Моему дорогому апрелю

      Эндо лениво завозился на постели. Чертова полоска света из распахнувшихся штор попала в огромное зеркало напротив, и теперь очень настойчиво била в глаза. Зараза, а ведь хотел поспать подольше сегодня. Вообще, ранние побудки никогда не были его сильной стороной, он скорее относился к людям, которые ложатся на рассвете и встают на закате, но жизнь с жаворонком быстро приучила к подъемам хотя бы до двенадцати. Потирая сонные глаза, снова пересидел за планшетом на ночь глядя, он вышел на кухню где Такииши уже заканчивал доедать заказанные вчера роллы. Набор оказался настолько большим, что они даже вместе не смогли осилить его целиком.       - Доброго утра – парень зевнул, заглядывая в холодильник на предмет чего бы пожрать. Со стороны стола никто не ответил, скорее всего, Чика просто кивнул по привычке. Выгрузив все ингредиенты на гарнитур, Ямато принялся за готовку. После боя с Умемией они как-то чересчур увлеклись готовой едой из доставки. Денег-то не жалко, но вот желудок не железный, а в этой квартире роль ответственного безответственного была на нем.       - Такииши, у тебя есть какие-то пожелания что поесть? Я вечером в магаз – Эндо приземлился напротив рыжего, втыкающего в телефон.       - Бургеры. Брюнету только и оставалось, что тяжело вздыхать. Попытки донести до соседа последствия такого питания успехом не увенчались.       - Тогда сделаю их на завтрак, а потом что-то более питательное. Кстати, что-то случилось? Ты выглядишь озадаченным. Чика нахмурился. Он уже не первый день ходил мрачным, но сегодня был особенно похож на грозовую тучу, готовую обрушиться на неразумных людей поблизости.       - Родители приезжают, зовут домой. Не понимаю, нахера они вечно тащат меня туда, если все равно срутся все время, никакого толку от этих великовозрастных долбоебов – цыкнул он языком, утаскивая с тарелки Ямато кусок бекона – купи еще этого, мне понравился.       - Без проблем. Можешь остаться дома, я приму удар на себя как «этот твой наркоман, который тянет тебя за собой на дно» - Эндо фыркнул. Все речи госпожи Такииши о нем, он знал наизусть.       - Опять потом мозг иметь будет, ее и не ебнешь же, чтобы заткнулась. Хер с ним, скатаюсь на день, а потом свалю, чтобы не заебывали.       - Хорошее решение.       - Умемия предложил. Еда во рту обрела вкус пепла. В последние дни это имя слишком часто всплывает в разговорах. Эндо все понимает, для Чики Уме пожалуй единственный человек который худо бедно заслуживает внимания, но это не спасает от разрастающейся внутри пустоты. Хочется тоже стать важным, тоже стать тем, на кого смотрят, кого помнят, кого… любят. Но после того раза на крыше его собственное имя из уст Такииши он слышал всего пару раз.       - Иногда и у этого огородного пугала бывают нормальные мысли в голове – выдавливает Эндо подчеркнуто безразличным тоном. Чика только пожимает плечами, возвращаясь к переписке. А ведь до этого игнорировал мобильник как совершенно бесполезный атрибут техники. Кулаки чесались дойти и несколько раз вбить главу Бофурина в эту самую сраную крышу из-за которой теперь все что он выстраивал годами пошло в пешее эротическое. Хотя, стоит признать очевидное, оно там и было все годы. Запихнув в себя остатки завтрака, Эндо принялся собираться. Когда настроение на дне есть два варианта, закопать кого-то на три метра под землей, либо отвлечься. Помнится, одна двухцветная макушка обещала ему изредка болтать, как подвернется случай. Мелкому вроде нравится вся эта хуйня с защитой города, так пусть защищает тех несчастных, на которых Ямато в теории может сорвать злость.       - Ты разве не вечером в магаз собирался? – голос Чики догоняет его у входной двери. Тот стоит в проеме своей комнаты, держа в руках банку с газировкой из разряда «прямо к стоматологу на прием».       - Да, вот, хотел прогуляться, навестить Сакуру. Ты же говорил вчера, что хочешь порубиться сегодня в игры, у тебя там обновы вышли.       - Говорил. Повисла напряженная пауза. Такииши открыл было рот, чтобы что-то добавить, но тут же закрыл, передумав.       - Не забудь бекон – он развернулся, скрываясь за дверью. Эндо еще некоторое время тупо пялился в пустоту. У Чики никогда не водилось привычки спрашивать его о планах на день, если ему что-то было нужно, то он просто ставил Ямато перед фактом. А сейчас это выглядело так, словно он… обиделся? Парень покачал кудрявой головой. Это звучало как что-то из разряда фантастики. В груди что-то противно заныло, но Эндо тут же оборвал себя. Нельзя. Если сорвется, то его пошлют и не посмотрят, он и так залез в жизнь этого человека без его одобрения, надо наслаждаться тем, что имеешь.       Городские дороги он знал, как свои пять пальцев, не раз и не два приходилось улепетывать от стражей порядка, петляя по всем возможным переулкам на районе. Их бы и так не загребли, он сам мог договориться хоть с чертом, прикидываясь милым пупсиком который всего лишь немного заигрался, а Чику отпускали, стоило только увидеть фамилию в паспорте, просто порой было настроение банально побегать. Вот и теперь, спустя год он без особых сложностей гулял по запутанным улицам, минуя патрули Бофурина, с тоской отмечая, что на дежурстве явно не класс Харуки. Свои чувства к младшему он не мог отнести к какой-то конкретной категории. Восхищал ли он так же как Чика? Да. Уверенный, несгибаемый со стальной волей, парень мог запросто вить из окружающих веревки, задавив своими мощными корнями, вылепил бы то, что ему нужно. Но нет, этот парень предпочел раскинуть над своими друзьями широкую розовеющую крону, мягко шелестя зеленой листвой, охраняя то, что ему дорого. Ямато с удовольствием бы посмотрел на него и тираничной ипостаси, но этот нежный образ тоже нес в себе свои плюсы, вспомнить хоть то, как он мило краснел в ответ на его бездумно брошенную реплику тогда, на лестнице. Наверное, не будь в его жизни Чики, он бы без сомнений отдал свое сердце Сакуре, вырвал бы из груди и поднес на серебряном блюдечке с голубой каемочкой. Увы, стоило ему вновь увидеть свое божество, торжествующе улыбающееся в яростной схватке, как в груди снова все задрожало от восторга. Стоило признать, он безнадежно и безответно влюблен в Чику Такииши до самой смерти, и пытаться выбраться из этих силков он отказывается, обламывая себе крылья о стальные прутья, громко и сердито заявляя, что имел он в рот эту сраную терапию. Ему эти абъюзивные отношения надо.       Дорога вильнула, уходя за поворот. Отсюда как раз неплохо просматривалась дорога, ведущая в сторону небольшого спального комплекса от которого всего пара минут до торгового квартала. Брюнет как раз раздумывает, стоит ли громко и без стеснения пройтись по улице, чтобы у всего Бофурина немного поболела голова, а заодно поднапрячь хренового Хуемемию, или же показаться уже у школы, чтобы не застревать в бессмысленных стычках, когда, кажется, происходит сбой матрицы. Иначе объяснить то, какого хуя мимо него, абсолютно не обращая внимания на происходящее, проходит девушка с лицом Такииши и чисто белыми волосами как у Сакуры. Ямато трясет головой, но глюк не смешит растворяться, более того, в чисто Чиковской манере общается с кем-то из родни по телефону, без энтузиазма с глухим раздражением, придерживая палец у кнопки сброса. А то, как кривится лицо, господи, это вообще возможно? Где-то на задворках сознания всплывает небольшая сводка, которую он собрал на мелкого из чистого интереса. Кажется, кто-то говорил о том, что он переехал со старшей сестрой. Пальцы дрожат, а губы растягиваются в глупой улыбке от промелькнувшей догадки.       «Да вы блять прикалывайтесь». Ноги сами заворачивают следом за незнакомкой, пока в голове он прокручивает воспоминания об их встречах. И как только раньше не заметил? Но стоит сделать себе скидку, черты лица Сакуры куда жестче, тогда как у Такииши они на удивление мягкие и плавные. Эндо очень нравилось это его изящество, словно еще больше обожествляющее его возлюбленного. За семью паролями у него в телефоне даже была папочка с фотками, сделанными исподтишка. Теперь, прокручивая в голове, он, и, правда, находил некоторые схожести между взрывным первогодкой и его другом. Но все же убедиться окончательно не повредит. Когда в ответ на его детскую выходку ему прилетает по плавной кривой, брюнет даже не удивляется. Да уж, никакого терпения у этой семейки. Старшая Харука немного выше брата, но все же рядом с ним и ей приходится запрокидывать голову, недовольно кривя губы. Он окидывает ее быстрым взглядом, оценивая. Вполне в его вкусе, встреться в других обстоятельствах, можно было бы предложить выпить и немного расслабится, но сейчас ему интереснее другое. Слова про хрупкую и слабую пробили на смех. Для знающего человека, а Ямато как раз относил себя к таким людям, было очевидно, что в случае необходимости кто-то более слабый, чем он отправится на свидание с травматологом. На наличие спарринг партнеров он пока не жаловался, а потому оставил эту информацию где-то в уголке головы, так, на всякий случай.       Квартирный комплекс, к которому они приходят ничем не отличается от прочих зданий в округе. Умеренно чистый, насквозь слышный, поделенный на малюсенькие студии, чтобы впихнуть побольше народу в катонный муравейник. Ямато еще раз порадовался своей находчивости и внешности, им с Такииши повезло делить двухкомнатные апартаменты с симпатичным ремонтом, как раз влезала вся техника и шмотки. С арендодателем они договорились на оплаты переводом, так что видеть его из месяца в месяц не приходилось. Тот, кажется, радовался этому больше всех, стараясь не беспокоить парней за исключением каких-то выдающихся случаев вроде прошлогоднего потопа у соседей сверху. Квартира тоже не впечатляла, вещей не много, а те, что есть, аккуратно убраны, чтобы не мозолить глаза. Глядя на татами Эндо брезгливо поморщился, воспоминания о том как в собственном доме из этой гадости периодически выползала всякая хрен с кучей лапок были живы даже спустя много лет. Он до сих пор не понимал, зачем в их цивилизованном мире с ламинатом и паркетом все еще существует этот рассадник для насекомых. Может, стоит докинуть парочке на нормальную квартиру? Дальнейшие события разворачивались довольно спокойно, до одного момента. Сначала ни к чему не обязывающая беседа, Харука явно не понимала интереса к их прошлому, но и скрывать его особо не пыталась, больше внимания уделяя подготовке к свиданию. Обед, изначально не вызвавший интереса, все же пробил на голодную слюну, но посягательство на тарелку было прекращено в зародыше. И снова это до боли знакомое выражение лица. Нет, ну если эти двое не родня, то Эндо готов лично сожрать свой любимый ремень без соли. Хотя, лучше бы покормили чем-то нормальным, стоит после этого зайти и закусить чем-нибудь в комбини у дома. Тяхан Чика уважает, да и надо же отбивать недавно купленный в порыве жесткого бухича вок.       Нападение стало внезапным громом посреди ясного неба. Мужик, прижавший Рейко к полу был ему незнаком. Полноватый, обрюзщий, он выглядел жизнью по всем семи морям. Ямато ждал, когда девушка начнет выбивать из него дерьмо за вторжение на свою территорию и оскорбления, но она умудрилась его удивить. Пиздеж, причем настолько наглый, пробивал на смех. Ну, правда, какой из него якудза? Да у него ни одна наколка под них не котируется, так, баловство да смехота. Хозяин салона, в котором они с Чикой били татушки, как-то вообще назвал его «сборником самых кринжовых эскизов». Да и с мафией он работал всего пару раз, так, припугнуть кого надо, человеку популярно объяснить, что долги приличным людям не долги банку, за это можно потом с каляски не слезть, а за нее тоже платить придется, и последнее дело с девчонкой, из-за которого теперь дорога на Кесей ему была заказана. Вот надо было этому еблану именно в эту девчонку втрескаться, теперь ехать за нормальной выпивкой приходится в трипиздовье. Тем не менее, все складывается вполне удачно, теперь ценный для сакуры человек у него в долгу, кровожадность немного поутихла, под визг катающегося по ступеням порося, а настроение наоборот поползло вверх. Кажется, жизнь решила ненадолго повернуться к нему лицом. ***       У Сакуры дергался глаз. Нет, он, конечно, горячо любит сестру, хоть и признать это вслух означало снова покрыться румянцем с ног до головы, и тот факт, что у нее все начало налаживаться в личной жизни, несомненно, радовало. Дзе нормальный парень, спокойный, надежный, как раз в ее вкусе. В крайнем случае, куда идти, чтобы набить ему рожу известно. И, наверное, после такой нервотрепки последнее, что бы хотелось Рейко это сидеть и нервничать на одном месте, тем более что, ничего криминального этот уебок сделать не успел, а так и погуляет, и под защитой будет. Но вашу ж мать, что ему делать с этой ситуацией? С одной стороны, вольготно развалившийся Ямато, строчащий что-то в телефоне, и давящий уж больно довольную собой и жизнью лыбу. С другой, Суо, стоявший у него за спиной, с до того высеченной на лице улыбкой, что у Харуки невольно напрягались мышцы. Они же сейчас не подерутся на восьми татами, да? Первым отмер Эндо. Зажав кнопку, он сунул свой дивайс в задний карман, одним движением усаживаясь в вертикальное положение. Голубые глаза сощурились, а на лице снова было то дурашливое выражение, что и в момент их разговора на злосчастной лестнице.       - Привет, Сакура. Как делишки?       - Привет. Живой, как видишь. Хуйли приперся? – Харука нахмурился, все же расслабляться с этим чудищем не стоило, Цубакино верно тогда сказал, хер знает, что он может высрать.       - Ну как же, ты мне обещал встретиться после той ночи, а никакой весточки не шлешь. Вот значит, какой у нас герой Бофурин, поматросил и бросил. Ты разбиваешь мне сердце своим безразличием – брюнет схватился за грудь для большей драматичности. Сакуре только показалось, что у его заместителя скрипнули зубы?       - Времени не было, да и твоего номера у меня нет – только отмахнулся парень, краснея от приколов про разбитое сердце.       - Вот уже и отмазки пошли, вредина – Эндо дурашливо дует губы. Ну, серьезно, ему что, пять?       - Нихера я не отмазываюсь! Я так-то тоже занят был, после вас сука убираться заебешься! Вот скажи, нахера вывеску-то отрывать было?! У меня блять спина нахуй чуть не отвалилась, когда мы ее обратно вешали! Эндо прыснул.       - Че, настолько тяжелая была? Как они ее отхерачили-то?       - У ебланов своих спроси блять! Третьегодка покатился от смеха, пока Харука пылал праведным гневом. Все бы ничего, но владелец рыбной лавки заказал новую помпезную вывеску в форме какой-то рыбины с острием на морде, а Сакура вызвался вешать ее обратно, так как Ниреи ее даже поднимал с трудом. Вот только не до конца восстановившееся тело дало о себе знать и ему пришлось сквозь зубы шипеть подошедшим одноклассникам, чтобы не тянули грабли, мол, раз уж взялся, так доделает. И вообще, не может же он проиграть сраной пластиковой рыбине! Тактичное покашливание из-за плеча резко остудило пыл. Обернувшись, Сакура сглотнул. Суо тогда первым предложил помощь, и попросил не перенапрягаться недавно вышедшего с больничного старосту. Он совсем не выглядел убежденным, когда парень говорил ему о том, что все хорошо, и явно планировал вмешаться, но его отвлекли ребята и «Кактуса», а когда он вернулся, все уже было закончено. Теперь же, смотря на эту милую улыбку, Сакура понимал, что первой жертвой его зама будет далеко не глава Нороши.       - А, ну, это, не такая, уж и тяжелая, неудобная просто, во! Еблище у нее скользкое. Вообще, тут главный вопрос в том, нахера хуярить вывески – попытался спасти ситуацию Сакура.       - Да уж, эти акты вандализма, ни ума, ни логики, так ведь, Сакура-кун? – Суо наклоняется, к его лицу, а улыбка, кажется, растягивается до ушей. Харука сглатывает, кивая.       - И я искренне надеюсь, что в будущем люди будут воздерживаться от неразумных поступков в те моменты, когда могут их избежать, верно?       - Ну, типо да – гетерохромик отворачивается.       - Как славно, что мы пришли к согласию! Сакура-кун у нас такой понимающий – Хаято садится рядом, опуская руку на плечо парня.       - Да понял я, понял! Хватит уже крипоты нагонять! – фырчит Харука, шипя словно кот.       - Я вам тут не мешаю? – Эндо утирает слезящиеся глаза.       - Мешайте, Эндо-сан, но сомневаюсь, что в вас хватит такта, чтобы свалить и закрыть за собой дверь – отбривает Суо.       - Вы посмотрите, какой вредный, а. Не боишься, что я тобой пол протру, лисенок? – Ямато неприятно скалится.       - Думаю, та тряпка, что весит у вас на плечах подойдет куда лучше. Воздух почти звенит от напряжения.       - Так – Сакура трет глаза – хотите пизделовки – валите нахуй на улицу, у нас тут и так места жопа к жопе и впритык. Раз уж приперся, то, будь так добр, просветить меня, что тут вообще нахуй случилось? Ямато не сопротивляется, выкладывая все подчистую с момента встречи со старшей Харукой, до конца допроса. По ходу рассказа у обоих первогодок мрачнеют лица. Когда Эндо доходит до момента с ножом, Сакура со всей силы шарахает кулаком по низенькому столику. Тот скрипит, но выдерживает вспышку ярости. К концу монолога от младшего Харуки можно прикуривать.       - Ебаный сучий выблядок – рычит староста, сжимая кулаки – блять его нахуй надо было с десятого пинать экспрессом.       - Я бы его вообще с окошка свесил, но, кажется, твоя сестра не горит желанием усадить меня за решетку – Ямато усмехается, наблюдая за Сакурой с довольной ухмылкой, таким он ему нравился еще больше.       - Даже не знаю что сказать, но досталось ему явно меньше чем он того заслуживал – Хаято хмурится, уперев взгляд в сложенные на коленях руки.       - Все чего не хватило в тюряжке доберет – хмыкает брюнет, позевывая – там таких только так приходуют.       - Очень блять на это надеюсь – Харука выдыхает сквозь зубы. Парень набирает в грудь побольше воздуха, пытаясь успокоиться. Хотелось прямо сейчас сорваться и вытрясти из ублюдины душу, но сестра права, вероятнее всего их за такое посадят. Собственное бессилие злило, его даже рядом не было, а если бы случилось что похуже? От самобичевания отвлекает узкая ладонь, легшая на колено. Он поднимает голову и встречается взглядом с рубиновым глазом Хаято.       - Ты не виноват, Сакура. Я понимаю твои ярость и бессилие, но не стоит так себя корить за это.       - Лисеныш прав – Ямато хмыкает – твоя сестричка и сама себя в обиду не даст, не еби себе мозг фантазиями, для этого есть куда более подходящие вещи и люди. Суо злобно на него зыркает, но, кажется, да Харуки так и не доходит смысл его последних слов.       - Ладно, бросил. В любом случае спасибо за помощь, я у тебя в долгу за это – Сакура поднимает глаза на бывшего врага.       - Ой, да ну, зачем так официально то? Прям засмущал – брюнет машет ладонью из стороны в сторону – но вообще, раз уж ты сам завел разговор, мне есть о чем тебя попросить. Первогодки переглядываются. Хаято напрягается, явно собираясь сказать что-то колкое, но Сакура его останавливает.       - Что тебе нужно?       - Сущий пустяк – улыбка Эндо растягивается чуть ли не до ушей – просто хочу пригласить вас с сестрой к нам в гости, Чика хочет познакомится с новыми интересными людьми, думаю вы его заинтересуете. Сакура секунду переваривает услышанное. Вроде ничего особенного в этом нет, нормальные люди же часто так делают, ходят к друзьям в гости. Но, во-первых, Ямато от понимания нормальный свалил в соседнюю галактику, а, во-вторых, они не друзья.       - Не беспокойся, никакой порнухи и расчлененки, только бургеры, кола и приставка – подмигивает старший, глядя на недоверчивое лицо Сакуры.       - В целом я не против – он хмурится – но Рейко-то вам нахуя?       - Скажем так, думаю, это будет интересно. Раскрывать карты этот гад явно не спешит, но да ладно. Почесав затылок Сакура кивает, ну правда, не будут же их там пытать, в самом деле!       - Вот и отлично! Так, запиши-ка мой номер, как будете более менее свободны жду к нам! Мой график вышлю из дома, у меня все файло на коме лежит. А теперь, извините, но у меня нарисовалась пара дел, увидимся еще, Сакура. Когда двухметровый ураган покидает их небольшую квартиру, дышать становится немного легче. Харука устало трет виски, возвращаясь в комнату, и натыкается на заметно притихшего Хаято.       - Сердишься? – он опускается рядом со своим парнем, садясь практически вплотную.       - Скорее волнуюсь – Суо тяжело вздыхает – мне бы не хотелось, чтобы ты сильно сближался с Эндо-саном, он из тех людей, что вечно влипают в неприятности и тянут других за собой. Хотя, возможно, твоя сила пробуждать в людях лучшие качества пересилит. Сакура краснеет, отводя взгляд.       - Ну, он, конечно, тот еще козел, но вряд ли намеренно нам вредить будет, а от сомнительных авантюр я и отказаться могу.       - Я бы тебе поверил, если бы ты не бежал спасать всех на свете не задумываясь о последствиях – Суо смеется, глядя как Харука меняет оттенок с нежно-розового на бордовый.       - Я не тупой!       - Не спорю, но стоит признать, что синдром спасателя у тебя выкручен на максимум.       - Че еще за синдром такой? – Сакура кривится, силясь понять, говорит ли парень правду или в очередной раз пиздит ему без малейшей капли совести.       - Ну, это когда человек пытается решить проблемы всех тех, кто его окружает.       - Тогда у всего Бофурина этот твой синдром – хмыкает парень, растекаясь по столу.       - Так-то да, но ты у нас в этом обогнал многих – Суо улыбается, смотря на то, каким расслабленным становится староста в его присутствии, сам того не осознавая.       - Иди ты – вяло огрызается тот. Телефон пиликает сообщением. Рейко отчиталась, что на месте и волноваться не о чем. Сакура коротко отвечает, что у них тоже все хорошо и внезапный гость уже свалил восвояси. Заблокировав устройство, он вновь возвращается взглядом к Хаято.       - Что такое? – тот наклоняет голову, и сережка мажет по шее, соблазнительно поблескивая красным камушком.       - Ты сейчас куда-нибудь торопишься? – Харука снова покрывается застенчивым румянцем. В красном глазу мелькает понимание, и чужое лицо расплывается в хитрой довольной гримасе. Суо пододвигается ближе, пока их колени не соприкасаются, и поднимает руку, поглаживая Харуку по щеке.       - Мне надо домой через полтора часа, но уделить немного времени своему парню я могу. Сакура краснеет ярче, но вместо того чтобы отпрянуть плотнее вжимается лицом в ладонь. Суо проводит большим пальцем под глазом, откровенно любуясь, пока его парень не решает, что с него достаточно и сам тянется за поцелуем. Они оба еще слишком неопытные и неловкие, но от того как Сакура подминает его под себя внизу приятно тянет. Хаято закидывает руки на чужие плечи, прижимаясь ближе и думает что весь остальной мир подождет.