Так ты думал, Нам Гю?

Нам Гю полностью усталый и измученный очередным рабочим днем возвращался домой ночными улицами. Его чёрное пальто совсем не грело, но парень никогда не носил чего-то теплее, ведь ему хватало много мыслей, которые отвлекали его от чувства холода всякий раз, когда тот находился в одиночку. Это давало возможность выглядеть загадочно и красиво, точнее за счёт пальта. Нам Гю уже как года два работал в клубе за бармена. Раньше он буквально возвышал данную работу и свое увлечение ей, но только со временем понял, что это самое худшее, что только могло случиться с ним в этой жизни. Был бы парень в состоянии уйти прямо сейчас от туда, где тебе каждый день в лицо хамят пьяные мужики, где в любой момент могут выскочить на барную стойку и начать драку, где никто никогда не уважал его работу, думая, что Нам Гю должен вложиться в пять минут на изготовление семи коктейлей, он бы уже давно забыл дорогу к данному месту. Теперь Нам Гю уже в сотый раз пожалел, что покинул родной город и захотел свободной жизни. Ему здесь не нравилось от слова совсем, но лишь одна причина мешала собрать вещи и поехать обратно к родителям: он не хотел показаться слабым, ведь мама давно говорила, что он будет жалеть об этом. Для Нам Гю это было как потеря своей гордости. Поэтому уже как два года он никак не может выпутаться из цепей, в которые сам себя же и посадил. Но все же было в этой работе что-то своё особенное, о чем молчат даже мысли Нам Гю. Танос. Парень, более известен для Нам Гю как пофигист по жизни, а для других популярный репер. Он часто заглядывал в клуб, где каждая смена принадлежала Нам Гю, ведь его студия находилась не так уж и далеко, было удобно. Танос приезжал почти каждый день, а бывало и такое, что Нам Гю приходилось держать клуб открытым до двух, а то и трёх часов ночи, ведь не популярному заведению такие гости были только в радость. Нам Гю частенько приглядывался к фиолетоволосому безумцу со зрачками больше за, казалось, сам глаз, и видел в нем не только наркомана и пьяницу, а ещё до безумия интересного человека. К тому же, Нам Гю никак не мог жаловаться на такого гостя, ведь именно от него зависела высокая зарплата для всего персонала заведения. И, можно сказать, Нам Гю жил на деньги Таноса. Танос никогда не обращал на него большого внимания. Лишь в первые дни, когда несколько дней подряд заходил и делал одинаковые заказы. Тогда он стоял у барной стойки, а если дело доходило до большого заказа, в количестве пяти коктейлей, он садился на высокий стул и наблюдал за процессом создания напитка, будто учился. В первые несколько раз Нам Гю лишь нервничал, пока глаза репера внимательно наблюдали за его руками, будто боялся, что прямо сейчас уронит что-то из рук, а затем мигом вылетит с работы. — У тебя красивые руки. – как-то выронил Танос, сидя на стуле напротив, пока руки Нам Гю умело смешивали сироп с алкоголем в шейкере. — Не думал заняться музыкой? Мне часто отец говорил, что раз длинные пальцы, значит дано быть музыкантом. – это был первый раз когда Нам Гю увидел на его вечно пафосном лице лёгкую ухмылку. — Не думаю, что это для меня. – кратко отвечал Нам Гю, зная, что это все слова, которые он сможет сказать, не запутавшись в своей речи. — Ваш коктейль. – он так же умело отталкивал пальцами стакан с напитком от себя по столу, и он всегда останавливался прямо перед руками клиентов. Профессионально. Затем Танос забрал свой коктейль и ушёл в толпу девочек. Нам Гю никогда не вмешивался в танцы, что делали другие работники заведения. Это было не запрещено, но Нам Гю больше предпочитал оставаться на своем рабочем месте и в тишине наблюдать за танцующими людьми, пытаясь угадать кто следующим подойдёт к нему с просьбой повторить стакан. Чаще всего это оказывался Танос, который с каждым своим приходом все меньше разговаривал с Нам Гю. Ещё Танос никогда не танцевал с девчонками на танцполе, даже если всегда находился окружён их вниманием. Он, прямо как Нам Гю, предпочитал наблюдать, а не брать участие. Теперь же Танос и Нам Гю, можно было сказать, и вовсе не пересекались, хотя репер и дальше присутствует в клубе почти каждый день. Нам Гю видел его лишь из далека, а бывало только через окно, когда тот выходил из чёрной машины и направлялся к входу в заведение. Танос больше не подходил к барной стойке за очередным заказом, и с этого Нам Гю уже как четыре месяца знает, что вкусы Таноса не меняются насчёт напитков. С него требовалось лишь сделать достаточно стаканов любимого коктейля Таноса и выставить их на краю барной стойки. Нам Гю пришел домой и сразу же улёгся на кровати, даже не переодевшись. Он очень устал за это день. Сегодня было клиентов больше чем было всегда, скорее всего клуб начинает набирать некую популярность после того, как некоторые фанаты встречали Таноса в нем. Это было одновременно и хорошей и плохой новостью для Нам Гю, ведь работать прийдеться больше, зато можно было надеяться на повышение. Нам Гю так и уснул в серой комнате, стены которой были завешаны старыми плакатами таких же старых рок-груп, которых Нам Гю никогда даже и не слушал. Он почти и вовсе не интересовался музыкой, лишь имел несколько старых виниловых пластинок в шкафу на самой нижней полке, которые купил ещё как только переехал, пытаясь найти что-то, что могло завлечь его и убить одиночество. Плакаты он купил на свою самую первую зарплату, которую, как ему кажется сейчас, лучше бы пропил. ××××× Ещё только восемь утра, а Нам Гю уже стоял под входной дверью клуба и зевая прокручивал ключ в замочной скважине. Он приходил всегда самым первым, ведь нужно было подготовить все стаканы к новому рабочему дню, поэтому ключи доставались ему, ведь он не особо горел желанием делать это перед танцующими в шумной музыке людьми. День проходил как самый обычный. Нам Гю стоял за своей барной стойкой, протирая поверхность специальными дезинфицирующими салфетками. Вдруг входная дверь открылась и небольшой колокольчик над дверью, который являлся нелепой идеей владельца, зазвинел. Из-за резкого звука Нам Гю дёрнул рукой и нечаянно сбросил с барной стойки один, начисто натёртый стакан. "Ужасный день." – подумал он, и поджал губы. — Хей! Привет, Нам Гю! – послышался громкий голос одного из коллег бармена, который работал заведующим VIP–комнаты, а точнее отвечал за ее чистоту и людей, которые ее посещали. — Как ты, my friend?! – парень подмигнул Нам Гю, во всю улыбаясь. — Тебе не кажется, что это слишком похоже на фразы Таноса? – наконец-то бармен набрался смелости спросить это напрямую, ибо раньше лишь кормил себя тем, что его раздражало, как все начинали копировать репера. — Come on, bro, угомонись, он же рил прикольный. – парнишка подошёл к барной стойке ближе и положил на нее свою руку, а точнее, положил руку на только что протёртую поверхность. — Так, иди куда шел. – тихо сказал Нам Гю, уже будучи полностью раздраженым сегодняшним днём. Коллега без всяких обид отошёл от барной стойки все в том же настроении, даже можно было сказать в подпрыжку. На последнем развороте он сложил из рук два пистолетика и изобразил выстрелы, сопровождая их звуками летящих пуль. Нам Гю лишь безэмоционально глянул в сторону веселого парня и продолжил дальше убирать с пола разбитое стекло. А ведь эти выстрелы тоже были частью клипа репера на его сольную песню. Они уже совсем подурели со своим Таносом. День проходил по обычному, но у Нам Гю все ещё не было настроения через случившееся утром. Казалось, что хуже уже и быть не может, а чего-то лучше можно даже не ждать. Он сидел на своем привычном месте и смотрел в телефон, а точнее делал вид, ведь наблюдать за танцамы незнакомых людей и угадывать кто первым подойдёт было куда лучше. В этот раз глаза Нам Гю изучили толпу, но резко остановились на знакомых волосах, покрашенных в фиолетовый цвет. Ему не могло показаться, ведь прямо там, в толпе танцевал известный ему ранее репер. Нам Гю сам не понял зачем обратил на это большое внимание, ведь так проходил самый обычный вечер в этом клубе: приезжает Танос, его окружает толпа, а затем под час ночи его забирает та же черная машина, которая привозит. Боковым зрением парень заметил что-то в окне, поэтому буквально на пару минут оторвал свой взгляд с толпы, пытаясь разглядеть что-то в темноте за окном, что скорее всего просто являлось шуткой бокового зрения. Но не успел Нам Гю опомниться и полностью развернуться лицом к танцполу, как перед ним уже стоял Танос по ту сторону барной стойки. Бармен впервые за долгое время увидел этого человека так близко к себе, так ещё и пяным. Тот положил ладони на поверхность стойки и нагнулся вперёд, будто планировал перелезть. Нам Гю знал свои обязанности, поэтому подошёл к клиенту уже готовясь спросить у него заказ. — Имя. – Танос ткнул накрашенным ногтем в грудь Нам Гю как только тому стояло подойти. Нам Гю не изменился в лице, но все внутри перевернулось. Он посчитал это странным, но все ещё помнил, что сейчас перед ним стоит не репер Танос, а человек, который, как казалось, запивал наркоту алкоголем. Красный приглушённый свет клуба не давал возможности полностью разглядеть лица Таноса, а громкая музыка перебивала каждое слово. Нам Гю пришлось подойти ближе и остановиться в паре сантиметров от лица репера, дабы тот смог услышать. — Нам Гю. Меня зовут Нам Гю. – два раза повторил парень, а затем вовсе отошёл от Таноса, чувствуя себя не совсем комфортно так близко к нему. — Нам Гю, значит.. – послышалось за спиной, но бармену легче было сделать вид, будто он не заметил и даже не обернуться. Но стояло лишь взять парню очередной стакан в руки, начиная потирать его от разводов, лишь бы всем видом показать, что он занят, как чья-то рука легла ему на черный пояс на его животе, который бармен завязывал чтобы фактух держался крепче и удобнее. Нам Гю растерялся, сразу же делая шаг назад, сам же укорачивая расстояние между стоящим сзади Таносом, которого он узнал по разноцветных ногтях. — Нам Гю.. – приятный шепот Таноса обжёг ухо бармена, после которого тот почувствовал лёгкую дрожь в теле, так как уши были его самым слабым местом. — Тот самый парень загадка, которого я явно смогу разгадать сегодня ночью. – снова шепот, снова дрожь и лёгкий стон с уст Нам Гю, который в итоге был заглушён громкой музыкой. И только сейчас осознание слов, которые выронил Танос. Сейчас, но уже слишком поздно, ведь Танос уже схватил Нам Гю за руку и грубо потащил за собой в самую толпу. Стакан с приглушённым звуком стекла упал где-то ещё за барной стойкой, а салфетка выпала из рук среди толпы. Нам Гю спотыкался за ноги танцующих девушек, но продолжал бежать в неизвестном направлении с Таносом, ведь тот так крепко держал за руку, что было больно даже шевелить пальцами. "Я танцевать не буду!" – хотел уже крикнуть Нам Гю, как тут перед его глазами показалась синяя шикарная дверь в комнату с большой надписью "VIP". Сердце Нам Гю в моменте замерло, он в последнюю секунду попытался вырваться, но одним ловким движением руки репера уже оказался на ковровом полу VIP-комнаты. Дверь, как и стояло ожидать, захлопнулась. Танос начал прокручивать ключ в замочной скважине, в попытке закрыть дверь. И снова осознание приходит к Нам Гю слишком поздно. Он начинает подыматься на ноги, с мыслью оттолкнуть Таноса и выбраться с комнаты. Но как только его ноги касаются земли, а глаза все ещё направлены на пол, он слышит звонкий звук упавших ключей где-то в далеке, но из-за музыки за стеной не смог понять где именно. Парень подымает глаза на озверевшего Таноса. "Я пропал." – звучит в его голове перед тем, как Танос хватает его за шею и грубо бросает на двухместную кровать сзади. Танос нависает над Нам Гю, смотря ему в глаза расширенными зрачками. Нам Гю в свою же очередь только пытается прийти в сознание от сильного и резкого удара и руки на его шее, которая все так же продолжала душить. Может в этом и была проблема Нам Гю? В том, чо он слишком долго оставался сзади, пока Танос продолжал двигаться дальше. Казалось, если бы не это, он бы сейчас не лежал под Таносом в VIP-комнате. Рука Таноса легла на шею Нам Гю, а большой палец надавливал на подбородок, заставляя того поднять голову вверх и открыть доступ к шее. Нам Гю прекрасно знал, что шея и уши – слабые места, но Танос как на зло все ближе приближался к левой стороне, целуя в области шеи где-то рядом с ухом. Бармен не мог говорить что-то в данный момент, пока стоны так и рвались из его рта один за другим, пробуждая что-то в глазах Таноса, как будто некое самодовольство собой. Другая рука репера уже растёгивала пуговицы на белоснежной рубашке Нам Гю. Он никак не мог сдержать свои громкие стоны в себе, но все ещё пытался вырваться из под крупного тела Таноса. Силы постепенно заканчивались, дыхание учащалось. Нам Гю было страшно лишь от одной мысли, что ему становится приятно. Он хотел чтобы горячие губы Таноса дальше продолжали целовать его шею, даже если они ещё не прекращали делать этого. Нам Гю наливал красную комнату сладкими стонами до самого потолка. Он должен был признать, что несколько из них выпустил из себя специально, ведь по поведению Таноса после каждого полустона можно было понять насколько ему нравилось это. Танос оголил торс Нам Гю, отпуская палец под его подбородком. Репер выпрямился, все ещё сидя на бармене, ловким движениям рук скидывая с себя футболку. Она упала где-то около двери. Нам Гю внимательно проследил за ней. Его глаза смотрели на оголённое тело Таноса, а руки так и хотели провести пальцами по прессу. Танос начал опускаться, снова приближаясь к шее Нам Гю. Его губы нежно укусили шею, а затем поднялись к ушам. — Постони для меня, Нам Гю.. – его губы начали целовать шею, оставляя небольшие засосы. Нам Гю сжал в руках простынь, пока его голова задиралась вверх, а тело выгибалось. Он не мог контролировать себя, но все ещё понимал, что это не правильно. Странные мысли наполняли его голову, но Танос быстро решил покончить с этим. Он опустился ниже, прямо к ключице, свободной рукой поглаживая талию Нам Гю. Тот извивался под руками. Танос полез ниже, добираясь до самых сосков, слегка покусывая каждый из них. Сладкие стоны вырывались один за другим, Нам Гю даже казалось, что он прямо сейчас потеряет сознание. Он не мог больше нормально дышать, настолько ему было приятно в этот момент. Танос вел себя как зверь. Он не ждал и не жалел, уже растёгивая ремень своих джинс. Парень расстегнул, но не успел снять, как сразу же потянулся к Нам Гю за внезапным поцелуем в губы. В этот момент бармен пытался встать, будто все ещё мог как-то все это остановить, но ладошка, бросившая на кровать снова и губы, которые в секунде впились в губы Нам Гю дали ещё раз понять, что Танос не планировал останавливаться. Репер целовался очень умело, что нельзя было сказать о Нам Гю, который все это время лежал и лишь думал о чужом языке, блуждающим в его рте. Одна рука Таноса прижала к кровати две руки Нам Гю прямо над его головой. Другая рука скользнула по шее, опустилась к груди, сползла по животу и направилась прямо под брюки. Танос был в паре сантиметров от лица Нам Гю. Он радостно улыбался, немного глупо, что было признаком недавно принятых наркотиков. Нам Гю сделал испуганное выражение лица, чувствуя как чужая ладонь уже пробирается под штаны. — Нет, нет, нет, нет... – шептал он Таносу в лицо, впервые показывая страх перед чем-то. — Я не уйду от сюда если не получу твоих стонов, baby. – Танос начал двигать рукой, паралельно оставляя ещё больше засосов на белоснежной шее Гю. Нам Гю чувствовал себя как под наркотой. Было безумно жарко, воздуха, казалось, и не было вовсе. Все его самые чувствительные места были под властью Таноса. Нам Гю оставалось лишь ловить лёгкими горячий воздух, постанывая хриплыми стонами. — Стони, my favorite boy – шептал на ухо Танос, что заставляло нежно и послушно постанывать в ответ на горячий воздух прямо в саму ушну раковину. Нам Гю уже кажись терял сознание. Он хотел перевернуться на живот, будто это могло как-то изменить ситуацию, но как же Танос сможет допустить такое, ведь ему открывался такой красивый вид на невинное оголённое тело любимого бармена в самом любимом клубе. В итоге неудачной попытки Нам Гю выбраться его штаны были спущены до колен. Танос схватил того за плечи развернул обратно, и все таки снял штаны до конца, бросая их куда-то назад себя. Оба уже были полностью голыми. Нам Гю глянул вниз, хотя даже не планировал отводить глаз от лица Таноса, лишь бы не видеть себя в таком состоянии. Было тяжело что-то разглядеть в темноте так ещё и глазами, которые плыли. Видимо с поцелуем Танос передал Гю частичку наркотиков, которые принял ранее. Танос взял одеяло за два конца и накрыл себя им полностью, ложась на Нам Гю. Ноги бармена уже были раздвинуты. Он весь был красным, но в комнате такого же оттенка это было незаметно. Танос застыл на месте, с улыбкой смотря на все ещё испуганное лицо Нам Гю. — Я выбью из тебя все твои стоны. – последнее, что услышал Нам Гю в свой адрес перед тем, как почувствовать толчок, а за ним ещё и ещё один, ещё, ещё.. Танос довольно хрипел, подымая голову вверх, закатывая глаза. Нам Гю стонал под каждый толчок, не в силах сказать обычное "прекрати". Нам Гю казалось, что сейчас его голова разорвется от частого пульса. В горле пересохло, а ноги начинали трястись. Нам Гю снова попытался подняться на руках, но Танос слишком быстро среагировал и снова руки Гю оказались над его головой сжаты в крепкий кулак. Нам Гю было сложно от того, что он ничего не может сделать. Как будто в наручниках. Танос ускорял темп. Нам Гю задержал дыхание на несколько секунд, а затем громко застонал. Его тело бросило в сильную дрожь, тело изгибалось, ноги не прекращали трястись, а Танос даже не думал сделать хотя бы парусекундную паузу. Репер наоборот, даже ускорялся. — Нет, Танос.. – стонал Нам Гю, пока дрожь никак не могла уйти с тела из-за Таноса. — Да! – простонал Танос, наконец-то останавливаясь. Репер нагнулся к бармену и поцеловал того в губы, а затем снова в шею, наслаждаясь последним стоном на сегодня. Танос наконец-то слез с Нам Гю. Стояло ему только освободить ноги Гю с плена, как тот резко перевернулся на живот, как хотел сделать давно. Нам Гю ещё чувствовал, как ноги подрагивали. Бармен уткнулся носом в подушку, сжимая в руке ее край. Он попытался откашлятся, пока голова не переставала кружится. "Казалось, что хуже уже и быть не может, а чего-то лучше можно даже не ждать." – так ты думал в начале этого дня, верно, Нам Гю?