Величайший неудачник

      Сасаки Коджиро - величайший неудачник. Рваные вздохи вылетали из пересохших губ, пока сам юноша лежал формой звëздочки на скалистой поверхности земли. В глазах мутнело, не позволяя толком разглядеть ни одно облачко, а исказившая лицо улыбка отказывалась меркнуть под тяжестью боли. Тёмные волосы извалялись в глязи и были пропитаны пылью и сыростью, на лице сверкали ссадины, а на теле синяки. Юноша неторопливо закрыл глаза.       Сасаки Коджиро опять проиграл. В ушах звенело, будто кто-то ударил половником по кастрюле. Однако даже свист и звон в ушах не мешали расслышать тихую мелодию океана. Ветер обдувал молодое лицо, чайки кричали что-то вдалеке, волны ударялись о скалы. Все стихло слишком быстро. Подозрительно молниеносно. Волны замолкли, будто по щелчку пальцев, ветер словно за секунду успокоился, не оставляя ни намёка на свое присутствие и напряжение тяжёлым камнем упало на обнаженную грудь, заставляя страх заполнить молодое сердце. Нос неприятно защипало от непрошенной близости. Глаза Сасаки распахнулись, и громкий вздох сорвался с пересохших губ, когда острое лезвие оружия оказалося в паре дюймах от карих зрачков. Кровь отлила от лица Коджиро, и тот резко крутанулся, уворачиваясь от заточенного острия. Шумно дыша, Сасаки плотно сжал губы, рассматривая нападавшего. Несмотря на лицо, форму тела и в целом внешний вид, было в незнакомце что-то странное. Что-то божественное. Голубые зрачки впились в скалистую поверхность земли, где тризубец оставил свой след в виде трещин. Лицо нападавшего было до ужаса спокойным, будто он не пытался только что убить юношу. - Я ожидал более тёплого приветствия. - Усмехнулся Коджиро, проходясь взглядом по необычной одежде. Сасаки вскочил, с трудом уворачиваясь от нового удара. - Что ж, для меня честь принять твой вызов! Незнакомец упрямо молчал, глядя в землю. - Я здесь. - Сообщил Сасаки, будто нападавший этого не знал. - Можешь смотреть прямо на меня. Незнакомец раздражённо цокнул, нанося новый удар, от которого Сасаки вновь уклонился. И хоть Коджиро с трудом уворачивался от острого лезвия, что находилось в непозволительной близости к коже юноши, темноволосый отметил, как небрежно и беззаботно ведёт себя его новый противник. Будто играя. Однако голубые глаза были покрыты пеленой равнодушия, за которым хранилось едва заметное раздражение. Он не играл. Скорее... Предупреждал..? - Похоже для разговора настроения у тебя нет. - Мрачно ухмыльнулся Коджиро, схватив свою лежавшую на земле катану. Юноша заблокировал удар тризубца, однако оружие Сасаки тут же треснуло и сломалось. Темноволосый опешил. Юноша тут же выбросил остатки катаны, делая шаг назад, конечно, не смотря под ноги, в результате чего Коджиро споткнулся о немаленький камень и упал на землю. Сасаки поднял руки в примирительном жесте, пока его губы растянулись в невинной улыбке. - Сдаюсь! - Весело объявил Коджиро, когда тризубец уже летел в его сторону. Оружие незнакомца остановилось в паре сантиметрах от груди Сасаки. - И ты называешь себя мечником? Жалкий человек. - Раздался ровный голос нападавшего, пропитанный нескрываемым презрением. - Ого, неужели говоришь? Может ещё в глазки посмотришь? - Усмехнулся Сасаки, и лицо незнакомца едва заметно сморщилось. Нападавший убрал трезубец подальше от Коджиро, словно не желая пачкать смог оружие кровью позорного "мечника", и братил свой нечитаемый взгляд к краснеющему горизонту. Сасаки внимательно осмотрел мускулистое тело и молодое лицо, прежде чем его глаза расширились, а рот приоткрылся в немом вопросе. Темноволосый дрогнул, когда незнакомец сделал шаг к нему. - Неужели... Тебя совсем не победить... - Тихим идрожащим голосом, скорее себе, нежели собеседнику, произнёс Коджиро. Довольно быстро незнакомец возрос тёмной тенью над, кажется только что понявшем что к чему, Сасаки. Нападавший упёрся сапогом об плечо темноволосого, пригвоздив того к земле. Светловолосый наклонился ниже, наконец заглядывая Коджиро в глаза и растягивая губы в едва заметной, но явно самодовольной и такой же презрительной ухмылке. Сасаки поморщился от резкой боли в спине, куда впились камни, все так же удивлённо глядя в голубые глаза. Казалось ещё чуть-чуть, и незнакомец плюхнется на юношу. В нос ударил морской запах солёных вод, однако это скорее привлекало, нежели заставляло желать больше личного пространства. Дыхание незнакомца обдувало молодое лицо Коджиро, отчего тот застыл в ожидании дальнейших действий. - Совсем... - Хрипло произнёс светловолосый, внимательно наблюдая за изменениями в лице Коджиро. - Я Посейдон. Бог совсем не обращал внимания на непозволительно маленькое расстояние между лицами божества и простого человека. Рот Сасаки захлопнулся, глаза округлились, а зрачки забегали по всему телу Посейдона, будто проверяя действительно ли это греческий бог. Светловолосый рывком встал прямо, позволяя Сасаки приподняться на локтях, однако бог переставил ногу с плеча на лоб Коджиро. Посейдон вновь отвел взгляд, принимая скучающий вид. - Больше, чтоб я тебя здесь не видел. - Бог сильнее надавил на черепную коробку, прежде чем быстро убрать ногу, что заставило Сасаки откинуть голову назад. - Даже не думай подходить близко к воде. Коджиро открыл рот, будто собираясь что-то сказать, но ничего кроме тихого стона боли не вырвалось из пересохших губ. Потирая ушибленный и покрасневший лоб, Сасаки с удивлением отметил отсутствие Посейдона, однако впившие в спину камни не позволяли думать о галлюцинациях. Величайший неудачник - Сасаки Коджиро - умер от рук величайшего Бога. В самом деле звучит красиво и по-своему даже героически. Юноша действительно задумался, прикожив указательный палец к подбородку. Сасаки Коджиро подумает, подходить ли ему к океану, чтобы вновь увидеть Посейдона, или уйти на тот свет другим способом.