Где встречаются волны

На утро. Танос проснулся, почувствовав лёгкое тепло солнечного света, пробивающегося сквозь оконное стекло. Он всё ещё сидел на стуле у кровати Нам-Гю, голова его была наклонена, а рука всё так же крепко держала руку любимого. — Нам-Гю, доброе утро, — пробормотал он хрипло, открывая глаза. Ответа не последовало. Танос медленно поднял голову и посмотрел на Нам-Гю. Его лицо было спокойным, почти умиротворённым, но что-то было не так. Его грудь больше не поднималась. Кожа была холодной. — Эй... — голос Таноса задрожал. Он наклонился ближе, дотронулся до лица Нам-Гю, словно надеясь согреть его. — Эй, просыпайся... Тишина. — Нам-Гю! — его голос резко сорвался, он встряхнул его за плечо, но тело было неподвижным. Танос встал, схватился за голову, словно отказываясь верить в то, что происходило. — Нет, нет, нет… Ты обещал держаться! Ты обещал! Он упал на колени у кровати, прижимая голову Нам-Гю к своей груди. Слёзы лились без остановки. Он кричал, зовя врачей, но они лишь молча вошли в палату и остановились, глядя на него с печальными лицами. — Нет! — зарычал Танос, резко оборачиваясь. — Делайте что-то! Вы же врачи! Вы должны… Вы должны его спасти! — Сожалеем, — тихо произнёс один из них. — Он слишком много потерял. Мы сделали всё возможное. Эти слова, казалось, добили Таноса. Его руки задрожали, он не мог больше стоять. — Нет… ты не можешь просто уйти, Нам-Гю, — шептал он, вновь обращаясь к его лицу. — Ты был всем… всем, что у меня осталось. Ты… Он замер, осознав, что его слова больше никогда не будут услышаны. --- Прошли годы. Танос стал тенью самого себя. Он больше не улыбался, больше не смотрел на мир с надеждой. После смерти Нам-Гю он продолжал жить в маленьком доме на берегу моря,так как только это место напоминала ему о нем. Но раз в месяц, в любую погоду, он приходил на кладбище. Он стоял перед мраморной плитой, на которой было выведено имя Нам-Гю, и его сердце разрывалось на части снова и снова. Сегодня был один из таких дней. Холодный ветер трепал его волосы, в руках он держал небольшой букет белых лилий — любимых цветов Нам-Гю. — Знаешь, я всё ещё скучаю, — тихо произнёс он, опускаясь на колени перед могилой. — Каждый день. Каждый час. Его голос дрожал. — Я до сих пор чувствую твою руку в своей. Слышу твой смех… А иногда, когда ветер дует с моря, мне кажется, что это ты. Он опустил голову, чувствуя, как слёзы начинают стекать по щекам. — Почему ты оставил меня? Я ведь обещал защитить тебя… обещал, что не отпущу… Слёзы падали на мрамор. Он протянул руку и провёл пальцами по гравировке, словно мог ощутить связь с тем, кто был под землёй. — Прости меня, Нам-Гю. Прости за всё. Ветер поднялся, казалось, что он шепчет что-то на ушко. Танос поднял голову, глядя в серое небо. — Я буду приходить к тебе, пока дышу. Ты всегда был моим светом. И даже сейчас, когда свет погас, я всё равно буду идти к тебе, — его голос сорвался. — Я люблю тебя, Нам-Гю. Навсегда. Он положил цветы на могилу и остался сидеть рядом. Его сердце разрывалось от боли, но он знал, что только здесь, рядом с ним, он мог почувствовать хоть что-то настоящее.