чуть-чуть правдивые сплетни

      Виктор, агент Фатуи, отвечавший за разведоперации, прославился двумя вещами: феноменальным профессионализмом и идущим вразрез с этим качеством любопытством. Его матушка часто описывала на соседских посиделках такой вот занимательный инцидент: пятилетний Витя решил, что зал собраний Верховного Совета — лучшее место для игры в машинки, чем детский сад, и кошкой проскользнул за одним из придворных во дворец. Четвертая из Одиннадцати, приметившая шкодливое дитя, чуть не забрала его в Дом Очага, приняв за беспризорника, а сам Виктор едва не осиротел в рекордную миллисекунду, при живых-то родителях. Завершался рассказ лихорадочным похлюпыванием крепкого черного чая, будто все описанное произошло не двадцать с лишним лет назад, а всего-навсего на прошлой неделе.       Агент Фатуи не очень любил эту историю: детали он подзабыл, зато в памяти отпечаталось то, как же сильно тогда ругалась матушка, и как же горели тогда щеки и поясница — одни от стыда, другая — от дисциплинарных взысканий.       Годы шли, а привычка никуда не делась: Виктор все так же любил погреть уши в неположенных для этого местах. Вот и эти пять дней стоянки он проводил, то шныряя по окрестностям Натлана и вынюхивая по закоулкам чьи-то перетолки, то верным псом следуя за своим командиром, ненавязчиво прислоняясь к каждой подвернувшейся под руку колонне.       Капитано вначале сделал вид, что ничего не замечает, потом — сделал замечание, после — предупреждение, а в последний раз и вовсе пригрозил упаковать Виктора обратно в Снежную срочной бандеролью, если тот не обуздает свои сталкерские повадки.       Виктор, разумеется, ничего не обуздал — а как иначе, когда перед его глазами разворачивалось цветущее поле из абсолютно уникальной, можно сказать, инсайдерской информации! За исключением его скромной персоны, доступ к ней был разве что у их комвзвода Алексея, прагматичного и флегматичного гео-заклинателя, который предпочитал не тратить лишние калории на то, чтобы раскрывать свой рот ради праздных обсуждений — исключением были стратегические планы Фатуи или недавно вышедшие в тираж коллекционные фигурки поп-группы «Снежинки».       Об сопровождавшем комвзвода электро-молотобойце Валере внештатный репортер Фатуи даже не задумывался. Если он что-то и мог усваивать, то только половину обеденного рациона на отряд — а вот с информацией подобный трюк проходил плохо. Виктору казалось, что мощный молот Валеры однажды прилетел ему самому по голове, вот бедняга и стал воспринимать только односложные приказы.       И поэтому только на него, Виктора, была возложена священная миссия принести в солдатские палатки свежий, ароматный хлеб с хрустящей корочкой из самых пикантных новостей. За это Наташа, ответственная за сбор информации и последующее ее докладывание Царице, возможно, подарит ему очаровательную улыбку.       А дело обстояло следующим образом. Позавчера, в среду, Виктор первым делом направился к второму расквартированному взводу под командованием Капитано, на который была возложена ответственность по поиску и охране какого-то древнего драконовского механизма. Пиро-агент не был посвящен в детали происходящего, поэтому первым делом вознамерился пополнить запас своей информационной провизии, тенью проскользив мимо поселения Повелителей Ветра, где и поймал на себе угрожающий взгляд какой-то седовласой шаманки. Выглядела она, конечно, лет на двадцать, но ее аура сильно напоминала бабушку Виктора, которая в любой непонятной ситуации хваталась за старую кочергу. Охваченный болезненными воспоминаниями, он поспешил ретироваться и застал врасплох своим появлением Василису, державшую пост у северной границы второго лагеря. — Тьфу на тебя, дурак, — фыркнула она, призывая пробудившихся крио-цицин обратно. Мелкие букашки вертелись вокруг незваного гостя в лице Пиро-агента, и тот ответил им злобным зырканьем. Все это трио, сопровождавшее большую часть девушек из типовых отрядов Фатуи, все время действовало на нервы, и порой норовило исподтишка укусить за ухо, если не чего похуже. Сколько бы магов цицин он ни встречал на своем пути, хоть кто-то б постарался выдрессировать своих летающих прихвостней — так нет же, казалось, наоборот науськивают их назло недовольным сопартийцам. — Я по делу. По миссии пробегал неподалеку, вижу, столько человек туда-сюда носятся, ни минуты покоя. Все кричат, куда-то торопятся, там Костю чуть буйный завриан не затоптал, еле вытащили беднягу. Мне время дали сегодня до ночи, могу помочь вам, пока самого не загоняли, — любезно расшаркался Виктор. Василиса хоть и позволяла присесть ей на уши, но после ее «нет», будь ты хоть на тысяче заврианов, уже никуда не докатишься. Следовало мягенько, осторожненько… — Ты скажи только, чем подсобить. Я не за «спасибо» — потом и нас выручите.       Василиса была девушкой рациональной, поэтому на пустом альтруизме далеко не доедешь — не купится. А вот модель «услуга за услугу» могла сработать, что и доказывал легкий прищур крио-магессы. Если б еще на несколько миллиметров у́же — несдобровать, а так — оптимальный баланс между сомнением и доверием. — Что ж… — прокашлялась она, задумчиво прикрывая лицо длинным, серебром расшитым рукавом. «Прячет улыбку — знак хороший», — отметил про себя Виктор. — Смотри, там Андрей завал один разгребает, из него такое пекло, что, кажется, лавовые разливы, что мы на картах видели, оттуда и идут. Магматические испарения взрывоопасны, поэтому поисковую группу целиком отправлять неспокойно, а ты и прошмыгнуть можешь, я тебя знаю. Андрей тебе там температурку подохладит снаружи, а ты разведаешь. Идет? — Конечно. Один только вопрос — при таком пекле даже я там больше двадцати минут не продержусь. Что конкретно искать надо? Нам Капитано объяснил, что механизм, но если вы его по частям откапываете, то мне б понять, как он выглядит, примерно хоть.       Виктор солгал. В Фатуи придерживались строгих правил: информация должна была быть разглашена исключительно узкому кругу лиц, непосредственно задействованных в миссии, во избежание раскрытия конфиденциальности при поимке агентов. Сам Капитано придерживался этого указания и не пускался в длительные разъяснения, да и его подчиненные никогда не сомневались в правильности его решений — первый отряд хронически не терпел поражений. Виктору об этом было прекрасно известно, как и Василисе, но выловленные им из подслушанных разговоров детали о механизме должны были придать его словам необходимый вес, а ему самому — вид знающего и посвященного во все дела человека. — А, понимаю. Смотри, — раскололась было крио-магесса, но произошло непредвиденное: за ее спиной замаячила грозная фигура Андрея Бельского, крио-бомбардира и по совместительству замкомвзвода, уже седьмой год подряд набиравшего массу. Виктор не знал и не хотел знать, что это за масса — достаточно было того, что эта самая масса могла его раздавить в один присест. — Васенька, милая, — басом прогремел Андрей так, что пара близняшек-Пиро мушкетеров в десяти шагах от точки их незапланированного сбора выронила из рук тяжелый ящик с припасами, который они затаскивали наверх, к походной кухне. Одного из них звали Василием, поэтому ничуть не удивительно, что от раскатистого призыва крио-бомбардира у него зашалили нервишки. — Этому проныре лучше ничего не объяснять. Он у Ленки как-то раз выведал слушок, ее потом всем селом спасали от матушки Синьоры, Тейват ей пуховой периной, — Бельской похлопал Василису по плечу, но крио-магесса достойно выдержала эти сейсмические волны, и бомбардир навис над Виктором, аки надвигающийся Судный день. — Помочь, гришь, хочется? Ну-ка, давай — я тебя за шкирку и в расщелинку. Как миленький найдешь все, что потребуется, и еще фамильный портрет моей пра-пра там раскопаешь — а то я-то тебя с пустыми руками оттуда просто не выпущу. — Вынужденотказатьсяоттакоговеликодушногопредложения, — протараторил Виктор и не забыл предусмотрительно попятиться. — Я тут совсем забыл, мне к шести вечера на Стадион наведаться приказали… Сверху, — Виктор многозначительно поднял палец к небу. — Быть должен как штык. — Как штык, — угрожающе повторил Андрей с хищной усмешкой от уха до уха. Судьба Виктора висела на волоске, но уготованную геенну огненную перевесило хорошее расположение духа Бельского. — Ну, свободен тогда. Гуляй, малой.       Василиса потупила взгляд и сверлила им зеленую траву под ногами, пока тяжелый топот удаляющегося замкомвзвода не затих вдали. — Развести меня вздумал, слыш-ш-ш-шь ты, выкормыш кладбищенского хорька… — Никак нет, — Виктор интенсивно покрутил головой справа налево под шипение очаровательной мегеры и во второй раз за день поспешно ретировался от разгорячившейся леди. Женщины страшны в гневе — такую парадигму Пиро-агент выучил еще с пеленок.       В одном Виктор не обманул: он действительно направлялся на Стадион Священного пламени — по собранным данным, Капитано вместе с двумя сопровождавшими его солдатами Фатуи, которых, скорее всего, оставили стоять за дверью, готовит вместе с Пиро Архонтом детальный план контрнаступления. Правда, почему они контрнаступают вместе, а не против Пиро Архонта, Виктор так до конца и не понял. В какой момент рыжеволосая градоначальница Натлана передаст гнозис, который являлся их конечной целью, тоже оставалось загадкой. А загадки Виктор любил разгадывать.       После успешного проюркивания мимо ничего не подозревающих торговцев агенту Фатуи пришлось на минуту притвориться горшком со специями, пока за поворотом одного из коридоров не исчез чей-то пятнистый хвост. Ушастая из Детей Эха явно спешила на то же обсуждение, что и Виктор, и он беспокоился, как бы она не напала на след слоняющегося нарушителя. Случись неладное — не миновать ему заматывания в изоленту и коробки два на два со штампом «в Снежную», Капитано свое слово держит. Повезет, если «осторожно! хрупкие вещи» сверху налепят.       Южный вход в главный зал сторожили комвзвода Алексей и охранявший ближайшую колонну Валера. Видимо, их глава в этот раз не поскупился на краткий ликбез и таки отдал дополнительный приказ, касавшийся одной ушлой личности с неумолимой тягой к шпионажу. Виктора это не остановило, и он проделал круговой маршрут, чтобы найти одну маленькую, но очень важную дверь в подсобку. В свой первый налет он обнаружил эту комнатушку, в которой хранились поломанные швабры, сколотый чайник, разбитый светильник и другие бытовые приборы-инвалиды, пострадавшие при очередном буйном праздновании. Стоит отдать Виктору должное: он прозорливо раздобыл график выноса и сортировки непортящегося мусора, тем самым обезопасив свое пребывание в «подслушивательной» вплоть до выходных.       Прелесть комнатушки заключалась в том, что в ней было два маленьких окошка. Одно выходило наружу и под собой имело небольшой бордюрчик, по которому можно было оперативно скрыться, второе же, замаскированное — напротив, в зал совещаний. Пиро-агент готов был поспорить, что какие-то его предшественники поучаствовали в проектировании Стадиона — ну или же кто-то из бывших правителей Натлана остро нуждался в том, чтобы ему что-то незаметно подсказывали на ушко. Кажется, в памяти высокопоставленных семей такие истории были… Как бы там ни было на деле, «подслушивательная» прекрасно подходила именно для той миссии, которую возложил на себя Виктор, и он без всяких промедлений приступил к ее исполнению. — Мы дождемся двух оставшихся героев, и это не обсуждается! — Пиро Архонт хлопнула по столу ладонью, и стоявшие на ней хрустальные стаканы подскочили. — То, что подлежит рассмотрению — это действия, которые мы можем предпринять до этого, чтобы предотвратить как можно больше смертей.       Сидевшая по правую руку от нее ушастая девушка с гео-глазом Бога медленно кивнула. — Нет никаких гарантий, что оставшиеся герои появятся в ближайшее время, ровным счетом как и гарантий того, что их присутствия будет достаточно для того, чтобы сдержать наступление Бездны, — Виктор узнал знакомый низкий голос и, не сдержавшись, чуть приподнялся на носочки, чтобы расширить обзор. Их капитан стоял напротив рыжеволосой фурии, и только они вдвоем игнорировали наличие сидячих мест. Все оставшиеся присутствовавшие, казалось бы, молились на долгие года жизни деревянного стола, разделявшего Архонта и Предвестника, будто при его падении зал совещаний обещал превратиться в место сокрушительного боя. — То, что ты предлагаешь, ничем не лучше смерти. Исчезнувшие воспоминания, стертая навсегда история превратит жителей Натлана — жителей моей страны! — в бездушных манекенов, которые не будут знать ни капли о своем прошлом, ни единого прожитого дня, ни единого сказанного слова, забудут своих близких и друзей, они забудут всех, кого когда-либо любили и ненавидели, — с каждым словом Пиро Архонт, кажется, повышала голос на четверть тона и последние слова отозвались легким надрывом. — Но будут живы. — Живы, — горько рассмеялась глава Натлана. — Живы, и толку от такой жизни? — Похоже, тебе неизвестны ни цена жизни, ни смерти.       Пиро Архонт смерила их капитана убийственным взглядом. У Виктора по спине пробежали мурашки. — Я прекрасно знаю, что такое смерть, Предвестник. — Тогда ты должна понимать, почему твое решение ошибочно. — Ошибочно! Может, судьбу Натлана будут решать те, кто живет в нем сейчас, а не «дипломаты» из Снежной, прибывшие на наши земли явно не с целью отдохнуть на горячих источниках? — На меня никогда не возлагали дипломатическую миссию, Мавуика. Если вопрос нельзя урегулировать за столом переговоров, то в рамках отведенной нам роли Предвестники вольны прибегать к любым иным методам его решения. — Пусть будет так, — по тому, как Мавуика отвела правую ногу чуть назад, Виктор понял, что Пиро Архонт занимает боевую стойку. «Вот и бесславный конец зала совещаний», — промелькнула мысль, и агент Фатуи приготовился болеть за своего командира. Хоть ему и придется исполнить роль самого бесшумного чирлидера в истории, Виктор исполнит ее с честью и полной отдачей.       Хвостатая постучала ножом по стакану, и по шиканью ее голубоволосой соседки Виктор узнал, что ее зовут Шилонен. Что ж, Шилонен, встряв между двумя самыми грозными силами во всем Натлане, совершила достойное самопожертвование. — К какому бы окончательному решению мы ни пришли, нам стоит определиться с текущими мерами. Если мы снова потратим два часа на дискуссии по поводу судьбы артерий земли, то будем и дальше топтаться на месте. Мавуика, Капитано, я предлагаю вначале распределить наши зоны ответственности на предстоящие две ночи и потом вернуться к этой насущной теме.       Шилонен звучала как на удивление разумный союзник своего Архонта. Мавуика, хоть и с недовольным прицокиванием и скрещенными под грудью руками, казалась готовой к сотрудничеству. — Я думаю, как и в прошлый раз, я возьму на себя земли народа Родников? В прошлый раз я успешно скоординировала все направления, и мы отделались минимальным ущербом, — девочка с мягкой игрушкой акулы выглядела как ребенок, которого мама привела на родительское собрание, но держалась она достойно — никакого дрожащего голоса, уверенная улыбка и открытый взгляд. Виктор стал припоминать, что, кажется, именно эта девчонка вышла в полуфинал каких-то важных натлановских соревнований — но Лизавета сказала, что ее победил ребенок, скачущий на коляске с дрелью, что ставило силы серебряной призерши под сомнение. Хотя, черт его знает, чем только дети в наше время не балуются. — Хорошо, Муалани. Возражения имеются?       Возражений Пиро Архонту не наблюдалось. Аналогичным образом распределились обязанности и между мальчишкой в бандане, парой взрослых, но очень уж разодетых мужчин — старейшин племен, как предполагал Виктор, той самой Шилонен и еще одним ребенком с черепом какого-то животного в качестве головного убора. Возможно, то уже был не ребенок, но и на сгорбленную старушку ту, кого назвали Иансан, не походила. Держа в голове, что его собственная четырнадцатилетняя сестра однажды уже успела развести одного из приезжих торговцев на две бутыли огненной воды, доступной для покупки только совершеннолетним, Виктор уже больше и не знал, как определять чей-то возраст. — Вы возьмете на себя патрулирование и холм Уитцтли? — с легким недоверием в голосе Мавуика обратилась к единственному человеку, на которого она не успела делегировать какую-нибудь задачу, и Капитано ответил ей почти незаметным кивком.       Холм Уит… Чего, простите? Даже если агент Фатуи и вознамерится передать эту, несомненно, важную, но не такую уж и занимательную информацию, как вообще можно это выговорить? Капитано взаправду был на несколько голов выше их всех, вместе взятых, если сумел распознать этот змеиный речитатив с первого раза. — Кроме этого, я предлагаю пустить небольшие патрульные отряды к востоку от пика Тетикпак. Подобное расположение позволит и оказать своевременную помощь отступающим с вод Амейялко, так и обеспечит надежный тыл для сражающихся на севере. Учитывая разницу в высоте, предполагаю, бойцы дальней дистанции подойдут.       И всю эту инфографику их капитан составил без карты! Виктор в очередной раз беззвучно аплодировал стоя. Стоя в прямом смысле этого слова, потому что такие сцены наблюдать только субтитрами, не подглядывая в небольшое окошко, было просто-напросто незаконно.       Пиро Архонт задумчиво выслушала предложение и, как совершенно точно распознал агент Фатуи, в полном восхищении посмотрела на их капитана. Ну, если уж и не с восхищением, то с удивлением точно. «То-то же, злая натлановская тетя», — по-детски позлорадствовал Виктор, которому доблесть и суровое женское воспитание не позволяли называть ни одну леди словом погрубее. — «Пока весь наш Первый отряд несет на себе тяжелую, но благородную миссию по защите чужих границ, она все еще предпринимает какие-то агрессивные нападки в сторону нашего капитана и всех прибывших Фатуи считает за какие-то зверские вражеские группировки. А мы-то…» — И обеспечат возможность перегруппировки для племени Крон, которые будут прикрывать Храм предков, — с одобрением дополнила Мавуика, принявшаяся расхаживать по всему залу собраний туда-сюда. «Хоть одно нормальное название», — с облегчением заметил Виктор, которому пришлось юркнуть в подполье, дабы внезапно решившая патрулировать свои земли Пиро Архонт не приметила в интерьере Стадиона Священного пламени новую деталь фатуйского происхождения. — Хороший план, — послышался зевающий голос Шилонен. По представлениям Виктора, перед глазами которого была сейчас только дырявая половая тряпка, хвостатая явно сладко потягивалась на стуле. — Я передам старейшине. Думаю, мы пойдем? — Невыспавшимися бой принимать будет трудно, Архонт, — звонко вторила ей Муалани. Она же в воображении подслушивающего агента покачивалась на и без того измученном стуле, методично расшатывая любые дисциплинарные порядки. — Ой, я, конечно, не говорю, что завтра что-то случится… Но мы должны быть всегда настороже!       Мавуика шумно вздохнула и махнула на них рукой — вполне возможно, что и буквально. — Следуйте обговоренному плану, — Пиро Архонт прикрыла глаза рукой и провела ей по голове, растрепывая челку. Это Виктор не нафантазировал, это он уже увидел, вернувшись на исходную позицию. Опасность миновала, и можно было вновь любоваться серьезным и непоколебимым видом их капитана. На фоне всех остальных… Да что там говорить, все эти «остальные» в его присутствии не могли служить ничем иным, чем фоном. Их капитан… Их капитан почему-то долго и сосредоточенно разглядывал молча дефилировавшую перед ним Пиро Архонта. И хоть лицо его всегда закрывала маска, члены Первого отряда научились распознавать этот пристальный взгляд, пророчивший лишь две судьбы: суровый выговор или мягкое, отцовское сочувствие.       И нет, Виктор не разделял бредней Катюши, которыми она гипнотизировала весь отряд от подъема до отбоя, и признавал их исключительно в качестве шизофренических. Один раз он так и сказал ей прямо в лицо, отстаивая честь своего капитана, и Катюшенька содрала с него клятву на выполнение одного желания — дескать, если он ошибается, то в следующий раз ее слова обязан выслушать и подчиниться.       И почему, спрашивается, они вообще остались наедине? Куда делись все остальные герои? Кто следит за безопасностью Архонта? В этот момент Виктор переобулся в самого ярого защитника божественных сил и готов был созвать хоть целый охранный наряд из всех пяти племен, чтобы прекратить это бесчинство. Ничего совсем уж паранормального не происходило, кроме одного: интуиция, которая у Виктора срабатывала аки тончайше настроенная сигнализация, мигала красными огнями и верещала не учебной тревогой.       Капитано многозначительно прокашлялся, привлекая к себе внимание Мавуики, которая находила по сорокаквадратнометровому залу, наверное, уже добрых пять километров. — А… — встрепенулась Пиро Архонт, застыв ровно на том же самом месте, где Виктор заприметил ее впервые. Потерев переносицу, она помотала головой и сдержанно и слегка неловко откликнулась: — Да, прошу меня извинить. Третье за день совещание не прошло даром. На чем мы остановились? — Я не могу быть уверенным в том, что мне следует прокомментировать абсолютно все сказанное, но… — Виктор с ужасом для себя отметил, что их капитан звучал… нервно?       Их капитан…       Нервничал?       Перед Пиро Архонтом? — … спасибо, наверное? Вз… — агенту Фатуи ничего не оставалось, кроме стоического наблюдения за тем, как их капитан прерывает свое неуверенное вещание, прикрывает рукой вначале верхнюю половину лица, а сразу после этого — нижнюю. Собравшись с мыслями, Капитано шумно выдохнул и окончательно добил Виктора точным выстрелом в голову. — Касательно Сердца Бога… Я понимаю сложившуюся ситуацию и, думаю, я мог бы пойти на определенные уступки. В разумных границах. — Что? — сглотнув, переспросила Мавуика. — Что? — повторил Капитано, застыв на месте. — Что? — безмолвно завопил Виктор, сползая вниз по пыльной стенке.