Враг

серый пепел под ногами отзывался мягким холодом. сухой, но напротив теплый, пропитанный неприятным запахом воздух неспешно и глубоко проходился по легким.

стальное небо, предсказывающее будущую бурю, мрачно накрывало горизонт. пустынная степь, осыпанная лишь грязным пеплом и пылью не издавала и звука. Мертвую тишину вмиг разбил тихий, но не менее от этого пугающий раскат грома. он стоял лишь где то на границе, но чувствовал, что находится в самом центре. центре этого одинокого порожнего мира. один шаг, другой. черные заношенные армейские сапоги с ощутимыми дырами не проваливались в грязном пепле. но шаги были тяжелыми, как сила руки человека, которому они принадлежали. он шел долго. пустошь меняла свой горизонт, а тучи стали ближе, массивно нависая и давя на разум. вполне ожидаемо он увидел человеческий силуэт. он стоял неподвижно. стоял, и просто смотрел вдаль. он прекрасно знал, кому принадлежал увиденный им силуэт. усмехнувшись, он не ускоряя свой темп пошел к нему. человек продолжал стоять, не сдвинувшись с места. налетел ветер. он выглядел опустошенно, и, если приглядеться, наверное, растерянно. смоляные густые волосы до плеч безобразно метались вслед за ветром. я подошел, не скрывая своего присутствия. маленькие капли с неба как льдинки падали на кожу. -Это именно тот мир, который ты так ожидал увидеть вначале? - -...- он никак не отреагировал на мой вопрос. Я понимал, что он на него не ответит. Но мне это было и не нужно. Я и сам.... возможно, знал ответ. он молчал. дождь продолжал накапывать. по его лицу текла вода, накапливаясь и скатываясь вниз, оставляя след. Я бы подумал, что этот человек сейчас плачет, если бы я не слишком хорошо его знал. -Ответь мне. я откровенно давил на него. дождь усилился, маленькие капли перестали быть маленькими. налетел еще более сильный ветер. по ушам басом прошелся еще один раскат грома. ну же. ответь мне. злоба постепенно поднималась во мне. -... человек медленно, как то лениво перевел глаза на меня. пусто. как же у него внутри пусто. -Нет. я усмехнулся. какого еще ответа я мог ожидать от великого "героя"? но..... почему то я не верю. я не верю только что сказанному. в разрез мыслям, мое лицо улыбнулось. -Нет — это ты отказываешься от просьбы мне ответить? вода текла, время шло. небольшая буря давала о себе знать. стало достаточно холодно: одежда промокла, а ветер делал только хуже. Зачем я это сделал. Глупо было шутить или дразнить. Глупо. Не глупо, а бессмысленно. Бессмысленно. Он больше мне никогда не ответит на это. Какой же я дегенерат. Ты все это время был прав. -... Они оба стояли, не отрывая глаз друг от друга. Возможно, перед ними пеленой проходили события, через которые они проходили вместе. Воспоминания, отзывающееся в сердце тоской, жалостью... Ностальгией. Но сейчас? Сейчас это было не важно. Тишина, молчание, понимание - все эта стало столь привычным для них обоих за все эти годы, что те этого не замечали. Тепло было когда то тут, и оно оставило свой след. Доброта, порождающая Тепло в чьих то руках, сердцах, разумах. Но теперь его тут нет. Оно было поглощено. Оно пропало. Расстаяло. Разбилось. Потухло. Растворилось. Исчезло. Но пусть оно исчезло, оно не умерло. Оно оставило свой след. Оно оставило свой отпечаток в этом мире. И память никогда этого не забудет. Я вгляделся в его глаза. он приоткрыл засохшие, расколотые в кровь губы. он не хотел что либо сказать. что он мог сказать? ... как же... тяжело. тяжело быть. Стоять здесь. тяжело стоять и смотреть. смотреть на пустыню. небо. на то, что осталось от мира. за что ему это все? Все, что он может, это жаловаться. он не может вернуть все назад. но ему это было бы и не нужно, если бы он мог сделать что либо еще до этого. если бы он все это смог предотвратить. Нет... Он не смог бы. Не смог. Никогда. Но... Это уже не важно. Все уже произошло. Я здесь. Не существует "если" в прошлом. Только в будущем. Он настолько слаб, что не может сказать ни слова. Настолько, что жизнь кажется ему адом. Настолько, что хочется умереть. Хах. Хахах. Он не знал, откуда, но у него появились силы. Маленькая кроха силы. Достаточной, что бы сделать несколько легких движений. ... Первое движение - он взял нож. На поясе у него висел старый, грязный, в некоторых местах потрескавшийся длинный кинжал, в такого же вида ножнах. Я стоял рядом, и для меня было бы нормально насторожиться. Но я убил свои инстинкты самосохранения. Пусть они и подохнут где то на границе сознания, задушенные собственным владельцем. Это он. Пусть он меня и убьет, мне будет все равно. Второе движение - он вонзил нож себе в область сердца. Это было быстро. Он вонзил его не только себе в сердце, но и мне. В душу. Я внимательно посмотрел на его лицо. Даже выглядя столь измученно и уставше, он слелал это уверенно. Без колебаний. Без дрожи. Мне стало больно. Больнее, чем если бы хозяин этого кинжала вонзил бы его в меня. Гораздо. В разы. В степени, превышающей мой болевой порог. Крови не было видно, будто ее и вовсе не было. Единственный признак ее движения, это лишь окрасившийся пепел под его ногами. Третье движение - он поднял руку на уровне сердца, и начал что то колдовать. Все это время, он молчал. Мы оба молчали. Будто прямо сейчас этого не происходило. Будто кровь под ногами, на чьих то руках - это просто краска. Он немо что то выговаривал губами. Слабые руки вырисовывали красивые, но жестокие узоры. Сердце. Человеческое. Сердце... Четвертое движение - он... Выдернул собственное сердце. Тусклое, темное, но облитое кровью - все еще живое. Живое, теплое. Недостаточно теплое для нормального человеческого органа, но достаточно для того, что бы быть живым. Даже выдернутое живьем из своего владельца, оно продолжало перекачивать кровь. Которая постепенно покидала его, стекая на землю. Между нами было столь небольшое расстояние, и в этом пустом мире я смог обнаружить чужое тепло. Во рту я почувствовал соленый привкус среди дождевой воды. Это была не вода. Это были слезы. Слезы и кровь.