Come to me

Гарри возвращался обратно, долго размышляя. Он призвал сварливого Кричера, который не мог не ответить на зов, учитывая, что находился Гарри за пределами Хогвартса. Кричер был недовольным, ворчал, но приказ выполнил. Гарри сказал, чтобы Кричер отчётливо передал продавцу, что Гарри лично вышлет деньги, когда получит посылку. Поттер хотел хоть чем-то помочь Тому. Без очков было странно. Оказывается, ветер тоже касается глаз, а чтобы посмотреть в сторону и не искажать увиденное, не нужно поворачивать всю голову. Но Гарри всё равно надел очки. Ему казалось, что он на этом ещё сыграет, как на парселтанге. Том заколдовал стекло так, что оно стало обычным, без диоптрии. Без линз. Гарри вернулся с конспектами, которые были в идеальном состоянии, в спальню после ужина. Гарри показал Тому, где находится кухня в Хогвартсе и они оба там поужинали. Когда Том спросил, откуда у Гарри такие познания, то он ответил честно — близнецы Уизли показали. То, что эту кухню они нашли по карте Мародёров, Гарри умолчал. Ему было самому интересно, как Мародёры отыскали кухню. Сириус шёл на запах выпечки в облике собаки? Или Петтигрю в облике крысы? Улыбка исчезла с лица Гарри, ведь Хвост никогда не вызывал хороших эмоций. Все были ещё на ужине или не явились с него, оттого Гарри принял душ, переоделся в пижамные штаны с футболкой, опёрся спиной о спинку на кровати, и принялся смотреть, что должен сдать. Пока немного — всего три эссе. Но завтра самостоятельная по темам, что прошли за сентябрь и первые две недели октября. На шестом курсе пока изучали только опасных существ Муховертку, Нунду и Пикирующего злыдня. Гарри не был в восторге ни от одной из тварей, но нужно учить. Гарри знал, что в первой половине шестого курса изучают опасных тварей, а во второй — целительных. У Тома были расписаны конспекты так, что только дурак ими не воспользуется. Гарри обязательно перепишет конспекты, ведь Джинни знала почерк Тома из-за дневника, а Гарри не хотел постоянно скрывать, что он читает. Хорошо хоть внешности его не видела никогда. Гарри на это надеялся. Эссе по Муховертке было написано буквально за полчаса, ведь Том не просто делал конспекты на занятиях, он после занятий дописывал то, что вычитал в книгах. Поэтому Гарри решил, что в этот раз дополнительной литературой не будет запасаться. У Тома все сноски были, все авторы вписаны. Гарри восхищался им. Том и правда любил учиться. — Гарри, — улыбнулся Рон, входя с Гермионой, которая решила помочь Рону с домашним заданием по Зельеварению. — Привет. — Ты покинул всё-таки Маггловедение? — ужаснулся Рон, читая эссе по Муховертке. — Да. — Хагрид этого проверять не станет, — заявила Гермиона. — Он почти всем ставит «П», — закатила девушка глаза. — Мои работы будет проверять МакГонагалл. Она за меня отвечает, и все работы шестых и седьмых курсов тоже будет проверять она. Дамблдор попросил её помочь Хагриду. — По-хорошему, нужно найти нормального профессора, — гневалась Гермиона, читая эссе Гарри, удивлённо поднимая брови. — Ничего себе. Это отличная работа, Гарри. — Спасибо, — улыбнулся Поттер. — Ты разбираешься в этом? — Нет, но я вижу, чью литературу ты использовал в сносках. Ты взял Абрахама и Скамандера, а после сравнил их исследования. Гениально. — И не говори, — улыбнулся Поттер. — Гарри, тебе твой парень помог с литературой? — задала вопрос Гермиона, которая очень переживала за друга. — Он мне пока не парень. — Пока, — протянул Рон, запрыгивая к себе на кровать. — Да, он мне помог, — о сердечных делах Гарри предпочитал молчать. — Гарри, почему ты не называешь его имени? — не унималась подруга. — Не сердись. Я переживаю. — Я рассказал о нём Дамблдору, и он одобрил. Этого предостаточно. — Ты познакомишь нас? — оживился Рон. — Не сейчас, — ответил Гарри, не желая делиться Томом ни с кем, оттого понимал желание Тома обучать Гарри, не давая этого сделать Абраксасу. — Дамблдор знает этого парня? Гарри, он — Пожиратель смерти? — в лоб задала вопрос Гермиона, на что Гарри рассмеялся. — Нет. И Дамблдор не знает всех Пожирателей. Достаточно знать то, что он слизеринец. Я поведаю вам о нём, когда придёт час. — Он тебе помогает убить Волдеморта? Он сын Пожирателя? — продолжала гнуть Гермиона, а Гарри решил не отвечать, зная, что Гермиона будет распрашивать, пока ей отвечают. — Гермиона, оставь Гарри в покое. Лучше помоги мне с зельями. Я всё ещё хочу стать мракоборцем. Гарри понимал, что Гермиона очень переживала за него, но он не мог рассказать о Томе. Они его не поймут. Даже Малфой не поймёт, если узнает правду. Дамблдор понял, чему удивился Гарри, но доверять старику на все сто Гарри не спешил. Тот умел играть. Гарри писал конспекты до часу ночи. Эссе он быстро написал. Ему нужно было показать МакГонагалл, что он учится. Конечно, Хагрид обрадовался, что Гарри выбрал его дисциплину, а после грустно вздыхал, узнав, что все самостоятельные, контрольные, эссе и проекты будет проверять Минерва МакГонагалл. Она вообще начала угрожать Хагриду, что найдёт нормального профессора. Дамблдор молча соглашался за обедом. Гарри слышал, как декан Хаффлпаффа обмолвилась о какой-то выпускнице Слизерина с курса Чарли Уизли. Та работала с фантастическими тварями, пока к ней не начал приставать начальник, и она уволилась, став работать барменом в «Три метлы». Гарри её знал — Мерула Снайд. А учитывая, что слизеринцев очень мало, то она была бы хорошей гарантией для змеиного факультета на роль декана. Гарри знал, что деканом Слизерина является Снейп, но, наверное, Снейп в скором времени уволится, раз не будет деканом, или какие у них там тайны с директором. А Слизнорт — старый. Гарри был не против молодой преподавательницы, а значит, со свежим и современным взглядом. День прошёл быстро, но напряжённо. Гарри учился, после разрабатывал стратегию против Рейвенкло и ловца Чжоу Чанг. Узнав, что Гарри нравятся парни, она ещё больше стала на него дуться. Ближе к отбою в окно влетел филин. Ребята решили проветрить помещение, поскольку Симус случайно поджёг штору. — Ого! Гарри, что ты заказал? — удивился Невилл деревянному ящику. — Ананасы. Гарри видел, что филин ждал денег, но вначале покормил его. В ящике лежал конверт и чек со штампом, что ящик ананасов, в который влезло целых восемь штук, стоит двадцать четыре галлеона. Гарри вложил ещё галлеон сверху за доставку, и отправил филина восвояси. — Для чего тебе столько ананасов? — удивилась Гермиона, которая помогала Рону с учёбой. Снова. Хотя Гарри отказала в начале года. Любовь. И Гарри её понимал. — Профессор Слизнорт знает тайну Волдеморта. Даже Дамблдор не может её из него вытащить. Он думает, что я смогу, как ещё один студент в его коллекцию. Я же Избранный. Я узнал, что профессор Слизнорт любит ананасы. — Откуда? — удивился Дин. — Видел воспоминание Волдеморта и Слизнорта за шестой курс. Тот так к нему подлизывался. Я этого не люблю, но нужно попробовать. Пока буду просто восхищённым студентом. — Тебя не стошнит? — сочувственно спросил Симус. — Уже тошнит, — честно ответил Гарри. — Итак, сейчас тёмные времена, ананасы редко завозят в Магическую Британию. Пойду и отнесу Слизнорту, пока он сам не купил. — Да, я слышал, что за ананасами нужно становиться в очередь, но, видимо, тебе продали вне, ведь ты — Избранный, — засмеялся Дин. — Хоть в чём-то плюс, — хмыкнул Гарри, вынимая и складывая в пакет две штуки, а деревянная коробка осталась стоять с шестью ананасами. — Гарри, а остальные куда? — удивилась Гермиона. — Ой, порежьте три, сейчас покушаем, — предложил Гарри. — Остальные три — для моего сердца. — Романтик, — протянул Симус, и забросил на плечи Гарри руку. — Тебе дать Камасутру? — Давай. Гермиона и сама была рада поесть ананасов. Дома никто их не любил, оттого не покупали. Рон вообще никогда не пробовал. Дин заявил, что часто дома кушает, и если бы знал, что в Магической Британии начнётся дефицит, то с маггловского магазина закупил бы, но все были рады, что Дин умел их разрезать, а то этого никто из остальных не мог. Даже Невилл. Он тоже будет впервые пробовать. Как и Гарри. Гарри никогда не пробовал ананасов. Гарри постучал в кабинет профессора Слизнорта ближе к девяти часам. До отбоя ещё час и он успеет вернуться обратно. — Гарри? — удивился профессор, который сегодня дежурил, оттого не спешил переодеваться, а Гарри просто набросил на себя школьную мантию. — Я знаю, что вы любите ананасы. Я купил нам с ребятами, вот и вам принёс парочку. — Гарри, — восхищённо улыбнулся Гораций, выходя в коридор. — Не стоило. Откуда вы узнали, что я их люблю? — Сказать честно, чтобы вы потом не обижались? — Гораций перестал улыбаться. — Да, Дамблдор хочет, чтобы мы подружились. Но я скажу вам правду — я в его игры больше не играю. — А как же война с Тем-кого-нельзя-называть? — С Реддлом? — Горация аж передёрнуло, теша Гарри. — Войны не будет. Я остановлю его иначе. Берите. — Гарри, мне очень жаль, что я не могу вам ничем помочь, чтобы остановить его. — Я уже нашёл решение, — улыбнулся Гарри. — Я бы просто хотел… чтобы вы не считали меня пешкой директора. Я с вами честен. — Спасибо, Гарри. Я это очень ценю. Может, посетите хоть один вечер в моём Клубе? — Мне это не интересно. — Гарри, постойте. Я вас приглашаю на Рождественский вечер. За день до отъезда на каникулы. Приходите в паре. Будут фотографы и мои влиятельные друзья. — Я иду в Аврорат, — вздохнул Гарри, говоря, что ему не та нужна помощь, которую предлагает профессор. — Будет директор Академии, — тут уже Гарри заинтересовался. — Может, вы слышали её имя — Мелания Вуд. — Оу, приду, — уже согласился Гарри. — На вечер приду. — Спасибо за ананасы. Сейчас они в дефиците. — Обращайтесь, если что-то нужно. — Вы тоже. — Оу, вы мне ничем не поможете. У меня одна тема для разговоров — Лорд Волдеморт. Слизнорта перекосило от того, что Гарри не боялся называть имя Тома, но Гарри нужно было подкупить Слизнорта. Жидкую Удачу он оставит на случай встречи с Волдемортом. Она гарантирует ему разговор. Гарри вернулся, когда ананасы уже дорезали и на него текли слюнки. Все ожидали Гарри. — Кушали б, не ждали, — улыбнулся Гарри, беря кусочек, но было приятно, что его дождались. Ананасы оказались сладкими и вкусными, все сидели довольные и учились. Гермиона прошла мимо Гарри, потому что у неё покатился карандаш, и заметила почерк в чужом дневнике. Хотя по записям можно сказать, что это конспект. — Какой красивый почерк, — подметила девушка. — Ага, — хмыкнул Гарри. — Вопросов не задавай. Гермиона улыбнулась и уже собиралась садиться возле Рона, когда в спальню ворвался Кормак. — МакКошка зовёт нашу команду. Гарри, Рон и Дин сразу рванули за Маклаггеном. Деннис, Джинни и Кэти уже стояли перед деканом. Минерва выглядела довольной, и Гарри надеялся, что день матча не изменился, оттого нагло опёрся о стену плечом. Он хочет побывать второго ноября на игре Слизерин-Рейвенкло в 44-м, чтобы на второй день на его игре с теми самыми Рейвенкло побывал Том. Если захочет прийти. — Итак, изменения касаются тренировок, поскольку команды Гриффиндора и Слизерина — это по большей части шестой курс. У нас трое человек — шестой курс, двое — седьмой, у которых по пятницам нет занятий, а у них весь шестой курс играет. Было решено, что команда Слизерина тренируется по пятницам с девяти до одиннадцати утра, можно до двенадцати, если нет других планов, а команда Гриффиндора тренируется с двух до четырёх часов. Можно до пяти. — У нас же Чары и ЗоТИ, а после обеда Прорицания или Древние руны, — возмутилась Джинни. — Пятый курс готовится к С.О.В. — Да, — заявил Деннис. — Вам доставили в четверг занятие перед ужином, — улыбнулась Минерва. — Капец, — прошептала Джинни. — Рейвенкло будет тренироваться в воскресенье до обеда, Хаффлпафф — после обеда. Все игры будут проводиться по воскресеньям, поэтому Рейвенкло и Хаффлпафф могут переносить за день до игры тренировку на субботу. Всё. Спокойной ночи. — Перепоганили всю пятницу, — злился Гарри. — Были планы? — протянул Симус. Гарри толкнул его, ведь тот обнимал со спины Дина, отчего парочка чуть не упала, но злости не было. Только смех. Но Гарри надеялся, что быстро выдохнет, когда увидит в среду Тома.

***

В среду после занятий Гарри набросил на себя мантию и пораньше пошёл к поляне. Гарри узнал от профессора Флитвика, что до восьмидесятых тренировки были по два раза в неделю, но по часу. Всего лишь час. Теперь раз в неделю, но два часа. Так даже удобнее. Гарри спросил, между прочим, лучше играли в сороковых студенты или сейчас, и, как оказалось, профессор пришёл работать только в 50-м году. Реддла он не знал. Гарри решил сначала найти Тома. Начал с библиотеки и не ошибся. Том дописывал домашнее задание по Арифмантике. Гермионе больше нравилось новое название — Нумерология, но по-старому было Арифмантика, и большинство профессоров так же называли этот предмет. Гарри нравилось. — Ты не туда пришёл, — улыбнулся Том. — Квиддич в другой стороне. Гарри улыбнулся и снял мантию с головы, встав так, чтобы его никто не заметил. — Пойдём со мной. Я побаиваюсь идти один. — Там будет Абраксас. — Том, я пришёл к тебе в первую очередь, просто хочу посмотреть на команду Слизерина. Пожалуйста, пойдём? Том расплылся в довольной улыбке. Он любил, когда его упрашивали. Без Гарри ему было скучно. Собрания Вальпургиевых рыцарей, ужины у Слизнорта или, как называли это студенты, — Клуб Слизней, учёба — всё, а Гарри приносил свет в его серые будни. — К тому же, у меня для тебя сюрприз. Едва держу этот чёртов ящик под мантией. Там три ананаса. Том сразу отложил перо и вскочил на ноги, хватая Гарри за голову. — Ты моё золото. Один ананас я оставлю себе. Идём. Том быстро вернул книги на место, ухватил вещи, а Гарри набросил мантию и последовал за Томом. Том предложил такой план: он придёт сейчас на трибуну, тренировка начнётся через пятнадцать минут, а Гарри подойдёт минут через десять с ящиком. Без очков. И Гарри согласился, учитывая, что надел сегодня длинный чёрный плащ, чёрный тёплый свитер и серые штаны с ботинками. Он должен выглядеть чужаком. Том ещё не знал, как выглядит Гарри, это был сюрприз. Гарри сразу пошёл к квиддичному полю, а Том набросил на себя тёплую мантию, зелёный шарф и пошёл к трибунам. Том поднялся и занял место, где он сидел с Гарри в прошлый раз. — Том, — подлетел Орион, — он придёт? — Должен, — закатив глаза, ответил Реддл. — Я ему не нянька. — Ты его так оберегаешь, будто боишься, что уведут. Том уставился нечитаемым взглядом на Блэка, который его побаивался, но не так сильно, как другие. Тут вообще случился переворот: Нотт бесился, что им будет помогать чужак. Том был уверен, что когда Нотт из будущего признает в чужаке Гарри, то будет в полном шоке, но сейчас пускай просто побесится. Гарри видел, что Орион отлетел недовольный, он начал делить команду, чтобы поиграть, а Гарри уже видел их пробелы. Он поднялся с ящиком на трибуну и поставил его возле Тома, а сам присел с другой стороны. Альфард первым заметил, что возле Тома сидит чужак и окликнул всю команду. — Опусти их, — попросил Том, беря в руки ананас, зная, что даже чистокровные семьи не ели такого деликатеса более года. Гарри улыбнулся и поднялся, а остальные подлетели к нему. Яркие зелёные глаза, бледная внешность, чёрные, будто смола, непослушные и торчащие во все стороны волосы, не слишком высокий рост и умение одеваться не так, не как привыкли, — всё это говорило, что он и чужак, и свой. Альфард и Орион сразу переглянулись, ведь Гарри напоминал и Блэка, и Поттера. — Ты нас знаешь, как к тебе обращаться? — Гарольд Певерелл, — ответил Ориону Гарри. Имя придумал ему Том, чем поделился сразу. Гарри понравилось. — Я младше вас на год. — Певерелл, — пытался вспомнить Альфард. — Что-то древнее, как Гонты. Тоже не учишься в школе. — Мне и дома хорошо. Орион спрыгнул на трибуну и протянул метлу, требуя показать мастер-класс. Многие сомневались, что чужак и полукровка может утереть нос. Гарри утёр. А когда возвращался к Тому, то даже Нотт сидел молча, поглядывая на подарок от Гарольда Тому. — Я наблюдал за вами со стороны. Могу поведать ваши слабые места и как их сделать сильными. Согласны? — Да, — ответил Орион. Гарри знал, что с Блэками нужно говорить, как с Люциусом. Нельзя давать слабину или затопчут. Орион слушал внимательно и тренировка прошла великолепно. Гарри и Том остались сидеть на трибуне, когда все ушли. — Наглые, — подытожил Гарри. — Поэтому с ними можно только воевать, — вздохнул Том. — Порежем? — Я ел. Это тебе. — Я хочу съесть один в твоей компании. Ты против? Гарри смутился, отрицательно качая головой и закусывая губу. Перед Томом он был бессилен. Том поднял заклинанием ящик, держа палочку правой рукой, и тот полетел за ними, а Гарри набросил мантию, чтобы его не увидели профессора и другие студенты. Том предложил поесть в его спальне. Конечно, Гарри удивился предложению, но Том заверил, что команда будет купаться ещё полчаса, а остальные студенты сидят и учатся. В гостиной появляются либо после обеда, либо после ужина. И Гарри это устраивало. Он вошёл в гостиную Слизерина, удивляясь, что стиль не изменился, разве что диван. Мебели свойственно снашиваться. Том нагло взял Гарри за руку и повёл за собой. Гарри нравилось, когда эти крепкие, прохладные ладони касались его. — Я живу с Абраксасом и Альфардом. Наша спальня первая на этаже. Затем идут остальные курсы. Первая спальня самая маленькая, ведь боковая, чтобы могла легко нагреться. — Да, у вас прохладно. Если честно, в башне Гриффиндора тоже прохладно. В гостиной теплее всего, а возле спален гуляет ветер. Нас в спальне живёт пятеро. — Я никогда не был в башне Гриффиндора. — А я был на втором курсе в гостиной Слизерина, — Том удивлённо поднял бровь. — Я посчитал, что Малфой — наследник Слизерина. Это оказался ты, но тогда я искал доказательства, — Том хмыкнул, указывая на свою кровать, а Гарри снял плащ. — Я никогда не ел ананасов, — честно признался Том. — Один достал в прошлом году и отдал Слизнорту. Нужно было. — Понимаю. Мне Дин объяснил, как резать ананасы. Он часто их ест. — Нет дефицита? Это хорошо. Гарри не стал говорить, что Дин живёт среди магглов, а в их времени идёт магический конфликт. Революция уже идёт полным ходом, до второй магической войны недалеко. Том достал нож из шкафчика, чему не удивился Гарри, помня, что Том вырос в приюте и всегда настороже, оттого начал молча нарезать, пока сам Том взял тарелку в тумбочке Абраксаса. Гарри удивлялся наглости Тома, но ему нравилось. Абраксас, Альфард и Орион ворвались в спальню, споря, откуда этот Певерелл и насколько крут. Гарри как раз дорезал ананас, Том стоял рядом, любуясь пальцами парня, а после тем, как Гарри облизал палец, нагло пронзая взглядом Реддла. Элитное соблазнение. — Хм, — прошептал Абраксас, но парочку это не смутило. Гарри протянул маленький кусочек ананаса Тому и тот открыл рот, позволяя себя покормить, облизывая пальцы Гарри. Поттер сглотнул, не в состоянии отвести взгляд. — Ананас будете? — предложил Том, не отводя взгляда от Гарри, который обернулся к остальным. — Гарольд порезал. — А часто тебя кормил? Твоих слюней мне не хватало, — видно, что Абраксас лучший наглый друг, как Рон, и Гарри он безумно нравился, отчего улыбнулся ему. — Это был первый, а вы мне мешаете соблазнять старосту школы. — Да забирай, лишь бы нас не дёргал, — закатил глаза Орион, оценивая Гарри, пока Альфард переводил взгляд от Гарри, нагло усевшегося на кровать Тома, до Тома, который протянул тарелку с ананасами кузенам Блэк. — У тебя есть блэковские или поттеровские корни? — задал вопрос Орион, беря кусочек, пока Альфард не решался, будто обиженно смотрел на Тома. — Да. И те, и другие. — А глаза? — уточнил Орион, не в состоянии отвести взгляд, что заметили и Том, и Абраксас, и последний переживал за Блэка, видя недовольство Тома. — От мамы. Она маггла, — немного соврал о происхождении матери Гарри. — Поэтому я полукровка. — Красивые, — не стал отрицать Орион, поедая кусочек ананаса. — Ты помолвлен, — напомнил Абраксас, видя, как глаза Тома краснеют от гнева. — Мне вдруг захотелось поближе с тобой познакомиться, Гарольд, — Орион нагло уселся на кровать Альфарда, который взял один кусочек ананаса с рук кузена и тяжело вздохнул. — Знаешь, с Томом сложно, — заявил Орион. — Знаю, со мной тоже. — Он говорит на парселтанге, мы побаиваемся его. — Блэк, — предупредил Том, не в состоянии перестать злиться. Гарри хотел сказать что-нибудь на змеином, но решил, что пока не время. Это подарок для Тома, а не для остальных. Абраксас нагло взял ещё кусочек ананаса и вообще забрал из рук Тома всю тарелку, видя его злость. — Том, я пойду, — Гарри поднялся и взял плащ. — Я теперь не занят по выходным, поможешь с учёбой? — Конечно. — И мой старик, — Том понимал, что Гарри говорит о Дамблдоре, и между ними состоялся разговор по душам. Может, в будущем старик поумнел, — не против, если ты будешь приходить к нам. Если здесь сложно, то можно ко мне. Познакомлю тебя с друзьями. Могу ещё познакомить с бывшей и несостоявшейся, — Том закатил глаза, а Абраксас рассмеялся, но и Том немного выдохнул. — Поверь, тебе равных нет. Том хмыкнул. Они не говорили, что зависимы друг от друга, что дышать друг без друга не могут, но этого пока нельзя говорить. Рано. И не при свидетелях. — Увидимся, Абраксас. — Принеси ещё ананасов, пожалуйста, — протянул Малфой. — Их сложно достать, — Гарри говорил честно, а Том понял, что его безумная версия что-то натворила. — Я за один три галлеона плачу, — Малфой подавился ананасом, а Альфард решил наконец доесть кусочек, раз тот такой дорогой. — Чёрный рынок? — поиграл бровями Орион, на что Том снова начал злиться. — Мне вне очереди. Есть привилегии. Я постараюсь. Деньги не проблема, проблема достать. — Откуда вообще точка? — удивился Альфард. — Крёстный рассказывал на прошлое Рождество о хорошем приятеле, который может достать почти всё, если ты имеешь титул. — Я будущий Лорд, и то не могу достать, — заявил Орион. — А я никак не приму титул. С июня, — хмыкнул Гарри. — Всё оттягиваю. — На каникулах попробуй, — предложил Том. — Другие планы. Том расплылся в улыбке, понимая, что Гарри выбирает его. — Дорогу я знаю. Принести сладостей в субботу? — Сладостей? — протянул Абраксас, вскакивая на ноги, а тарелку ставя на тумбочку. — Домашних? Сейчас даже муку сложно купить. — Да нет, мне испекут, — не будет же Гарри говорить, что в Хогсмиде всё можно купить в его времени. — Хочешь сладкого? — Гарри спрашивал именно Тома. — Можно я пойду с тобой? Том не мог упустить возможности нормально поесть, а Гарри с улыбкой кивнул. — Встретимся на нашем месте в десять, — предложил Гарри. Том кивнул, а Гарри сжал его руку в прощальном жесте и ушёл, закрывая за собой дверь. Абраксас застонал, что хочет сладкого, а Том недовольно покосился на Ориона, который провожал плащ Гарри взглядом. — Не осилишь, Блэк. — Как знать. Может, ты ему надоешь. — Ты помолвлен! — напомнил Альфард, который не желал, чтобы Тому делали больно. — Ты сам влюблён в Тома, — напомнил Орион. — Том — плод Амортенции. И если Амортенция любит, то лишь раз. Я рад за Тома, — улыбнулся Альфард, а Абраксас на эти мелодрамы закатил глаза и ухватил друга за руку. — Купите мне сладкогоооооо, — почти выл Малфой, вызывая смех. — Пожалуйста. Тооом, я дам денег. — Там не деньги, а связи играют роль. Малфои и Блэки — самые важные фамилии Британии, и то не могут многого достать, стоим в очереди, — негодовал Альфард. — Кто такие эти Певереллы? — Самые опасные волшебники в мире, — заявил Том, а Абраксас подавился кусочком ананаса, зная, что и Том — Певерелл. — Так, второй ананас не есть, — приказал Том, вынимая третий ананас из тумбочки. — Я себе на завтра один оставил. — Слизнорту? — спросил Альфард. — Да. Он мне во многом помогает. Том взял ананас и пошёл искать перед ужином декана, который как раз доваривал Феликс Фелицис. Том постучал и вошёл, а Гораций восхищённо ахнул, глядя на подарок в руке Тома. — Том, где вы отыскали ананас? — Имею связи, — улыбнулся Том. — Профессор, а можно узнать легенду Кровавого барона? — О, конечно. Я уверен, что вы пытались познакомиться с Серой Дамой — привидением факультета Рейвенкло. — Нет, а для чего? — Том, мальчик мой, это Кровавый Барон убил Елену Рейвенкло — дочь Ровены. Ох, там история о неразделённой любви и украденной диадеме. Чаю? Глаза Тома блеснули, как у хищника во время охоты, когда добыча попала в ловушку. Том станет на шаг ближе в поисках вещей Основателей Хогвартса. — С удовольствием.