Новая встреча

Жизнь налаживалась. Клейн начал учебный год, работая ассистентом у Мистера Азика. В основном его задачи заключались в мелочах: подготовить книгу к одной лекции, закончить презентацию ко второй, проверить материалы к третьей. Весь ворох дел забирал все его внимание и время, так что подумать о сердечных проблемах не получалось. Совесть иногда давала о себе знать, когда он видел чужую рубашку, что он еще не отдал после первой ночи. Баклунд достаточно большой, чтобы двое человек могли и не увидеться больше, что тоже оттягивало время. В университете Клейн не видел Леонарда, считал, что тот возможно уехал со своим дедушкой. Они семья аристократов, скорее всего, у него нет времени, чтобы тратить его учась, когда можно с легкостью нанять кого-нибудь на дом. В любом случае, теперь это не его дело. Работая уже пару недель, Клейн осознал как сложно без связей вписаться в новый коллектив. Он не единственный здесь ассистент, однако остальные были из зажиточных семей и уже знакомы друг с другом. Только одна девушка была в похожей на его ситуации, прошедшая на место из-за своих знаний, но она сразу связалась с одной компанией. Клейн был не слеп, чтобы понять как она добилась благосклонности одного ассистента мужчины. Как он знал, ситуация ее семьи была еще хуже, чем в его. Причины ему были понятны. И опять он посчитал, что это все не касалось его. Вот только он просчитался. Их кабинет для ассистентов разделялся на участки для каждого. И неудивительно, но ему достался самый маленький, возле входа. Об его стул всегда стукалась дверь и, возможно, некоторые из его коллег были мелочны, чтобы делать это специально. Большинство общих работ ассистентов приходилось делать ему, и относить их в канцелярию, так как некоторые могли присваивать все заслуги себе. Он не хотел поднимать этот вопрос с Мистером Азиком, считая, что это может даже больше усугубить ситуацию. В любом случае, их всех не уволят, и сам он не планировал уходить. Месяц пролетел незаметно. От высшей администрации ассистенты получили письмо. Руководство будет устраивать званый бал, чтобы сплотить коллектив. Клейн был в хорошем настроении от этого. Он слышал о месте, куда их позвали. Это клуб очень дорогой, и какие же там будут деликатесы. Он был в предвкушении перед ужином.

***

Утром было пару лекций. Клейн наблюдал, как Мистер Азик объяснял ученикам прогресс Интисской Республики. Он видел, как многие студенты послушно делали записи, мало кто отвлекался. Мысли его текли в прошлое, как он также сидел на занятиях профессора, получал новые знания. Пластинка плавно переместилась на кадры из школы. Ему нравилось преподавать детям, хоть те были более шебутными. На ум некстати пришел и Леонард. Клейн не сомневался, что тот умный ученик, просто не всегда хотел напрягаться и думать. Он не часто задумывался, но он никогда не слышал, чтобы тот упоминал о своем происхождении. Зороаст не последняя аристократическая семья в королевстве, разве не должно было быть больше беспокойства о будущем наследника? Хотя должно ли его это касаться. В коридоре был слышен звонок, лекция закончилась. Мистер Азик спешил на следующую встречу и с благодарным взглядом оставил Клейна закончить. Студенты, уходя из аудитории, сдавали листы с домашней работой. Их предстояло проверить к следующему занятию. Дальше Клейн со стопками документов, отправился к своему столу. На пути он взглянул на улицу. Темные облака и смог создавали впечатление, что время приближалось к вечеру, когда нет даже обеда. Многие ходили с зонтиками и он надеялся, что их приготовления излишни. Сам он был без него. В преддверии вечернего ужина Клейн не мог не смотреть на часы, пока проверял тексты. Время шло слишком быстро, а работа все не уменьшалась. Ему пришлось оставить кипу бумаг, предусмотрительно все разложив по полкам в его столе. Он ушел чуть пораньше под внимательными взглядами остальных ассистентов. Ему нужно было время, чтобы собраться для ужина. Он не должен упасть в грязь перед другими профессорами. И он надеялся, что сможет снова поговорить с Мистером Лэслином и Мистером Вишвудом, если они еще помнили его. К сожалению, пока он ждал дилижанс, погода коварно придержала для него ливень. Прохожие поспешно стали прятаться под зонтики или искать ближайшего укрытия. Клейну приходилось жаться под выступом крыши, недалеко от остановки, чтобы не пропустить дилижанс. Крыша плохо защищала его от косого дождя, уносимого ветром. Костюм становился темным с каждой каплей воды. Туфли уже давно залиты, Клейн чувствовал как неприятно хлюпает обувь и мокрые носки. Рубашка и брюки тоже противно липли к телу, а пиджак все утяжелялся. Клейн не хотел быть пессимистом, — в жизни он всегда рационально все обдумывал, взвешивая плюсы и минусы, — но уже после тридцати минут ожидания дилижанса надежда на его приезд стремительно умирала. Ливень медленно утихал, оставив после себя слабый дождик. Времени больше ждать нет, Клейн на своих двоих отправился домой. Его одежда окончательно промокла. Путь был неблизким, Клейн редко устраивает такие марш броски, так что под конец он сильно устал. Спустя почти час он открыл дверь в свой дом. Каждый его шаг оставлял мокрый след, тянущийся до самой ванны. Скинув всю одежду в корзину, Клейн набрал горячую воду и вскоре залез туда сам. Наконец, его замерзшее тело немного расслабилось, дискомфорт ушел и он нежился в ванне. Пары заполняли комнату, запотевшее зеркало не отражало тумана, что скрывало его хозяина. Когда отдыхаешь, время предательски быстро мчится вперед. Поэтому когда Клейн вышел посвежевшим после ванны, часы показывали после семи вечера. Ужин начинался в девять, так что Клейну стоило поторопиться. Впопыхах он высушивал волосы и аккуратно их укладывал. Костюм-тройка, подготовленный с прошлого вечера, для мероприятия уже висел на дверце шкафа. Клейн бросил полотенце на стул, его волосы все еще слегка мокрые. Она надеялся, что они окончательно высохнут на улице. Скинул халат и взялся за одежду. Рубашка застегивалась на все пуговицы и закреплялась подтяжками на бедрах. Брюки темно-коричневые со стрелками шли следом. Затем жилет светлого тона, а пиджак был такого же цвета, что и низ. Платок в карман и трость в руки, облаченные в темные перчатки. На выходе он взял полу-цилиндр и сверху накинул пальто. Вечера в Баклунде становились холоднее с приближением зимы. Вот уже стрелки часов дотикали до восьми. Проверив все и свой вид, Клейн закрыл дом и отправился искать карету. Ехать на частной было дорого, но дорога была долгой, так что пришлось ему раскошелиться. С болью в сердце он отсчитывал четыре соли и пять пенсов и передал кучеру. Сидя в карете, он рассматривал посеревший вид столицы. Живя, хоть и не в восточном районе, но близко к нему, о красивых пейзажах мечтать не приходилось. Клуб Мейлроуз находился в западном районе, близ северного. От того это было дорогое место, куда захаживали даже аристократы. Клейну было интересно, как университет мог устроить ужин в таком заведении, но его мысли больше плыли в сторону деликатесов. В последний раз он поел дорогой еды, когда его пригласили ректор и декан. Там были и закуски из морепродуктов с моря Соня, и супы из отборного мяса Фейнапоттера, и пикантные блюда с Южного континента, и мягкие десерты из Интиса. Клейн был уверен, что у Клуба Мейлроуз уровень будет не хуже. За десять минут до начала Клейн вышел из кареты. Слухи о Клубе не врали: он видел, как внутрь заходили дамы и господа в дорогих одеждах и украшениях. Зайдя внутрь, интерьер тоже поражал его разум. Все блестело и сверкало. Ему было интересно, все ли здесь позолочено, или только имитация. В большом холле находилась группа незнакомых людей, которые подходили к красивой девушке за стойкой. Она вежливо им улыбалась, дала несколько буклетов и показала в коридор за ней, куда они и пошли. Клейн, не зная что делать, пришлось повторить их действия. Он неловко подошел к стойке, где девушка ему уже улыбалась. — Простите, — она кивнула ему, побуждая сказать по какому он тут делу. — Здесь будет званый ужин от Баклундского университета? Я приглашен на него. — Конечно, можете показать свой значок членства? — Значок? — Клейн пытался не показать волнения на лице, но в сердце он знал в чем подвох. — У меня есть только письмо от руководства… — О, пришел? Клейн повернулся налево к боковому коридору, откуда слышал слова. Там стоял Лант, один из ассистентов под руководством ректора. Про таких точно говорят, что родились с золотой ложкой: у него был статус, деньги и даже неплохая внешность. Под руку с ним шла Мари в скромной платье и парой украшений. Она неловко отводила взгляд, не пытаясь даже скрыть свою вину. — Это все-таки Клуб Мейлроуз, — Лант продолжил говорить с вежливой улыбкой на губах, но в глазах он уже давно насмехался над собеседником. — Здесь кому попало не дадут войти. Верно говорю, Мисс? Девушка за стойкой кивнула и теперь смотрела на Клейна с нахмуренными бровями. — Мистер, — она обратилась к нему. — Если у вас нет значка, то вы не можете войти в Клуб. — Она сделала паузу, окинув его еще одним быстрым взглядом. — Или вы можете его приобрести. На обычное членство взнос сто двадцать фунтов или пятьдесят фунтов с рекомендацией двух участников. Клейн даже не хотел спрашивать, понимая, что любая сумма вызовет у него зубную боль. И ему все равно сказали, будто захотели еще больше посмеяться над ним. В глазах Ланта, кстати говоря, так все и было. Клейну даже было непонятно, почему на него так сильно взъелись. Понимая, что пришел сюда только зря, он хотел отсюда уйти побыстрее. Вот только полоса неудач для него еще не закончилась. Он направлялся к двери, чтобы не доставлять большего удовольствия наблюдающему за его потугами Ланту. Тот под конец опомнился. — Подожди, Моретти. Если хочешь, за услугу я готов тебе помочь. У Клейна от такого бесстыдства чуть вены от злости не лопнули. Перед дверью он кинул на него взгляд полный отвращения. — Не нужно мне-… Он не успел договорить, когда на пороге с чем-то столкнулся. «Неужели я так глупо в дверь врезался?» — промелькнула мысль. Клейн не удержался, готовый упасть на задницу, но его успели поймать за талию и прижать к чужому телу. В ту же секунду он слышал звук бьющегося стекла и крики сзади. Голова не соображала, эмоции были вперемешку, ему хотелось накричать на невнимательного посетителя. Но он быстро сам себя отдернул, понимая, что, скорее всего, здесь будут только влиятельные и богатые люди. В следующий миг он заметил, как под ним растекается красная лужа с осколками, что, как он понял, раньше было бутылкой с вином. Обвинят ли его в порче и ему придется выплатить за этот чертов напиток? Он также видел следы на своих и чужих брюках и туфлях. Даже не беря счет за вино, смог бы он оплатить хотя бы чистку одежды? Клейн чувствовал себя брошенным всем миром, когда неудачи дня стали искрой, что подожгли обиды и ярость всего прошлого месяца. Он слышал, будто через толщу воды, как кричали вперемешку сзади, возможно Лант и та девушка-сотрудница. Он слышал ропот шагов, возможно ассистенты и руководство университета или другие члены Клуба. Хотелось вернуться домой, завернуться в одеяло и уснуть. — Молодой Господин, прошу прощения за это. Не гневайтесь на Клуб, этот человек вам все выплатит… — Моретти, ты не думаешь, что тебе стоит извиниться, а?! — Лант дернул его за рукав, чтобы тот перестал стоять истуканом и смотреть на пол. — Это вообще-то гость, приглашенный университетом, Мистер Зороаст!.. — Что?.. — Клейн очнулся, когда упомянули знакомую фамилию. Он повернул голову очень быстро, казалось он мог так вывихнуть себе шею, чтобы встретиться со знакомыми зелеными глазами. Его все еще держали за талию, и их тела были слишком близко. — Лант, что случилось? — в холле появились некоторые ассистенты и Мистер Лэслин. Он сразу же подбежал к ним, пытаясь разобраться в ситуации и заметил гостя на пороге. — Мистер Зороаст! А мы вас заждались… О? Мистер… Моретти? — Прошу прощения. Проигнорировав всех, Мистер Зороаст, взяв за руку Клейна, вышел из толпы и отправился по коридору вперед.

***

Леонард не горел желанием идти на очередное мероприятие, особенно, когда это нужно делать вместо Старика. Десятки организаций, куда их семья вложилась, каждый раз приглашают на званые ужины и балы, чтобы только больше получить денег или связей. Его это не волновало совершенно. Он был сиротой, пока в лет двенадцать его не забрал Старик, сказав, что он теперь Зороаст. Что за нелепица, тогда он подумал. Он не отказался от положения, особенно когда увидел портрет женщины в главном зале как две капли похожая на него. Или он на нее, если учесть, что она была его бабушкой. Единственно, он поставил одно условие, что закончит школу при Церкви. Причина была проста Клейн Моретти. Его Учитель. Он никогда не возвышал и не принижал никого из учеников, включая его, и всегда верил в каждого. Что каждый особенный, независимо от статуса и силы. Леонард не знал, когда влюбился в собственного учителя. Это так естественно перетекло из восхищения и симпатии во влюбленность, а затем любовь. Когда он узнал, что Клейн будет работать в университете, он был более чем согласен продолжать учиться, даже если это ему не нравилось, только бы продолжать поддерживать связь. Инциденты с выпивкой показали Леонарду другую сторону Учителя, но это только больше влюбляло. Он уже пережил все, но мужества, чтобы признаться, не находилось. Слова каждый раз застревали, неуверенность грызла его душу. В конце концов, Старик сказал ему учиться дома. «Парень, твоя влюбленность пройдет, стоит пустить время в ход, — сказал Паллез на пятый день его бойкота. — Лучше займись делом семьи». Леонард тогда устроил еще пару дней забастовок. Он учился, ведь не хотел показаться глупым перед Клейном в следующую встречу. Он не думал, что эта встреча произойдет так скоро, спустя месяц. И совсем не ожидал увидеть его в такой ситуации. Он был внимательным к нему, чтобы заметить гнев, за которым скрывалась обида и усталость. Клейн, которого он знал, слишком трудно вывести из себя, а сейчас… Проигнорировав всех, он схватил Клена за руку и повел в приватные комнаты. Он должен позаботиться о нем в трудный период. Подойдя к одной из открытых комнат, в которой было темно, они вошли. Леонард предусмотрительно закрыл дверь и повел их к дивану. Он был мягким, словно сидишь на пухе. Вот только Клейн сидел ровно, не пытаясь даже расслабиться. И Леонард был более чем уверен, что расспросы только ухудшили бы настроение. Чужая рука все еще была у него, он выводил по ней круги, старался согреть их и бросал короткие взгляды на другого. — Я обниму вас, — нарушил тишину Леонард, следя за реакцией Клейна, — если не скажете нет. Вновь молчание. Такое условие не заставляло Клейна соглашаться, не делало его инициатором, даже если ему нужна поддержка. Леонард медленно провел от руки, по предплечью, дошел до спины и притянул к себе. Клейн выдохнул, когда уткнулся в его правое плечо, рука потянулась к другому, зацепилась за шею и кончиками пальцев теребила волосы. В комнате было тихо, снаружи, за дверью, слышались иногда шаги, а совсем вдалеке был шум разговоров, смеха и музыки. Балкон с открытыми стеклянными дверям пропускал тусклый свет красной луны, шелест кроны деревьев и стрекот кузнечиков. Прервал эту идиллию резкий стук в дверь. Леонард почувствовал, как тело в его объятиях дернулось, но прежде чем оно отодвинулось, он погладил по спине и произнес шепотом на ухо: — Дверь закрыта, — Клейн перестал шевелиться от его слов, — и они не могут войти без прямого разрешения хозяина комнаты. В коридоре опять был ропот и голоса, но они скоро ушли, вновь вернув паре их тишину.

***

Когда волна эмоций прошла, в душе Клейна настал штиль. Все проблемы, что поджидали его на выходе из комнаты, он смел в дальний уголок сознания. Университет, ассистенты, ректор, Клуб, ужин… Все между собой перемешалось. Как клубок ядовитых змей, они шипели на него, а он был сторонним наблюдателем в террариуме. Один за другим он сметал плохие мысли из головы, пытаясь полностью опустошить разум. Его мысли плавно вернулись к нынешнему моменту. Приятное тепло объятий обволакивало его, расслабляло тело и разум. Голова лежала на плече и он чувствовал запах обычного моющего средства, цитруса и какого-то цветка. Рука игралась с локонами чуть длинных волос. Они были мягкими и чуть влажными, скорее всего, из-за легкого дождя на улице. Клейну не хотелось думать какое о нем впечатление сложил Леонард. Он чувствовал себя подонком, который только и делал, что игрался с другими, не давая четкого ответа. Даже если между ними были только две ночи, как взрослый, как его бывший учитель, он должен был поговорить с ним и отказать, если потребовалось бы. Будущее его ученика не должно омрачаться такими отношениями. Казалось, они сидели так вечность, пока Клейн не похлопал по плечу и его выпустили из объятий. Он взглянул в лицо и увидел внимательные зеленые глаза. Они осмотрели все его лицо и заразительно улыбнулись. «Как можно быть таким красивым», — Клейн надеялся, что он не покраснел, пока любовался другим. Он все еще верил, что натурал, даже если провел ночь с мужчиной. Очень красивым и милым мужчиной. — Учитель? — Леонард хлопал перед ним глазками, пытался вникнуть все ли хорошо. Лицо Клейна было румяное, взгляд падал часто на него, но встретившись с ним, они убегали. Сердце наполнилось пушистым чувством, ему очень хотелось его поцеловать, обнять и никогда не отпускать. — Все хорошо, Учитель? Клейн неуверенно поднял глаза и начал собираться с мыслями. Он не мог ударить в грязь лицом. — Все хорошо, спасибо за беспокойство, — он встал и потянулся, на глаза попали часы, показывающие уже почти десять вечера. — Я лучше пойду, а то поздно. — А как же ужин с университетом? — поинтересовался Леонард, решая пока не углубляться в чужие проблемы. Он бы хотел быть достаточно надежным для Клейна, чтобы тот смог рассказать ему и положиться на него, но пока он довольствовался этим. — Это… — секундная пауза, Клейн пытался казаться беспечным. — Это ничего. У меня еще много дел, я не могу задерживаться на слишком много. — Тогда я провожу вас, Учитель, — Леонард тоже встал с дивана и направился к выходу. — Что-… Нет, не надо! — Клейн поджал губы и попытался убедить другого остаться. — Разве ты не должен присутствовать на встрече? Ты и так потратил слишком много времени со мной. Тебе нужно общаться лучше с остальными. С каждым новым словом Клейн видел как сокрушалось лицо парня. Как побитый пес, он приблизился к нему и взял за рукав пиджака. — Учитель… Только не начинайте и вы читать лекции, как Старик… — Леонард ныл, вспоминая как Паллез говорил почти тоже самое, но был менее вежлив с ним. — Мне так не хочется… Почему-то Клейн находил в этом что-то милое и не сдержал тихого смешка. Вытащив из чужих рук свою, он похлопал по спине, заставляя встать прямее. — Ну-ну, выпрямись, — он стал поправлять воротник рубашки, что сам испортил. Это было почти на его уровне глаз. Леонард был слишком высоким, что было редкостью для Лоэна, но тот часто сутулился и он переставал казаться высоким в тот же момент. Клейна со средним ростом и телосложением это не радовало, особенно когда для своих учеников он желал только самого лучшего. — Твой Дедушка мудрый человек, тебе стоит прислушаться к его словам. Он ведь желает тебе только лучшего. И разве ты не подведешь его, если так просто уйдешь? Нарушишь обещание и предашь доверие, а его очень трудно получить обратно. Клейн поднял голову, чтобы посмотреть на Леонарда, и не сдержал улыбки. Лицо его ученика всегда было таким восторженным и впечатленным, будто он достал солнце и луну ему, а не просто дал пару наставлений. Это переносило его на несколько лет назад, когда он также поправлял одежду маленького мальчика, что также смотрел на него, не скрывая восхищения. Тогда он сам был совсем молодым, подрабатывающим учителем в школе при Церкви, с мечтами, надеждами и планами на будущее. Однако жизнь любила переворачивать все с ног на голову, а желания разбивались об реальность. Поправив под конец платок в кармане пиджака и лацканы, Клейн опустил руки. — Хорошо, я пойду… — Леонард тяжело вздыхал, как будто его отправляют на каторгу, а не просто поужинать и поговорить с людьми. Они вышли из комнаты, свет ударил им по глазам и пару секунд они привыкали к яркому окружению. В коридоре никого не было и они, не спеша, шли к главному холлу, откуда потом можно войти в зал на другой стороне. Пока они шли, Клейн ощущал как рядом с ним мялись и украдкой поглядывали. Удивительно все-таки видеть, когда Леонард смущался что-то сказать. Обычно он был очень прямым. — А вы точно не можете остаться, — слабый вопрос наконец прозвучал, что тревожил сердце парня. — Просто, ну… — Я… Клейн мог бы и усмехнуться и согласиться, если бы не проблемы. Ему было слишком неловко об этом рассказывать. Хотя что в нем не видел другой, но все еще… Как раз они повернули еще раз и в конце была видна стойка и холл. Также Клейн увидел ту же самую девушку-сотрудницу, которая заметила их и скрылась за одной дверью. Ему стало спокойнее без нее, без наблюдающих. Ему бы не хотелось повторять, а тем более продолжать, прошлый разговор. — Молодой Господин Зороаст! К сожалению, их прервали. К ним теперь подходил мужчина, а за ним плелась сотрудница с опущенной головой. Клейн с сочувствием смотрел на девушку, за смену которой произошло столько казусов. Скорее всего, ее не раз отругали, а может даже вычли что-то из зарплаты. — Прошу прощения за то, что не смог вас встретить. Не беспокойтесь, эта слуга получит-… — Не стоит, она не виновата, — Леонард не заинтересовано посмотрел на них. Ему совершенно не нравилось разговаривать с подхалимами вроде директора Клуба Мейлроуз. — О… — мужчина замер, его улыбка стала неловкой. — Вы, как всегда, великодушны, Молодой Господин. — Сзади послышались еще шаги и появились Мистер Лэслин и Лант. — Кстати, вас все также ожидают на ужине эти господа. — Мистер Зороаст, Мистер Моретти, — Мистер Лэслин облегченно вздохнул. — Пройдемте в зал, все заждались вас. Клейн надеялся, что про него забыли. Ему хотелось уехать домой и не переживать из-за ужина. Его прервали, когда он хотел ответить ранее, но теперь отказаться не получилось бы. Но он почувствовал, как его взяли за запястье и обернулся на Леонарда. — Мистер Моретти плохо себя чувствовал ранее, — он перевел взгляд на Мистера Лэслина, — поэтому ему стоит отдохнуть. Только лицо Ланта вытянулось, пока двое мужчин понятливо кивнули. — Конечно, Мистер Моретти, стоит следить за здоровьем. — Я вызову кучера, чтобы он отвез Мистера Моретти домой. — Все хорошо, — Клейн остановил их, взглянул на Леонарда и обратился к Мистеру Лэслину. — Я отдохнул в комнате. — Не стоит напрягаться, здоровье превыше всего. — Я останусь, — Клейн заверил и Лэслину ничего не оставалось, как поверить на слово. Всей компанией — директор Клуба сопровождал тоже, — они отправились к залу. Там стояли столы, за которыми уже сидели ассистенты и профессора. Стоял гомон, который не перекрывала даже музыка. Они подошли к дальнему столу, где были Вишвуд и двое незнакомых профессоров. Велся разговор об исследованиях руин с Четвертой эпохи. Кто будет вести, кто участвовать. Они прервались, чтобы поприветствовать группу. Леонард пододвинул стул для Клейна и сам сел рядом. Лэслин сел напротив, а между были остальные. Ланту он незаметно помахали рукой, и тот поплелся за соседний стол, кидая злобные взгляды на Клейна. «Теперь понятно почему он на меня так взъелся», — проскочило в его мыслях осознание. Разговор продолжился, принесли новые блюда и вино полилось в бокалы. В основном болтали профессора, а Лэслин и Вишвуд их поддерживали. Леонард отвечал только когда к нему напрямую обращались, и пропускал мимо ушей завуалированные вопросы о финансировании. Клейн вел себя тихо и не привлекал внимания. По крайней мере, старался, учитывая как часто Леонард его обслуживал. Ему иногда становилось неловко от взглядов остальных, когда сын Герцогской семьи подавал нужный салат с другой стороны стола. И не то, чтобы ему хотелось съесть — он просто всегда кивал на любое его предложение попробовать блюдо или закуску. Когда часы прогремели в полночь, Клейн с облегчением вздохнул. Наконец, этот ужин должен подходить к логическому концу. Как раз начали подавать кареты и количество профессоров медленно уменьшалось. Большая часть ассистентов уже давно ушла, решив, что сегодня для них не будет возможности познакомиться с кем-нибудь из руководства. — Учитель, — Леонард его окликнул в холле, когда Клейн выходил из Клуба. Он обернулся и вопросительно взглянул на него. — Подождите, я вызову кучера для вас. Сейчас уже очень темно. Если не усталость, сонливость и еще много чего другого, Клейн, скорее всего, отказался бы. Но сейчас он просто кивнул и ждал на выходе. Взгляд в последний раз проходился по убранству холла. Даже в такое позднее время здесь все сверкало и светилось. Он не мог представить сколько за это предстояло бы заплатить, но это точно не его должно заботить. Карету вскоре подали, и Клейн слишком вымотался, чтобы заметить ее качество. И только когда внутрь ввалился Леонард, до него дошло чей это экипаж, но ему ничего не сказали. Они тронулись. Был слышен мерный цокот копыт, движение было плавным, их не трясло. Однако Клейн видел, как Леонард клевал носом. Его голова будто опасно вертелась в разные стороны. Казалось, что так скоро он мог и удариться ею обо что-то. Он аккуратно поймал его и уложил его голову себе на плечо. Волосы немного щекотали его щеки, а в нос проник запах алкоголя. Леонарду приходилось пить каждый раз, как ему предлагали тост. Клейн не считал, но им была выпита почти бутылка. — Учитель, — услышав слабый зов, Клейн опустил взгляд. Леонард был с закрытыми глазами, но губы его шевелились. — Вам… понравилось сегодня?.. «Неужели, он лунатик?» — в нем теперь зашевелилось любопытство. Сейчас Леонард будет самым честным, и вопросы роились в голове. — Ага… — он искал чтобы спросить другого, но ничего интересного не приходило в голову. — Ты уже взрослый… Он заметил это в разговорах и как тот держал себя с остальными. Это навевало воспоминания, как подростком тот часто прибегал к нему после уроков. Казалось, он проводил с ним все свое время и внимал каждому его слову, точно Клейн был для него всем миром. Однако время не стояло на месте и теперь у Леонарда своя жизнь, очень блистательная и успешная. Теперь ему и не нужен Учитель. — И почему же ты все продолжаешь идти рядом со мной… Мысли вслух, которые он сразу развеял. Он был рад помочь своим ученикам, но принимать помощь было сложно. Но Леонард его услышал. — Потому что вы мне нравитесь. Ночь была тихой, как и его признание.