🚽
23 января 2025 г., 13:36
Быть таким парнем Уилл точно не хотел, он даже дал себе зарок, что никогда и ни при каких обстоятельствах не будет пилить Майка, но терпеть уже не мог.
Они жили вместе вот уже три месяца, и это было прекрасно. Апофеоз мечтаний, правда. Все, о чем Уилл грезил, сбывалось у него на глазах, и он был счастлив, правда, но…
Но. Он уже не мог молчать об этом.
К распределению обязанностей по дому они оба подошли со всей ответственностью, потому что оба не хотели, чтобы их отношения разбились о банальную бытовуху. Уилл привык делить домашние дела поровну с Джонатаном и мамой, поэтому явно разбирался в уборке, готовке и прочем получше, но Майк, за которого буквально все большую часть жизнь делала Карен, поражал своим энтузиазмом.
Его глаза светились, словно даже ненавистное Уиллом мытье посуды делалось каким-то магическим ритуалом просто потому что они теперь вместе, оттого был согласен взять на себя и походы в прачечную, и вынос мусора, и мытье полов, и уборку в ванной.
Последнее вызывало у Уилла некоторые сомнения, но Майк продемонстрировал удивительное умение помыть зеркало так, что не осталось разводов, и не забывал протереть кафель после душа. Даже совместного.
Только вот кое-что он все же то ли забывал, то ли пропускал, то ли умышленно игнорировал.
Унитаз.
Нет, списать это на игнорирование Уилл не мог. На стульчаке никогда не было пыли, ободок тоже, кажется, регулярно протирался, но под ободком через полторы недели уже виднелся желтый налет, а затем и по следу спуска воды.
Нужно было поговорить об этом с Майком, но нежелание быть таким парнем пересилило, и Уилл, вооружившись салфетками и чистящим средством (которое оказалось даже не вскрытым), вымыл все сам.
Только вскоре все повторилось вновь.
Нет, Уилл не возражал делать это, но они же договорились! У Майка внезапно обнаружился талант к готовке, он не стирал цветную одежду с белой (кроме того раза в общежитии несколько лет назад, но это не считалось, потому что они еще не жили вместе) и в целом хорошо справлялся с бытовыми делами, но почему он не мог просто сказать, что мыть унитаз брезгует?
Второй раз Уилл мыл туалет, уже ругаясь про себя — на себя, а не на Майка. Хотя, на самом деле, на Майка тоже, потому что подходил к концу второй месяц совместной жизни, а он даже не потрудился завести разговор о своих трудностях!
Наоборот, он весь светился, часто лез целоваться, распускал руки (Уиллу на радость), позволял помыкать собой и не отказывался мыть посуду, даже после того, как готовил ужин.
Майк был просто идеальным. Ни рассказы Эл о его пренебрежении, ни опасения самого Уилла не сбылись, и он жил словно на облаке собственных мечтаний… пока взгляд не упирался в грязный унитаз.
На третий раз Уилл мыть ничего сам не стал — решил посмотреть, дойдет ли до Майка, что ничего в их доме не чистится по волшебству, и, о чудо, в один прекрасный день обнаружил в пакетах с покупками туалетный блок с четырьмя шариками — двумя белыми и двумя синими. Они благотворно сказались на запахе, но для чистоты их было недостаточно.
Быть таким парнем Уилл не хотел все равно. Помимо истины о том, что быт убивает любовь, он наблюдал еще и за тем, как Макс цеплялась к Лукасу из-за скрипящих дверных петель и капающего крана. Лукас сносил все стойко, отвечал шутливо, но уже не подрывался все исправлять по первому требованию.
Только Майк — не Лукас.
С последней их ссоры прошло уже несколько лет, и Уилл так сильно не любил конфликты, что надеялся никогда больше не вступать с Майком в конфронтацию. С Эл ведь они тоже никогда сначала не ссорились, а потом она раз высказала свое недовольство, и это стало началом конца.
Нельзя, чтобы дошло до такого, но пресловутый налет, слой которого изо дня в день становился все гуще и заметнее, продолжал нервировать.
Уилл снова помыл все сам. Не смывать же в унитаз все их отношения!
Собственная неспособность взять себя в руки и поговорить уже наконец о чертовом туалете обернулась непроходящей раздражительностью, но Майк на удивление стойко справлялся с участившимися закатываниями глаз, нарочитым цоканием и отказами пообжиматься перед телевизором. Только чистоте туалета это никак не помогало.
В следующий раз, когда Уилл обнаружил себя снова около унитаза с явным намерением вымыть его, его терпению пришел конец. Провались оно все пропадом, если он прямо сейчас не выскажет Майку все, что передумал за эти месяцы!
— Майк! — позвал он, выходя из ванной и стягивая одну желтую резиновую перчатку, которую успел надеть до того, как передумал.
— Да? — лохматая голова тут же появилась в кухонном дверном проеме.
На Майке был фартук с эмблемой супермена, а в руке он держал венчик, но это ничуть не смилостивило Уилла.
— Я молчал и терпел, не хотел тебя пилить и донимать, но я так больше не могу!
— О чем ты?
Лицо Майка тут же преобразилось, он выглядел растерянным и поджал губы, как делал всегда, если на него нападали. Будь Уилл чуть менее заведенным и накрученным, он бы тут же переключился на более мягкий тон, но предохранители уже сорвало.
— Унитаз! Чертов унитаз, который ты никогда не моешь!
— Его нужно мыть? Он же чистый.
— Чистый? Чистый?! Пошли!
От хватки на запястье Майк даже поморщился, а венчик с тихим звуком стукнулся о миску. Уилл даже нарочито топал, словно его тона было недостаточно для демонстрации грозности. Ему хотелось ткнуть Майка носом почти буквально, как нашкодившего котенка, потому что сколько можно это терпеть!
— О, и правда, — выдохнул Майк, когда Уилл подвел его к унитазу. — Но раньше такого никогда не было. Что-то сломалось в канализации?
— Раньше такого не было, потому что я его мыл! Я! Хотя ванная — это твоя территория! И если ты не хотел, брезговал или не знал, как, то почему, черт возьми, ты не подошел ко мне и не сказал об этом, а? Мы же договорились все обсуждать!
— Я… я, — Майк замялся, все еще рассматривая грязный унитаз и синий след подтека из туалетного блока, который делал налет со своей стороны на пару тонов бледнее, — я не знал, что его нужно мыть.
Уилл аж опешил, отступил на один шаг (большего помещение не позволяло) и невольно присел на краешек ванны.
— То есть как не знал? — переспросил он.
— Ну мы же типа смываем, — потупившись сказал Майк. — Чтобы убивать микробов, я купил вот эти шарики.
— Ты же моешь раковину и ванну, хотя мы тоже постоянно льем там воду.
— Я как-то не подумал.
Он выглядел таким виноватым и, кажется, правда расстроился из-за своей оплошности. Но как можно было не знать таких элементарный вещей? Правда от нелепости ситуации раздражение как рукой сняло.
— Ты такая белоручка, Майк, — засмеялся Уилл, протягивая руку, чтобы еще сильнее растрепать снова сильно отросшие волосы у Майка на макушке. — Конечно, откуда тебе это знать, если у вас дома все это всегда делала Карен.
— Эй, я не виноват, что вырос в типичной патриархальной семье.
— Да я и не виню тебя… теперь.
— Хочешь сказать, ты все это время злился на меня и думал, что я просто отлыниваю?
— Ну… да.
— А что случилось с твоим «Мы же договорились все обсуждать»? Ты же явно не только сегодня заметил, что я его не мою!
Уилл одернул руку и отвернулся, насупившись. Да, он прекрасно понимал — проговариваривание того, что у него на душе — не самая сильная его сторона. Знал ведь, что нужно это делать, даже хотел, но, как показали эти месяцы, отважиться не смог.
— Я не хотел быть таким парнем.
— Каким это — таким?
— Который пилит и закатывает истерики из-за бытовухи, — пояснил Уилл, совсем тушуясь.
— Но ты же понимаешь, что именно это в итоге и сделал сейчас? — разулыбался Майк. — Вместо того, чтобы сказать во время уборки что-то вроде: «эй, мой расчудесный любимый самый лучший парень, кажется, ты забыл помыть толчок!»
— Только ты мог предположить, что я назову унитаз толчком, — закатил глаза Уилл, впрочем, сразу же возвращая улыбку.
— Пожалуйста, в следующий раз говори все сразу. Не доводи себя до такого, — попросил Майк и потянулся к его губам.
— Э-э-э, говорю сразу! Я не хочу целоваться около грязного туалета!
Это не остановило Майка, он все равно трижды звонко чмокнул его в губы, прежде чем направиться к выходу. Чувствуя себя полным идиотом, Уилл поднялся с бортика ванны тоже. Надо же, все решилось так просто. Простое недоразумение, а он столько месяцев капал себе на мозги, раздражался и злился. Еще и подумал, что Майк от малейшей придирки его бросит!
Он там, кажется, как раз что-то пек на обед, снова ударяясь в кулинарные эксперименты, на удивление, чаще успешные.
А кто в итоге будет мыть унитаз, они определят во время вечернего турнира в Mortal Kombat — пора же, наконец, решать проблемы, как взрослые.
