Мрак

      * 虫 *

             Братья Роны подошли к делу с дотошностью профессионалов, всю жизнь занимавшихся чем-то подобным. Они не просто возвращали сестру домой — они проводили военную операцию по доставке важного «объекта» в заданную точку. Все их действия наводили на эту мысль, пока я наблюдал за ними. Приятно всё же наблюдать за тем, как работают специалисты, точно знающие, чего хотят.       Курьерский катер, пришвартованный к борту круизного лайнера, своими стремительными обводами напоминал маленькую хищную акулу, притаившуюся рядом с громадным неповоротливым китом. Наш переход на курьер прошёл так быстро, что я не успел опомниться, как оказался на его палубе. Едва мы ступили на борт, матросы споро подняли трап, и катер рванул с места так, что инерция на мгновение прижала меня к борту. Каким-то чудом я смог удержать спящую на моей спине Тельму. Огни круизного гиганта начали стремительно отдаляться, быстро сливаясь в одно световое пятно, и вскоре превратились в маленькую, едва заметную звёздочку на горизонте. Мне на мгновение показалось — а может, просто разыгралось воображение — что на одной из его палуб, у самого поручня, замерла крохотная фигурка кобылки, провожавшая нас долгим печальным взглядом.       Всё! Обратной дороги нет. Мы с Тельмой летим с ними. И я до сих пор не могу внятно объяснить себе — зачем? Наверное, в здравом уме я бы ни за что не впутался в разборки Алмазных Псов, но внутри что-то зудело. Необъяснимый порыв, иррациональное чувство, что мой путь лежит именно здесь. Да и, честно говоря, куда нам ещё идти? У меня нет определённой цели — здесь меня никто не ждёт. Тельме же, я чувствую, достаточно того, что я рядом.       — Зря ты это затеял, — голос Роны вырвал меня из созерцания кромешной черноты за бортом. Она стояла сзади, сложив мощные лапы на груди. — Тащить ребенка в это осиное гнездо…       — Как ты узнала?! — я резко обернулся. — Я же не произнес ни слова! Ты тоже читаешь мысли?       Рона коротко, по-собачьи хохотнула, растянув в улыбке брылы:       — О чём ещё может думать отец, глядя на спящую дочь в окружении такой компании? У тебя всё на морде написано, Мрак.       В который раз убеждаюсь: за фасадом грубой «крушилы» Рона скрывает острый, как осколок обсидиана, ум. Она видела меня насквозь, хотя сейчас я и сам себя с трудом понимал.

            * 犬 *

             Пока наш кораблик пожирая мили, с каждой минутой приближал нас к территории рода, я решила, что пора выложить карты на стол. Кают-компания, совмещённая с кубриком, была настолько тесной, что мы сидели едва ли не вплотную друг к другу. Воздух пропитался кислым запахом пота, тухлой рыбы и невысказанного напряжения. Я едва сдерживалась, чтобы не скривиться. Зато братья и не думали скрывать недовольные гримасы, морща носы от окружающей нас вони. Но придётся потерпеть — такова плата за скорость.       — Слушайте сюда, — я обвела их тяжёлым взглядом. — Если никто не передумал, вы должны понимать, во что мы вляпаемся через несколько часов.       Я посмотрела прямо в глаза Мраку — мои слова предназначались именно ему. Братья и так всё знали — мы в этой каше варились с рождения. А вот чейнджлинг… понимает ли он, что «политика» Алмазных Псов пишется не чернилами, а кровью на камнях подземных нор? Глубоко внутри я надеялась, что он испугается. И в то же время какая-то часть меня отчаянно хотела, чтобы он остался.       Мрак усмехнулся, в тусклом свете светлячковых ламп блеснули его клыки:       — Зря надеешься, Рона. Я кожей чувствую, что без меня вы там долго не протянете. Да и как я могу оставить тебя одну, когда грядёт такая славная заварушка?       Я никогда ещё не слышала такого тона у чейнджлинга. Правда, сорвавшийся в конце на писк голос Мрака выдал, что он больше храбрится, чем реально готов к неприятностям. Что ж… у него ещё есть время одуматься, но его, если честно, осталось не так уж и много.       — Она не одна! — Шарк недовольно клацнул зубами. — Не забывай, кто прикрывает ей спину. Мы с Майло стоим десятерых!       — И ещё двое верных парней ждут дома, — добавил Майло, тщательно проверяя снаряжение.       — Шестеро против целого клана? — Мрак иронично изогнул бровь. — И сколько сторонников у вашей мачехи?       — И что? Это не имеет значения! — отрезал Шарк. — Стоит Роне бросить вызов, и нам не нужно считать их — всё решит поединок. Нашему клану до зарезу нужен лидер, и она — единственная законная наследница!       — Сестрёнка, тебя правда многие ждут, — Майло постарался смягчить резкий тон брата. — Просто им не за кем идти. Советовать тебе сбежать было ошибкой. Тебе следовало сразу вцепиться этой суке в глотку.       — А что мешает мачехе просто прикончить вас на входе? — резонно спросил чейнджлинг.       — Пока не брошен официальный вызов, произнесённый по всем правилам в Зале Советов — ничего, — пожав плечами, ответила я. — Но как только слова вызова прозвучат…       — …со шкуры Роны и её свиты не упадёт ни один волос, — подхватил Майло. — Закон Гостеприимства и Право Чести позаботятся об этом. Если она убьёт нас после вызова, клан распадётся. У них не будет другого выхода — ни свои, ни чужие не простят такого попрания древних законов. Это пятно, которое не смыть веками.       — С таким кланом никто не захочет вести дела, — презрительно сморщив нос, рыкнул Шарк.       — Вопрос лишь в том, — Мрак хищно сощурился, — что помешает ей пришибить нас до того, как Рона раскроет пасть?       — Именно это мы сейчас и обсудим, — встряла я. — Есть у меня кое-какие соображения на этот счёт. Смотрите, что я придумала.             

* 虫 *

             Мы высадились далеко за полночь, прикрываясь тем, что луна скрылась за плотными облаками. Ночная мгла плотным одеялом укутывала нас, защищая от посторонних глаз. Правда, для меня такая тьма не была препятствием — в уютных норах Улья мы веками живём, окружённые благодатной темнотой. Она давно стала нашим другом. Как и ночь, что в это время властвовала над миром. Ночью мир замирает, чувства обостряются, а тени становятся союзниками. Тьма — это безопасность. В ней враги нас не увидят.       Я легко спустился по аппарели, чувствуя на спине привычную тяжесть спящей Тельмы. Под ногами хрустел сухой ковыль — мы сели в чистом поле, вдали от портов. Рона и братья двигались пугающе тихо для таких массивных существ. Похоже, годы жизни в пещерах научили их ступать бесшумно даже по гравию.       «Идиот! — вдруг кольнула мысль. — Чему я радуюсь? Тьма — союзник для меня, но для Алмазных Псов это тоже родная стихия. Твои враги видят в темноте не хуже тебя!»       — Тихо! — прошипел Шарк. Катер за нашей спиной бесшумным призраком растворился в небе. — За мной.       Шарк вёл нас так мастерски, что я почти не слышал его шагов. Если бы не умение читать мысли, я бы решил, что шорох травы под его лапами — это просто ветер. Рона и Майло старались не отставать, ступая так же тихо. Я со своим грузом на спине оказался самым шумным звеном в группе. Точнее, «шумела» Тельма — её мерное детское посапывание казалось мне в этой тишине рёвом фанфар. Но какой идиот станет предъявлять претензии спящему ребёнку?             

* 犬 *

             Самым сложным сейчас было выбрать безопасный маршрут. Здесь, в паре миль от границы владений нашего рода, находились три тайных лаза. Именно из-за них мы выбрали эту точку высадки. Но знали ли о них шпионы мачехи? Стояли ли там засады? Ошибка означала бы конец нашей истории ещё в самом начале.       Но у меня есть козырь, о котором «шавки» мачехи не могли и мечтать. Мрак. Чейнджлинг учует чужое присутствие раньше, чем самый чуткий нос учует запах. Если впереди засада, его телепатия сработает быстрее любого дозора.       — Мрак, ко мне, — шепнула я, останавливаясь у груды серых камней, искусно скрывавшей люк. — Твой выход. Проверь, нет ли там «гостей».       Мой друг медленно вышел вперёд, словно прислушиваясь к чему-то. Хотя, почему «словно»? Он сейчас именно что прислушивался, только не ушами, а тем, что позволяет чейнджлингам слышать мысли. Мрак обошёл кругом замаскированный люк и зачем-то ткнул копытом в один из валунов.       — Ну, как там? — шёпотом спросил не вытерпевший Майло.       Шарк молча показал ему лапу, сжатую в кулак, заставив брата замолкнуть.       — Ничего не слышу, — мотнул головой Мрак, посмотрев на меня своими большими глазами.       — Ты уверен? — я, конечно, доверяла его способностям, но всё же переспросила.       Мрак подчёркнутым жестом кивнул, глядя мне прямо в глаза:       — Не знаю, как дальше, но в радиусе пятидесяти селестиалов нет никого, кто умел бы думать.       — Значит, — хмыкнула я, — пойдём здесь.       Ну а что? Не самый худший вариант. Этот ход — самый старый. И я думаю, что о нём никто не знает, кроме меня. Мне о нём рассказал отец, когда я была мелким щенком.       Решив так, я схватила лапой изрядно позеленевшее бронзовое кольцо и легко оттянула потайную крышку люка.             

* 虫 *

             Из открывшегося лаза пахнуло сыростью и чем-то родным, домашним. Я хотел пролезть первым, решив, что мне бегать по подземельям привычнее. Но Рона, решительно отодвинув меня в сторону, опередила. За ней тут же ломанулись братья, беспокоясь за её безопасность. Мне оставалось только следовать, следя за тем, чтобы не побеспокоить Тельму. Девчушка спала, но сон её стал беспокойным — мне это не нравилось. Её мысли и чувства меня откровенно тревожили. Правда, сейчас я ничего не мог поделать.       В тоннеле всё так же знакомо пахло домом. Разве что не было запаха моих сородичей, а едва уловимо пахло псиной. Похоже, этим тоннелем давно не пользовались. Нам это только на руку. Идти было непросто — мешали кучи камней и скользкий мох, разросшийся за прошедшие годы. Зато он хорошо заглушал наши шаги.       Рона уверенно вела нас к цели, а я напрягал мозг, чтобы заранее обнаружить засаду. Но всё было тихо, и за время пути нас никто не побеспокоил. Только в самом конце, когда мы подошли к Залу Советов Рода, я обнаружил впереди двух псов.       — Стоять! — шёпотом приказал я, одним скачком перегораживая путь Роне.       — Что там? — Рона уставилась на меня.       — Двое, — едва слышно прошептал я, — стоят на посту.             

* 犬 *

             Ох и дура я всё же! Сама недавно думала, что Мрак лучше обнаружит врагов, и тут же оставила его сзади. Вместо того чтобы держать поближе к себе. Я, конечно, заботилась о безопасности Тельмы, но это решение показывает, как далеко мне ещё до Главы Рода. Если я хочу им стать, пора отучаться мыслить мелкими категориями и переходить на стратегический уровень. Правда, хочу ли я?.. В последнее время я часто задумываюсь об этом.       — Далеко? — тем временем спросил Шарк.       — Селестиалов тридцать, — Мрак стоял, словно охотничья собака, сделавшая стойку.       — Мы р-р-разберёмся, — прорычал Майло, мягким, неслышным шагом двигаясь вперёд.       Шарк также тихо последовал за ним. Вскоре я услышала едва уловимый вскрик, который не уловила бы, если бы не вслушивалась. После чего впереди донёсся тихий свист.       — Идём, — кивнула я Мраку.       Мрак не обманул — в тридцати селестиалах от нас оказалась огромная двухстворчатая дверь, ведущая в Зал Советов. На полу лежали ничком двое стражей.       — С ними всё нормально? — спросила я Шарка.       — Всё с ними будет хорошо, — пренебрежительно махнул лапой брат. — Придут в себя минут через двадцать. Отделаются головной болью.       — А я бы, будь они моими подчинёнными, их ещё и в нарядах сгноил, — с негодованием добавил Майло. — Засранцы совершенно расслабились — дрыхли на посту!       Я подошла к украшенной сценами охоты двери и надавила на массивную створку — она легко, без скрипа, отошла в сторону. Сколько раз я в детстве пробиралась сюда, когда отец решал важные вопросы. Было забавно притаиться под столом так, чтобы меня не заметили. Я даже пару раз засыпала там и спала так долго, что меня начинали искать. А когда не спала, то слушала, как отец ведёт дела. Прошло много времени, а его голос звучит в моей памяти так же ясно, как тогда. Пожалуй, опираясь на его опыт, я смогу стать Главой Рода. Если нам повезёт и мы справимся с этой су…       — Внимание! — крикнул Мрак. — Кто-то быстро бежит сюда!       — Сколько их? — выдохнула я, развернувшись ко входу.       — Много!             

* 虫 *

             Я думал, что до сих пор было опасно, но только сейчас понял, что настоящая опасность только начинается. Топот множества лап услышал даже я, не говоря уж о том, что их чувства засёк ещё раньше.       Единственное, что ободряло, — уверенные действия Алмазных Псов. Они не паниковали, а спокойно встали за огромным столом так, чтобы он оказался между ними и входом. Я поспешно отступил за их спины, стараясь прикрыть Тельму своей тушкой. В бою я вряд ли помогу, так хоть не буду мешать.       А Рона с братьями приготовились к драке, поправляя брутально выглядящее оружие.       С громким топотом в зал вбежала толпа стражников. Они встали напротив нас, тяжело дыша и высунув языки. Я оглядел толпу, и мне стало не по себе — их было слишком много для нашей маленькой компании.       — Кто вы такие?! — вышел вперёд один из псов, блеснув большой бляхой в виде виноградной лозы на ошейнике.       «Ого! Целый центурион!» — восхитился я, вспоминая то, что когда-то усвоил из памяти предков.             

* 犬 *

             Возмутившись тоном центуриона, я легко вскочила на стол, а через мгновение оказалась с ним нос к носу:       — Это кто ты такой?! Что-то не помню я тебя в нашем роду!       — По какому праву ты спрашиваешь меня, сука?! — гневно сверкнув глазами, прорычал пёс.       — По праву Старшей Наследницы Рода! — встал рядом со мной Шарк. — Мы все её знаем!       За спиной центуриона и его наёмников собралась толпа зрителей, отреагировавшая на слова брата одобрительным гулом. Я увидела среди них Нургла и Снарка — ещё двух моих братьев.       «Теперь понятно, отчего тут так быстро собрались зрители, — мелькнула у меня мысль. — Братья хорошо всё продумали».       — А вот тебя мы не знаем! — с другой стороны от меня встал Майло.       Его слова зрители встретили ещё громче, и не знаю, что было бы дальше, если бы снова не раздался шум и в зал не ввалилась мачеха в сопровождении приближённых лизоблюдов. Я усмехнулась, увидев её — заметно, что эта сука собиралась в спешке, не успев привести себя в порядок. Красные глаза Ниалы слезились, а свалявшаяся шерсть основательно нуждалась в щётке.       — Ниала, я вызываю тебя на Поединок Чести! — выкрикнула я, глядя ей прямо в глаза. — Согласно древнему обычаю Алмазных Псов, сразись со мной за место Главы Клана!       Ниала не обратила на мои слова внимания. Она встала передо мной, благоразумно держа дистанцию, и спросила, грозно уставившись на центуриона:       — Ну… и почему они ещё живы?       — Они пришли бросить вам вызов, госпожа, — с достоинством склонил голову тот. — Слова вызова были произнесены!       — И что с того? — мерзкий голос Ниалы дрогнул и дал петуха. — Убейте их!       — Но… Это же позор всему клану! — удивился пёс. — Если об этом узнают, то…       — Да кто посмеет рассказать?! — оскалилась сука. — Эти? — она пренебрежительно кивнула на сгрудившуюся за наёмниками толпу. — Это бесхребетные шавки, неспособные сами принимать решения!       Толпа недовольно зарычала.       — Молчать! — крикнула мачеха. — Я здесь власть! Я одна решаю! А вы!..       — Не слишком ли много ты на себя берёшь?! — мой рык перекрыл её визгливый крик. — Выходи в круг и сражайся или убирайся вон, поджав хвост!       — Убейте! Убейте эту суку! — взвизгнула мачеха, указывая на меня лапой. — Я приказываю убить вас всех! Я вас наняла! Заплатила… заплатила большие деньги!       Центурион нерешительно потоптался на месте, его лобастая голова покрылась складками:       — Этого нет в нашем контракте, — возразил он.       — Плачу сто тысяч битсов сверху! — выкрикнула гадина.       Она собирается потратить деньги моего рода на моё же убийство?! Совсем страх потеряла?!       — Если об этом узнают, нашей репутации конец, — помотал головой центурион.       — Да никто не расскажет! А эти отбросы! — Ниала презрительно кивнула на зрителей. — Кто им поверит?!       — Отбросы?! — голос из темноты заглушил рычание толпы. — Даже я?!       — Кто там ещё вякнул?! — развернулась на голос мачеха.       Толпа расступилась, и на свет вышел… Идеальный Пёс! О таких я только в книжках читала: высокий, красивый, с накачанными мышцами — идеальный кобель! А его брылы? Это же чудо, а не брылы! Чувствовалась в нём порода! Да и одет неброско, но… в его подчёркнуто простом наряде чувствовался стиль.       — Кто ты?! — панический голос мачехи перешёл на визг.       — Моё имя — Золтан Шерал Себастиан фон Шлосс! Конклав Вожаков избрал меня Арбитром! — громко, чётко проговаривая каждое слово, произнёс пёс. — Я пришёл засвидетельствовать законность и итоги вашего поединка!       После его слов наступила гробовая тишина. Все онемели. И в этой тишине вдруг раздался взволнованный голос Мрака:       — Рона, что-то не так с Тельмой! — полный неподдельной тревоги голос друга вывел меня из ступора.       — Что с ней?!       — Она не просыпается! — выкрикнул Мрак в панике. — И, по-моему, у неё температура!