Изгибы предательства

на лице моем отобразилась отвратительная гримаса ужаса, когда, подняв голову, я вдруг осознал: это всё ненастоящее. крепко хватая себя за горло, я попытался вскрикнуть, но, кажется, что лишь жалобно пропищал неразборчивое "помогите" и сдался. ладони пропотели и, став скользкими, предательски, словно по горке, скатывались с тонкой шеи, оставляя после себя короткие красные следы от ногтей, что отчаянно пытались хвататься за поврежденные участки бледно болезненной кожи. что я только что хотел сделать? куда я шёл? поток мысли несчастно наносил атаки на мою и без того больную голову, казалось, мир рушится, пол подо мной растворяется, словно в дымке, и я падаю в глубокую и колючую неизвестность, истерически пытаясь хоть как-то выбраться. такие сны для меня - обыденность. как чистка зубов по утрам, как шнуровка ботинок перед работой, как противный начальник, как мысли о тяжести моих будней. я снова падаю, изо дня в день, повторяя ночную судьбу, каждый раз надеясь на лучший исход. Но результат неизменен. и снова здесь, снова один. Снова такая знакомая в жизни, но чуждая во снах темнота. я знаю, что будет, если протянуть туда руку: меня нежно погладят, а затем попытаются растерзать на миллиарды маленьких кусочков, словно один огромный человеческий пазл. в такие моменты попросту хотелось проснуться, но никак не получалась. Поэтому каждый раз приходится терпеть. словно даже мое больное подсознание пыталось донести до меня, что я ничего не значу. ни для кого и никогда не значил. горькая улыбка озаряет моё лицо и пространство вокруг сужается в одну маленькую точку, оставляя после себя лишь тяжесть и легкое головокружение. скоро проснусь. я щурюсь, пытаясь осознать мое местонахождение. свет неприятно покалывает глазницы, как будто втыкают иголки, настолько длинные, что достает даже до мозжечка. пот стекает по лицу, аккуратно прячась в складках подушки, и я ловлю себя на мысли, что мне хотелось бы также: просто исчезнуть, затеряться в огромном городе, слиться с домами, магазинами, барами. и раствориться в этой огромной системе. громко выдохнув, нахожу в себе силы хотя бы присесть на край кровати. в ушах стоял звон, сердце билось до одури быстро, словно еще пара минут и оно остановится в этой нечестной спешке, в никуда, проиграв выдуманную гонку. я опускаю голову и всматриваюсь в пол, пытаясь сфокусировать зрение и избавиться от надоедливых пятен. надеваю тапки и выпрямляюсь, подняв руки вверх. хруст костей разносится по комнате, срикошетив от всех стен и полок, возвращается ко мне, пробираясь, словно червяк прямо в мой разум. почистив зубы, разодрав десны в кровь дешёвой щеткой, посмотрел в зеркало и провалился в попытке выдавить улыбку. отмахнувшись от отражения, я, решив пропустить всю остальную рутину по причине не самого лучше самочувствия, оделся, накинул на себя пальто, в некоторых местах затертое, кажется, до дыр, зашнуровал ботинки и вышел из квартиры, прихватив рюкзак. в лифте пахло до ужаса неприятно. Кислый запах давил на ноздри и я чувствовал, как к горлу подкатывает волна уже привычной тошноты. выйдя я достаю помятую пачку сигарет из внутреннего кармана и останавливаюсь, чиркая дешёвой зажигалкой несколько раз закуриваю, выпуская дым перед собой, слегка закрывая обзор, от которого уже противно. очередной нелепый день нелепого насекомого по имени хироки фукуда.