталист, размазывая выступившую кровь по шее своей жертвы. Взгляд цеплялся за алую жидкость, раззадоривая итак больной разум. Американец дрожит, явно теряя контроль над своим рассудком. — Сукин сын.. — цедит Япония. США хихикнул. Он резко схватил пленника за скулы, заставляя открыть рот. Лезвие ножа слабо проходилось по его губам, медленно и мучительно продвигаясь всё глубже в рот. Империя, не соображая, что он делает, машинально облизывал лезвие, слизывал с него свою же кровь. Алкогольное опьянение мешало японцу чувствовать всё в мельчайших подробностях. Чужая жажда крови заражала. Империя начинал слышать тихий шёпот безумия в своей голове. Он сладко обволакивал разум, начиная его душить. Перед Японией был только Америка. Только он. Только он..Только он.. Хотелось больше. Лезвие проходилось по языку, разрезая плоть и освобождая кровь. Америка задержал дыхание, наблюдая за тем, как Япония шумно сглатывает собственную же кровь. По телу пробежалась волна мурашек, которые приятно осели внизу живота. — Блядота..— хрипло прошептал японец с насмешкой смотря на Америку. — Завались. — Тебя..заводят мои слова. Посмотри на свой член, — кивает японец, — стоит как солдат перед генералом.. Хриплый смех бесил американца. Парень шипит, вонзая нож во вражеское плечо и слушая крик Японии, который был прекрасной музыкой для ушей. Губы дрогнули в улыбке, пока нож входил всё глубже и глубже. Грудь Империи быстро вздымалась, пальцы царапали подлокотники, загоняя под ногти мелкие занозы. Но японцу нравилось. Нравилось, что Америка творит с ним. Нравится, что США не может себя контролировать. Капиталист поворачивает нож внутри ранения, трахает рану лезвием. Из отверстия течёт кровь, приятно хлюпает, возбуждая двоих безумцев ещё больше. Но это только начало. Только начало сумасшествия. Нож был отложен в сторону, пока пальцы Штатов заняли его место в ране. Они царапали её изнутри, создавая микро трещины. Америка их раздвигал, улыбка застыла на лице и не смела уходить. Взгляд прикован только к отверстию, из которого сочилась нужная ему кровь. Пальцы приятно обволакивала алая жидкость, хлюпала и возбуждала. — Тебе приятно, Япония? — хрипло произносит американец, грубо и резко входя в рану. Японец тяжело дышал. Боль пронизывала его тело, возвращая к жизни и заставляя забыться в этих ощущениях. Америка творит с ним то, о чём он желал всю жизнь. Они оба кровожадные ублюдки, которым так и не хватает ощущений. Империя дёргает плечом, стараясь усилить боль. Ему не хотелось думать, не хотелось контролировать себя. Хотелось лишь, чтобы эта пытка продолжалась. — Не думал, что такая шлюха как ты может быть такой мразью. — японец смеётся, сдерживая стоны. Его дурманило происходящее больше, чем алкоголь. Сладкий запах безумия возбуждал. Рассудок медленно уходил в небытие. Наигравшись с раной, нож двинулся дальше. Америка облизывал свои пальцы от крови, тщательно проходясь языком по каждому из них. Нахмурившись, американец резко взмахнул ножом, словно художник кистью, по груди Японии. Лёгкий порез освободил кровь, но этого было недостаточно. США присел и надавливая на нож, прошёлся по коже вновь. Порез получился глубже. Взгляд метался от лица Японии до крови, которая смела так соблазнительно течь из раны. — Кто из нас ещё шлюха..— произносил американец, трогая пальцами свежие порезы. Он растирал кровь между ними, показывая это своему пленнику. — Разве не чудесно? — спрашивает США, садясь на корточки и укладывая одну руку на коленях Японии. Он размазывал алую жидкость по вражеским губам, смотря на это томным взглядом. Америка теряется. Голоса в голове что-то неприятно шептали, сбивая с мыслей и принуждая делать всё возможное, чтобы утолить жажду. Японец фыркает, слизывая собственную кровь со своих губ. США слишком много себе позволяет. Маленький никчёмный мальчишка. Обычно, он таких пытает, насилует и делает из их тел замечательные чучела, но сейчас.. американец его мучитель. Империя чувствует как кровь течёт по груди, раны приятно саднят, а его враг любуется кровавым зрелищем. Штаты снова взялся за нож, вычерчивая на груди императора различные узоры. Американец хмыкнул, смотря на своего пленника. Он ещё в сознании. Неплохая выдержка. Япония тяжело дышал, ощущая свои мысли такими яркими, осязаемыми..безумие полностью захватывает его. Но постепенно эти чувства его истощали. Разум мутнел, а перед глазами всё плыло и терялось. — Не смей отключаться. — недовольно цыкал капиталист, переключаясь на руки своего врага. Яркие вены манили, принуждали американца провести по ним вдоль. И он это делает. Переворачивает руку японца и вонзает нож в нежную кожу. Он встретился с ним взглядом. Измученный, но такой злобный взгляд. Это позволяет Америке улыбнуться вновь и резко провести ножом по чужим венам. Алая жидкость хлынула резко, пачкая лицо капиталиста. Парень усмехается, слизывая японскую кровь. — Не отключайся! Вторая рука также была изрезана. Штаты прильнул губами к руке Японии, начиная активно глотать кровь. Он облизывал порез, заходил в него кончиком языка и пил, пил и пил.. это его личный наркотик. Личный наркотик, за которым парень охотился долгое время. — Грёбанный кусок дерьма.. — шипел японец, понимая, что сознание его покидает. Возбуждение подходило совсем близко к безумию, но единственное, что смогло прекратить все эти мучения – резкое отключение. Америка разозлился. Слишком быстро этот придурок отрубился. Дрожащими руками США прикасался к ранениям, пачкаясь в крови ещё больше. Он внимательно слушал как капли крови ударялись об пол. Протиснувшись меж вражеских ног, капиталист приблизился к груди Японии, начиная облизывать свежие раны. Ногтями он царапал кожу врага. Ему невыносимо. Невыносимо хочется Империю во всех смыслах. Пальцы снова лезут в глубокую рану на плече, медленно копошась в ней. Тело мелко дрожало, Штаты не мог контролировать себя. Кровь приятно обволакивала пальцы, создавая великолепное хлюпанье стоит подвигаться в ранении. Америка слышал как слабо бьётся сердце Японии. Америка видел как Япония хмурится, стоит пальцам возобновить движение внутри мягкой плоти. Америка сходит с ума. Перебинтовывая запястья ЯИ, капиталист не сводил глаз с лица своего пленника. Для того, чтобы спасти ему жизнь, пришлось освободить вражеские руки от верёвок. Он не сможет жить без императора. Не сможет. Голоса в голове неприятно твердили, орали и словно бились об череп, вызывая головную боль. Безумие подходит к своему краю. США роняет бинт, которым перевязывал чужие раны. Тело дрожит, голова раскалывается, а разум хочет Японию. Только его. Чтобы издевался над ним. Чтобы бил, насиловал, кончал вовнутрь или в раны, плевать. Америка не может терпеть. Ноги подкосились. США падает на пол, не в силах держать свои эмоции. Дикая истерика настигла измученный годами разум, поглощая всё тело. Япония медленно открывает глаза. Сколько он был в отключке? Раны приятно саднили, побуждая японца взглядываться в полумрак. Руки были освобождены, перебинтованы. Похоже, на скорую руку. До слуха сразу дошли тихие всхлипывания где-то в углу комнаты. Приглядевшись, Япония заметил источник звука. Безумно улыбнувшись, японец хрипло посмеялся. — Как же это жалко выглядит. Когда контроль над телом был снова получен, Японская империя медленно поднялся, направляясь к своему врагу. Он выглядит таким слабым, беззащитным.. безумие полностью его поглотило. Идеальная добыча. Держать себя в руках было невозможно. Боль в плече невыносима, но японец двигался к цели. Он готов помочь Америке справиться с безумием и возбуждением, ведь сам поглощён этим. Империя остановился, смотря сверху вниз на свою жертву, которая недавно господствовала над ним. Цепкий взгляд наблюдал за чужими метаниями. Наблюдал, как пальцы США чересчур сильно вцепились в волосы, чуть ли не вырывая их. Запах сумасшествия витал в подвальном помещении. Япония уселся на вражеские бёдра, тем самым фиксируя своего противника на полу. Забавно, он и вправду возбуждён, но японец дойдёт до этого чуть позже.. руки блуждали по телу американца под мелкую дрожь и всхлипывания США. Вся эта ситуация заводила. В штанах становилось тесно, а в голове появлялся туман страсти и похоти. Кровавой похоти. Наклонившись, император слизывал сладкие слёзы с американских щёк. Он смаковал их прежде чем проглотить. — Не стоит так жалобно плакать, это меня заводит. — шипит Япония, попросту сдирая одежду с капиталиста. — Заткнись, мерзкая тварь! — Эта "мерзкая тварь" поможет тебе, ублюдок. Тебе повезло, что я хочу выебать тебя как последнюю шлюху. Я бы убил тебя ещё тогда, когда ты ходил по моим территориям. — говорил японец, осматривая вражеское тело, запоминая каждую деталь, каждый шрам и неровность. Рядом валялся нож, который успел выпасть из кармана Америки. Так что, в голове у Японии созрела прекрасная мысль. Лезвие проходилось по коже грубо, резко. США выгибался, стонал от всепоглощающей боли и возбуждения. Ему слишком хорошо и слишком плохо одновременно. Нож освобождал кровь, которая сразу оказывалась во рту японца. Вырезав своё имя на груди США, император посмеялся, безумно улыбаясь. Он прильнул к свежей крови, словно голодный хищник. Каждая капля проглатывалась шумно, быстро, не задерживаясь во рту. Япония чересчур голоден. Одна рука сдавливала чужое горло, не давая сдвинуться с места и дать отпор. Хотя.. американец и не спешит сопротивляться. — Не думал, что ты такая блядь, Америка. — хрипло шипит император, облизываясь после голодной трапезы. — но мы только начали веселье.. — Ненавижу тебя! Ненавижу! — истошно кричал Америка, пока вражеская рука сильнее сжимала горло. Дышать становилось нечем, картинка темнела, но это не мешало США с яростью смотреть на японца. Тот приблизился к его лицу, усмехаясь прямо в губы. Запах собственной крови ударил в нос, Штаты зашевелился, стараясь выбраться из чужой хватки. — Не брыкайся, это жалко выглядит. Твоя ненависть звучит довольно возбуждающе, не думал? Как же ты стараешься доказать мне свою неприязнь, но не смотря на неё, ты, как грязная шлюха, трёшься об меня пахом, надеясь на хоть какое-то трение.. — свободной рукой Япония крутил нож, — и я прекрасно знаю, что тебя это всё заводит всё сильнее и сильнее. Ты так и хочешь того, чтобы я выебал твой ненасытный зад. Ах, я бы сделал это многими предметами.. но, пожалуй, мой хер подойдёт для этого лучше всего.. США шумно вздохнул, когда вражеская рука отпустила его шею. Лёгкие горели, а кашель так и рвал горло. Головокружение и приятная слабость в теле давали только большее возбуждение. Американец чувствовал как Япония оставляет на нём всё больше и больше меток. Как проходиться ножом по нагому телу, как кусает шею, оставляя засосы и укусы. Как облизывает всё новые раны и вздрагивает от каждого стона США. Сладкая одержимость, яркая похоть и безумие слились воедино. Весь торс США был испачкан в крови. Грудь Америки тяжело вздымалась, а взгляд быстро бегал по Японии. Картинка размывалась. Пульс зашкаливал. Пряжка ремня звонко отстегнулась. Империя поспешно снял с себя штаны. США извивался, терялся в своём безумии и возбуждении. Прекрасная картина для японца. Улыбка не сходила с лица, а пальцы не могли остановиться царапать чужой окрававленный торс.. Снимая рывком штаны и трусы с американца, Япония снова усмехнулся. Так жаждет его. Настолько сильно, что член стоит колом. Как мило. — Такой слабый.. — тихо шептал Империя, собирая вражескую кровь ладонью, — так хочешь меня, но так стараешься отрицать этот факт.. — Кто бы говорил.. — через силу улыбается Америка, — сам не можешь без меня. Сам кайфуешь от моего жалкого вида, мерзкий ты ублюдок! США резко заткнулся, выпуская стон из глотки, стоит окрававленной руке императора пройтись по его члену. Парень вздрогнул, выгибаясь навстречу ласкающей руке. — Да, люблю твои оскорбления.. жалко выглядят. — ухмыляется ЯИ, собирая предэякулят, а позже резко переворачивает американца на живот. Не давая врагу опомниться, японец приподнимает его таз. Тело США мелко дрожало, а его ненасытный зад так и хотел прочувствовать весь гнев Империи на себе. Что же.. он его получит.. два пальца массировали сфинктер, размазывая вражеский предэякулят и кровь. — Не бойся.. я помогу тебе справиться с возбуждением.. видно, что сам этого хочешь. Расставляешь ноги пошире, дрожишь, а член так и дёргается от возбуждения. Шлюха. Послышался шлепок, а следом и стон американца. Дерьмо. Этот урод знает его слабости. — Покричи для меня. Не шибко резкая боль заполнила всё тело. США тихо мычал, чувствуя как два пальца полностью вошли в него, начиная движение. — Как легко принял.. — хмыкнул японец, грубыми движениями трахая чужой зад, — неужто засовывал в свой похотливый зад что-то? Ах, или ебался с кем? Это мне облегчит задачу, Америка. Вслушиваясь в стоны капиталиста, собственное возбуждение подходило совсем близко, требуя выхода. Штаты так желанно поддаётся задом на трахающие его пальцы, что дыхание перехватывает. — Блять.. давай уже.. я не могу больше. — хнычет американец, уже не в силах терпеть. — Шлюха. — грубо отрезает Империя, вытаскивая мокрые пальцы. Пульс зашкаливал, а слабое под ним тело так и манило войти. Япония не может себе отказывать. Собрав немного крови с ранений на теле американца, он смазал свой член и одним толчком вошёл в чужой похотливый зад. Стон Америки пронзил тело и разум, создавая мощный поток возбуждения. Дерьмо. Так и сорваться можно. Этот мерзкий кусок дерьма заводит его чересчур сильно. — В тебе довольно приятно, ублюдок. Стони погромче, мне это нравится. Япония задал грубый и резкий темп. Конечно, он мог бы и поиздеваться над терпением США, но возбуждение было сильным настолько, что держаться было невозможно. Чужие бёдра мелко дрожали, что заводило сильнее. Каждый толчок в американца отдавался приятным хлюпаньем. — Течная сучка. Так и ждал, когда я тебя трахну, верно? Обычная дрочка никогда не заменит настоящий животный секс. Особенно такой шлюхе как ты. Сильнее сжимая вражеские бёдра, японец с удовольствием их царапал, впивался в них ногтями, выпуская на свет алую кровь. Он слизывал её, смаковал вкус во рту и только потом глотал. Стоны США ласкали слух, его положение возбуждало. Америка так хочет его, до невозможности. Всем телом показывает свою жажду. Жажду плотских и кровавых утех со своим врагом. — Ненавижу.. — вперемешку со стонами говорил капиталист, — я убью тебя.. — Да..несомненно. Я на это бы посмотрел. Убьёшь меня и себя следом, ведь не сможешь жить без объекта своей одержимости, сволочь. — усмехается японец, запрокинув голову назад и слегка прикрыв глаза от наслаждения. В Америке хорошо. Жар внутри него приятно обволакивает член. Возвращая голову в первичное положение, Япония выходит из США, резко переворачивая его на спину. Холод бетонного пола неприятно обжёг горячую кожу. Американец фыркает, скалится недовольно на вражескую улыбку. Но стоит японцу провести по возбуждённому члену рукой, как Америка вздрагивает, отворачивается и глухо стонет. — Хватит издеваться, мразь! Я содру с тебя всю кожу! Заставлю тебя страдать! Страдать! США хныкал, не мог контролировать себя. Ему хотелось только одного - чёртовой разрядки. Он много терпел. Слишком много. Империя снисходительно улыбается, стирая слёзы с щёк врага. Возбуждает. Тупой американец. Бесит его. — Конечно.. — тихо смеётся император, проводя пальцами по члену капиталиста, тем самым издеваясь. Сам не выдерживая, Япония вновь входит в США, томно простонав. Да, в нём чертовски хорошо. А чужое выражение лица.. великолепно. Пронизано удовольствием, ненавистью и желанием наконец излиться. Идеально. Резкие толчки снова заполнили наслаждением всё тело. Штаты стонет, выгибается и хнычет от всех этих ощущений. Ему чертовски приятно. Да, это то, что было ему нужно. Враг и его жажда крови. Одержимость..заводит сильнее обычного. Она наконец нашла выход. Америка теряется в ощущениях, не контролирует себя. Весь мир будто исчез, оставляя только Японию и приятные ощущения. Спустя некоторое время японец грубо прижал чужие бёдра к себе, излившись вовнутрь капиталиста. США выгнулся, также изливаясь себе на живот и дрожа от оргазма. Мир поплыл, а тело ослабло. Они оба не помнят сколько это продолжалось. Желание полностью поглотило два измученных разума. Император рухнул на американца, фиксируя его на полу. Когда они оба очнутся, США от него не сбежит.. не в этот раз. Империя ему не позволит. Шумные вдохи и убаюкивающий запах крови смешались воедино, принуждая двух заклятых врагов отрубиться. Наконец разум и тело обрели покой.. до следующей ломки.