Party

Громкая музыка. Толпа танцующих. В воздухе витает запах алкоголя. Уэнсдей не планировала приходить сегодня на вечеринку в честь окончания первого курса университета, которую устроила Бьянка Барклай. Она надеялась на то, что посвятит оставшуюся часть дня после утреннего университетского собрания за написанием своего романа и возможно, сходила бы позднее в бар, местоположение которого бы было в богом забытом месте. Уэнсдей Аддамс бы хотелось провести время одной, за бокалом самого дорогого алкогольного напитка, который бы ей могли предложить, а после она бы подцепила какую-нибудь скромницу, завела бы с ней непринужденный диалог, завела бы в кабинку грязного туалета и трахнула бы ее там. В рот. Но Уэнсдей Аддамс, сидевшая на диване в главной гостиной трехэтажного коттеджа, на данный момент может себе позволить только подносить к губам явно дешевую водку в традиционном ядерно-красном пластиковом стакане и наблюдать за окружающими ее людьми. Она не планировала приходить сюда, если бы не Бьянка Барклай, которая взяла ее на слабо перед частью ее группы, назвав Аддамс душнилой, неспособной выпить даже рюмки водки одной, не упуская возможности поглумиться над слабой выдержкой Уэнсдей в нахождении в общественных местах. В громких общественных местах по типу этой вечеринки. Поэтому Аддамс приняла вызов Барклай и согласилась провести время на вечеринке от ее начала до самого завершения, которое планировалось под четыре часа утра. В университете за весь первый курс обучения за Уэнсдей закрепилась репутация человека, которому не стоило бросать вызовы. Ведь она всегда их выполняла, вне зависимости от сложности. Но естественно, никто и никогда не выходил за рамки адекватности, ограничиваясь лишь заданиями, суть которых заключалась в том, чтобы выпить большое количество алкоголя или же проведении времени с каким-нибудь парнем. Аддамс не велась на провокации, алкоголь, который ей предлагался не опьянял, так что она сохраняла рассудок. Парни, желавшие переспать с ней во время уединения, чаще всего просто получали отказ, а в иных случаях, в попытках ее облапать, она ломала им руки. Так, Ксавье Торп, принявший уже неоднократную попытку сблизиться с ней, но на этот раз в библиотеке, в результате получил сломанную руку и ушиб колена. Сейчас же она просто сидела на диване. В гостиной людей было не так много, в отличие бара в подвале или же спален коттеджа, в которых почти второкурсники, с явно повышенным либидо занимались половым актом. Несмотря на это находиться в гостиной тоже было сложно. В углах стояли, по ее мнению, самые тошнотворные парочки их учебного места. Они обжимались, лапали, целовались, перешептывались, смеялись и, смотря на это, в штанах Аддамс просто становилось тесно. Но несмотря на всех присутствующих особое внимание у нее вызывала Энид Синклер. Девушка прижималась к своему парню, которого Уэнсдей чаще считала бомжом, ведь его стиль одежды заставлял задуматься о том, где же он покупает одежду и покупает ли Аякс ее вообще или же крадет ночью с мусорных баков, пока никто не видит. Синклер всегда выглядела наоборот; одетая до ниточки и привлекавшая к себе внимание, а сегодня и вовсе наплевав на все рамки, надела мини-юбочку. Которая, к слову, давала Уэнсдей удобный обзор. Хватит. С этим пора что-то делать. Теперь ей просто нужна разрядка и она найдет кого-нибудь на этой чертовой вечеринке и трахнет. – Привет, Уэнсдей – мужской голос откликает ее от мыслей и им оказывается Тайдер Галпин, еще один озабоченный – не думал, что увижу тебя здесь, но раз ты здесь, проведем время вместе? – От Галпина также пахло алкоголем. Под его предложением провести время вместе было понятно, чего же он от нее хотел. – Откажусь, Галпин – она встает с дивана в тот момент, когда Тайлер садится. Парень намного приставучее Ксавье и Аддамс мысленно мечтает о возможности сломать и ему что-нибудь. – Да ладно, Аддамс, я не буду делать ничего странного. Мы просто поговорим и выпьем – он не был намерен отступать. Аддамс нравилась ему с самого первого дня знакомства и он хотел ее. Наблюдавшая за этой картиной Энид Синклер недовольно сморщилась. Аякс отошел в сторону бара желая чего-нибудь выпить, хотя для него это был лишь очередной повод избежать дальнейшей близости с Энид. Аякс всегда был мнительным, неторопливым, робким. В их отношениях Синклер чувствовала себя нежеланной. Петропулус словно не имел каких-то серьезных намерений относительно их отношений с Энид и поэтому всячески откладывал разговоры, когда Энид желала поговорить с ним о возможном совместном будущем. Синклер всегда хотела большего. Она хотела кого-то более смелого, способного показать ей то, что ее могли любить лучшим способом, нежели ее нынешний никудышный бойфренд. Этим кем-то и могла оказаться Уэнсдей Фрайдей Аддамс. Недоступная, грубая, холодная, но такая желанная абсолютно всеми, что даже Бьянка пыталась подкатить к ней с помощью колкостей, но сразу же была отвергнута. Уэнсдей Фрайдей Аддамс пытался получить любой, решивший, что он выделяется на фоне остальных чем-то необычным. Но больше всех, Энид была уверена, Аддамс нравилась ей. Хотя Энид никогда не удавалось поговорить с Уэнсдей наедине, построить более смысловой диалог нежели простой обмен банальными фразами по типу "привет" или же "как дела", юная Синклер не имела ни малейшего понятия как же Уэнсдей Аддамс смотрит на нее и как же ее желает с самого первого дня знакомства в университете. Сама же Аддамс не оставляла попыток начать с Синклер подобие взаимоотношений, но новость о том, что она встречается с Аяксом Петропулусом отняла у нее любые попытки. – Она не хочет сидеть с тобой, Галпин, неужто непонятно? – Синклер подошла ближе к паре и встала возле Аддамс, слегка прижавшись к ней плечом. Выпитый алкоголь ударил в голову и она почувствовала себя смелее, поэтому приобняла младшую девушку за талию, прижимая к себе. – У нас с Уиллой были планы на этот вечер и ты явно в них не вписываешься. – Синклер ухмыляется. Уэнсдей никак не ожидала того, что кто-то решит обратить внимание на них. А тем более не ожидала того, что этим кем-то окажется Синклер. Ощущение рук девушки вокруг своей талии казались очень приятными, хотя в другой обстановке светловолосая могла бы пострадать, позволив себе подобную дерзость. Но сейчас.. Сейчас Аддамс не хочет отказываться от этого. Да и к тому же, разве Синклер не нравилась ей? Прижавшись к девушке ближе, она выдавила из себя что-то по типу кривой ухмылки Тайлеру. Галпин – всегда радостный, вежливый молодой человек, поменялся в лице. Сейчас он не казался дружелюбным, скорее раздраженным. Он встал с дивана, скрестил руки и прежде чем оставить девушек, пнул лежавшие возле дивана банки пива. – Развлекайтесь, гребаные лесбиянки. – Он выглядит как подросток в пубертате – Синклер смеется. – Так оно и есть – Аддамс отстраняется от объятий и ей становится некомфортно от отсутствия тепла. Она разворачивается лицом к Энид и второй становится страшно, ведь Синклер поступила необдуманно, нарушив личные границы. Нетронутые никем до нее личные границы. – Расслабься. Я не убью тебя за твою дерзость и за тупое сокращение моего имени. – Уэнсдей наблюдает за изменениями Энид в лице. – Так значит у нас есть совместные планы на вечер? Расскажешь? Энид улыбается.

***

Уэнсдей не думала, что под планами Синклер имела в виду следующее. Они закрылись в какой-то из спален коттеджа на ключ. Только вдвоем. И Синклер была согласна отсосать ей. Уэнсдей должна была почувствовать себя смущенно из-за этого? Ранее в гостиной она позволила себе несколько касаний, которые явно не были дружеским жестом и Синклер была готова на все, что угодно. А у нее ведь был парень! Неужели он не дает ей того, что она так легко и просто согласилась на шалость, известную лишь им обеим? К черту, Аддамс не намеревалась забивать голову высокоморальной чушью. Если Синклер так ее хочет, она даст ей без какой-либо задержки. Если Аякс неспособен стать подходящим партнером для Энид, Уэнсдей станет. Хотя Аддамс и не надеялась на дальнейшее продолжение сегодняшней ночи, она обязательно возьмет на заметку желание присвоить девушку Аякса себе. И в Уэнсдей не было капельки сомнения того, что Синклер бы самой этого не хотелось. Иначе она бы не стояла перед ней на коленях и не стягивала с нее джинсы слишком поспешно. Вот такая Синклер, желающая ее, подчиняющаяся ей. В ее голубых глазах был сверкающий огонек. – У тебя уже был опыт? Есть какие-то табу, запреты? – Несмотря на то, что Уэнсдей уже была на грани и не хотела ждать, ей было нужно уточнить предпочтения Синклер, чтобы не пересечь границы. – У меня не было опыта. – Синклер опустила голову. Она чувствовала себя побитым щенком, признаваясь в этом. Как на это отреагирует Аддамс? Рассмеется? Закончит все начатое? Возможно существовавшее раньше у нее достоинство улетучилось в момент, когда она согласилась пойти с Уэнсдей. Она готовилась встать и уйти. Аддамс протянувшая к ней руку и приподнявшая ее подборок, заставила посмотреть ее в свои глаза. – Я научу тебя. – Вновь улыбается. Так по-дьявольски. А после садиться на кровать. Выпуклость была заметна через ткань ее боксеров. – Сними с меня трусы. – Энид закивала болванчиком. Она потянула руки к нижнему белью и стянула его вниз к джинсам. Она охнула. Вставший член вновь заставил ее почувствовать себя пятнадцатилетней школьницей, страдающей от пубертата и часто засматривающейся на красивые обнаженные тела с обложек журналов ее подруг. Она не была уверена, что сможет взять его сразу, но она надеется, что Аддамс даст ей возможность. Уэнсдей, наблюдавшая за Энид, ухмыльнулась. Ей нравился эффект, который она производит на Синклер. Она села на кровать и раздвинула ноги. Правую руку она положила на член и начала водить по нему. По всей длине. – Прежде чем начать, проведи по нему обеими руками. – Она убрала руку и подозвала Синклер ближе. Энид, словно загипнотизированная, подошла к ней и обхватила член руками. Медленно она начала двигать ими. Верх-вниз. Верх-вниз. Со стороны Аддамс был услышан первый вздох. Повторив свои движения еще несколько раз, она решила ускориться, надрачивая Уэнсдей быстрее. – О.. Да... Так.. Быстрее... Кто такая Синклер, чтобы ослушаться ее сейчас? Ей хотелось доставить Уэнсдей удовольствие. Решив, что с этим достаточно, Энид придвинулась ближе и наклонила голову к члену. С головки стекал предэякулят и Синклер появилось сильное желание слизать его. Она поцеловала кончик. Уэнсдей застонала. Взглянув на Синклер, перед ней открылась пленительная картина. Небольшое количество смазки было на губах Энид. – Ты справляешься отлично, Энид. Такая послушная. – Она коснулась рукой волос Энид и погладила ее. – Тебе было бы удобно сделать это сейчас? Синклер растаяла от похвалы. Она положила обе руки на бедра Аддамс и облизала член по всей длине. Спустя минуту она взяла пару дюймов в рот. Аддамс застонала. С каждой попыткой Синклер брала больше и больше. Уэнсдей схватила ее за голову обеими руками и направляла ее под нужным ей углом. Черт. У этой девушки точно не было опыта? Она откинула голову назад, чувствуя как Синклер обводит ее член своим языком. Стон за стоном невольно вырывался из нее. Сейчас ей ничего не хотелось так сильно, как кончить в рот Энид. Интересно, Синклер бы позволила ей сделать это? – Ты так хорошо принимаешь мой член. Уверена, ты выглядела еще лучше, если бы я тебя нагнула. – Энид прекратила свои движения и Уэнсдей почувствовала неловкость. Она ведь не сказала ничего лишнего? Синклер высвободила изо рта член и прочистила горло. Ей была необходима передышка. – Ты можешь попробовать узнать это. – Прежде чем вернуться к начатому делу, Аддамс нагнулась к ней и поцеловала в губы. Поцелуй вышел медленным. Аддамс чувствовала себя на губах Синклер и она думает, что ничего жарче уже не будет. Синклер проникает в ее рот языком и лениво исследует его. Они целуются еще около минуты, а после отстраняются. – Позволь закончить начатое. – Синклер вновь обхватывает член двумя руками и дрочит ей. Целует кончик и берет в рот два дюйма, тщательно обводя языком плоть сантиметр за сантиметром. Синклер бы хотелось почувствовать член Уэнсдей глубоко в себе. В ситуации, где бы она молила гота трахнуть ее так, чтобы Синклер не смогла ходить весь следующий день. Совесть, мысли об Аяксе отошла на второй план, когда единственной ее целью стало сделать Аддамс максимально приятно. Стоны младшей заполнили комнату. Она специально выбрала самую дальнюю комнату, до которой идти было бы дольше всего. Навряд ли Барклай не заметила ее отсутствия, ведь она не спускала с нее глаз всю вечеринку. Она также видела, как Аддамс лапала Синклер. Но сейчас их никто не побеспокоит, поэтому это было не так важно. Важно было то, что Синклер очень старательно трахает ее член своим ртом. Еще несколько движений языком и Аддамс кончает. Синклер хочет отстраниться, но Уэнсдей держит ее крепко, поэтому ей все же удается кончить Энид в рот. Синклер сглатывает все и без остатка. Пара капель все же стекает вниз по ее губам и левой рукой Уэнсдей размазывает их по лицу Синклер. Она клянется, что Аддамс была именно тем, что она бы хотела пробовать все больше и больше. Она смотрит на Уэнсдей, все еще держа ее член во рту и улыбается. Аддамс остается более, чем довольной.

***

Уэнсдей помогла привести Синклер в порядок. На ее коленях было несколько синяков из-за длительного упора на них, но Энид не жалуется. Им обеим было хорошо. Аякс, ждущий ее в той самой гостиной, подходит к ней, замечая спускающихся девушек. Он обнимает Энид и целует в макушку. На это Уэнсдей всего лишь зевает. О, она определенно сделала то, чего этот выродок не смог и она с удовольствием повторит. Музыка стихла, хотя на часах было уже около двух часов ночи. Многие присутствующие просто спали на удобных поверхностях. – У нас с Энид все еще были планы, Аякс, надеюсь ты не против, если она поедет со мной? – Аддамс прижимается к Синклер сзади и по-собственнически кладет собственную руку на ее ягодицу. Аякс неловко кивает. Энид вновь улыбается.