Не оставляй меня. Продолжение

Толкая вперед большую тележку, наполовину заполненную всем необходимым для новой квартиры, Олег не мог поверить в то, что все это на самом деле происходит с ним. И с ней. Они вдвоем строят совместную жизнь. Мог ли он об этом мечтать год, три года, пять лет назад? Павлова порхала в своем легком плаще вдоль ряда с посудой, выбирая фужеры. Мужчина ухмыльнулся и подумал, что нужно будет взять бутылку шампанского, чтобы отметить первый день в их квартире, хотя психиатр не рекомендовал Ире злоупотреблять алкоголем на фоне препаратов. - Олег, - обернулась блондинка, - четыре или шесть? - Бери шесть, - кивнул тот. - Куликов с Юлей, Нина с Женей, мы... - А если еще Пастуховы? - Им не до гостей из-за развода. Хотя подожди, мы не посчитали Кривицкого и Нарочинскую. Павлова округлила глаза, но когда Брагин уже не мог скрывать улыбки, крепко сжала губы и начала бить его попавшимся под руку багетом из тележки. - Ты меня когда-нибудь перестанешь бесить? - Ира злилась и смеялась одновременно. - Нет, - он крепко обхватил ее за талию, притянул к себе и горячо поцеловал в губы, не стесняясь посетителей гипермаркета. - Ты такая обворожительная, когда злишься и бьешь меня. - Еще скажи, бьет - значит любит. - Естественно. Конечно, - он зарылся в ее волосы, втягивая носом приятный аромат. - Олег, - Ира прерывисто задышала и отступила на шаг. - Плохо? - он встревожился, хватая ее за руку. - Нет, - заведующая закатила глаза. - Просто не надо во мне сейчас пробуждать никакие желания, ладно? - Ничего не обещаю, - с издевкой выдал он, отпуская ее руку. - Беру шесть. Стаканы, чашки и все остальное должны были доставить в коробках из моей старой квартиры. Я у Кривицкого все в гардеробной хранила. Знала же, что этот день настанет, - она в удовольствии сложила руки у лица. Врач не стал уточнять, какого дня его любимая так ждала: дня их воссоединения или дня, когда она вновь въедет в свою собственную новую квартиру. Что-то ему подсказывало, что одно событие лишь усиливало радость от другого. Он помог поставить коробку с фужерами на свободное место в тележке, и пара двинулась вперед. - Одно большое одеяло или два стандартных? - серо-зеленые глаза разбегались по изобилию товаров для спальни. - Ир, ты заведующая отделения, нашего дома и всей моей жизни. Ты уверена, что тебе нужна помощь в выборе легкого всесезонного большого одеяла? - Просто спросила, - Ира с наигранной обидой повела головой. - Только никаких шелковых простыней, - взмолился хирург. - Я думала, тебе нравится шелковое белье. - Да, нравится. Снимать его с тебя. Павлова раскрыла в возмущении рот, но все с той же актерской игрой. - Ты получишь дома, понял? - Я только на это и надеюсь. Ира схватила большое белое одеяло и водрузила его на их вещи. Рядом оказались и две подушки. Брагин посмотрел на часы и полез в нагрудный карман за таблетками. Он вытащил из горы продуктов бутылку воды и подошел к зав отделения. - Держи. - Спасибо, - пальцы Павловой неуверенно взяли капсулы, и она их быстро запила, стараясь не показывать резкой смены настроения. - Не хочу сидеть на таблетках всю оставшуюся жизнь. - Ну какую жизнь? У тебя курс два месяца. Один уже пропили. Еще чуть-чуть и... - И пропишут другие. Знаю я, как лечат психов. - Что ты? - Олег мягко сжал ее ладонь. - Я не дам тебя мучить никакими горами лекарств. Да и Светлана Леонидовна знает, что делать. Не зря нам ее Полонский порекомендовал. - Просто иногда я теряю контроль... - А я схожу с ума, когда ты теряешь контроль. Двусмысленность намеков мужчины испарила напряжение в теле Иры, и легкая улыбка коснулась ее губ. Если бы не завтрашнее дежурство, она до утра заставляла бы Олега проверять на прочность их новые простыни. Будь на то воля Брагина, он бы провел остаток своей жизни, наблюдая за заведующей. Ее еще влажные после душа волосы расстелились шелком по подушке с декоративной вышивкой, рука была подоткнута под щеку, а выражение лица говорило о полном умиротворении. Черные ресницы лишь изредка подрагивали от сновидений. Мужчина как можно тише вымыл посуду и убрал все со стола после их первого в этой квартире совместного ужина. Время близилось к десяти вечера, и он решил не тревожить Иру и не будить ее. Аккуратно развернув плед, оказавшийся в их тележке в последний момент, он укрыл всегда желанное тело. Внутри него все боролось под лязг металла сталкивающихся мечей: чувства противоречили разуму, страсть - здравому смыслу. Врач не понимал, как можно настолько потеряться в другом человеке, настолько хотеть быть всем для нее: другом, защитой, любимым. Почему-то этого безумного притяжения не возникало ни в нежном трепете отношений с Ларисой, ни в огне, разожженном Мариной. Словно притяжению и настоящим чувствам нужно было совсем иное. Отстраненность, недоступность, отрицание всех чувств, которые никак не хотели покидать ни начальницу, ни ее подчиненного, лучшего хирурга во всем отделении. Брагин отыскал в одной из коробок в прихожей любимую книгу и устроился на диване в ногах блондинки, мягко поглаживая их. Но мысли никак не фокусировались на строчках. Голову забивали планы о летнем отпуске, о Тамаре, которая с удовольствием согласилась учиться и жить в международной школе с кампусом недалеко от Москвы, о разговоре с Кривицким и Нарочинской, о безумном страхе Ирины в очередной раз слететь с катушек. - Олег? - Павлова сонно раскрыла глаза, осматриваясь. - Сколько времени? - Еще только десять. Иди сюда, - он встал, оставил на столике книгу и наклонился над заведующей, подхватывая ее на руки, - отнесу тебя в спальню. Она обхватила его шею руками и уткнулась в бороду. Хирург пронес ее через гостиную и ногой толкнул приоткрытую дверь, заходя в спальню. Ира и здесь постаралась: кровать обволакивало большое одеяло, как воздушное облако, а новое постельное белье так и зазывало оказаться в чистоте и уюте. - Не шелковые, - неразборчиво пробормотала Павлова, оказываясь на своей стороне кровати. Брагин укрыл ее и поцеловал в уголок губ. - Не уходи… - прошептала она. - Я быстро в душ и вернусь. Он погладил ее по голове и вышел из комнаты под тихое бормотание, прерываемое сладким зевком: - Я все равно не могу без тебя крепко спать. Ира уютнее устроилась, захватывая одеяло и поджимая к себе ноги. Олег улыбнулся сам себе и оставил дверь немного приоткрытой. Он знал, хотя она никогда об этом не говорила, что замкнутые пространства волновали женщину. Он скинул с себя майку и штаны и залез под горячие струи душа. Полки в кабинке и около раковины были уставлены немногочисленными, но дорогими средствами Павловой, и это ощущалось так непривычно. Врач наскоро вытерся, залез в боксеры и пошел в спальню. Какое-то не такое чувство его насторожило и вернуло бдительность. Он раскрыл дверь, но Иры не было в кровати. Паника захватила его, он рванул обратно в гостиную, осмотрелся и прошел на кухню. Павлова стояла у раскрытого холодильника и доставала пирожное из прозрачной коробки. Олег выдохнул, проклиная все на свете. - Ириш? - Ты чего? Что-то случилось? - она заметила остатки паники в его глазах. - Нет… Просто считаю бессовестным есть на ночь в одиночку. - Это же «Павлова», - просияла блондинка и откусила большой кусок, тут же измазав кремом и безе рот и нос. - Как мне повезло, что у меня дома целых две Павловых. - Будешь? Я тебя предупреждала, что без тебя не засну. А что еще делать? - Действительно! - он состроил гримасу и потянулся к любимой. - Буду! Олег стер большим пальцем крем с кончика ее носа и отправил в рот, после попеременно целуя ее в верхнюю и нижнюю губу, слизывая следы пудры и крошащегося безе. Она скормила ему остатки хрупкого десерта из руки, смеясь над его посредственностью. - Такая сладкая... - «Павлова»? - Ага, только не твоя, а моя, - он погрузился в очередной поцелуй, все еще чувствуя сахар на языке заведующей. От переизбытка эмоций в связи с переездом, Олег практически не спал. Он то и дело прислушивался к равномерному дыханию Ирины Алексеевны, чтобы быть уверенным в том, что она спит и не страдает от бессонницы. Они и раньше проводили ночи вместе, но ни одна из этих ночей не ознаменовывала начало общей жизни. Олег был уверен в том, что Ира, как и он сам, переживает, что они могут все в очередной раз испортить. Ведь ни ему, ни ей до этого не удавалось построить по-настоящему счастливые отношения. Понимал он, что Павлова уже чувствует столкновение двух сильных и не сдающихся ни при каких обстоятельствах характеров. И все же пока каждый назревающий спор удавалось сводить в шутку и не развивать его до глобальных величин. - О, Брагин, здорова, - в ординаторскую зашел Сергей Анатольевич и принялся переодеваться в рабочую форму. - Привет, - второй вымученно поднял глаза. - Смотрю, ночка была веселая?! - схохмил врач, но наткнулся на молчание друга и вмиг посерьезнел. - У вас все нормально? - Не знаю, - вздохнул Брагин, потирая лицо. - Ну вы вчера въехали в новую квартиру? - Въехали. - И как? Ожидания от совместной жизни уже не оправдали себя? - Дело не в этом. Все лучше, чем могло бы быть. Просто... В комнату зашла Семенова и улыбнулась коллегам. - Доброе утро! - энергично сказала Юля. - Доброе, - отозвались оба. - Ну так что? - не отставал Куликов. - Мне кажется, я сам скоро начну сходить с ума. Я постоянно пытаюсь контролировать Иру, но так, чтобы она не замечала этого. Вот вчера вечером она легла спать, я пошел в ванную, а когда пришел, ее не было в спальне. За эти секунды, что я искал ее в доме, я чуть рассудка не лишился! Напридумывал себе сотню разных вариантов. - Переживать о не вполне здоровом человеке нормально, - спокойный тон Юли звучал как мантра. - Да, Олег, - согласился Сережа. - Вам просто нужно через это пройти вместе. Рано или поздно Павловой станет легче. - Я не представляю, как уберечь ее ото всего. - Ты и так вполне справляешься с работой ангела-хранителя, - гинеколог погладила мужчину по плечу. В ординаторскую зашла заведующая, тут же сфокусировав взгляд на руке Семеновой, что покоилась на спине хирурга. - А я не поняла, работать сегодня никто не собирается? - резко спросила Ира. - Уже идем, - Куликов подорвался с места. - Кстати, Ирина Алексеевна, что вам с Олегом подарить на новоселье? - Неделю без опозданий, например? - зав отделения сложила руки на груди. - Вот-вот, - поддержал Брагин, обходя женщину и сообщая ей, - я на плановую с Лазаревым. Очень жду вечера, любимая. - Ой, ну я не могу, - разомлела Семенова, - какие вы милые. А Вам, Сергей Анатольевич, нужно поучиться предприимчивости Олега Михалыча. - Пошли, - Куликов состроил гримасу, копируя шатенку. - Предприимчивости! Ира проводила коллег взглядом и поспешила за Брагиным, кто с сосредоточенным видом снимал часы с запястья на ходу. - Олег, подожди, - окликнула его заведующая и указала на свой кабинет. - Зайди на секунду. Он безмолвно повиновался и прошел следом за блондинкой. Она закрыла за ними дверь и осталась стоять напротив врача. - Я весь внимание. Ирина пронзила его взглядом, подавляя в себе гнев и убеждаясь в том, что перед ней все тот же человек, который не отказался от нее, который взял на себя ответственность и пообещал всегда быть рядом. - Поцелуй меня, - ее тон звучал безапелляционно, лицо было строгим, но глаза нервно забегали по чертам хирурга. Брагин опешил от внезапности просьбы. С одной стороны, такой простой, с другой - такой неоднозначной. Он донельзя сократил между ними расстояние и ласково провел пальцами по ее пшеничным волосам, убирая их за уши. Ее ресницы медленно опустились, когда она затаила дыхание. Олег дотронулся губами ее губ и только потом поцеловал. Ее ладони вцепились в его плечи так, как будто она боялась, что он может испариться. Тогда его губы оставили ее теплое дыхание и заскользили по щекам и скулам. - Прекрати, - сияя, проговорила Павлова. - Я же накрашенная! - Обожаю, - мужские руки пробрались за края халата и обхватили ее талию, - твое, - мягкий поцелуй в кончик носа, - биполярное расстройство. - Домой хочу, - она провела пальцами по губам врача. - А как же отделение? - прошептал он рядом с ее ухом, и она пожала плечами. - Устала. Хочу провести с тобой хоть немного времени. - А я с тобой всю жизнь, - просто признался он. - А так-то, - он оторвался от нее и поправил упавшую на ее лицо прядь, - мы каждый день работаем вместе. - Боюсь, что не над тем работаем... Ирина тяжело вздохнула и уткнулась лбом в его грудь, успокаиваясь от скрытого приступа накатившей в ординаторской ревности в кольце рук хирурга. Как бы он хотел прочитать все ее мысли, залезть к ней в голову и кнопкой delete стереть все ее тревоги и страхи. Но она просто стояла молча в его объятиях, не подавая вида, что что-то не так. Как странно было обнимать друг друга, не думать о том, что они вышли за рамки рабочих и приятельских отношений. Странно было просить быть рядом и знать, что чувства взаимны. - Давай сделаем так. Я схожу на операцию с Лазаревым, а потом поедем домой. Согласна? - Ты хочешь прогулять работу? Ты точно тот самый Олег Брагин, лучший хирург НИИ Склифосовского? - с издевкой ухмыльнулась Павлова. Тут она вспомнила несколько эпизодов, когда Марина просила приехать Олега, когда ей нужно было его внимание, его помощь или присутствие рядом. И всякий раз он выбирал быть здесь, в отделении. Раньше Ирина думала, что Брагин выбирал свой долг и работу, и почему-то только сейчас она поняла, что на самом деле он выбирал ее. - Даже лучшим нужен отдых. Я бы поспал часов двадцать. - Что же останавливает? - Моя женщина очень строгая, боюсь разочаровать ее, - врач шутливо нахмурился. - Это вообще возможно? - Ира нежно поцеловала его в щеку. - Ну все, все. Нимб-то запылился и, о-о-о, крылья все облезли... - Тебе не нужно быть ангелом, чтобы я тебя безгранично любила. И ты сам это знаешь. - Знаю. И ты тоже знаешь, что я буду любить тебя любую.

Легко договорившись с Волошиным и Лазаревым о подмене и воспользовавшись многообещающим спокойствием в отделении, Ира и Олег спустя несколько часов все же сбежали домой. День был в самом разгаре, все куда-то спешили по будничным делам. Машина медленно продвигалась по пробкам. Звонок на телефон оторвал Брагина от раздумий и выдернул заведующую из дремы. - Михалыч, привет, - Нина звучала встревоженно на громкой связи. - У нас ЧП. - Что случилось? - Олег бросил взгляд на Павлову, не отрываясь от дороги. - Твоя рядом? - Рядом, - ответил тот, поймав едва заметную улыбку блондинки. До чего же Ире было приятно осознавать, что она его и что их близкое окружение никак не воспротивилось этому. - Говори, как есть, Нин! - не выдержал хирург. - Ну в общем Эльчин уснул на операции. И эта операция закончилась летальным исходом, - отчеканила Дубровская. - Черт, - Павлова закатила глаза, откидывая голову на сиденье. - Только этого не хватало. - Ирина Алексеевна, у него трое детей... - прозвучало оправдание в телефоне. - Вот именно! А он понабрал себе смен! - Что нам делать? - Отправляйте его домой. На сегодня и на завтра найдем замену. - У него завтра ночное. - Мы можем выйти, - предложил Олег, что удивило зав отделения: обычно он настаивал на том, чтобы Ира как можно больше отдыхала и не выходила в ночные смены. - Да, поставь нас, - одобрила Павлова. - Сегодня за Брагина уже вышел Волошин. Он справится за двоих? Как там в приемном? - Все на удивление спокойно. - Хорошо. Если что, звоните нам. А летальным исходом пусть Лазарев занимается. - Уже занялся, Ирина Алексеевна. - Держитесь там. Иначе мы приедем и устроим в отделении еще одно ночное дежурство. Но тогда, боюсь, никто не сможет уснуть, - хихикнул Брагин. - Ой, все, я кладу трубку! - на том конце послышался легкий смех перед тем, как Дубровская отключилась. - Думаешь, все будет в порядке? - Ира нервно начала кусать губу и обернулась к мужчине. - Да, - твердо ответил Олег, - ты же знаешь, что Нина ничего скрывать не будет и позвонит, если потребуется наша помощь. Блондинка кивнула и продолжила следить за залитой солнцем дорогой, где наконец поубавилось машин. Олег ни разу не повысил на нее голос, в то время как она сама понимала, что слишком обо всем переживает, и ей самой хотелось на себя накричать за все эти бесконечные "а что если...". Вот и сейчас он лишь уверил ее в том, что все в порядке, крепче сжимая свободной рукой ее ладонь. С наслаждением оставшись наедине дома, врачи какое-то время просто сидели на диване в гостиной, осматриваясь. Вчера при вечернем свете ламп все выглядело иначе. Сейчас же квартира была именно домом: со светлыми стенами, воздушными шторами, мягкой мебелью зеленоватого оттенка. И даже ряд коробок у стены в прихожей не портил впечатления. Ире невероятно нравилось вот так сидеть рядом с Олегом. Молча. В тишине. Вдвоем. Как давно она хотела этого. Чтобы их минуты разговоров без слов не были лишь минутами между операциями, а стали их жизнью. Брагин поймал на себе взгляд серо-зеленых задумчивых глаз и приподнял уголки губ. - Устала? - тихо спросил он. - Или ознаменуем второй день героическим трудом и повесим картины? - Еще надо книги вытащить и в книжном шкафу расставить, - Ира зевнула и, потягиваясь, встала. Но сильная рука остановила ее и захватила, притягивая к мужчине. Олег уткнулся в ее живот, горячо дыша и проводя ладонями вниз по лопаткам к пояснице заведующей. Она нежно погладила его по голове, прижимая к себе. Он медлил, не инициируя никаких дальнейших действий. Все, что чувствовала Павлова, - его нежелание отпускать ее от себя ни на секунду. Наконец Олег оторвался и посмотрел на нее снизу вверх. - Пойдем, - Ира взяла его за руку и потянула за собой в спальню. Остановившись у подножия кровати, она ощутила, как горячие губы хирурга оставили след на ее шее, а потом в области позвонка за отодвинутыми волосами. Пальцы двигались настойчиво и, как течение реки, смело прокладывали себе путь. Они умело расстегнули пуговицы на голубой рубашке заведующей, освободили ее от бюстгальтера и схватились за пояс светлых брюк, пока влажные губы Брагина ласкали каждый миллиметр покрывшейся мурашками кожи, задевая и прикусывая нужные места, что заставляло женщину дышать тяжелее. Хрупкие руки стянули с врача его одежду, которая падала на пол под звуки протяжных стонов от поцелуев. Ира устроилась на кровати, утаскивая за собой Брагина и бесстыдно обхватывая его ногами, заставляя приблизиться и наконец установить их связь. Олег был готов, заводясь с пол-оборота лишь от вида румяных щек блондинки, небольшой, открытой взору груди и сверкающих вожделением глаз. Быть с ней одним целым было чем-то большим, чем просто секс или любовь, чем-то необходимым, жизненно важным. Она жадно принимала его, неустанно набирающего ритм. Стоны переросли в приглушенные крики. А на плече мужчины остался едва различимый отпечаток зубов и пять красных отметин от вцепившихся пальцев. От бешеной обоюдной пульсации и шума в ушах она замерла под ним, впитывая в себя весь их жар и продлевая чувство эйфории. Спустя пару мгновений Олег медленно перекатился на спину, заставляя ее оказаться на нем. Светлые волосы успели спутаться, а краска все так же заливала щеки женщины. - Ты же хотел лечь спать, - Ира опустила голову на сложенные руки, покоившиеся на груди Брагина, и улыбнулась. - Ради такого я готов пожертвовать сном, - он взял край одеяла и натянул на обнаженное тело заведующей. - Мне очень хорошо. - Мне тоже с тобой очень хорошо, - Брагин поправил прядь светлых волос. - Но от макарон с сосисками я бы не отказался. - Вот умеешь ты нарушить идиллию, - Павлова с укором посмотрела на врача, все еще улыбаясь. Ее рука устремилась под одеяло, и она принялась щекотать бок и живот врача, пока тот смеялся, после чего вновь повалил под себя блондинку и вытянул ее руки над головой, удерживая за запястья одной своей и прижимая их к матрасу. - Ты забываешь, - он провел пальцем по ее раскрытым, влажным губам, - что у всех есть свои слабые места. Свободная рука спустилась с губ на шею, едва дотрагиваясь до кожи, переместилась на грудь, очерчивая круги, прошлась по ребрам к низу живота и утонула между стройных ног. Вместо очередного смешка Ира издала жалостный стон и теснее сжала бедра, извиваясь от ритмичных движений донельзя заводящих пальцев. Ей одновременно хотелось и не хотелось высвободиться из хватки Олега, ведь больше всего ей нравилось обнимать его, прижиматься к нему, чувствовать его. Но и в том, как он ее сладострастно пытал, было что-то особенное, другое. Чего никогда не было ни с Павловым, ни с Кривицким, ни с кем-либо другим. Брагин все знал: где и как дотронуться, когда нужно замедлиться, а когда наоборот делать все, чтобы заставить Иру терять рассудок и сходить с ума от страсти. И Павлова была уже фактически зависима от такого лишения рассудка, уверяясь с каждым днем, что вскоре ей не понадобятся ни таблетки, ни успокоительные, ведь только хирург дарил ей состояние всеобъемлющего успокоения. Звонок телефона оторвал Павлову от открывающейся перед ней картины: Олег, стоя к ней спиной в своих домашних штанах и футболке, быстро нарезал овощи и греческий сыр на квадратики, смахивая все в салатницу в такт звучащей из колонки песни¹. Мужчина решил взять на себя приготовление ужина. Давая любимой время после их жарких приключений, которое она, к слову, потратила на сон и бодрящий душ, он прошелся по магазинам и купил все необходимое для разнообразного и легкого ужина, избегая участи макарон и сосисок. Запекающийся лосось с лимоном и укропом приятно шипел в духовке, пробуждая своим запахом и без того возросший аппетит. - Привет, - протянула Ира, отвечая на видео звонок. - Как у тебя дела? - Привет, - девочка просияла. - Все отлично. Папа дома? - Да, вот, - Павлова переключила камеру на Брагина. - Серьезно? Ир, зачем ты пустила его на кухню? Он ужасно готовит! - Тамара засмеялась. - Дочь, привет! - Олег помахал рукой. - Как там в школе? - Не волнуйся, он все делает под моим чутким руководством, - заведующая вернула камеру на себя. - Мы соскучились! У тебя все хорошо? - Да. Я хотела спросить у тебя и папы, можно ли мне поехать в конце учебного года с ребятами в Америку? Наши кураторы организовывают туда поездку в старшую школу, с которой у них какие-то договоренности. Здесь же обучение только до девятого класса. И я хотела заранее все посмотреть, чтобы потом вам рассказать и вместе решить. - А ты хочешь дальше учиться в Штатах? - серьезно спросила Ира. - Пока не знаю. Но это не будет дорого, у меня же есть гражданство... - Тамара пожала плечами. - Я не за деньги беспокоюсь, - Павлова качнула головой, - а за то, чтобы ты приняла верное для себя решение. - А папа что там? - дочка Луспарян закусила губу. Брагин подошел к женщине со спины и посмотрел на Тому. - Ты хочешь поехать одна? - недоверчиво уточнил он и тут же получил пинок вне зоны видимости камеры. - Это всего на две недели. Ну не считая перелета. И, кстати, они обещали скидку тем, кто по рейтингу учащихся займет первые пять мест в параллели в учебном году. У меня есть еще время, я успею подтянуть оценки. - Мы с папой поддерживаем твое решение. Ты молодец, что все так продумала. - Точно? - теперь девочка обратилась к отцу. - Точно, - выдохнул он. - Конечно я буду переживать. Но можешь соглашаться. Пришли информацию по поездке, я все оплачу. - Спасибо! Это круто! Спасибо, Ир! - Тамара фактически светилась от счастья. - Может, я смогу встретиться с друзьями из старой школы! - А по датам ты успеешь вернуться? Мы же планировали ехать в августе на море, - напомнила заведующая. - Да. Я даже смогу в Москве какое-то время побыть. - Тогда вообще отлично. Привезти тебе что-нибудь на выходных? - Да нет... - неуверенно ответила Тамара. - Может просто... - она запнулась, подбирая слова, - заберете меня на день и вместе куда-нибудь сходим? Я ни разу еще не ходила в кино в Москве. - Да в чем вопрос! - обрадовался Брагин. - Конечно! В субботу утром будем у тебя. Правда, у нас с Ирой ночная, но мы очень постараемся в кино не заснуть. - Я выберу такой фильм, что не уснете! - воскликнула девочка. - Тогда до субботы! - поддержала Павлова. - Если что, звони! Любим тебя! - И я вас! Когда экран стал черным, Олег вмиг посерьезнел, а улыбка пропала с его лица. Он вернулся к кухонной тумбе и, задумавшись, добавил оливковое масло в салат. Заметив его перемену настроения, Ире стало неуютно, будто она могла сказать в разговоре с его дочерью что-то не то. - Ты не хочешь ее отпускать в Штаты? - осторожно поинтересовалась она, вставая с места и принимаясь накрывать на стол. - Пусть едет, - сухо ответил мужчина. - Она провела там всю жизнь. Конечно, ее туда тянет. - Значит, дело не в этом? - Ир! Брагин оставил все дела и повернулся лицом к начальнице, скрещивая руки на груди. Он прикрыл глаза, унимая свой категоричный тон, и посчитал в уме до пяти, чтобы не заводиться самому и не накручивать Павлову. - Я просто сейчас ни в чем не уверен. Я понимаю, что ты слишком многое пережила, тебе было плохо, но... "Но и мне тоже иногда нужна помощь", - читалось в его недосказанности и карих глазах. - Я боюсь, что она привыкнет к тому, что у нас все хорошо. К тому, что мы становимся одной семьей. А потом... - Что потом? - повысила голос Ира. - Говори! Ну говори, раз начал! Потом ты решишь вернуться к Марине? Или что?! - Да при чем здесь Нарочинская? - теперь не сдерживался и Брагин. - Можно подумать, только из-за нее все может сломаться! Ты только подумай о том, сколько всего произошло за последние, ну скажем, четыре года! Я пережил онкологию, мы чуть не погибли в горах, потом этот Алеников... Ты была в инвалидном кресле, и я фактически мог оставить тебя без ног! Моих детей взяли в заложники, а ты чуть не сошла с ума из-за болезни Кривицкого! И это не говоря о всех тех бедах, которые свалились на Тамару! - Да! Но это жизнь, черт возьми! И никто при рождении не подписывал контракт с условием "долго и счастливо"! И уж извини, если у нас что-то не так, как ты себе представлял. На глаза Иры навернулись слезы, и это тут же утихомирило врача, но он не стал ее успокаивать, следуя заветам Светланы Леонидовны о том, что все чувства должны находить выход. - Я даже не мог себе представить, что все будет именно так, - тихо и размеренно проговорил Брагин. - И именно это меня и пугает. Ты, я, все прекрасно. Тамара наконец-то улыбается. Она привыкла к нам обоим. Когда моей семье угрожали расправой, я думал, что сильнее бояться нельзя. Но сейчас я боюсь больше. И ты даже не представляешь как. За нее, за тебя, за нас. Ира повела головой, а брови ее нервно дрогнули. Она сглотнула горький ком, приводя себя в чувства. - Тебе не о чем больше волноваться, - Павлова тяжело вздохнула. - Я в полном порядке. Скоро очередной прием, я уверена, что Светлана Леонидовна отменит назначенные препараты. И я не собираюсь отказываться от тебя или от Тамары. За свою долгую и непростую жизнь я совершила много ошибок. И поверь мне, урок с Артемом я запомню надолго. И то, что родной человек не заменит любимого, - тоже. Я не хочу больше быть без тебя. Ни минуты. Даже если это подразумевает тысячу бед и препятствий. Олег пересек кухню в два шага и крепко обнял блондинку, раскрывая ей навстречу руки. Он уткнулся в ее шелковистые волосы, целуя в висок. - Ириш... - он прижал ее к себе, понимая, что только она его маяк посреди темного океана. - Ты права. А я... Я просто идиот, - он грустно усмехнулся. - Теперь, когда мы вместе, все будет хорошо. Мы справимся. Мы обязательно со всем справимся. - У тебя рыба сейчас подгорит, - заведующая оторвалась от хирурга и поцеловала его в уголок губ. - И тогда с моим гневом ты вряд ли справишься. Тот закатил глаза и выпустил Ирину. Он открыл духовку и вытащил противень на плиту. - Кстати, давно хотела у тебя спросить. Как тебе Семенова? Ира достала из барной витрины два бокала и бутылку белого вина, пока Олег ставил общее блюдо с горячим и салат в центр стола. - Грамотный и опытный врач, - осторожно начал Брагин, дабы не навлечь на себя ненужные подозрения. - А почему ты спрашиваешь? - Интересно твое мнение. Павлова устроилась за накрытым столом. Врач быстро открыл бутылку и разлил вино по бокалам, после садясь напротив заведующей. - Мое мнение, что им с Куликовым давно пора замутить. А он все никак ни на что серьезное не решится. Сколько раз она звала его на свидания, приглашала домой, а все ограничивается флиртом. - Да, я тоже это заметила. Может, он все еще любит Ханину? - Павлова зажгла две свечи на столе. - Может... - врач цокнул языком. - А может, боится опять начинать что-то серьезное. Чтобы снова не разочаровываться. - Мне кажется, Юлия Геннадьевна ничем не уступает Ане. - Они совсем разные. Ханина была ураганом, а Юля все же, - Брагин провел в воздухе рукой, - как причал спокойствия, что ли. Но Сереже это не помешает. Ему пора остепениться. И уж точно не с этой Светой. - Надо им помочь, - Ира загадочно прищурилась и подняла бокал. - Тогда за разработку плана по сведению Куликова и Семеновой? - Олег чокнулся с зав отделения. - Для начала напиши Нине, чтобы сняла нас с ночного и поставила их. - А я так надеялся в твоем кабинете заняться с тобой работой! - в шутку раздосадовался врач. - Любимый, - в серо-зеленых глазах блеснули искорки, - не нужно ждать дежурства, чтобы обсудить со мной рационализаторские предложения. - Я Вас услышал, Ирина Алексеевна. Брагин игриво приподнял бровь, и комнату снова заполнил звон встречающихся бокалов.