Ты обещал что не оставишь меня.

Всё произошло слишком быстро... Неизвестная доселе зараза распространялась с бешеной скоростью оставляя после себя лишь горы трупов и бесконечное одиночество. Забытые, заброшенные города стояли пустыми, ни одной живой души в радиусе нескольких десятков километров. Лишь зомби бесцельно слоняющиеся по пустым заляпанным чьей-то кровью улицам бывшего оплота жизни. Сколько лет прошло с момента начала всего этого ужаса никто уже и не вспомнит, да и смирились все со своей неминуемой участью стать гниющим ходячим трупом, движимым лишь голодом. Эбардо помнит как ещё в начале всего этого ужаса пришёл со своей большой на тот момент группой в ЦКЗ, где последний учёный открыл ему завесу тайн заставив впасть в апатию и отчаяние осознавая неизбежное. Все люди уже заражены, смерть лишь спусковой механизм к обращению, все мы восстанем из мёртвых. Слова гулом отдавались в голове, казалось что ещё немного и она просто-напросто разорвётся то и дело мелькали мысли по типу "Что делать дальше? Как сказать всем о том что вакцину невозможно создать, а мы все уже заражены?!" В тот день зеленоглазый так и не рассказал группе о словах учёного, даже когда они выбрались из ЦКЗ, даже когда этот чёртов научно-исследовательский центр взорвался с учёным и некоторыми членами его группы внутри, Эбардо не осмелился рассказать об этом даже ему. "Как бы отреагировал Войд узнав о том что мы все уже обречены?" Невыносимо сильно хотелось плакать, рыдать, кричать и рвать на себе волосы, хотелось просто рассказать всем обо всём, но это изменит слишком многое... — Эбардо что-то случилось? Ты слишком нервный в последнее время. Недоуменно спрашивал инспектор каждый божий раз видя подавленное состояние своего партнёра. Ну не мог зеленоглазый сказать, не мог! Не тогда когда Войд смотрит на него таким переживающим взглядом, точно не в этот момент. — Всё в порядке не переживай!! Постоянно отмахивался Эбардо отводя взгляд лишь бы не видеть любимое лицо человека напротив. Шли дни, недели, месяца прошёл год, а бывший заключённый всё так же несёт это бремя в одиночку, он не сказал даже когда, умирал Хершел, старик стал для каштанововолосого почти что отцовской фигурой было невыносимо больно наблюдать за его кончиной и осознавать, что ничего нельзя изменить, ничего нельзя сказать, чтобы облегчить муки дока, оставалось просто наблюдать. Хершел умер, как и все остальные члены некогда большой группы, Эбардо помнит каждую смерть, он помнит как из-за собственного безрассудства Ниган забил Гленна битой, помнит как Лори начала рожать в полной зомби тюрьме, помнит как после родов ему пришлось её застрелить дабы та не стала ходячей. За этот год случилось слишком многое, былые страхи стали ничем, слова ученого уже ничего не значили, да и кому о них говорить когда из собеседников остался только... — Войд, пожалуйста, пообещай мне что не умрёшь... Со слезами на глазах говорил зеленоглазый крепко-накрепко сжимая чёрную ткань плаща инспектора во время очередной истерики. Постоянные кошмары, панические атаки это вечные спутники Эбардо последний год, черноволосый единственный кто мог хоть как-то успокоить его, только в его объятиях всегда чувствовалось безопасно, хотелось прижаться к Войду всем телом и уснуть нежась в тепле его объятий, даже не эластичные импланты были не помехой даже наоборот они придавали лишь больше уверенности в том что вот он Войд, с ним всё хорошо, он лежит рядом. — Эбардо я не оставлю тебя, никогда не оставлю, всё будет хорошо... Спокойным голосом продолжал заверять фиолетовоглазый с лёгкой успокаивающей улыбкой на устах поглаживая спину каштанововолосого. Услышав очередной громкий всхлип. — Всё будет хорошо, не плачь, я всегда буду рядом с тобой... Поцеловав Эбардо в макушку добавил Войд стараясь игнорировать бродящих где-то за окном зомби, какая радость, что в доме хорошая звукоизоляция, правда же? Кровь. Тёплая кровь стремительно растекалась по деревянному полу просачиваясь во все щели и неровности дерева. Объятия, такие родные объятия сейчас казались удушающими, болезненными, хотелось плакать и вырываться, но тело просто зависло, неведомое оцепенение накатило так быстро и интенсивно, что Эбардо не успел ничего понять, лишь одно было ясно, кровь запятнавшая пол без сомнения принадлежит Войду. Некогда крепкие объятия теряли свою силу с каждой неумолимо идущей секундой. Взглянув переведя взгляд на собственные руки зеленоглазый дрогнул, слишком много крови. — Войд... Дрожа всем телом прошептал Эбардо поднимая голову на бледнеющее лицо инспектора. — Нет нет нет, ты не можешь умереть вот так, ты не можешь меня оставить!  Срываясь на плач лепетал каштанововолосый утирая запачканным в крови любимого руками бледные щёки от солёных дорожек собственных слёз. Больше зомби Эбардо ненавидел разве что других людей, взять да пример того же самого Нигана который без зазрения совести при всех забил битой пару членов его группы, ещё больше ненависть подкрепила и происходящая в данный момент ситуация. Бесхозная группировка бандитов раньше находящаяся пол покровительством "Спасителей" стала причиной медленной смерти Войда. — Не смей, блять не смей меня оставлять... Повторял Эбардо словно мантру пытаясь хоть как-то прекратить чужое кровотечение. Холодная неподатливая рука коснулась его собственной трясущейся. — Эбардо... Знакомый глубокий голос больно резанул по ушам, переведя перепуганный взгляд на лицо говорившего зеленоглазый агрессивно шикнул на него в неудачной попытке заткнуть. Сжав мягкую руку бывшего заключённого инспектор отодвинул её от своей раны пресекая попытки Эбардо хоть как-то помочь. — Ты знаешь что мне уже ничего не поможет, перестань мучить себя надеждами... Покачав головой пробормотал Войд скорчив лицо от боли, держать стоическое выражение лица было сложно, невыносимо сложно теперь уже черноволосому хотелось разреветься и просить утешения у Эбардо.  — Я не выживу Эб, ты это прекрасно осознаёшь...  Невесело проговорил Войд пытаясь казаться весёлым даже осознавая свою скорую погибель. Проявление человеческих эмоций почти всегда было чуждо для инспектора, но с появлением зеленоглазого в своей жизни Войд начал всё чаще и чаще замечать за собой проявление банальных знаков внимания, проявление привязанности, это было так странно... Лицо умирающего ещё сильнее побледнело осведомляя о скорой кончине фиолетовоглазого, неистово сильно захотелось спать, но нельзя было, не сейчас, не тогда когда Эбардо и так кое-как держится, Войду нужно провести всё оставшееся у него время рядом с любимым, ну не может он его вот просто взять и бросить. Даже сквозь невыносимую боль глаза черноволосого оставались открытыми, твердая рука медленными размеренными движениями поглаживала чужую содрогающуюся от сдерживаемых рыданий спину Эбардо. — Войд, спасибо, что был со мной всё это время, я... Я правда благодарен тебе за то, что ты поддерживал меня всегда. Уже откровенно плача бормотал зеленоглазый прижимаясь всем телом к инспектору, ранее успокаивающий жест стал лишь обнадёживающим отсрочиванием неизбежного. — Я люблю тебя Войд, всегда буду любить... Отстранившись твёрдо проговорил Эбардо заглянув в уже несколько минут как потухшие фиолетовые глаза. Зеленоглазый отпустил медленно остывающий тело своего любимого, труп некогда единственного близкого сердцу человека безвольно упал на пол. Встав на ноги Эбардо кое-как сдерживался чтобы не заорать во всю глотку от разрывающего изнутри чувства безнадёги, всё что когда-то было дорого зеленоглазому пропало, они все умерли, все без исключения. — Я-я не думаю, что смогу долго прожить без тебя, без вас всех... Но я постараюсь честно, буду стараться ради тебя, ради всех.... Я буду жить так долго как только смогу! Громкий звук выстрела разрезал воздух прерывая бессмысленный лепет зеленоглазого. На пару секунд после выстрела комната погрузилась в полную тишину сквозь которую пробивалось лишь быстрое капанье крови на итак испачканный донельзя сильно деревянный пол.