— Лим, родной...

Лим, родной..— спокойный, и обычный голос раздался за спиной красноволосого парня, который доделывал отчёты по работе. Это заставило встрепетнуться, напрячься и покраснеть.То ли от стыда, то ли от осознания, зачем именно пришел Женя, — я тебе вроде говорил, что до поздна сидеть нельзя? — сильные руки Жени легли на плечи Лима, массируя и надавливая, заставляя непроизвольно напрягаться и расслабляться, — или ты опять решили поиграть с моим терпением? — это была не угроза, совершенно нет, наоборот, намёк на самое лучшее, но твердая и серьезная нотка в прекрасном голосе заставила Лима вздрогнуть и заметно занервничать. — Н-ну.. тут отчёты.. и.. — непонятный бубнеж в качестве оправданий прервался серьезным и более менее собранным откашливанием. Лим выпрямил спину, заставив плечи напрячься, как и он сам в целом, — я собирался закончить отчёты за месяц, и почти завершил их... — серьезный тон лишь рассмешил Женю, но тот всё же смог сдержать смешок и пропустил лишь намек на него в виде хмыканья, чем вызвал у Лима ещё один приступ неуверенности перед этой личностью. Снова прекрасные руки легли на плечи красноволосого, вновь массируя и надавливая, заставляя буквально растечься под натиском всех процедур, — я же могу продолжить свою работу..? — по его задумке это должен был быть язвительный вопрос, который как будто спрашивал «А мне что нельзя работать?», но получилась просьба, чтобы величавый мужчина позволил ему доделать пару десятков листов. — Ну а ты разве не хочешь расслабиться? ~ — лицо Жени внезапно оказалось возле уха Лима, заставляя того покрыться крупными мурашками и покраснеть от столь близкого расстояния и от осознания того, что будет, — тебе нужно расслабиться~ мы вместе расслабимся и отвлечемся от работы~ — теплый язык коснулся красного от смущения кончика уха, вызывая ещё больше мурашек. — но мне нужно… — эти попытки закончить свое дело только раззадорили Женю. Он осторожно прикусил мочку уха Лима, заставляя того тихо пискнуть и сжаться. — я настаиваю на отдыхе, Лиим~ или ты смеешь мне отказать?) — он не посмеет. Даже в голове. Он всегда соглашается. Последовал короткий отрицательный кивок после нескольких мгновений смущающей тишины и тихого мычания. — вот и славно. а теперь, раздевайся~ — такое резкое заявление заставило сжаться и прикрыть глаза рукой, как бы для самого себя говоря «И как я до этого докатился?». Но Лим не жалел. Ему всё нравилось, его всё устраивало, но смущало и не поддавалось объяснениям. Всё так же нервничая, пока не ощутил в своих волосах теплую руку, которая несильно сжала пряди и повернула голову на столько, на сколько это было возможно. Наконец он боковым зрением увидел своего собеседника, который пододвинулся ближе к лицу Лима, затягивая в поцелуй. Сладкий, властный поцелуй. Он заставлял расплываться на рабочем кресле. Вторая рука со стороны другого плеча спустилась к груди кардинала, расстегивая пуговицы на рубашке. И Лим не понимал, почему он каждый раз позволял этому человеку делать с собой очень смущающие, но приятные вещи. Женяч любит его смущать, очень любит. Он его отвлекает от работы, затаскивает куда-то и отдыхает с ним. Хотя отдыхом это не назовешь, но всё же. От губ Лима медленно отстранились, напоследок лизнув их. Стул повернули к человеку, который тут же продолжил расстегивать пуговицы рубашки. Он терпел, сдерживался, в отличии от Лима, который уже вовсю ерзал на бедном кресле, держась за руки Жени. Было жарко. При любом прикосновении горячих рук к оголенной груди, тот вздрагивал, томно выдыхал и мычал. Он часто менял поведения от смущения до ужасного раскрепощения. Это ужасно нравилось старшему, подтверждая то, что он влияет на серьезного клона, полностью подстраивая под себя. Он даже не захотел уходить из этого кабинета. Нет, он просто сел на это кресло, сверху сажая Лима, буквально заставляя его сделать это. Он молча намекал на это, молча приказывал и командовал. Он не трогал второго, его руки были за головой, он просто глядел на Лима, довольным, хитрым и спокойным взглядом, каким смотреть мог только он и никто больше. И кардинал выполнял его немые приказы. Он руками спускался от его груди, пальцами исследуя каждый миллиметр, надавливая и поглаживая, до пояса халата, который аккуратные пальчики начали развязывать. Лим наблюдал за действиями своих рук, как будто не понимая, что делает это всё он, а не Женя. Что он сам решается на всё это, и прекрасный голос Жени не звучит в тусклом и полупустом кабинете трефового, приказным тоном озвучивая команды. Распахнув халат, Лим громко сглотнул. Под ним ничего не было, уже не должно удивлять. Рука как будто не слушалась, почти сразу легла на колом стоящий член, вызывая томный вздох со стороны третьего. Уголки губ непроизвольно поднялись на пару секунд, но после вновь опустились. Он прекрасно знал что нужно делать, но как будто дожидался команды. И чертов Евгений знал это. Он сделал так, чтобы Лим без его кивка или такого же согласного взгляда ничего не мог сделать. Сейчас он просто хитро прищурился, прикрывая глаза и отдавая волю действий Лиму, который только сейчас осознал, что жен, и до этого момента ничего не делал, просто смотрел за всеми действиями. Он испортил его. Сделал грязным, сделал послушным. Всё это его заслуга. рука начала медленно двигаться по стволу. Пальцы касались головки, собирая капельки предэякулярта и размазывая их по всей длине, заставляя Лима прикусывать губу и посматривать на довольное лицо Жени, что так и не открывал глаза, заставляя Лима ещё сильнее краснеть, ведь теперь нет возможности оправдывать себя командами Жени. лим тихо стонал, так же как и женя. Два члена сейчас находились в обеих руках Лима, ведь одной не хватало, чтобы обхватить оба ствола. Он в среднем темпе водил по ним руками, слегка сжимая и заставляя их тереться друг о друга. Естественная смазка выделялась в небольшом количестве, но она была, уменьшая трение. Было приятно, очень, но если Лим хотел продолжить, то нужно сделать так, чтобы у Жени были силы терпеть, и оргазм наступил не так быстро. Женя держал Лима за бедра, дабы тот мог спокойно стоять на коленях и не шататься. Лим придерживал член Жени, медленно насаживаясь на него и довольно постанывая, иногда останавливаясь, дабы привыкнуть, но делал он это редко, ведь сам знал, что терпеть сил нет ни у него, ни у Жени. Лим прикусывал губу, с наслаждением закатывая глаза. женя положил руки на талию лиму, давая понять, что теперь командует тут он и само-вольность отменяется. Это заставило лима расслабиться, отдаться и просто наслаждаться всем. Это конец.. у меня фантазия закончилась, спасибо. ЖЕНЯ НЕ БЕЙ.. Лим, тебе привет 😽