Ты совсем как во сне

"Привет, Ло. Это Дилан. Я не знаю, помнишь ли ты меня… и Ричарда. Надеюсь, да. Я должен верить, что ты не забыл. Я понимаю, что это письмо, скорее всего, никогда не дойдёт до тебя, но я всё равно пишу, потому что молчать уже невозможно. Как ты? Я представляю, что у тебя сейчас другая жизнь. Надеюсь, хорошая. Счастливая. А у меня — всё разрушено. Сегодня умер Ричард, просто умер. Без криков, стонов, без предупреждения. А вместе с ним будто исчезла последняя часть моей воли к жизни. Все эти годы он был моей опорой. Единственным, кто знал, кто я есть на самом деле. Единственным, кто знал, каким я стал после твоего ухода. А теперь… теперь я остался один. И от этой пустоты внутри начинает гнить сама суть моего существования. Я принял решение. Я сотру из своей памяти всё, что связано с тобой. И с ним. Так будет проще. Так, может быть, я снова начну жить. Ты ведь даже не знаешь, как тяжело — каждый день смотреть на небо и надеяться, что одна из звёзд — это ты. Что ты где-то там. Живой. Что ты всё ещё помнишь друзей. После твоего ухода мир потерял краски. Он стал серым, холодным. Неуютным и отталкивающим. И я стал таким же. Я переживаю, не совершаю ли я ошибку, когда пишу это письмо. Надеюсь, ты сейчас счастлив — у тебя есть любовь, вечные приключения и верныверные друзья. А я просто урод, который не может отпустить прошлое. Я всё ещё люблю тебя. Всей этой чёртовой механической душой, которую ты когда-то научил чувствовать. Я знаю, что уже никогда не полюблю никого сильнее. Если ты когда-нибудь вернёшься… найди меня. Позволь мне снова влюбиться в тебя. Я буду учиться любить тебя заново, даже если ты уже другой. Даже если я забыл. Это письмо — моя последняя надежда. Прощай, Ло. И, пожалуйста, прости меня за всё, что не успел тебе сказать. Твой Дилан." *** — Джон, ты не понимаешь! — голос Лололошки дрожал,он был готов сорваться на крик, — Мы должны вернуться! Я должен найти Дилана! — Да пошло оно всё к чёрту, Ло. Мне нет дела до твоих романтических бредней и похотливых приключений, есть.. - Ученый почти покинул помещение, но ему помешали, грубо схватив за рукав халата. — Если ты не поможешь, я пойду один. Голос Лололошки был полон решимости. Решимости, не отчаяния или надежды, ведь он уже выбрал свой путь. Минута протянулась в тишине и бездействии. Затем вспышка — яркая, ослепительная настолько, что не зажурившись, смотреть невозможно. Жёлтые лучи пронзили воздух. Пространство дрогнуло. Первый исчез, оставляя поток тепла от вспышки и твёрдую фразу, эхом отдающую в голове. Джон лишь вздохнул, закрывая дверь, и пробубнил сам себе: — Лололошка-Лололошка, когда ты стал таким эксцентричным.. *** Хэнфорт не изменился. Всё такой же грязный, пыльный, шумный. Родной, но в то же время заставляющий сердце сжиматься от боли. Он искал. Повсюду. Обошел все переулки, улицы, наступил в каждую лужу, забрел в самые злачные районы, пробежался между новостроек и старых панелек. Но Дилана нигде не было, словно он призрак прошлого или всего навсего плод больного воображения. Зато мафия всегда на месте, будто не хочет отпускать, чувствуя что Лололошка купится на клевету и вернётся в наемники. Так и произошло, он вновь обратился к мафиози. Ради любой веточки, по которой можно найти забытого Дилана. Саймона Солуса он тоже пытался найти, но все безрезультатно. Бывший управляющий как всегда был неуловим. Конечно если он вообще все еще жив и носит большой цилиндр. Спустя долгое время тченых поисков прежняя решимость спала на нет, а ярость сменилась усталостью. Лололошка умыкнул немного монет, а мыслях извинившись перед человеком, и, купив скромный букет голубых астр, печально побрел в сторону городского кладбища. Скрипнула ржавая калитка. Хэнфортское кладбище встретило Ло тишиной, густой, вязкой, почти физической. Ветер шуршал в кронах обнажённых деревьев, шелестел по засохшим венкам, как будто что-то шептал.Не было ни людей, ни птиц — только каменные стражи памяти, чьи тени растягивались на потрескавшейся земле. Ло медленно шагал между могилами, чувствуя, как похрустывает под подошвами гравий. Он держал в руке букет. Цветы дрожали от лёгкой дрожи в его пальцах. — "Дилан…" — подумал он. Он искал среди надгробий хоть какую-то подсказку. Имя. Фото. Намёк. Проходил мимо старых плит с выцветшими надписями, мимо новых могил с ещё неосевшей землёй.И вдруг — остановился.Фотография. Пожухлая, побитая дождём, но до боли знакомая. Ричард. Он не сразу осознал, что замер. Только когда холод пробрался под кофту, он понял, что давно стоит, не двигаясь, вцепившись в оградку руками. — "Ричард… я совсем забыл. Прости." Он открыл калитку, скрипнув железом, и шагнул внутрь. Присел на колени перед плитой. Положил цветы. Пальцы дрожали. Он коснулся холодного камня и склонился к нему, как к другу, которого так и не успел обнять в последний раз. Облокотился на плиту спиной, устало, будто на плечо старого товарища. — Надеюсь, ты прожил хорошую жизнь. Семья, дети… хоть кто-то рядом. А я… всё бегаю. Вечно в поиске. Ради чего-то… ради него.Вернулся, представляешь? Опять вернулся. Как идиот.Смешно, да? Ветер усилился. Пыль взвилась в воздух. Цветы у соседней могилы перевернулись, их лепестки рассыпались по земле, как сорванные мысли. — Я всё ещё не могу отпустить его. И не могу простить себе, что ушёл.А теперь — вот.Ты здесь.Он — неизвестно где. А я… один. Как всегда. Он сидел так, сколько — не знал. Время текло в каком-то ином ритме. Может быть, прошёл час. Может, десять минут. Наконец, он поднялся. Глянул вниз, на плиту. Прочёл имя. Ещё раз. — Прости, что не успел. Обещаю, я вернусь. Но не один. Он развернулся и пошёл к выходу. Шаг за шагом, с каждым — тяжелее. Словно тень смотрела ему в спину с того самого камня.Словно кто-то всё ещё ждал.На выходе он бросил взгляд назад. Надпись на могиле отражалась в его сознании, как печать: "Одна любовь,одно сердце,одна судьба." ××× Глубокая ночь. В самом сердце Хэнфорта, под бледно-голубым зданием с облезлой вывеской "ТехноЛайф Снаб», скрывался подземный уровень — логово одной из крупнейших криминальных сетей города. Здесь не торговали оружием. Не только. Здесь продавалась информация: данные об автоматонах, перемещениях, старых базах данных Союза, взломанные архивы. И именно сюда пробрался Ло. Ради чего? Ради одного имени. Ради Дилана. Он знал, что рискует. Знал, что если поймают — не будет ни второго шанса, ни побега, ни пощады.Но он устал от бессмысленного бегства. Устал надеяться. Он хотел знать: Где он? Он знал, где хранят архив — нижний уровень, сектор С. Под слоем старых военных протоколов, под старыми делами автоматонов и потерянными файлами времён восстаний на острове.Туда и надо было добраться.Он нацепил фальшивый жетон охраны, прокрался через голографическую охрану, воспользовался чипом доступа, добытым у знакомого хакера. В голове гудело.С каждым шагом вглубь — всё теснее. Холоднее. Пахло пылью, старым маслом и смертью. На старом терминале он ввёл ключевое слово: DILAN-9X34-RX "Пожалуйста… хоть что-то…" На экране мигнуло: "Найден результат: РЕГИСТРАЦИЯ: Хэнфорт, три месяца назад ******* Статус: активен. Последняя активность: нераспознана. — "Он жив." Ло не заметил, как дыхание участилось, а в глазах защипало. В голове всплыла последняя их встреча, их обещание… И в этот момент внизу, у двери, зазвенел металлический лязг. — "Эй! Кто там?!" — мужской голос, резкий, вооружённый. Ло выдёргивает чип, гасит монитор и бросается прочь, пока не сработала тревога. С этого момента начинается его падение в ночь. ××× Хэнфорт не спал. Неоновые вывески моргали, как сердцебиения мёртвых машин. Воздух был пропитан гарью, мокрым металлом и чем-то жутким, почти животным — страхом. Он цеплялся к коже, к горлу, к мозгам.Ло бежал.Шаги отдавались эхом в переулках, перемешиваясь с криками позади: — Стоять, клетчатый! "Твою мать… Твою мать, зачем я вообще полез в эту дыру!" Он резко свернул за угол, скользнул по мусорным бакам и чудом не врезался в стену. Пятка проскользила по влажной плитке — почти упал, но устоял. Сердце билось где-то в горле. Лёгкие пылали.Мафия знала, кто он. Знала, зачем он здесь. "Чёрт, Дилан... Я же делаю это ради тебя. Ради тебя я полез к этим ублюдкам и выкрал их чёртовы архивы. А теперь они хотят мою голову." Позади — топот. Выстрел. Пуля рикошетит от металлического поручня, искры вспыхивают в темноте. — Ещё один выстрел — и я труп. Он рванул вниз по лестнице, ведущей к заднему входу какой-то фабрики. Перелез через решётку, скользя по влажному железу. Мусор лип к одежде. Руки в царапинах, дыхание сбито. Мир звенел в ушах.Из подворотни вынырнула фигура. — Парень, стой! — парень запыхался, но не отставал. — Ты издеваешься?! — Ло резко повернулся, схватил парня за ворот, впечатал в стену. — Ты кто такой?! Чего ты хочешь?! — Я свой! Я — Оливер! Я друг Дилана, он ищет тебя! Я… он… он видел тебя во сне! Подожди, я сейчас ему позвоню! Оливер торопливо потянулся к внутреннему карману за телефоном. Выстрел. Мир замер. Тело Оливера резко осело, как кукла с перерезанными нитями. Он упал прямо к ногам Ло.Кровь залила асфальт, растекаясь, как тень. — Нет… нет… — прошептал Ло. Он упал на колени, потряс тело. Бесполезно. Лоб Оливера пробит пулей. Глаза полузакрыты. Сзади — шаги. Тяжёлые. Уверенные. Чёрный плащ. Лицо под капюшоном. Один из тех, кто его преследовал. Один из тех, кто не колебался стрелять. "Он меня видел. Я следующий." Ло в панике схватил телефон с пальцев Оливера, отпрыгнул назад, резко развернулся и побежал.Бежал, не разбирая дороги.Через заборы. Через трубы. Через улицы, залитые фиолетовым светом фонарей.Позади — выкрики, выстрелы, лай собак. — Ты труп, клетчатый! Но он уже не слушал. Только бежал. Каждый поворот — как новая возможность умереть. Каждый переулок — как игла адреналина в сердце. "Прости меня, Оливер… Ты умер, потому что я тяну за собой прошлое, как петлю." ××× Когда шум стих, когда Хэнфорт перестал казаться адом, он оказался в забытом районе — в трущобах, где даже мафия теряла интерес.Нашёл пустой дом. Сломал дверь. Заперся изнутри. Обрушился на пол, задыхаясь.Сквозь сорванные стёкла дул ветер. Где-то в углу тикали остатки старых механизмов.А в руках — телефон. Запачканный кровью. 10 пропущенных вызовов. Имя на экране: Дилан. Он смотрел на экран, как на бомбу. — Что мне ему скажу? Что его друг умер у меня на глазах? Что я виноват? Пальцы дрожали. Пот стекал по виску. — Если он услышит мой голос… простит ли он? Узнает ли меня вообще? Он набрал номер. Гудки. Один. Второй. — Оливер! Где ты?! Почему ты не отвечаешь?! — в трубке раздался голос. Взволнованный, знакомый. Настоящий. — Дилан… — прошептал Ло. Молчание. Секунда. Вечность. — …Ло? Это ты?.. — Прости. Оливер… мёртв.