Утро

Заря едва коснулась неба, разгоняя слабым золотом синеватую дымку. Птицы начали сонно щебетать, обсуждая планы на день. Ленивый ветер слабо гнул макушки деревьев, играясь с зелёными листьями. Прохладный воздух и свежесть вызывали мурашки и заставляли переступать с ноги на ногу на паркетном полу балкона. Здание напротив было мертво, лишь отблески рассвета сияли на окнах, создавая солнечные блики. Горячий кофе дымился в кружке, белесые нити поднимались в воздух, плавно растворяясь и перетекая в неспешно плывущие густые облака. Светлые волосы трепыхались на ветру из открытого окна балкона, ночная голубая рубашка и белые шорты колыхались в такт. Длинные пальцы сжимались на черной ручке кружки. Мысли были такими же вязкими, как и летнее ранее утро. Они бессвязно перетекали с темы на тему, в один момент я думал о школьных уроках, а через секунду о самолётах. Мечтать было приятно, представлять себя в другой шкуре, стране и семье. Первый глоток кофе был привычно горьким, все ещё заставляя губы непроизвольно кривиться. Это даже немного отрезвляло, возвращая в реальность. Заспанный взгляд, блуждающий по стремительно бледнеющему небу, опустился на многоэтажку напротив. И остановился на каком-то парне. Растрёпанные темные волосы, мятая цвета хаки футболка и пижамные серые брюки, в руках чашка кофе или чая, как у меня. Теперь все мои мысли поменяли свой фокус с бессмысленных мечтаний о невозможном на фантазии о жизни этого незнакомца. Он меня не видел, его взгляд был устремлён куда-то вниз, во двор. Солнце постепенно поднялось по небосводу, лучи стали ярче и злее, целенаправленно попадая в глаза и мешая обзору. Кружка опустела, прохлада сменилась нарастающим теплом. Я закрыл балконное окно с скрипучим стуком и сам дрогнул от неожиданности. Из гостиной раздалось хриплое мычание – мать проснулась после пьянки. Последние грёзы рассеялись в ленивом утреннем воздухе, настоящее требовало внимания.

***

Я представлял голос этого парня, хриплый от сна, глубокий, может немного задумчивый, серьезный, но добрый. Незнакомец казался чем-то неестественным в этом утреннем спокойствии. Я пил кофе, локти положил на подоконник, согнувшись и подставляя лицо ласковым потокам воздуха и теплым пятнам солнечных лучей. Его балкон был на несколько этажей ниже и немного левее, я его видеть мог, а он меня нет, что в некоторой степени облегчало наблюдение. Не хотелось прослыть извращенцем и фриком. Далее я начал размышлять о его имени и возрасте, хобби и увлечениях. Парень выглядел простым и спокойным, будто в свободное время он читает комиксы, смотрит сериалы и кормит бездомных собак. Почему-то от таких мыслей уголки губ непроизвольно поднимались. Раздумья о новом человеке, косвенно появившимся в моей жизни, отвлекали от пресной рутины и ненависти к существованию. Вставать с мыслями о том, что за чашкой кофе мне будет составлять компанию приятного вида паренёк, было легче. Такой вот способ абстрагироваться от реальности.

***

Я видел его на протяжении пары месяцев, уже искренне привязавшись к незнакомцу. Заметил несколько забавных привычек. Он клал подбородок на сложенные друг на друга ладони, грел пальцы в сгибах локтей, зевал в плечо, любил наблюдать за птицами и нелепо морщил нос от слепящих солнечных лучей. Одежда у него всегда была однотонной, без ярких цветов и рисунков. Зато каждый раз менялись кружки, то неоновая жёлтая, то бордовая, пару раз даже с какими-то рисунками, что было сложно разглядеть из-за расстояния. — Так, где мы остановились? — я же, в свою очередь, начал вести с парнем воображаемые беседы, придумывая ответы за него. — Точно. Если бы ты вызвал джина, то какие загадал желания? Наверное, получить какой-нибудь лимитированный том комикса, изобрести машину времени и мира во всем мире, да? Глухой смешок сорвался с моих губ, палец лениво рисовал узоры на запотевшем от дыхания окне. — А я загадал бы 20 миллиардов евро, другую семью и узнать твое имя, — я безрадостно вздохнул, ставя локоть на подоконник и подпирая ладонью подбородок. Взгляд продолжал буравить спокойное лицо парня. — Знаешь, мне следовало бы предпринять хоть какую-нибудь попытку с тобой познакомиться, да? Небось осуждаешь или считаешь жутким? Ласточка пронеслась мимо черным пятном и, крутясь, пикировала вниз. Парень дрогнул от неожиданности, отпрянув, но взглядом продолжая следить за птицей. Когда она совершила вираж и начала набирать высоту, возвращаясь к моему окну, мы с незнакомцем пересеклись взглядами. Мое сердце тут же перешло из лениво-сонливого состояния в бит рэпа. Стало неуютно. До этого момента я был незримым наблюдателем, будто бы призраком, практически тайным воздыхателем. А сейчас почувствовал, будто с меня сняли всю кожу, оголяя до самых внутренностей. Я отошёл от окна, чтобы уйти с поля зрения парня, даже не удосужившись дождаться однозначной реакции. Трусливый побег, вполне в стиле неисправимого мечтателя. Мне стало стыдно за все свои мысли и поступки и я зарёкся больше никогда не выходить на балкон рано утром.

***

Обещание я нарушил уже через два дня. По весомой причине, отдать дань уважения. Коробки были собраны, шкафы опустели, дом, который никогда и не был домом, стал совершенно холодным. Мы переезжали. И не потому что я испортил свою репутацию, попавшись за слежкой, а по такой же весомой причине. Очередной ухажёр матери пригласил нас в Дубай. Жить. Не знаю, почему моей маме так везёт на мужчин, но я жаловаться не вправе. Хоть и очень хочется так и разбрызгать по всему миру свой цинизм. Я внимательно смотрел на чужой досконально изученный балкон, пальцы нетерпеливо стучали по металлическому подоконнику. Парень все не появлялся, время утекало, а приближающийся авиарейс угрожающе нависал над душой. Надежда натянулась канатом над пропастью отчаяния, но нити натужно рвались. Сердце ухнуло вниз, когда из прихожей раздался строгий голос. — Сергей, ну сколько можно ждать?! Я захлопнул окно со скрипом и ушел с балкона, чувствуя сильную пустоту в душе. Шаг в новую жизнь совершался с тяжёлым сердцем и комом в горле. Почему этот парень вообще стал важным? И что бы я сделал, если бы его увидел? Скорее всего, струсил, как всегда.

***

Частный самолёт, огромный дом, белоснежные пляжи, дорогая одежда и понты, понты, понты. Вся моя жизнь стала состоять только из бесполезной золотой мишуры, от которой начало откровенно тошнить. Зависть в глазах новых одноклассников, любовь новых учителей, фальшивая дружба, приклеенные улыбки и иллюзия участия. Мой мир перевернулся с ног на голову, но мыслями я все равно каждый раз возвращался в московскую двушку, на 14 этаж, и вел воображаемую беседу. С единственным человеком, который меня слушал и понимал. Даже если мы не были знакомы. Мой 17 день рождения прошел грандиозно. То есть отчим, стараясь получить мое расположение, устроил поездку на катере, полет на вертолете и ужин в шикарном ресторане. Однако меня не покидало ощущение, что это было просто свидание с моей матерью, потому что ей мужчина уделял гораздо больше внимания, а я был так, безвкусным украшением. Не могу сказать, что меня отвращала такая жизнь, потому что несмотря на жгучее ощущение фальшивости, моя душа оставалась меркантильной. Отношения с матерью улучшились, она перестала пить, хотя и большую часть времени мы продолжали друг друга игнорировать. Было отрадно думать, что из-за большого количества бессмысленных мечтаний Вселенная сжалилась надо мной и улучшила жизнь. По незнакомцу из дома напротив я продолжал тосковать отдаленно и тускло, так как понимал, что это не могло кончиться как-то иначе. Заря тронула безоблачный небосвод, тихий коттеджный поселок, трехэтажный дом. Всего несколько похожих домов на улице, тусклый свет фонарей. Я спустился на кухню босиком, плитка прошибала холодом босые ступни. Старался не греметь шкафами, когда доставал кружку. Кофемашина приятно гудела, в нос закрался насыщенный аромат молотых зерен. Я обхватил полную кружку и быстрыми шагами поднялся наверх. Просторная лоджия с удобными креслами и столиком. Я подошел к перилам, сработал датчик движения и загорелась лампочка. Мысли лениво блуждали в голове, прошел почти год со времени переезда и я свыкся, нашел во всем гораздо больше плюсов, чем минусов, перестал заострять внимание на бесполезных вещах. Но тот незнакомец с дома напротив упорно не хотел меня покидать. Даже сейчас, в другой стране за тысячи километров, в новой жизни, знакомый до боли, дрожи в пальцах и мурашках на спине силуэт вырисовывается напротив. Шторы дернулись в окне напротив, худые руки, футболка цвета хаки, серые пижамные штаны, каштановые волосы и аляпистая красно-желтая кружка. Мои глаза расширились, а глоток кофе встал поперек горла. Сердце зашлось в сумасшедшем ритме, я даже потер глаза, думая, что это мираж. Зеленые глаза. Вот как. Они встретились с моими, а потом скромная улыбка появилась на лице парня. Ладонь неуверенно приподнялась, он неловко помахал. В моей голове проносились сотни вопросов, они жужжали и врезались друг в друга. Дрожащая рука поднялась в ответ, пальцы сжались, слабо махнув. Все мысли смешались в кучу, блокируя функции организма. Дышать было сложно, пытаться говорить еще сложнее, а слова «моргать» и «двигаться» откровенно выпали из моего сознания. — Эй, ты кажешься знакомым! — веселый голос парня напротив разрезал утреннюю тишину улицы. Так вот, как он звучит. Звонко, на самом деле хрипловато, это вызвало мурашки и заставило топтаться на месте. Я нервно кивнул, пряча взгляд в кружке и делая глоток кофе. Кажется, парня забавляла моя реакция. Я же был одновременно напуган и счастлив. Такие совпадения вообще реальны или это мой сон? — Эй, язык проглотил?! — насмешливый крик через улицу заставил меня вздрогнуть. Скромная улыбка на чужом лице превратилась в усмешку. Да, не таким я представлял задумчивого парня, что почти каждое утро наблюдал за сонными прохожими и редкими птицами. И, бесспорно, именно таким он мне нравился больше. Кажется, я молчал слишком долго, делая вид, что глухой, потому что незнакомец снова закричал, почти ехидно. — Я Влад, если что! Поразительно, какое дружелюбие. Я дрогнул еще раз перед тем, как набраться сил и открыто поднять взгляд. — Я Сергей! Дальше общение пошло легче, мы шутили, веселились, задавали банальные вопросы и пили кофе. Кажется, Вселенная и правда подслушивала мои мечты.