Сердце ледяного короля

Трек для атмосферы: I miss you, I’m sorry — Gracie Abrams  В сердце зародилась тревога, когда Сонхун за ночь до свадьбы не вышел к ужину. Он не впускал никого в свой кабинет, даже не позволил зажечь свечи, поэтому вероятно сидел в темноте, если не додумался самолично зажечь их. Т/и успокаивала Нору всеми силами, ища любой предлог, который мог бы объяснить такое поведение Пака. К счастью, принцесса, сплотившись за две недели с невестой брата, клюнула на ее слова. Все-таки Т/и близкая горячо любимая подруга Сонхуна, она знает его с детства, ей точно можно верить. Но королева сама не знала, что за выступление устроил друг. Она была обескуражена и даже зла, поэтому несмотря на уговоры стражи, что дежурила у дверей кабинета короля, Т/и требовательно постучалась к нему.  — Кто? — твердым голосом поинтересовался Сонхун, желая знать, кто посмел нарушить его покой.  — Его Величество королева Снега. — представилась сама за себя Т/и, голос не менее строгий, чем у парня. Секундное молчание и уже более мягкое: «Заходи».  Но вся злость и ярость, что бурлила в груди девушки и требовала объяснений тут же испарилась, когда она вошла в сумрак комнаты. Как она и предполагала, огромные покои освещало лишь два канделябра с тремя свечами на каждом из них. Один стоял на столике прямо возле кресла в котором сидел Сонхун, другой чуть поодаль на его лакированном дубовом письменном столе.  — Ты себя неважно чувствуешь? — тихо спросила она, когда двери за ней закрылись.  — Не знаю… — вяло отозвался Сонхун.  — В замке стало ужасно душно, да? — решила поддержать разговор девушка.  — Принцесса мерзнет. Доктор сказал, что она может сильно заболеть, если не предпринять меры.  Тихо говорил Сонхун, даже не повернувшись к Т/и. Он был глубоко в своих мыслях, таким задумчивым девушка не видела друга уже давно. Она подошла к большому бархатному креслу, в котором он сидел, и присела на подлокотник.  — Все хорошо?  Спросила королева, смотря на напряженное лицо Пака. В комнате не горел камин, но он смотрел прямо на него в темную пустоту, будто сейчас что-то должно выпрыгнуть из дымохода.  — Меня удручает то, какие мы разные. Неужели теперь я всю жизнь буду потеть от духоты рядом с ней? А эти меха… — Сонхун раздраженно закатил глаза, закипая и даже не от теплоты дворцовых комнат, а от самой настоящей злости. Т/и  казалось, что у Сонхуна и Норы все замечательно, когда она только приехала, они были неразлучны, но Пак все больше времени проводил с подругой и начал меняться…  — Тысяча одежд, мы скорее умрем в первую брачную ночь, чем успеем ее раздеть. И норковая шуба ей не к лицу. Загорелый цвет кожи слишком сливается с коричневым мехом.  Т/и тихо слушала бормотания Сонхуна. Он не из ворчливых, но девушка не удивлена всему этому потоку мыслей. Иногда думая о собственной свадьбе, она замечала, что сама остается  обескуражена и потеряна, только вот Т/и предпочитала прятать все недовольства в глубине души. Сонхун так не смог, ведь уже завтра все перевернется с ног на голову.  — Поднимешь принцессе юбку вот и всё, чего ей мерзнуть в твоей постели? Бедная еще простудиться сразу после свадьбы. — мягким успокаивающим голосом начала придумывать пути решения проблем Т/и.  Она провела рукой по темным волосам Сонхуна, скользнув к его щеке. Пак тут же прильнул к холодной, нет, абсолютно ледяной ладони девушки, чувствуя облегчение. Ему так жарко сейчас. Пак зажмурил глаза, тяжело дыша.  — И если тебе так не нравятся ее шубы, которые, кстати, подарил ты на помолвку, то… Завтра я прикажу привезти из Снежного королевства несколько шуб из песца. Белый же куда больше ей пойдет?  Т/и потянула лицо друга на себя, чтобы он поднял понурю голову и посмотрел на нее.  — Это будет мой свадебный подарок.  — Т/и… — протянул грустно Пак. — Это не единственные проблемы… — Тогда что еще? — искренне спросила девушка, не давя на него. Ее голос тоже превратился в шепот. — Скажи. Ты мой друг, я постараюсь решить любую твою проблему, потому что знаю, что ты сделал бы тоже самое для меня… — Я хочу в жены тебя. Ты — моя проблема. — перебил Сонхун.  Т/и замерла, но она уверена, что правильно все расслышала.  — Сможешь ли ты решить это? — спросил Пак.  Т/и сомневалась. Она не могла ответить «Нет», потому что была не в силах отвергнуть Сонхуна, но и «Да», тоже не слетело бы с ее губ - слишком большая ответственность перед народом.  — Я понимаю. — кивнул Пак, будто слышал все мысли девушки. Он печально вздохнул и отпрянул от руки Т/и, снова уставившись в пустой камин.  — Все было бы проще не будь мы наследниками. Я завидую братьям, которые могут жениться на северянке и не думать о том холодно ей или нет. Умрет она от воспаления легких или нет… И Пак мог бы дальше продолжать, если бы Т/и его не перебила.  — Не говори так. — тоже вздохнула она, но голос ее был спокоен. Девушка тоже уставилась вперед, сложив обе руки на юбку.  — Хотя я бы не дал тебе замерзнуть. Никогда. Только это бы не утруждало меня так, как это происходит с принцессой.  Наверное, Сонхун сейчас и сам понял, что дело не в тепле в замке, не в мехах, которые не к лицу, дело даже не в самой принцессе. Все из-за его чувств к другой. Если бы она была Т/и, Сонхун бы срубил весь северный лес, чтобы отправить его в камины замка. Парень бы саморучно без устали помогал одевать и снимать все эти одежды. Только бы принцесса была Т/и.  — Я тоже тебя люблю. — сорвалось с губ Т/и, но она не повернулась к Сонхуну, чтобы сказать это. В камине действительно было что-то завораживающее, и девушка знала что: оттуда в лицо веял освежающий сквозняк. За окном бушевала внезапная летняя вьюга. Точно такая же, как в душе этих «друзей».  — Но мы не можем оставить народ голодать. — добавила она. Пак согласно кивнул.  — Хотя…Может поголодаем? Только ты и я, вдвоем. И никому не скажем.  Предложил парень. Они повернулись друг к другу.  — Всего раз.  Т/и всегда понимала его намеки, а странные предложения не казались такими уж и сумасбродными. Поэтому позволила Паку сложить руки на корсет ее платья, притянуть к себе. Т/и упала с подлокотника ему прямо на колени, а руки положила на его мундир ближе к сердцу.  — Хотел бы я видеть тебя так близко каждый день. — прошептал Сонхун, опустив такую тяжелую от разных мыслей голову на плечо девушки. Губы парня прошлись по холодной коже на оголенных ключицах Т/и. Изнуряющая жара в покоях действительно так не докучала королю, когда он рядом с этой девушкой. Прохладная белая кожа так идеально сочетается с его абсолютно такой же. Поцелуями поднявшись выше, парень достиг губ королевы, целуя ее так, будто никакой «голодовки» объявлено и не было.  Все утро Сонхун мечтал отменить церемонию, но не решился, отдав свой голос в пользу обязанностей перед народом северного королевства. В церкви поет хор, он стоит у алтаря, чувствуя слабость. Повсюду горят свечи, стоят в вазах белые изящные цветы, лучи солнца разными цветами отражались от живописных витражей и падали на каменный пол красными, синими и зелеными солнечными зайчиками. Пак смог оторваться от созерцания пола только тогда, когда главные двери распахнулись, заиграл свадебный марш, а на горизонте появилась невеста. Нора счастливо улыбается, в руках у нее букет ландышей, и Сонхун не будет спорить, он точно знает, что для нее — это самый значимый и счастливый день. Парень был доволен им в сто раз меньше. Осознав вчера чувства к Т/и, попробовав ее пухлые обветренные губы, он то и дело искал ее в толпе. Девушка влекла его больше, чем собственная невеста. Сонхун подумал об отце. Они с матерью любили друг друга, хотя и не сразу смогли быть вместе. Неужели сын повторит судьбу родителей? Вероятно, отец чувствовал себя так же, женясь на нелюбимой южанке. Выдавив улыбку, парень подставил девушке локоть, за который она тут же ухватилась, счастливо нежно хихикая. Пока пастор говорил что-то о клятвах вечной любви, Сонхун оглянулся через плечо, поймав взгляд Т/и. На ней тоже нет лица. И если для остальных это незаметно, ведь они оба умеют держать маску, то, зная друг друга не первый год, сразу могли заметить расстройство во взглядах. Им обоим нелегко. Но королева печально улыбается, решив поддержать друга. Возлюбленного. И, развернувшись, уходит прочь из зала. Т/и не хочет отвлекать Сонхуна, желая чтобы он сконцентрировался на происходящем торжестве, иначе парень вызовет подозрения у будущей жены. Этого нельзя допустить. Да, и королева совершенно не хотела видеть, как любимый человек отдается другому. Да, Т/и не сентиментальна, иногда даже бесчувственна, но не к Сонхуну. Девушка привыкла, что он — ее, а она — его.  После церемонии не весело было только двум сердцам. Сонхун и Т/и пересеклись у столов с десертами в самом разгаре свадебного банкета.  — Ты не надела платье, которое я прислал тебе утром. Не понравилось? — занятый рассматриванием кексов и пудингов, между делом спросил Пак.  — Оно шикарное, Сонхун. Его проблема в том, что оно шикарнее платья невесты. Тем более белое… — Т/и злобно нахмурилась, но на друга не смотрела, хотя ругала его. — О чем ты думал, выбирая этот цвет? В белом может быть только невеста.  — Я пытался представить тебя у алтаря со мной. Мое сердце радовалось и разбивалось на куски одновременно. — горячо шептал Сонхун, хотя на лице его не было никаких эмоций, чтобы никто не понял сути их чувственного диалога.  — Прекрати! — шикнула на него Т/и, пытаясь уйти, но парень последовал за ней. — Очнись, Сонхун, и вернись к жене.  И несмотря на стену, которую она выставила между ними, девушка сожалела, что нагрубила другу. Она его любила. Искренне и горячо.  — Я вернусь к ней, но только потому что ты этого хочешь. Ты хочешь мира, а я хочу тебя. Всегда помни это, Т/и.  У девушки зажгло в груди, а к глазам подступили слезы, которые она тут же попыталась остановить.  — Я надену это платье на свадьбу. — сказала она. — Потому что ты мне дорог, и я так же хотела бы быть с тобой, хотя это невозможно. Но Джейку я скажу, что это не твой подарок, не хочу чтобы семейная жизнь началась со скандала.  — Как тебе будет угодно. — Сонхун был на все согласен, лишь бы Т/и надела его подарок, который соединил бы пару в момент, который их любви не принадлежал. На свадьбе Джейк будет думать, что девушка полностью его, но только эти двое будут знать, что это не так. Они скроют свои чувства от всего мира. Потому что так будет лучше для трех королевств, так будет лучше для всех, кроме них.