Пересечение границ

Луна висела над горизонтом, заливая мягким светом покинутый город. Амира сидела на крыше, обхватив колени руками. Она смотрела вдаль, но перед глазами всплывали не очертания зданий, а её собственные мысли — спутанные, тревожные. Завтра ей придётся идти на игру. Она не знала, какой именно она будет. Не знала, выживет ли. Мысль об этом будто висела над ней, давила на плечи, как невидимый груз. Она боялась смерти, боялась неизвестности. Она думала о Пляже. Что это за место?Как его найти? Существовал ли он вообще? Амира закрыла глаза, вдыхая ночной воздух. Он был прохладным, чистым, без примеси дыма или запахов городского шума. Только ветер — лёгкий, неслышный. — Не спится? Она вздрогнула, но не обернулась. Голос был спокойным, почти ленивым. Чишия. Он сел рядом, не дожидаясь приглашения. Некоторое время они молчали. Он не был из тех, кто стремится заполнить тишину пустыми словами. — Что-то случилось? — спросил он, наконец. Амира усмехнулась.— А тебе правда интересно? — А ты правда думаешь, что я задал бы вопрос, если бы мне было всё равно? Она покачала головой, слабо улыбнувшись.— Просто думаю. — О чём? Она задумалась, стоит ли говорить. Но потом всё же решила ответить. — О прошлом. О будущем. О том, насколько странно всё это. Чишия чуть повернул голову, глядя на неё. — И какой вывод? Амира глубоко вздохнула.— Что прошлое уже не имеет значения, а будущее… Будущего может не быть. Он хмыкнул. — Пессимистично. — Реалистично. Она посмотрела на него. Чишия выглядел спокойным, как всегда. — А ты? Ты не думаешь обо всём этом? — Думаю. — И? Он пожал плечами.— У меня просто нет иллюзий. Она какое-то время молчала, вглядываясь в его лицо. — Наверное, это удобно. — Вполне. Тишина вновь накрыла их. Но теперь она была не пустой, а наполненной чем-то… едва уловимым.Через некоторое время Чишия встал. — Спать пора. Амира кивнула, оставаясь сидеть. Она смотрела, как он уходит, но не чувствовала привычного беспокойства. Когда она всё же вернулась внутрь, Чишия уже лежал, отвернувшись. Но дыхание его было ровным, спокойным. Она легла, слушая этот размеренный звук. Неизвестность завтрашнего дня больше не казалась такой пугающей. Амира проснулась от слабого ощущения пустоты рядом. Сначала она не осознала этого — просто сменила позу, по привычке повернувшись на другой бок. Она не открывала глаза, прислушиваясь к тишине вокруг. Звук её собственного дыхания сливался с отдалённым шумом ветра, гуляющего по разрушенным улицам. Она медленно разлепила веки. Чишия сидел у стены, вытянув ноги вперёд, и молча разглядывал что-то в руках. Свет утреннего солнца мягко очерчивал его профиль, делая черты лица чётче, но при этом будто ещё более отстранёнными. Он был спокоен, расслаблен, но в этом спокойствии читалась какая-то окончательность. — Ты давно проснулся? — голос Амиры прозвучал хрипло. Чишия не отреагировал сразу, словно решая, стоит ли вообще отвечать. Потом, всё так же не поднимая глаз, ответил: —Достаточно. В руках у него оказалась книга. Он лениво отложил её на стол и, наконец, посмотрел на Амиру. — Ты уходишь, — это не было вопросом. — Да. Амира села, обхватив руками колени.— Почему? Чишия пожал плечами, словно это был не особо важный вопрос.— Мы просто оказались в одном месте в одно время. Но это не значит, что нам нужно держаться вместе. Амира молчала, раздумывая над его словами. — Пока что, — добавил он после паузы. Это «пока что» зацепилось за её сознание, как колючка. Она не знала, должно ли оно звучать утешительно или, наоборот, подчёркивало неизбежность расставания. Чишия встал, неторопливо поправляя рукава.— Ты уже знаешь, что будешь делать дальше? — Сегодня мне нужно на игру, — сказала Амира. — Хорошо. Тогда, возможно, когда-нибудь увидимся, — он направился к двери, не проявляя ни капли сомнений в своём решении. Перед выходом он замер на мгновение и, не поворачиваясь, бросил: — Не потеряй себя. Она даже не успела спросить, что это значит. Дверь закрылась за ним мягко, но в этой мягкости чувствовалась окончательность. Амира ещё долго сидела на кровати, не шевелясь. Она думала, что привыкла к одиночеству. Она даже ценила его. Всегда предпочитала независимость и свободу любым привязанностям. Но сейчас внутри что-то сжалось.Она запрокинула голову, уставившись в потолок. Потеря. Такое странное чувство. Как можно потерять человека, который тебе не принадлежал? Только когда ей стало совсем неуютно от собственных мыслей, она поднялась и вышла в ванную. В зеркале отразился её взгляд — слегка опухшие от сна глаза, растрёпанные волосы, тонкие губы, сжатые в упрямую линию. Она включила воду. Тонкая, неуверенная струя текла в её ладони, стекая по пальцам. Амира зачерпнула воду и поднесла к лицу, вдыхая её прохладу, будто это могло смыть ощущение пустоты. — Не потеряй себя, — прошептала она себе в отражение. Ей казалось, что эти слова Чишии оставили в её сознании тонкий, но отчётливый след. Она не была уверена, что понимает их смысл. Амира долго стояла перед раковиной, наблюдая, как капли воды лениво стекают в слив. Она всё ещё чувствовала присутствие Чишии. Не буквально, конечно — он уже ушёл, а в воздухе не осталось даже лёгкого следа его запаха. Но его слова, его взгляд, его молчаливое спокойствие — всё это застряло у неё в голове, не давая сосредоточиться. Она включила кран снова и умылась ещё раз, надеясь, что холодная вода сможет её встряхнуть. Кухня встретила её застоявшимся воздухом и хаотично разбросанными предметами, оставшимися с вечера. Несколько пустых бутылок, пластиковые контейнеры, в которых когда-то была еда. Амира устало выдохнула, подобрала со стола упаковку лапши быстрого приготовления и провела пальцами по шершавому краю. Она разорвала упаковку, достала брикет лапши и бросила его в тарелку. Залила кипятком. Запах приправ тут же заполнил комнату. Пока лапша настаивалась, она взяла ложку и начала медленно помешивать жидкость, наблюдая, как тонкие, скрученные полоски постепенно размягчаются. Она не знала, почему так внимательно следит за этим процессом. Может, просто хотела на несколько минут задержаться в этом тихом моменте, прежде чем снова окунуться в реальность Пограничья. Она села за стол, прижав тарелку к ладоням. Тёплый пар поднимался к лицу, согревая кожу. “На игре можно попытаться разузнать что-то о Пляже.” Люди всегда говорят лишнее, особенно в моменты стресса. Кто-то, возможно, случайно проболтается, и она услышит нужное. Тарелка почти опустела, и Амира отодвинула её в сторону. Солнце уже стояло достаточно высоко, окрашивая стены комнаты в тёплый, золотистый оттенок. Пора было собираться. Она двигалась по помещению, методично отбирая всё самое необходимое. Рюкзак оказался лёгким. Запас воды, несколько батончиков, аптечка. Телефон, который был почти бесполезен, но всё равно создавал ощущение привычности. На улице было тепло. Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в тёпло-розовые оттенки. Сегодня она отправится на игру. Сегодня она начнёт искать ответы. Амира шла по улице, осторожно ступая по потрескавшемуся асфальту. Дома, магазины, рекламные щиты — всё выглядело как декорации к фильму о конце света. Как будто жизнь здесь остановилась в тот самый миг, когда Пограничье забрало людей. Она пересекла дорогу и направилась к небольшому супермаркету. Вывеска покосилась, витрины были частично разбиты, но внутри ещё можно было найти то, что нужно. Солнце уже садилось, окрашивая город в рыжевато-серый оттенок. Когда-то здесь наверняка был поток людей: торопливые офисные работники с пакетами готовой еды, студенты, выбирающие между газировкой и энергетиком, женщины с колясками, сверяющие цены на йогурты. Теперь — лишь тишина. Она толкнула дверь. Скрип. Слишком громкий в этом безмолвии. Внутри пахло пылью и чем-то несвежим. Касса давно не работала. Коробки с чипсами были порваны, бутылки с водой исчезли, а на полу валялись разорванные упаковки с лапшой. Амира прошлась вдоль полок, провела пальцами по шершавой поверхности стеллажа. Нашла несколько батончиков, консервы с потускневшими этикетками, бутылку воды. Сложила всё в рюкзак. Выходя, задержалась на пороге. На улице сгущалась серая, липкая темнота. Она шагала по городу, прислушиваясь к звукам, которых не было. Каждое здание — пустая коробка. Каждое окно — глаз, в который никто не смотрит. Она чувствовала себя человеком, случайно попавшим в картину художника, что забыл добавить движение. Вдалеке глухо хлопнула створка вывески. Амира остановилась. Небо над крышами потемнело окончательно. Скоро появятся игровые арены. Она шла дальше, опираясь на интуицию. Выбирала улицы наугад, словно играла в странную шахматную партию с невидимым противником. И вдруг впереди вспыхнул свет. Резкий, белый, режущий глаза. На соседней улице загорелись прожекторы. Она глубоко вдохнула. И пошла туда.