Ветер, устремлённый на Север

      Я отнял онемевшую кисть от книги, которую переписывал, второй рукой растерев запястье. Солнце за окном уже начало клониться к горизонту, окрашивая небо яркими цветами. В этот же момент в комнату заглянул Ворео, замерев на пороге, а после тихо вошёл внутрь, сев на рядом стоящий стул. Он аккуратно взял мою руку, привычно используя магию, чтобы снять боль и исцелить.              — Тебе следует реже переписывать книги, — проговорил Ворео, когда, наконец, отпустил моё запястье. Я покрутил рукой, возвращая её работоспособность.              — Мне нравится моя работа, даже такая, а вот это, — показал я на запястье, качая головой, — не страшно. Тем более, если не я, то кто будет это делать? — вместе с этим, я аккуратно сложил свои пишущие принадлежности обратно в коробку.              — Как моему партнёру, тебе не обязательно всё это делать, — проговорил он. Ворео выглядел задумчивым, как и последние несколько месяцев, еле скрывая беспокойство.              — Это звучит так, будто я настоял на наших отношениях, чтобы избавиться от обязанностей, — буркнул я. — Я в любом случае не смогу проводить с тобой каждую секунду своего времени, как бы этого не хотелось.              Ворео отвёл взгляд, промолчав, выглядя так, будто не знал, что на это сказать.              — Я понимаю, ты переживаешь, что моя жизнь, в отличии от твоей, слишком коротка, но я не умру завтра или послезавтра. У нас есть время что-то придумать и быть готовыми, — старался успокоить я Божество. Выходило не очень, если судить по тому взгляду, которым на меня смотрел Ворео. — Есть же какие-либо способы: Первые Боги тоже изначально не бессмертными были, — указал я, — а Терра так вообще сделал бессмертными своих детей, расколов душу.              — Жаль, что я так не могу, — вздохнул Ворео. — Моя душа такого не выдержит…              — Ты слишком рано меня хоронишь, — я ободряюще обнял его. — Лет двести я ещё поживу.              — Я надеюсь. От случайной смерти никто не застрахован, — заметил он, обнимая в ответ.              — Ну, к слову, даже тебе это может грозить, если так подумать, — я уткнулся Северу в шею, чувствуя, как запах мороза наполняет лёгкие, а его тепло проникает в тело.              — Пошли, уже скоро начнёт темнеть, ты и так засиделся, — проговорил Ворео, поглаживая мои волосы, собранные в косу.              — Угу, — промычал я, отстраняясь. Север с нежность погладил меня по щеке и неосознанно я прильнул к его ладони. Было приятно осознавать, что можно больше не ограничивать себя в проявлении нежности. Ворео никогда не противился объятиям, даже скорее наоборот, был рад им.              Но пришлось всё же покинуть библиотеку, ознаменовав окончание дня. Темнота постепенно опускалась на монастырь. Ночь обещала быть холодной, но бесснежной, с завывающим ветром за окном. Благо, в самом монастыре царило тепло и лишь изредка можно было встретить сквозняк в самых старых корпусах.              Стоило переступить порог спальни, как Ворео потянул меня в сторону кровати. Я послушно присел, когда он начал распускать мои волосы и осторожно прочёсывать их гребнем. От этих неспешных движений, я снова разомлел, прикрыв глаза.              Уже несколько недель я ночевал в комнате Севера и, кажется, скоро впору будет переносить остатки своих вещей, которые всё ещё лежали в нашей с Далом комнате. Спали мы тоже вместе, так как Ворео, как оказалось, не очень любил разлучать даже на короткое время.              — И всё же, давай начнём уже искать решение, если тебя это успокоит, — тихо проговорил я, стараясь разлепить глаза, которые так удачно начали слипаться, накрывая меня сонливостью. — У всех же Первых и Вторых Богов такая проблема, кто-то уже должен был найти решение…              — Они обычно заводят отношения или друг с другом, или одиноки. Даже короткие интрижки с людьми уже редкость, — проговорил Ворео. — Но, может кто-то и правда задавался этим вопросом. Я особо не вдавался в жизнь остальных Богов, но большинство из них предпочитают, чтобы их не беспокоили.              — Как на счёт Нихила? — предположил я, хотя говорить о самом старшем Боге в таком ключе было несколько неловко. — Он же даже остальным Богам силы дал…              Север нахмурил, замерев на секунду.              — Не уверен, что он решит нам помочь, — проговорил Ворео. — Нихил довольно… своеобразный. Если у него есть настроение, он помогает, но, в большинстве случаев, настроения у него нет. Мы виделись лишь несколько раз, на самом деле, и не могу сказать, что Нихил оставляет приятное впечатление.              — А если мы обратимся к твоему папе Авису? — предложил я. — Может он согласиться помочь своему ребёнку…              Север всё ещё выглядел задумчивым. Стараясь сосредоточиться на волосах, начав медленно заплетать их в простую косу для сна.              — Можно попробовать…              — Что-то не так? — решил уточнить я, чувствуя, что затронув Ависа, разговор пошёл не в то русло.              — Просто, мы давно не виделись. У нас немного странные отношения… — он вздохнул, перевязывая конец косы лентой. — В любом случае, нам стоит попробовать, —  Ворео улыбнулся мне, притянув, после чего поцеловал в лоб. Я завалился на него, проваливаясь в объятия, чувствуя, как он накрывает меня крыльями. — Но это будет уже завтра.              — Хорошо…       

***

      Утром я проснулся ближе к обеду, благо, что в этот день библиотека была на попечительстве Исси с Нао, и можно было не беспокоиться о работе. Ворео сидел рядом на кровати с книгой, аккуратно сложив крылья, чтобы не мешать мне спать. Хоть кровать и была достаточно большой, но проблема, куда девать крылья, оставалась. Одно моё крыло покоилось на полу, но кое-кто любезно положил под него подушки, чтобы лишний раз в перьях не собиралась грязь, а второе оказалось закинутым на Севера, который, впрочем, беспокойства по этому поводу не высказывал.              — Доброе утро, — я приподнялся, потирая глаза, стараясь смести остатки сна вместе с тем борясь с желанием сильнее зарыться в гнездо, чтобы продолжить спать.              — Доброе, — Ворео отложил книгу на тумбочку, чтобы снова притянуть меня к себе. Я не сопротивлялся, привычно уткнувшись в шею и волны волос и обнимая в ответ, но после пришлось отстраниться, чтобы сходить в ванную и привести себя в порядок.              К моменту, когда я вышел, Ворео уже и сам встал, переодевшись, а теперь стоял и поправлял одежду у зеркала: светлые рубашка, штаны и шубка. Длинные волосы собраны белой лентой в низкий хвост. На секунду даже показалось, что в ванной комнате я провёл целую вечность, раз Север успел так быстро собраться.              Поздновато мне вспомнилось, что именно сегодня мы решили отправиться к Богу Ветра, а так же догнало осознание, что вот оно — знакомство с родителями жениха. Волнение снова поселилось внутри. Оставалось надеяться, что Ворео не решит познакомиться с моими родителями. Хотя… те навряд ли будут против, узнав, кто стал моей парой.              — Я сейчас соберусь, — проговорил я, спешно подойдя к шкафу, куда уже перекочевала часть моих вещей.              — Всё нормально, не спеши, — проговорил Ворео, аккуратно присаживаясь на кровать, закинув ногу на ногу. Сейчас он казался особенно недосягаемым и одновременно таким близким.              Кивнув я стал выбирать одежду более-менее нейтральную, которая меньше походила на форму жреца. В итоге снова удалился в ванную, чтобы спокойно переодеться. В качестве верхней одежды снова послужил мой любимый расшитый плащ.              — А где твоего папу искать? — решил задать я терзающий сознание вопрос. Почему-то казалось, что до Ависа будет добрать не так-то просто, учитывая, что многие Боги специально пытались скрыться от простых людей в недосягаемых местах.              — Придётся лететь, — Ворео хитро улыбнулся.              — Куда? — я внимательно глядел на него, закончив поправлять плащ на плечах.              — Вверх. Куда не поднималось ни одно живое существо, — напомнил он легенду о Маленькой Птичке и Боге.              — Не смешная шутка, — я нахмурился.              — Это не было шуткой. Нужно лететь вверх. На летающем острове находится резиденция Бога Ветра. Папа хорошо спрятался: не каждый крылатый выдержит лететь так высоко. Можно даже сказать, никто, кроме него и меня с братом.              — Тогда, как я доберусь туда? — я сложил руки на груди, поникнув.              Север поднялся, приобнимая за плечи:              — Не волнуйся за это, с моей помощью мы оба туда доберёмся…              — Угу, — я кивнул.              — Пошли уже, уйдём за монастырь, чтобы не смущать остальных жрецов, — предложил Ворео, на что я согласился.              В коридорах людей было мало: большинство сейчас занимались своей работой или учились, так что монастырь мы покинули, не привлекая особого внимания. Да и если бы привлекли, за пару недель уже люди привыкли видеть нас вместе, правда, вызвав новую волну слухов после произошедшего с Моро. На это я уже не обращал внимание, наученный прошлым опытом, сосредоточившись лишь на том, что было для меня важно.              Например на Ворео или Нари с Хо. Крылатый жрец больше не игнорировал моё существование, отчего иногда казалось, что всё вернулось на круги своя. Периодически он всё ещё извинялся за своё поведение, хотя я уже давно не злился, в то время как Нари просто радовался, что мы помирились, снова придумывая совместные занятия, к которым часто стал присоединяться Ворео. Это немного смущало остальных, но они старались делать вид, что всё нормально. Для некоторых вот так проводить время с их Божеством оказалось сложным. Это было прекрасно понятным, когда я начинал вспоминать, что до этого он полностью держался обособленно, и, похоже, только чтобы быть рядом со мной, перестал стоять в стороне.              За этими мыслями мы начали подниматься вверх на гору по занесённой снегом тропинке, пока не достигли небольшой площадки. Ноги ныли от долгой ходьбы, а монастырь уменьшился, что казалось он поместиться даже в ладонь.              — Здесь красиво, — проговорил я, разглядывая ледяное озеро вдали, белые верхушки низких хвой. Единственным существенным недостатком этого места был ветер, бьющий прямо в лицо, запутывающий волосы и распахивающий одежду, вынуждая удерживать её на месте силой.              — Одно из моих любимых мест. Есть ещё парочка, я потом их тоже покажу, — сказал Ворео. — А сейчас нам придётся лететь. Держись за меня, чтобы было легче.              Я кивнул, осторожно беря Севера за руку. Несколько взмахов крыльями понадобилось, чтобы подняться в воздух и устремится в сереющую высоту. С каждым взмахом становилось труднее дышать, прежде чем Ворео применил магию, облегчая полёт. Правда, это не помогло от перенапряжения в крыльях. Казалось, что в итоге я никуда не долечу, а лишь потеряю контроль, свалившись камнем вниз, и только с поддержкой Севера этого не случилось. Облака давно остались внизу, накрывая землю подобно снегу.              В какой-то момент под ногами появилась земля. От долгого полёта ноги не смогли устоять, и я упал, усевшись на задницу. И пока я пытался прийти в себя, Ворео присел рядом, касаясь легонько плеча:              — Ты в порядке?              Я сдержанно кивнул, хотя в ушах ещё стоял ветер, глаза слезились, а крылья болели так, что я не смогу шевелить ими как минимум несколько дней. Видимо, догадавшись об этом, Север коснулся крыльев, применяя магию, и боль быстро сошла на нет.              — Спасибо, — тихо сказал я, стараясь подняться и осмотреть, где мы оказались.              И первым, что я заметил, был… огромный дворец из белого камня с высокими башнями и шпилями. Кажется, даже у королей и императоров замки были даже близко не такого размаха. Окружение дворца было усеяно высокими зелёными, даже в царящий внизу холод и осень, раскидистыми деревьями, цветущими кустами и белоснежными розами, аромат которых, казалось, витал в воздухе. К самому дворцу вела дорога из белой кладки через мост над рекой, впадающей в небольшое озерцо.              — Ого, — лишь смог выдать я, полностью растерявшись. Привыкнув к скромной монастырской жизни и тому, что Ворео был вполне доволен своим домом, то и забыл, что другие Боги, в большинстве своём, жили более роскошно.  И не все Боги были хоть немного похожи на Севера.              — Грандиозно, не правда ли? Но это ты ещё не видел резиденцию Сола, вот там даже сам Нихил позавидует, — проговорил и сам Ворео.              — И это всё на летающем острове? Как это можно не заметить в небе? — удивился я.              — Магия Богов творит чудеса, — Север пожал плечами, беря меня за руку и направляясь к дворцу.              Снаружи людей особо не было, лишь несколько раз среди цветов мелькнула пара фигур, спешащих по своим делам и не обращающих на нас внимание. Так мы спокойно добрались до дворца, пока я старался унять волнение перед встречей с Богом Ветра. В самом здании людей было чуть больше, но они всё так же не обращали на нас никакого внимания, будто наше присутствие здесь было само собой разумеющееся. Если так подумать, то и кто попало сюда не попадёт, ведь такой полёт выдержать довольно трудно.              Внутри дворец выглядел не менее грандиозно: высокие потолки, белый мрамор, серебряные колонны, полупрозрачные занавески на высоких окнах. Всё блестело, доведённое до идеала, отчего начало рябить в глазах. Казалось, что на отдраенных полах можно было поскользнуться, неосторожно ступив на них, а от падения останавливали лишь белоснежные дорожки, растянутые по всем коридорам. Дорога по этим лабиринтам не запоминалась совсем, так что пришлось довериться Ворео.              В какой-то момент, когда сознание полностью устало от однообразия и начало молить о том, чтобы скорее покинуть это место, мы вышли на небольшой балкон. Каменные стены оплетали вьющиеся розы, а через изящную изгородь тянулись ветки белой магнолии, создавая небольшой тенёк над круглым столиком, где уже дымился горячий чай со смесью ароматов фруктов. За этим же столом сидел крылатый: огромные белые крылья, длинные волосы, высокий, статный и на вид достаточно молодой, хотя во внимательных чёрных глазах читались прожитые годы.              Внутри всё скрутило, когда до мозга дошло осознание, кто сейчас сидит передо мной. Сам Бог Ветра был ещё прекраснее, чем можно было изобразить в картинах и витражах. Он невесомо улыбнулся, увидев нас, жестов попросив нас присесть рядом.              Невольно я стал искать схожие черты у Ворео и Ависа, но их оказалось не так много: форма глаз и рост. Большую часть, кажется, Север унаследовал у своего отца-альфы.              — Ворео, не ожидал, что ты решишь заглянуть, — проговорил Бог Ветра. Его голос звучал подобно песни самой прекрасной птицы, которую только можно было услышать. — Если не сложно, то представь своего спутника, милый мой.              — Конечно, — ответил Север, хотя в этом одном слове чувствовалось, что ему тоже было некомфортно находиться рядом с Ависом. — Это Юри, он мой партнёр, — представил меня Ворео, отодвигая стул, чтобы я мог присесть. Я благодарно кивнул, чуть было так и застыв на одном месте.              — Ох, ты наконец-то решил забыть Сена? Правильно, ты и так слишком долго по нему убивался, — прощебетал Бог Ветра, отчего лицо Ворео чуть не перекосило. Я и сам был в шоке от такой бестактности, так и не выйдя из ступора.              — Пап, ты прекрасно знаешь, как он был мне дорог, — Север нахмурился.              — Но это не повод страдать по нему… сколько веков прошло? Нужно относиться к этому проще, — отмахнулся Авис. — Вот твой новый мальчик тоже умрёт рано или поздно. И по нему плакать будешь?              Я уже начал основательно так жалеть, что вообще заикнулся о том, чтобы попросить помощи у папы Ворео. Не смотря на столь прекрасный облик, его характер представлялся совершенно другим, как основателя и покровителя целой расы.              — Мы как раз по этому вопросу и прилетели, — буркнул Север, притягивая чашку дымящегося чая. — Может, ты знаешь, как предотвратить смерть Юри от старости?              — Тц, — Бог Ветра, кажется, был совершенно недоволен вопросом Ворео, — милый мой, не наше дело вмешиваться в жизнь смертных, это нарушает баланс…              — Я и не прошу тебя делать бессмертными всех крылатых, а только одного, дорогого мне, — прервал его Север, даже не давая своему папе договорить.              — В любом случае, я не могу тебе ничем помочь. Не в моих силах даровать бессмертие, — развёл руками Авис. — Я Бог Ветра, а не Вечности или чего-либо там ещё.              — Но Терра, даже будучи Богом Земли, смог подарить своим детям бессмертие, — решил указать Ворео. Обещающий быть спокойным разговор постепенно превращался в перепалку.              — Извини, но я не собираюсь жертвовать частью своей души, даже если это ради тебя и твоей пары. Я не всепрощающий милый добряк, старающийся прославиться только «правильными» делами, как наш Бог Земли. Мне с этой душой ещё жить, — Авис сложил руки на груди, серьёзно глядя на своего сына, как будто не понимал, как тот мог предложить подобную глупость. А глупостью это и начинало казаться после его слов. Проще было смириться с неизбежностью смерти, чем ещё раз прийти к какому-либо Богу на поклон.              Ворео плотно сжал губы, уставившись на чашку чая, которую так и не отпил, прежде чем проговорить:              — Мог бы хотя бы притвориться, что тебе не плевать на меня и Кармена. Это только тебе легко переживать смерть близких, потому что у тебя их нет, — было видно, как Север цедил слова, будто стараясь не сорваться и не наговорить лишнего. — Тебе просто на всех плевать.              — Лучше уж так, чем страдать из-за скоротечной жизни людей…              — Тебе и на бессмертных плевать тоже, папа, не говоря уже про нас с братом. Вспомни, что тогда случилось с Карменом и что ты ему сказал! — продолжал Ворео, — А ты в итоге просто заперся на своём острове, откуда и носа не высовываешь и пытаешься избежать всех проблем. Меняешь слуг, как перчатки, когда они умирают. И за столько лет ты не соизволил даже спуститься в мой храм, который находится прямо под твоим островом, чтобы проведать меня. Если бы я сам не навещал тебя иногда, ты бы так и сидел тут один. Я не говорю уже про то, чтобы навестить брата.              — А кто сказал, что мне не нравиться моё одиночество? — Авис поднялся со стула, будто стараясь выразить своё превосходство над сыном. — Я и без твоих посещений себя прекрасно чувствую.              — Знаешь, вот ты мне уже который век доказываешь, что привязываться к смертным — это плохая затея, но сам-то давно отказался от своих коротких интрижек и заперся здесь, в этом искусственном саду. Что случилось? Не смог вынести смерти этих людей, не достойных твоего внимания? — и сам Ворео уже не смог выдержать, поднимаясь следом. Один я продолжал сидеть, сжимая ткань на плаще, в шоке глядя на спорящих Богов передо мной.              — Глупость, — констатировал Ветер, демонстративно отвернувшись.              — Как знаешь, — и это было последнее, что сказал Ворео в сторону Ависа. — Юри, пойдём, — обратился он ко мне, быстро подхватываю мою руку, чтобы вывести отсюда. Без возражений я последовал за ним, оставив Бога Ветра на том балконе. Снова впереди нас ждал бесконечный коридорный лабиринт.              Остановившись за несколькими поворотами, Север несколько раз глубоко выдохнул, стараясь успокоиться.              — И вот так каждый раз, — тихо сказал он. — Я понимаю, что нужно промолчать и может даже у нас получится нормально поговорить, но когда он вот так говорит о Сене… прости.              — Ничего страшного, я понимаю. Хотя, признаюсь, это было неожиданно. Не так я представлял себе Бога Ветра, — проговорил я. — И я даже слова не сказал, а меня снова похоронили. Это у вас семейное, да?              Ворео рассмеялся, будто только сейчас осознав всю абсурдность ситуации.              — Но, к слову, вы не сильно отличаетесь боязнью привязанности, — добавил я, задумчиво глядя в окно, где на ветку приземлился воробей.              — Всё же есть разница, — вздохнул Север, — я не пытался полностью закрыться от мира, как делает это мой папа. Да, я отстранился от людей, но продолжал находиться в обществе и иногда пытаться с кем-то сблизиться…              — Учитывая, что ты, буквально, пытался избегать меня, чтобы не привязаться… — усмехнулся я.              — Это было глупо, признаю. И всё равно не помогло, — это вызвало смешок даже у Ворео. Продолжать перекидываться фразами мы не стали, быстро покинув дворец, а вскоре и остров.              За время, что мы потратились на короткий диалог с Ависом и дорогой в обе стороны, приблизился вечер. Пока мы шли обратно к монастырю, усталость окончательно навалилась на меня, вынуждая еле переставлять ноги. Про боль в крыльях и говорить не стоило, но Север привычно уже избавил меня от этого неудобства.              В спальне я устало завалился на кровать, не обременяя себя даже снятием одежды. Ворео присел рядом, проводя рукой по моей голове и волосам. Я прикрыл глаза, ластясь к руке, будто кот. Стоило руке исчезнуть, как я недовольно разлепил веки, разглядывая Севера, неторопливо сменяющего уличную шубу и плотную ткань повседневной одежды на простую, светлую ночную рубашку. Ради приличия, я не стал смотреть на обнажённое Божество, отвернувшись к изголовью кровати, разглядывая тонкую резьбу по древу, прежде чем тот скрылся в ванной.              Но в итоге всё равно пришлось вставать, так как лежать в кровати в верхней одежде было, мягко говоря, неприятно и негигиенично. Заодно решил принять горячую ванну, когда она оказалась свободной, а после распаренный в мягкой ночнушке, залез под тёплое одеяло под боком Ворео, который привычно уже читал книгу. Наслаждаясь покоем, я вскоре начал проваливаться в сон, чувствуя лишь, как чья-то рука снова касается моей головы.       

***

             — … ну и вот, наша попытка поговорить с Нихилом провалилась ещё до того, как мы встретились. В его резиденцию нас даже не пустили. Даже Ворео не пустили, а он ведь тоже Бог, — бубнил я, помогая Нари постелить одеяло под деревом, пока Хо доставал из большой корзины тарелки с закусками, что нам разрешили взять на кухне. Ледяное озеро было спокойным даже летом, отражая своей зеркальной гладью солнце, окружённое молодой зелёной травой. Тепло только-только наступило в горах, давая насладиться жителям этим кратким мигом красоты.              — Я и ожидал чего-то подобного, — добавил Ворео, подошедший к нам, только закончив проверять окрестности. Тот случай с каелумовцами и возвращением Моро сделал его ещё более бдительным, учитывая, что на кону стоит не только жизни его жрецов, но и его возлюбленного.              — По вашим рассказам половине Богов вообще плевать на то, что происходит в мире, — проговорил Хо, закончив раскладывать тарелки на одеяле.              — Я бы сказал, что это только трое так отличились среди наших, — продолжил Север, присаживаясь на край одеяла.              — Нихил, Авис и кто ещё? — уточнил Нари.              — Сол. Хотя он не настолько отбитый, просто безответственный и очень сильно любит себя. С ним я не часто виделся, так что больше не скажу, но среди Богов только эти трое отличились особенно.              — Удивлён, что среди них нет Каелума, — сказал я, подтягивая к себе тарелку с тарталетками с мясом и грибами.              — Каелум… — Ворео вздохнул. — Насколько я знаю, он был не настолько плох, до того как пропал. Он всегда слишком переоценивал свои силы и недооценивал других.              — А я думал, что он и сам слегка того, если учитывать, что делают его последователи… — удивился Хо.              — В том то и дело, что это всё инициатива только самих каелумовцев, а не их Бога. С ним мы виделись лишь однажды и, не скажу, что он показался мне настолько плохим, как его рисуют…              — Как так вышло, что с большей частью Богов ты мало знаком или незнаком вообще? — продолжал крылатый жрец.              — Я был тогда ещё слишком мал, а потом уже все начали отдаляться друг от друга, — сказал Север, покрутив в руках спелое красное яблоко, прежде чем надкусить.              — Это довольно странно осознавать. Я вообще думал, что вы все родились примерно в одно время и хорошо знакомы между собой, — выводя пальцем на одеяле незамысловатый узор, признался я.              — Это просто было так давно, что и правда кажется, что в одно время. На самом деле, проходило не одно столетие между тем, как рождался кто-то из Вторых Богов. Многое из того, что знают обычные люди про Богов сильно искажено. Даже, например, то, что Две Луны никогда не ненавидели друг друга. Я, может, как-нибудь расскажу про это, — усмехнулся Ворео.              — Они не ненавидели друг друга?.. — удивлённо уточнил Нари, пока Хо отделался лишь недоумённым взглядом. Я же так и застыл, задумавшись. О вражде Двух Лун мне рассказывали с самого детства, а их последователи даже на дух не переносили друг друга. И как после этого может оказаться, что ни о какой вражде и речи не шло и речи?              Север улыбнулся, добавив:              — И даже я не понимаю, как получилось, что все начали так думать.              — Чем больше ты говоришь о Богах, тем меньше мне хочется знать… — проговорил я, потирая виски, чем вызвал очередной смешок Ворео.              — А я бы послушал про Двух Лун, — уши эльфа приподнялись, а Хо кивнул, тоже выражая интерес к этой теме.              — Что ж, тогда слушайте… — улыбнулся Север.              Я уселся удобнее рядом с Хо и Нари, внимательно вслушиваясь в слова. Одна тема сменялась другой, пока не наступил вечер, принёсший лёгкую прохладу, и нам пришлось собраться вещи и вернуться монастырь. Нари предложил ещё посидеть у них, поиграть в Го или карты, но и я, и Ворео отказались. Хотелось скорее добраться до кровати.              Вообще, в последнее время Ворео довольно сильно сблизился с некоторыми жрецами. В особенности, конечно, с Нари и Хо, с которыми я часто проводил время, а вместе со мной и он, но так же было славно заметить его общение с Далом и некоторыми старшими жрецами.              Так же часто ему приходилось пересекаться с Исси и Нао, но близко общаться они не стали. Если же оборотень, в силу своей кошачьей игривости, проявлял интерес к Богу, а не боялся его, то вот эльф часто терялся рядом с Божеством, и Ворео старался его не пугать лишний раз.              Добравшись до нашей с Ворео комнаты, первым делом я закрылся в купальне, чтобы принять ванну и переодеться, стараясь особо в ней не задерживаться. Ночная рубашка приятно щекотала тело, когда же через босые ноги в тело проникала прохлада. Я уже практически привык находиться перед Севером в неглиже, не краснея при каждом взгляде на меня.              Дожидаясь Ворео на кровати, я привычно растянулся на своей половине, раскинув крылья в стороны. Влажными крыльями я старался не касаться пола, чтобы не пришлось перемывать их. Чистка крыльев было занятием долгим и весьма неудобным без посторонней помощи.              Север вышел через полчаса с почти сухими волосами, кутаясь в тонкий шёлковый халат. И вот если ко взглядам обращённым на меня я привык, то вот в открытую любоваться полуобнажённой фигурой Божества… было всё ещё сложным. Я мог позволить себе лишь кидать краткие взгляды, при этом ощутимо краснея, что даже слой макияжа это не скроет.              Стоило Ворео присесть на кровать, как я приподнялся, чтобы прилечь поближе, протягивая руки к мягким перьям его крыльев. Север никогда не протестовал, когда я так делала или позволял себе, зарыться в его волосы, наслаждаясь его родным феромоном, дарящим спокойствие.              Уже привычно Ворео потушил верхний свет, оставив лишь один светильник около кровати с его стороны, чтобы можно было почитать книгу, устроившись удобнее у изголовья на подушках. А я всё продолжал лежать рядом. В сон особо не клонило, так что я слушал тишину, прерываемое шелестом страниц, и разглядывал черты лица Ворео, пока он не обращал на меня внимание. Хотя, кажется, он в любом случае замечал всё, что я делал рядом.              Поддавшись трепетному чувству внутри, дарящему умиротворение, я чуть приподнялся, чтобы оказаться лицом к лицу с Ворео, а после и едва коснувшись его губ в поцелуе. Правда, сам Север быстро перехватил инициативу, углубляя поцелуй. Его руки легли на мою талию, притягивая меня ближе, чтобы не приходилось тянуться.              Спустя несколько мгновений мы отстранились друг от друга. На щеках Ворео выступил лёгкий розовый румянец, когда же мои, казалось, горели. Стараясь побороть это навязчивое смущение, я чуть опускаюсь, оставляя лёгкие поцелуи на его шее. Север чуть отклонил голову в сторону, давая доступ к бледной коже.              Смущение постепенно превращалось в возбуждение, оседая внизу живота. Даже касания его рук через одежду казались острее, чем обычно. Стоило Ворео невольно сжать ткань моей одежды, как по телу пробежали мурашки, заставляя меня судорожно выдохнуть и обдавая тёплым дыханием кожу на шее партнёра.              — Так, давай остановимся, — Ворео в одно мгновение принял сидячее положение, чуть отстраняя меня от себя. Я просто глядел на него, медленно моргая, пытаясь осознать, что он снова это сделал. — И не смотри так на меня.              — Я понимаю, когда ты отказал мне в отношениях в шестнадцать, я был готов принять, что и в почти двадцать я был для тебя слишком молод, но уже прошло три года. Ты до моей старости ждать будешь? — проговорил я, не давая меня отодвинуть ещё хоть немного.              — То есть, тебе можно пользоваться упоминаниями своей смертности, а мне — нет? — Север сощурился, усмехнувшись.              — Не уходит от ответа, — я надулся. — И сколько бы ты не ждал, наша разница в возрасте даже магическим образом не уменьшится.              — Дело не в разнице в возрасте… молодые омеги не всегда объективны в том, когда стоит вступать в связь, — назидательным тоном снова повторил Ворео.              — Мне двадцать три и я уже объективно достаточно взрослый. Даже не буду говорить, про то, что у моего папы в моём возрасте было уже двое детей, включая меня. Тут скорее можно сказать, что даже у Исси отношения быстрее двигаются…              — Звучит так, будто ты расстроен, что не успеваешь за остальными, — заметил Север.              — Я хочу тебя и расстроен одновременно. А хотеть тебя я начал раньше, чем смотреть на отношения других, — я окончательно отстранился, присаживаясь в позе полулотоса, стараясь более удобно уложить крылья.              — Секс — это не самое главное, в отношениях, — продолжал Ворео.              — Напомни, во сколько у вас с Сеном случился первый раз? — я снова внимательно посмотрел на него.              — Кхм… кхм… — Север отвёл взгляд. — Это другое. Мы были с ним тогда на равных…              — О да, конечно, у меня ведь есть все шансы быть наравне с Богом, — усмехнулся я. — Я в любом случае останусь на ступени ниже тебя, как бы ты не старался оттягивать этот момент.              — Ты не никогда не будешь ниже меня, — Ворео вздохнул, откладывая книгу в сторону. — Наверное, просто мне сложно это принять.              — Я заметил. Но лучше, когда ты прямо это говоришь, а не придумываешь оправдания. Спихнуть всё на мой возраст скоро уже не получится. Особенно, когда я седой и полуслепой буду ходить по монастырю с палочкой…              — Юри! — перебил меня Север, когда я снова начал использовать свою смертность в качестве рычага давления. Не только же ему постоянно мне об этом напоминать? Невольно у меня вырвался смешок.              — Может, тогда, мы попробуем просто начать. Не обязательно же доходить до конца? — предложил я, чуть нервно дёрнув крыльями в попытке сложить их.              Ворео задумался, будто взвешивая все за и против, но после кивнул:              — Ладно, давай попробуем.              И я снова подполз к Ворео, утягивая его в более глубокий поцелуй. Возбуждение никуда не пропало за разговор, а, получив сигнал к разрешению, лишь стало распаляться сильнее. Руки Божества вновь вернулись на талию, сжимая ткань ночной рубашки. Оторвавшись от губ партнёра, я снова опустился ниже, оставляя поцелуи на шее и открытых ключицах, чувствуя тяжёлое дыхание подо мной.              Под внимательным взглядом, я опустился ещё ниже, задрав ночнушку Ворео. Глянув мимолётно в его глаза, ища разрешение продолжить, я оставил мокрую дорожку из поцелуев на животе, поднимаясь выше до груди и розоватых сосков.              Я осторожно коснулся языком одного, добившись тихого вздоха сверху, после чего более уверенно принялся лизать и посасывать. Север подо мной подрагивал, пытаясь стянуть с себя ненужный элемент одежды, чтобы полностью оголить торс. В итоге ночная рубашка полетела на пол, приземлившись где-то у кровати.              Оставив один припухший сосок, я принялся за второй, лаская его с тем же упорством. Вскоре и от него я отстранился, обдав горячим дыханием, что вызвало новую волну дрожи у Ворео.              Я поднял на него взгляд. К щекам Божества прилил румянец, ярко видный на бледной коже, глаза прикрыты, хоть и было заметно, что из под ресниц он продолжал следить за моими действиями. От этого вида внутри всё трепетало, отзываясь новой волной возбуждения и помогая отбросить остатки стыда.              Следуя своему желанию, я оказался между ног Ворео, стягивая нижнее бельё, оставляя моего возлюбленного уже полностью обнажённым. Север невольно постарался прикрыться, потянув одеяло в свою сторону, но это я быстро остановил. Интерес и возбуждение оказались сильнее.              Больший интерес, конечно, вызвал член, уже полностью вставший с розовой головкой. Опустив взгляд, я заметил также смазку меж бёдер. Через секундное замедление, я, не думая, поцеловал головку, скользнув губами вдоль всего органа, чувствуя на языке солоноватый привкус. Ворео издал тихий стон, но быстро прикрыл рот рукой, будто не ожидал от себя такого.              Приняв это за знак, я стал ласкать его более активно, иногда спускаясь ниже и оставляя поцелуи с лёгкими укусами на бёдрах. В какой-то момент я полностью взял головку в рот, а после вернулся к прошлой своей тактике, добавив ласку руками. Стоны звучали всё чаще и скрыть их становилось труднее. Прошло лишь несколько мгновений, прежде чем по телу Ворео прошлась особо сильная дрожь, и он обмяк подо мной, оставив на моей ладони белёсую жидкость.              Я с распахнутыми глазами смотрел на эту картину: разнеженного и обласканного Ворео, его тяжёлое дыхание и покрасневшие щёки. Задумавшись, я слизнул одну каплю, пробуя семя на вкус, но скривился. Не смотря на то, что в Севере мне нравилось всё, но этого я предпочёл бы больше не делать.              Ворео издал смешок, наблюдая за моей реакцией, прежде чем снова притянуть к себе в поцелуе. Я сначала даже подумал возмутиться, вспоминая, что только что сделал, но, кажется, Севера это нисколько не смущало.              — Давай теперь и о тебе позаботимся, — проговорил Ворео мне в губы, чуть отстранившись.              В следующую секунду я резко оказался под ним, успев лишь пискнуть. Хоть буквально несколько минут назад Север и отказывался от близости, но быстро перенял инициативу, снова затянув меня в поцелуй. От неожиданности я даже растерялся, чувствуя как его руки огладили мои бёдра, особенно уделяя внимание внутренней части, поднимаясь всё выше к паху.              Ненадолго разорвав поцелуй, Ворео стянул с меня ночную рубашку и нижнее бельё, не давая даже осознать происходящее. Казалось, что я был пьян. Пьян от запаха моей пары, от смеси чувств внутри меня, расплавляясь от неспешных ласк, касаний к коже. До этого момента я совершенно не подозревал, что я могу реагировать так на касания, и что может быть так хорошо.              Невольно, будто следуя внутреннему инстинкту, я попытался обхватить бёдра Севера ногами, стараясь слиться с ним, стать ещё ближе.              — Не спеши так, — проговорил спокойный голос надо мной, снова задевая пальцем сосок, от чего я шумно выдыхаю, прежде, рука начинает ласкать мой стоящий член. Теперь из груди вырывались только стоны, разрезая тишину комнаты вместе с хлюпающими звуками.              В один момент Ворео оставил мой орган в покое, отчего у меня вырвался вздох недовольства до того момента, когда несколько пальцев моего партнёра оказалась около входа. Север начал оглаживать его круговыми движениями, иногда проникая кончиком пальца внутрь. Я замер, пытаясь осознать эти чувства, прикрыв глаза.              Потом один палец проник полностью, заставляя вздрогнуть и шумно выдохнуть. Север двигал им медленно, внимательно наблюдая за моей реакцией. Вскоре добавился второй палец, приятно скользя внутри, иногда ощутимо раздвигая стенки.              Но этого казалось недостаточно, заставляя меня поддаваться навстречу. В какой-то момент Ворео задел что-то внутри, отчего по телу прошла особо сильная дрожь, вызывая более громкий стон. Удивившись, я снова замер, но по взгляду Севера стало понятно, что он был более чем доволен моей реакцией, продолжая двигать пальцами и целенаправленно попадая по этой точке.              Попытка заглушить стоны не увенчалась успехом, так как Ворео быстро убрал руку ото рта в сторону. Я окончательно потерял связь с реальностью, чувствуя, как напряжение внутри всё росло, пока в один момент тугой узел внутри не распался со вспышкой. В мгновение по телу прошла волна удовольствия, заставляя обмякнуть и на время выпасть из реальности, глядя в потолок. Пришёл в себя я лишь спустя несколько секунд от ощущения лёгких поцелуев на животе и груди.              — Ворео, — тихо позвал я, чувствуя, что шевелиться мне вовсе не хотелось.              — Что такое? — Север оказался рядом, целуя в щёку и опаляя его спокойным дыханием.              Я протянул к нему в руки, приглашая в свои объятия. Ворео, недолго думая, завалился на меня. Он был тёплым, как и всегда, заставляя снова прикрыть глаза в неге.              — Я люблю тебя, — проговорил я, утыкаясь куда-то в шею. Запах пары обволакивал, дарил спокойствие, отчего начало клонить в сон.              — И я тебя, милый мой, — ответил Ворео, прижимая меня к себе. Крыльями он снова закрыл меня, как самое дорогое, что у него было. И под его защитой я поддался чувству внутри, окончательно проваливаясь в темноту, протягивая руки для объятий, зная лишь то, что чтобы не случилось, мы пройдём это вместе…