такая вечная любовь

я не могу иначе — сердце, сожги ложь, даже если завтра будет грустно под ночь. я выжгу эту грусть, превращу её в мост, будет сложно идти — сделаю трость. импульсивно ломаю все свои границы, пусть в глазах твоих страх — мне не надо молиться. я не ангел, не демон — я просто жива, с каждой раной, с каждым "уйди!" на губах. я не обещаю, что будет легко, если падаем — значит, летим высоко. можешь верить, бояться или бежать — это всё не важно, если нет времени ждать. импульсивно смеюсь, когда больно до слёз, я не прячу дрожь, не прячу собственных грёз. если небо упадёт — поймаю руками, если земля разойдётся — буду шагать по краям. даже если вчера было слишком темно, я слеплю из обломков новое дно. я не злюсь — я горю, я не мщу — я живу, себя не убиваю — всего лишь хороню. я не знаю, как жить по-другому, не знаю, как не верить фантому. как убить в себе наивность, если второе имя моё — инфантильность. я роняю слова, как ребенок — стекло, зная, что порезаться — не страшно и не глубоко. дайте мне ваши страхи, ваши "нельзя", я их съем, я их выплюну в зрячесть дождя. импульсивно. без права на мир. я — пожар. я — прорыв. я — эфир. можешь с этим поспорить, можешь тоже сгореть, но захочешь ли, зная, что исход — это смерть? можешь трогать — будет больно, но честно, а если не тронешь — не узнаешь, где бездна. я не боюсь глубины, я боюсь мелководья, где нельзя утонуть, где нельзя стать свободной. я не прошу — я беру, я не жду — я срываю, я не ангел, но крылья — в рубцах — я расправляю. мы все разбиваемся, только по-разному: кто-то — как фарфор, а я — не только по праздникам. я роняю себя с обрыва в ладони, но руки чужие — они же не ловят. что ж, значит, мой путь — это падать и вставать, и снова не верить, и снова желать. импульсивно. без права на изгнание. я — грех. я — псалом. я — издание. под названием "жива вопреки", под обложкой — пусто, но где-то внутри...