Заяц-Паук : Alternative story

Звон в ушах стоял такой, будто рядом без конца били в ржавый колокол. Мир сузился до тяжёлой хватки — мёртвая рука Мора вцепилась в горло Антона. Когти вонзились глубоко, как клещи, и каждое движение только сильнее вдавливало их в плоть. Антон попытался вырваться, но пальцы Мора даже не дрогнули. Следующий миг превратился в бурю ударов. Мор швырнул его, будто тряпичную куклу. Тело с глухим треском врезалось в сырой бетон. Плиты пола не выдержали — под весом и силой удара они крошились, рассыпаясь кусками, словно были сделаны из хрупкого гипса. Антон даже не успел вдохнуть, как его снова подбросило вверх. Произошел ещё один удар. На этот раз — о стену. Кирпичи посыпались на голову целым водопадом. Мир на секунду потемнел, перед глазами вспыхнули искры. Сознание почти сорвалось в темноту, но Мор словно чувствовал это. Он не давал Антону даже мгновения, чтобы закрыть глаза. Кулак с грохотом врезался в грудную клетку. Раздался сухой хруст. После него последовал еще один удар, а за ним второй. Каждый из них словно вбивал Антона глубже в землю. Рёбра болезненно поддавались, воздух вырывался из лёгких короткими, беспомощными толчками. Болезненный выдох, и легкие опустели. Но тело продолжало бороться — почти на одних инстинктах. Когда кулак Мора вновь поднялся над его головой, готовый обрушиться вниз, рука Антона резко взметнулась вверх и остановила удар. Пальцы сжались вокруг запястья врага. Свободная рука метнулась вперёд. Кулак прошёлся прямо по ряду острых зубов. Раздался хруст. Пара клыков вылетела из пасти Мора и исчезла где-то в темноте помещения. Мор отшатнулся. Сила удара была такой, словно в него на полном ходу врезался промышленный комбайн. Жалкое мгновение, за которое Антон смог зацепиться. Антон резко упёрся руками в стену и, напрягшись всем телом, перевернулся, уцепившись ногами за бетонную поверхность. Сильный толчок — и он молниеносно проскользнул за спину Мора. Две нити паутины выстрелили из рук. Они обвили тело Мора и с резким рывком дёрнули его вниз. Монстр тяжело рухнул на одно колено. Антон тут же сделал кувырок, оттолкнувшись от его спины, и приземлился прямо перед его мордой. Сильный Удар слева. Челюсть Мора издала глухой хруст. Голова монстра дёрнулась в сторону, но Антон уже выстрелил паутиной, притянув её обратно к себе. Второй удар. Гораздо сильнее. Мор почти рухнул на пол, но успел упереться рукой в бетон. Пол треснул под его ладонью. Антон шагнул вперёд, намереваясь закончить всё одним последним ударом — и в этот момент удача обернулась против. Приблизившись слишком быстро,свободная рука Мора описала широкую дугу. Удар пришёлся с такой силой, что воздух буквально взвыл. Тело Антона отлетело на десятки метров. Он прокатился по бетону, оставляя за собой кровавый след. Только в последний момент ему удалось вонзить пальцы в пол и остановить скольжение. Глубокий и рваный вдох, в котором чувствовалось боль. Из носа текла кровь. Раны на руках и ноге пульсировали болью, будто их заново разорвали. Маска и одежда были покрыты грязью, пылью и мелкой крошкой бетона. Мор поднялся. Он выглядел почти так же, как и раньше. Раны были — но они будто ничего для него не значили. Из некоторых порезов сочилась тёмная кровь, медленно стекая по коже. И всё же… она была. Это означало, что его можно ранить. Антон поднял взгляд. Единственный источник света проникал через огромную дыру в потолке — ту самую, что они проделали во время боя. Лунный свет падал внутрь холодным серебристым лучом, словно прожектор освещая разрушенную арену. И именно в этом свете Антон заметил кое-что ещё. Ничем не примечательная труба. Она торчала из обломков потолка и держалась буквально на одном куске бетона. Её острый конец был направлен вниз, словно копьё. Мысль пришла мгновенно, будто ее только что подбросили. Она была жестокой, но что то внутри прямо сказало:"Действуй!". Мор облизнулся, проводя языком по окровавленным зубам. Антон медленно сжал пальцы, прохрустев суставами. И в следующую секунду они рванули навстречу друг другу. Когти, кулаки, удары — всё смешалось в бешеном вихре. Антон выстрелил паутиной в потолок и резко дёрнул. Хрупкий бетон не выдержал. Плиты с грохотом обрушились прямо на Мора. Антон прыгнул сверху, нанося мощный удар ногой. Но Мор успел отступить. Притянув его обратно паутиной и ударил лбом о собственный кулак. Раздался тихий хруст. Не давая ему опомниться, Антон выпустил крючки на пальцах. Острые, как шипы, они прошлись по груди Мора, разрывая плоть, затем по рукам. Но он отвлёкся.Какие то жалкие секунды, на который Мор отыгрался. Огромная лапа схватила его за шкирку. Мир взорвался болью. Мор с размаху впечатал его в пол. Бетон задрожал, покрываясь трещинами. А затем швырнул вверх — прямо в потолок. Пыль посыпалась вниз густым облаком. Антон едва успел вдохнуть, как его снова отбросило в сторону. Он упал прямо у самой дыры в потолке. Лунный свет накрыл его тело, словно холодное одеяло. Изо рта вырывался пар. Мор появился в поле зрения. Инстинкты сработали раньше мыслей. Антон выставил руки — и пасть Мора захлопнулась буквально в нескольких сантиметрах от его лица. Несколько раз Антон видел, как его жизнь весела на волоске, около его пасти. Челюсти клацнули, пытаясь прокусить его голову. Антон резко толкнул морду в сторону и ударил. Голова Мора дёрнулась. Паутина притянула её обратно. Второй удар, который оказался сильнее. Монстр попытался раздавить его ногой, но Антон перекатился и в долю секунды прилепил её к полу паутиной. И тут же оказался схвачен за горло. Пальцы сдавили шею. Антон начал задыхаться. Он бил ногами — сначала по груди, потом по зубам. Подошва с треском прошлась по клыкам. Паутина ударила прямо в лицо Мора, залепляя глаза. Хватка ослабла, Антон смог выскользнуть и оттолкнуться от его груди. И в этот момент его взгляд снова нашёл трубу. Она висела прямо над Мором. Внутри что то опять закричало, говорило ему сделать это, иначе другого шанса не будет.. И Антон поддался. Он выстрелил паутиной. Мор уже начал освобождаться. Но было поздно. Резкий рывок, и труба с грохотом упала острым лезвием на Мора. Она прошла сквозь грудь Мора, словно копьё, пригвоздив его к полу. Чёрная кровь брызнула наружу. На лице монстра появилось выражение, которое Антон никогда раньше у него не видел. Удивление,а затем ужас, что застыли. Изо рта потекла густая тёмная жидкость. Мор закашлялся. Колени опустились на землю, не в силах держать такой вес. Антон тяжело дышал. Руки дрожали. Сил больше не осталось, и он тоже опустился рядом. Взгляды обоих сомкнулись между собой. Больше не было желания борьбы, и злобы. Была только усталость, страх, и жажда закончить все это. Мор больше не мог двигаться.Его кашель пронзил уши парня.. Антону почему то стало тяжелее.. — Забавно… — прохрипел он. — Тогда… я умер от твоей руки… Он поднял глаза на Антона. — И сейчас… тоже. Кашель эхом прокатился по разрушенному помещению. И этот кашель почему-то напомнил Антону Полину. Лежащую дома, и абсолютно беспомощную. Эта мысль заставила его подняться. Он встал на одно колено. Затем на второе. Рука дрожала, когда он достал шприц. Он чудом уцелел за все время, из за которого Антон теперь будет долго залечивать раны.. Подойдя к Мору, он вонзил иглу в его плечо. Тёмная кровь начала медленно наполнять стеклянную колбу. Антон молча отступил. Мор посмотрел на него долгим взглядом. — Моя кровь… будет на твоих руках… — тихо сказал он. — И ты это знаешь. Это были его последние слова. Голова опустилась. Руки безвольно повисли. Жизнь ушла из его тела. Через несколько секунд кожа начала рассыпаться чёрным пеплом. Антон смотрел, как этот пепел медленно растворяется в воздухе. На мгновение ему показалось, что в нём проступил знакомый силуэт. Егор...Тот самый, которого он когда-то знал. Потом всё исчезло.Антон замолчал.. — Ты не оставил мне выбора… — С дрожью в голосе проговорил он.. Выбравшись из помещения, Антон ушел прочь от места, которое стало Егору могилой. Зацепившись нитью паутины, он полетел в сторону дома, где сейчас находился человек, который надеялся на него.. Но в глазах стало двоится. Дыхание сбилось.. А паутина стала казаться неосезаемой.. Прицепившись на ближайшую стену, Антон схватился за грудь. Сердце бешено колотилось.. Кислорода не хватало, и маска была снята с его лица.. Он стал жадно его глотать, но этого будто было мало.. Схватившись за голову, он закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться.. Мысли плыли, превращаясь в безмолвную кашу.. Голова облокотилась об стену, глаза все еще были закрыты. "Не могу.. Не могу.." Антон чуть ли не отцепился от стены, но в последний момент, его будто услышали.. Тело вновь обрело контроль, руки стали крепко держаться, а дыхание не сразу, но нормализовалось.. Вдох, а затем выдох.. Рука протерла влажный лоб.. "Надо спешить.." Маска была надета на лицо, а тело испарилось во тьме города, промелькая среди окон и дорог.. За всё время, что Антон преодолел этот путь, новых столкновений так и не случилось. Это пугало сильнее любой драки. Каждая секунда в его голове отсчитывалась, словно безжалостный таймер. Он тикал где-то глубоко внутри, и Антон знал — совсем скоро этот отсчёт закончится. Не победой. Не спасением. Просто — концом. Стоило лишь оступиться, сделать неверный шаг — и время обратится против него самого. По крайней мере, так ему казалось. Нога ступила в снег. Рука разжалась, отпуская нить паутины. Перед ним оказался порог дома. Дыхание оставалось ровным, выверенным, почти механическим, но сознание уже было готово сорваться на крик. Из-за спешки Антон не сразу заметил, что слева, на самом пороге, кто-то сидит. Он обернулся — и увидел Рому. Тот сидел, уставившись в пустоту, задумчиво тянул сигарету, зажав её губами. Лунный свет резал его лицо, делая черты резче, тяжелее. — Рома?.. Почему ты здесь?.. — вырвалось у Антона. Вопрос растворился в воздухе. Рома не ответил. Сигарета медленно тлела, уменьшаясь, а его лицо будто темнело с каждой секундой. Он повернулся к Антону и посмотрел на него взглядом, которого тот прежде в нём не видел. В его руках был шприц. Заполненный кровью. Рома слабо, почти болезненно улыбнулся. — Принёс… всё-таки… Взгляд Антона намертво прилип к шприцу. Он не понимал, что происходит. Почему Рома ведёт себя так странно. Почему в его голосе нет ни злости, ни надежды — только пустота. Но Рома и не собирался ничего объяснять. Он отвернулся, посмотрел в сторону леса, будто Антона рядом вовсе не существовало. Под лунным светом Антон заметил, как в его глазах блеснула влага. Что-то болезненно сжалось внутри. Антон глубоко вдохнул и шагнул в дом. Дверь захлопнулась громко, гулко — так, что все внутри наверняка это услышали. Коридор встретил его холодной тишиной. Антон прошёл к двери, ведущей в комнату Полины, и остановился. Рука замерла на полпути. Что-то внутри отчаянно сопротивлялось, будто умоляло не идти дальше, не видеть того, что ждёт за этой дверью. Но он всё равно решился. Антон отпер дверь и вошёл. Комната была пуста — пуста не пространством, а ощущением. Никого. Кроме Полины, лежащей на кровати Он подошёл к ней медленно, стараясь не издавать ни звука. Полина не пошевелилась. Глаза закрыты. Ни дыхания, ни малейшего движения. Его ладонь осторожно коснулась её лба. Холод. Полина не отреагировала. Это мгновенно насторожило Антона. Он мягко сжал её плечо, чуть потряс, шепча, почти моля: — Полин… пожалуйста… проснись… Ответа не было. Тёмные мысли, словно стая, ворвались в голову, сметая всё на своём пути. Антон коснулся её шеи — там всё ещё был гной. Тот самый. Но теперь он выглядел иначе. Больше. Гуще. И неподвижным. Если раньше он видел, как болезнь расползается по её телу, то теперь она будто застыла. Свернулась, как свернувшаяся кровь. Антон нащупал место, где должен был быть пульс. По телу пробежал ледяной разряд. В голове что-то щёлкнуло, словно оборвался провод, а глаза наполнились пугающей пустотой. Пульса не было. Полина лежала всё так же неподвижно, не открывая глаз. Её белая кожа была неестественно светлой — настолько, что Антон сам побледнел, ощущая немой, животный ужас. Он отступил от кровати. Справа послышался звук. Антон поднял голову — в дверном проёме стоял Харитон. Его вид был… иным. Таким Антон не видел его никогда. Тот самый закалённый, железный старик сейчас выглядел сломленным. Глаза покрасневшие, даже в полумраке это было заметно. Будто из него вытянули всё живое — чувства, волю, надежду. Перед Антоном стоял не человек, а тень. Призрак того, кем он был раньше. Харитон опустил взгляд. И молча исчез за углом. Антон остался один. Мысли отказывались принимать очевидное: всё, что он сделал, весь путь — был напрасен. Ноги подкосились. Он не удержался и осел на пол, ударившись спиной о стену. Взгляд упал вниз. Рядом с ним лежал шприц. Колба с кровью всё ещё плескалась внутри — живая, настоящая. Вот только теперь она была бессмысленной. Шприц выскользнул из руки и прокатился по полу, остановившись всего в нескольких сантиметрах от него. Антон дрожащими руками потянулся к маске и снял её. В этот момент внутри что-то окончательно сломалось. Мир, в котором он прятался за этой маской, рухнул без остатка. Лицо стало пустым, лишённым эмоций. Антон посмотрел на маску — её линзы смотрели на него в ответ. Потёртости, трещины, следы ударов… Всё это напоминало о пути, который он прошёл. Забавно. Мысль прозвучала с глухой иронией: как он вообще ещё оставался жив? Он сжал маску. Хотелось разорвать её, уничтожить, стереть это второе лицо, чтобы больше никогда его не видеть. На мгновение по губам скользнул короткий оскал. Тишина будто улыбнулась в ответ. Антон поднял голову. Из темноты вышел Другой. Он обошёл кровать медленно, почти бережно, и тихо, безо всяких эмоций, произнёс: — Мда… — протянул Другой, глухо, почти без интереса. — Ещё одна жертва, которую хозяин леса забрал себе. Он посмотрел на Полину. Взгляд скользнул по её неподвижному телу, задержался на бледном лице — и тут же оборвался, будто он не позволял себе смотреть дольше. Затем его внимание вернулось к Антону. Другой подошёл ближе и опустился на корточки напротив него, оказавшись на одном уровне. Он ждал ответа. Терпеливо. Молча. Он посмотрел на Полину. Взгляд скользнул по её неподвижному телу, задержался на бледном лице — и тут же оборвался, будто он не позволял себе смотреть дольше. Затем его внимание вернулось к Антону. Другой подошёл ближе и опустился на корточки напротив него, оказавшись на одном уровне. Он ждал ответа. Терпеливо. Молча. Антон лишь опустил голову, будто взгляд Другого был для него слишком тяжёлым. — Уйди отсюда… — хрипло выдавил он. — Я бы с радостью— спокойно ответил Другой— но у нас с тобой всё ещё есть неоконченное дело. Антон медленно поднял взгляд. В его глазах больше не было той слепой надежды, что гнала его вперёд раньше. Не было и рвения к истине. Всё это обрушилось, утонуло где-то внутри. — Дело?.. — тихо, с едва заметным оскалом произнёс он. — О каком деле ты говоришь, если мы даже не знаем, как его победить? — Антон коротко выдохнул. — Всё, что у меня было… надежда… — он сглотнул, — она рассыпалась у меня на глазах. Он снова прислонился затылком к стене, закрыл глаза. — Я больше не хочу, чтобы всё было так… Другой наклонил голову, словно прислушиваясь не к словам, а к трещинам в голосе Антона. Тот вновь открыл глаза и посмотрел на него с откровенным презрением — мол, уходи. Но Другой даже не дрогнул. — Именно из-за этих разговоров о хозяине леса я и пришёл — сказал он тихо. Он поднялся. И Антон, сам того не желая, зацепился за его слова. — Помнишь— продолжил Другой, — ты читал в книге своей бабушки тот самый стих? — Ну и что с того?.. — устало бросил Антон. — Там говорилось о нити. О той, без которой лес не сможет дышать… жить. — Другой сделал паузу. — О нити, что властвует над всем! Он замолчал, словно проверяя, услышал ли Антон главное. — Сначала я думал, что это просто красивые слова. Аллегория. Сказка для запугивания. — Он медленно повернулся. — А потом меня будто осенило. Антон нахмурился. — Эта нить… — продолжил Другой, — не образ. Не метафора. Это предмет. Реальная вещь. И она есть у хозяина леса. — Погоди… — Антон резко поднял руку. — Я… я не понимаю. Другой посмотрел на него внимательно, почти с жалостью. — В стихе говорится о вещи, чей звук не может ослушаться ни один зверь. — Его голос стал тише. — О звуке, который заставляет склонять головы, замирать… подчиняться. Он не сказал больше ни слова. В комнате повисла тяжёлая тишина. Антон опустил взгляд, и в его голове медленно, болезненно начал складываться пазл. "Звук… Власть над зверями… Хозяин леса…" Мысли скрипели, цеплялись друг за друга, словно ржавые шестерни. Антон прищурился, дыхание стало чаще. Он даже не заметил, как прошла минута. Потом вторая. И вдруг — будто удар молотом по вискам. Глаза расширились. — Флейта… — почти неслышно прошептал он, словно боялся, что само слово может кого-то разбудить. Другой щёлкнул пальцами, и в этом жесте было слишком много довольства. — В десятку!— Он улыбнулся,впервые за всё время по-настоящему. — Флейта. Главный инструмент рогатого. И источник его силы. Антон закрыл рот ладонью. Воздуха стало не хватать. Всё это время… ответ был рядом. Перед глазами. В каждом шорохе леса, в каждом кошмаре. — Всё это время… — глухо произнёс он. — Ответ был на поверхности… — А мы смотрели не туда — кивнул Другой. — Теперь пазл сложился. Он перевёл взгляд на Полину. Потом снова на Антона. — Думаю— тихо сказал он— пришло время хозяину леса расплатиться за все невзгоды, что он нам причинил. В его голосе не было ярости. Только холодная, выстраданная решимость. Другой растворился во мраке, будто его никогда и не было, оставив Антона наедине с тишиной и собственными мыслями. Ответ, который он так долго искал, обрушился внезапно — слишком резко, слишком поздно. На мгновение Антон даже забыл обо всём, что случилось раньше. О боли. О страхе. О том, что уже нельзя исправить. Но реальность вернулась так же быстро. Он медленно поднялся на ноги, чувствуя, как тело налилось тяжестью. В руках он всё ещё сжимал маску — ту самую, за которой прятался, когда не мог позволить себе быть слабым. Антон подошёл к дверному проёму и остановился. Полина лежала неподвижно. Та, что должна была открыть глаза. Та, за которую держались. Та, на спасение которой надеялись — и он в том числе. Теперь этого больше не будет. Жизнь, висевшая на тонкой нити, оборвалась. Антон был рядом… но не успел поймать её. Не успел дотянуться. Не успел. Что-то остро кольнуло внутри, будто холодная игла прошла сквозь грудь. Он знал — с этим уже ничего не сделать. Ни словом. Ни действием. Антон опустил взгляд и почти беззвучно, с глухой горечью произнёс: — Прости меня… Слова упали в пустоту и там же растворились. Он вышел из комнаты и медленно прошёл по дому. На кухне сидел Харитон. Антон остановился за углом, так, чтобы тот его не заметил. Просто встал у проёма. Не было никаких слов, и даже шагов, только тишина.. Харитон смотрел в окно, неподвижный, будто вырезанный из камня. Антон чувствовал, как между ними растёт невидимая стена — непреодолимая, тяжёлая. Он хотел сказать хоть что-то… но не находил в себе сил.. Парень прикусил губу, сжал кулак и упёрся ладонью в косяк. Стоял, словно заколдованный, и смотрел на человека, который уже потерял слишком много. "Я не хотел, чтобы всё так вышло…" Мысль прозвучала внутри, будто он сказал это вслух — Харитону. Но тот не обернулся. Даже не пошевелился. Минуты тянулись мучительно долго. Антон понял — ему пора уходить. В последний раз он посмотрел на того, кто не раз удерживал его жизнь, когда она уже была готова сорваться в пропасть. И ушёл. Тихо. Без слов. Выход из дома был всего в нескольких шагах. Антон шёл уже увереннее, словно приняв решение. Последний визит в лес. Последний шанс поставить точку. Но из гостиной вышел Юрий. Он держался за бок, лицо было сонным, осунувшимся. Его вялый вид заставил Антона остановиться. — Антон… ты… куда это?.. — пробормотал он. — В лес. — ответ был коротким. — Покончить со всем этим цирком. Антон попытался пройти мимо, но Юрий резко схватил его за руку. Его тело качнулось, почти потеряв равновесие, и лишь благодаря Антону он не упал. — Погоди… — выдохнул Юрий. — В лес? Без плана? И совсем один? — План есть. — Антон отвёл взгляд. — Но, к сожалению, я буду один. — А как же та девушка… — Юрий нахмурился. — В маске лисы?.. Антон дёрнулся. В глазах на миг вспыхнула ярость — живая, острая. Но она тут же погасла, словно кто-то задул огонь. — Она… — голос стал тише. — Больше не с нами. — В каком смысле?.. — Юрий напрягся. — Её убили? — Нет. — Антон медленно покачал головой. — Она была не той, за кого себя принимала. Юрий нахмурился ещё сильнее. Слова Антона звучали для него как бессвязный бред. Он снова остановил его, на этот раз крепче, и уже серьёзно спросил: — Так. А вот здесь давай подробнее. Что ты имеешь в виду? Антон поник. Плечи опустились. — Из-за неё… — слова сорвались шёпотом. — Из-за неё погиб отец. Юрий замер. Удивление ясно отразилось на его лице. Антон, не понимая такой реакции, спросил: — Почему ты так смотришь?.. — Потому что я помню совсем другое, — медленно ответил Юрий. — Когда я был там… — Он прищурился. — Разве Рома и Бяша тебе ничего не сказали? Антон отрицательно покачал головой. Юрий тяжело выдохнул, поняв, что Рома и Бяша провалили своё задание. Он отпустил руку Антона и сказал тише: — Тогда тебе стоит узнать, что на самом деле произошло в тот день… "За 5 минут до встречи Алисы с Антоном.." Лес затаился. Он смотрел на Алису, как хищник, который не спешит бросаться, зная: добыча никуда не денется. Деревья стояли слишком близко друг к другу, ветви тянулись вниз, будто нарочно опускались, стараясь зацепить её мех, схватить, задержать хоть на секунду. Тишина была ненормальной. Давящей. Даже для неё. Алиса шла между стволами, не зная точно куда. Сначала она направлялась к Антону — хотела поговорить, предупредить, убедиться, что он жив. Но дома его не оказалось. И теперь лес принял её одну, без свидетелей. Снег хрустнул впереди. Уши Алисы мгновенно встали, напряглись, ловя каждый звук. Тот, кто был рядом, понимал, что его заметили. И нарочно не выходил. Играл. — Лучше покажись, — сказала она ровно. — Пока не стало хуже. Голос был твёрдым, но лес ответил лишь шорохом. Кто-то задел кору, сдвинулся, выдав себя окончательно. Из тьмы вышел Волчонок. Маска сидела криво, будто нарочно подчёркивая издёвку. В его позе читалось самодовольство, уверенность того, кто знает — сейчас он хозяин положения. Но Алиса сразу заметила другое. Кровь. Свежие пятна расползались по его куртке, тяжело темнели на ткани. Алые капли медленно стекали вниз. Лапы были перепачканы, а пасть — будто он не успел вытереться после трапезы. — Ты… на кого охотился?.. — начала Алиса, но не договорила. — Охота вышла славной, — перебил Волчонок с явным удовольствием. Он поднял руку над головой, лениво разглядывая кровь. — Тот парень оказался на редкость… вкусным. Последние слова он выделил особенно громко. Уши Алисы на мгновение опустились — и тут же встали снова, жёстко, как лезвия. Взгляд потемнел. Антон?.. Нет. Нет, ты не посмел бы… — Что, язык проглотила? — усмехнулся Волчонок. — Значит, парнишка был тебе не безразличен. Ответа не последовало. Алиса рванулась с места. Расстояние исчезло в одно мгновение — она была слишком быстрой, слишком злой. Волчонок едва успел уйти в сторону, и вместо его горла Алиса вцепилась в снег, вырывая клочья льда. Смех прокатился между деревьями. — А наша лиса не такая уж и хитрая, как все думали! Волчонок бросился прочь. Она — за ним. Лес замелькал. Деревья сменяли друг друга, кроны смыкались над головой. Силуэт Волка перескакивал от ствола к стволу, но Алиса не теряла его из виду. Ноги несли её быстрее ветра, дыхание рвалось, но злость держала темп. Прыжок. В воздухе она схватила его за шкирку. Они покатились вниз по склону, сбивая снег, ветки, комья льда. Алиса не отпускала — пальцы вцепились мёртвой хваткой, будто даже падение не имело значения. Всё закончилось резко. Она прижала Волчонка к снегу, нависла над ним. Рука поднялась, из пальцев вышли когти — длинные, острые. Оставалась секунда. Но Волчонок был спокоен. Слишком спокоен.Это бесило Алису больше всего. Ей хотелось сделать один единственный взмах, что бы голова Волчонка покатилась по снегу, разливая все в алый цвет.. Но взгляд заметил еще одну особу, что присутствует здесь. Алиса вскинула голову. Между деревьями стоял ещё один силуэт. Он не прятался. Напротив — ждал, чтобы его заметили. И в тот же момент Волчонок рванулся. Одно движение. Когти рассекли воздух. Кровь хлестнула, окрашивая снег. По лицу Алисы прошёл жгучий разрез — от уголка рта до глаза. Она отпрянула, потеряла равновесие. Волчонок отскочил в сторону. Алиса рухнула в снег. Схватившись за лицо, она снова посмотрела на того, кто стоял в стороне. Силуэт вышел из тени.Это был Мор, что показал себя во всей красе. Он облизнул ряд зубов, наблюдая за ней с холодным интересом. Под слоями гниющей плоти и длинных когтей Алиса узнала Егора. Его взгляд был странным — не злым, не яростным. Скорее… оценивающим. И от этого стало по-настоящему страшно. — Какой позор — процедил Мор. — А ведь ты была правой рукой Хозяина леса. Он отвернулся, будто теряя к ней интерес, затем снова посмотрел — и улыбка стала шире. — Думаю, Антону понравится то, что я приготовил для него.. Мор исчез между деревьями. Волчонок — вместе с ним. Алиса провела пальцами по ране. Боль вспыхнула мгновенно, ярко. Она оскалилась. Её мех и руки были перепачканы кровью — следы от Волчонка, от схватки, от ловушки. Она поднялась. Слова Мора крутились в голове, но ответ пришёл сразу. Стоило ей обернуться.Перед ней лежало тело. Отец Антона был проткнут толстой веткой, словно лес сам решил вынести приговор. Его глаза были открыты. И смотрели прямо на Алису. Она застыла. Мир будто вырвали из-под ног. Дыхание сбилось, мысли исчезли, оставив гулкую пустоту. Сзади хрустнул снег. Алиса резко обернулась — и страх стал настоящим. Перед ней стоял Антон. Он что-то сказал. Губы двигались. Но она не услышала ни слова. В ушах звенело. Где-то вдалеке снова раздался смех. Тихий. Издевательский. И в этот самый момент Алиса поняла —её только что подставили. И хуже всего было то, что Антону этого уже не объяснить.