Возможно все не так уж и плохо

      Их отношения не то чтобы должны быть достоянием общественности, а они и не становятся, потому что их друзья слепые. Стайлз недоумевает как так вышло, почему никто не чует запах Питера на нем, хотя тот метит его постоянно, почему лучший друг, оборотень и истинный альфа по совместительству, не замечает очевидного. А потом он понимает: дело не в том, что те не видят, они этого не хотят — кто вообще может подумать, что гиперактивный подросток может встречаться с экс-психопатом, Питером Хейлом?       Нет, они не заявляют об этом прямо, потому что это было бы слишком скучно, они лишь чуть больше намекают об этом другим, надеясь, что их представление мира рухнет и они увидят самый настоящий шок на лицах друзей.

***

      Дерек       Стайлз перебирает те вещи, что успел оставить дома у Питера, собираясь наконец вернуть их домой. Хейл против подобной затеи, потому что уже отвел для них отдельную полку, он совершенно не против вещей его пары здесь. Стилински подобного не объяснишь — он пытался, — поэтому остается позволить завершить начатое и попрощаться с приятным запахом человека. Парень на эти стенания оборотня лишь хмыкает, не собираясь сдаваться: его отец заметил, что его вещи слишком часто стали пропадать, а врать ему и дальше о их местоположении как-то слишком, по меркам даже самого Стайлза, поэтому их уже стоит вернуть и больше себе таких вольностей не позволять (хотя бы иногда?).       — Хоть футболку оставь, тебе же она понадобиться когда-нибудь. — говорит Питер, не теряя надежду, но Стилински все это мастерски пресекает, не ведясь на столь очевидную манипуляцию. Хейл, конечно же, отчасти прав, потому что после секса его футболки и рубашки всегда пропитываются потом — и он не знает, то ли фетиш у мужчины такой, то ли еще что, но тот не дает ему их снимать, — но все равно оставлять не собирается. — Стайлз.       — Неа, хватит, моих вещей тут скоро будет больше, чем твоих. Я такими темпами перееду к тебе и не замечу. — отзывается Стилински, запихивая последнюю вещь в рюкзак. Питер удовлетворенно хмыкает на последнюю реплику. — Я пока не готов переезжать к тебе, так что мой ответ все тот же — нет.       — Лапушка, пожалеешь. — рычание, то самое, которое заводит парня с полоборота, но не сегодня, потому что он слишком устал, чтобы играть в эти игры. Стайлз закидывает рюкзак на плечо и идет в сторону двери, обходя оборотня стороной — никогда не знаешь чего ожидать.       Стоило дойти до входной двери и открыть ее, как на пороге им встретился Дерек, что вообще-то слышал все, что они говорили, но выдержал все то же беспристрастное лицо. Питера это злило — этот мальчишка принадлежит ему и об этом стоит знать всем, только те все намеки игнорируют, поэтому он развернул подростка к себе и поцеловал, практически невесомо, но это оставило свой незримый след. Стайлз улыбнулся ему на прощание, а после ушел, оставляя обоих Хейлов разбираться в… в чем бы там ни было.       Дерек так и застыл от этой сцены, хотя выражения лица не поменял. Он догадывался об отношениях этих двоих, но думал, что те пытаются хотя бы скрывать их от других — ошибся, очень сильно ошибся, они не то чтобы не пытались, у них этого даже в планах не было. Стоило бы догадаться раньше, учитывая сколько раз их ловили в лофте, но те даже не отлипали друг друга, сидя все так же впритирочку, спокойно приветствуя остальных. Дереку думалось, что невозможное возможно, раз даже у этих двоих удалось построить какие-никакие отношения.

***

      Скотт и Айзек (дуо Лейхи-Маккол)       Стайлз опирался на машину, пока ждал Питера, когда тот расплатится, не ожидая увидеть вдали Скотта с Айзеком, которые похоже весело проводили время. И это злило, потому что Маккол любые его приглашения погулять и провести время вдвоем игнорировал, либо отказывался. Ну, может сам Стилински и не был сейчас особо одинок, учитывая, что его партнер вообще за любой кипишь, кроме кладбища, но все равно обидно как-то терять многолетнюю связь с лучшим другом.       Те бы так и не замечали их, если бы Питер на глаза не попался. Мужчина довольно спокойно подошел к Стайлзу, отдавая ему картошку-спиральку, игнорируя дуо Лейхи-Маккол, что непонимающе уставились на них двоих. И эта реакция вполне адекватная, учитывая, что увидеть своего друга рядом со взрослым мужиком, от которого очень непривычно видеть такие жесты, как покупка любимой гадости этого самого друга, немного странно, только Стайлзу было все равно. Питер на самом деле казался очень хорошим партнером, который всегда к нему прислушивается и делает такие вот милые жесты в его сторону, он даже давал ему собственный Бестиарий для изучения, что вряд ли доступно было бы другим. А еще Хейл иногда дарил ему цветы, просто из собственного желания. Но было бы конечно еще лучше, если бы тот нашел общий язык с шерифом, ведь это был бы лучший подарок на свете — может это и несбыточная мечта, но Стайлз надежд не терял.       Питеру надоела эта немая сцена, поэтому он прижался к подростку и потерся носом у него за ухом, где был самый яркий запах его человека, обнимая за талию. Стайлз прижался в ответ, обхватывая шею мужчины. Все эти заскоки с запахами были ему непонятны, а еще жутко смущали и заставляли думать, а нормально ли от него пахнет сегодня, но Хейла все устраивало даже когда он был после тренировки, потный и грязный и это —фу, Питер, прекрати, мне надо в душ, — черт возьми, все равно мило. Главное ведь, что его все устраивает.       — Маккол там в порядке или его челюсть придется отдирать с асфальта? — шепотом спросил Питер, потираясь носом о кожу, что вызвало смех у Стилински, потому что это щекотно. Тот знает, поэтому и делает. Парень посмотрел в сторону друзей, убеждаясь, что второй вариант куда больше подходит их виду, чем первый.       — Второе. — так же тихо ответил он, посмеиваясь с реакции Скотта, пока Айзек только невинно хлопал широко открытыми глазами.       Питер лишь усмехнулся, отстраняясь от парня и открывая дверь позади, куда тот тут же проскочил, а после и сам Хейл залез в машину, уезжая с их маленького места преступления. Шокировать тех двоих не было их планом, но почему бы и нет, не так ли?       Скотт молчал, видя как его друг уезжает на машине с бывшим альфой, что вообще-то терроризировал город, видит и ничего не может сделать, потому что Стайлз выглядел действительно счастливым стоя там, обнимаясь с Питером. Маккол конечно чуял запах старшего Хейла на друге, но не думал, что отношения этих двоих что-то большее, нежели саркастично-клоунские. Те много времени проводили вместе — сейчас он понимает почему, — но это казалось чем-то естественным, будто они просто друзья, что понимают друг друга: оба умные, хитрые и хороши в анализе, но не что-то большее. Но это все же оно.       Айзек же не был в плохих отношениях с Питером, он пришел в этот мир заговоров чуть позже, после того как с этим Хейлом разобрались, поэтому и впечатление от него было скорее нейтральным. Однако, он никогда не задумывался о том, что этот человек, что обычно держится где-то в стороне их обсуждений и разборок, лишь иногда насмехаясь над ним, может быть таким… мягким. Именно мягким, иного слова Лейхи не находил. А Стайлз, тот с кем у него вечные распри, был таким счастливым, так улыбался.       Может Питер Хейл и не такой монстр, как они думали.

***

      Крис и Элиссон       Кафе было самым обычным, на взгляд Питера, но Стилински оно очень нравилось за их вкусный кофе и кексы по вторникам, поэтому засунув свое мнение на счет дешевой еды куда поглубже, сидел сейчас внутри, наблюдая за тем, как парень поедает один из этих кексов, запивая его чересчур сладким кофе. Хейлу казалось, что выражение «жопа слипнется» сработает на этом подростке напрямую. Не то чтобы он против потом эту сладкую задницу вылизать.       — Мне заплатить? — спросил Хейл, смотря на чек, что им принесли. Стайлз тяжело вздохнул, он бы с радостью согласился, только вот устал каждый раз, что за него платят другие — да, он не богатый и из денег у него только карманные, что дает отец, но сделать приятно любимому человеку хочется, поэтому он лишь мотает головой, доставая свой кошелек и вытаскивает последние бумажки. Он очень надеется, что успел убрать бумажник достаточно быстро, чтобы Питер не заметил его пустоту, слишком стыдно. Официантка мило улыбается и уходит, а подросток прощается со своими скромными накоплениями. — Стайлз, ты в порядке, выглядишь грустным?       — А, да, все в порядке. — отзывается Стилински и улыбается. Он не врет, все правда в порядке, просто немного печально от такого.       Питер поднимает свой взгляд с лица парня, перемазанного кремом, и смотрит в сторону входа, где показывается довольно высокий мужчина, которого держит за руку молодая девушка, указывая на все те же кексы, что ели и они. Не то чтобы Ардженты были проблемой, не сейчас точно, потому что они вроде как стали к нему более лояльны, только вот реакцию их сложно предугадать на то, что он сейчас на свидании с человеком, да еще и со Стайлзом. Поэтому взгляд оборотень опускает и берет на столе салфетку, протягивая парню.       Стайлз утирает лицо, все еще оставляя немного крема на щеке и хищно улыбается, смотря в голубые глаза напротив. Хейл знает это выражения лица, а еще знает, на что намекает парень, поэтому полностью игнорируя шокированный взгляд со стороны кассы, наклоняется и слизывает сладость с другой сладости, ухмыляясь и оставляя легкий поцелуй на щеке парня. (простите, не люблю эти авторские вставки, но, сука, я заскулила от этого)       Крис выглядит злым, его дочь не менее, но Стилински улыбается и Питеру этого достаточно, чтобы не бояться их. Он улыбается в ответ, подпирая голову рукой, чем очень удивляет семейство Арджентов, что так и застыли на месте, на манер дуо Лейхи-Маккол. Эллисон рвется подойти и спросить, что происходит, только не решается, когда видит, что ее друг точно так же наклоняется в Хейлу и целует его в губы, тихо что-то шепча.       Спустя время они уходят, оставляя охотников все там же, и уезжают — у них еще есть сегодня дела.       Крис не знает что думать, потому что это выглядит аморально, грязно, это хочется уничтожить, только имеет ли он на это право. Его сестра уничтожила всю семью Питера, сожгла их, оставив его практически одного, а сейчас у него точно такое же желание, только без жестокости и огня — он ничем не лучше своей сестры и это удручает. Поэтому он оставляет это, давая себе негласное обещание, что убьет Хейла, если тот надумает причинить вред Стайлзу. А после и вовсе возвращается к выбору десерта, что уговорила его купить дочь.       Эллисон молчит, а после лезет в телефон, отсылая сообщение Скотту об увиденном. Тот реагирует на удивление спокойно, сообщая, что от Стайлза уже как пару месяцев пахнет Питером, что видел их однажды вечером, они были счастливы, поэтому он решил смириться и не лезть в это. Девушка не знает что думать, потому что ей подобный расклад не нравится: Стайлз для нее как брат, которого хочется защитить от всех опасностей этого мира. Только тот об этом не просил, да и защита ему не требуется, потому что Питер не жесток с ним, тот выглядел таким влюбленным придурком, что даже оспаривать его намерение на счет Стилински не было смысла. Она тяжело вздыхает, помогая отцу в этом трудном выборе.

***

      Лидия       — Как давно вы встречайтесь уже? — спросила его Лидия, читая очередную статью для их совместного доклада по истории, пока сам Стайлз сидел где-то на полу в ее ногах, выписывая полезную информацию на отдельный лист. И вот она, Лидия Мартин, собственной персоной, казалось единственное светлое пятно в этой тьме не догадливости и идиотизма. Вместо того, чтобы стоять шокированно в далеке, как делали дуо Лейхи-Маккол, Ардженты, которых Стайлз видел в отражение окна позади Питера, она спросила прямо, пусть это лишь было время их отношений, а не сам их факт.       — Месяца три уже, а что? Я знаю, что у вас не лучшие с ним отношения, но даже не проси с ним расстаться, я люблю его. — ответил ей Стилински, поворачиваясь к девушке всем корпусом. Кажется они слышали хруст его позвоночника.       — Просто интересно. И я не попрошу, это только ваше дело, и если ты с ним счастлив, то все в порядке. Хотя я не ожидала, что Питер может быть таким. — каким таким было понятно и без объяснения. Стайлз и сам заметил, что Хейл сильно менялся рядом с ним, становясь более чутким и понимающим, а еще иногда до жути любвеобильным, о чем говорили их частые объятия и поцелуи без всякой пошлости или намека, но минусом это точно не было. Парень любит все это даже больше Питера, а еще любит его самого, поэтому это еще какой плюс. — Кто еще знает помимо меня?       — Изначально думали, что все, просто никто не лезет, потом поняли, что никто, ну, кроме тебя, потому что они слепые или просто верить в такое не хотят. Сейчас уверены, что знает Дерек, Скотт с Айзеком, а еще Крис и Эллисон. Поэтому вам, девочки, будет о чем посплетничать на досуге. — рассмеялся Стайлз, снова возвращаясь к докладу. Вообще, на его написания у них была целая неделя, только вот из-за внешних проблем руки никак не доходили, поэтому сейчас они спешат, отложив все другие дела на потом: Лидия свою прогулку с очередным парнем из школы, а сам Стайлз игру со Скоттом по сети.       — Погоди, каким образом они столько времени не догадывались, если вы даже не скрывались? И твой отец, он точно не знает про вас? — не унималась она, хоть и не отрывалась от печати текста — удивительные способности, коих Стилински никогда не достигнуть, учитывая, что на нескольких вещах сразу концентрироваться ему почти нереально.       — Я же сказал, думаю они просто не хотели в это верить, учитывая какая у Питера репутация. Ну согласись, кто бы поверил, что я, — парень обвел себя рукой, хотя это все равно не дало Лидии ничего — Стайлз вполне привлекателен, хоть и не в ее вкусе, — и Питер Хейл, бывший альфа и интриган, будем вместе? Никто, в это верится с трудом. Тем более ему где-то тридцать с чем-то, а мне семнадцать. Да, у него не лучшая репутация, но встречаться со школьником в его-то годы — кошмар. А отец, не знаю, думаю он догадывается, все же аналитические способности у меня в него, но пока ничего не говорит. Это немного напрягает, было бы проще, если бы он просто в лицо мне все высказал и не мучил всем этим.       — Ну, да, я тоже поначалу не хотела верить, но тут скорее из-за того, что запаха того же, что и оборотни не чую, да и мало с вами вижусь, не желая контактировать с Питером. — да, именно, но она все равно узнала, не смотря на это, поэтому Стилински и любит ее, хоть сейчас и как подругу. — Я не думаю, что он знает, и дело не в вере или еще чем, просто не видел вас вместе, а другой ему никто не говорит. Начни этот разговор сам, станет легче. Но если тебя выгонят из дома, то… так уж и быть, приходи — приючу тебя. А теперь вернемся к учебе, а то мы к утру не закончим за всеми этими разговорами.       — Последнее, честно, есть ли шанс, что ты простишь когда-нибудь Питера? — вопрос заставил Мартин задумать на секунду, закусывая нижнюю губу и смотря в чужие карие глаза. Она как-то не думала о таком раньше, ведь то, что сделал Хейл было слишком жестоким: покусал ее, пробудил в ней дар Банши, а потом чуть не свел с ума своими махинациями, дабы вернуться к жизни — слишком много для юной девушки. Но сейчас, когда мужчина, можно сказать, изменился в лучшую сторону, может ей и стоит.       — Если он поможет нам с этим и мы уложимся как минимум до одиннадцати, а еще, если он извинится передо мной, прямо и без увиливаний. Тогда, может быть, я его прощу.       — Отлично. Спасибо, любовь моя, ты все еще самая лучшая. — сообщил ей Стайлз, подрываясь с места и беря свой телефон со стола, тут же набирая нужный номер телефона. Лидия на это только тяжело вздохнула — они все меняются.

***

      Мелисса       Возможно Стайлз и не особо-то замечал, что к его доводам зачастую не прислушиваются все остальные. Как сейчас, например, он сказал, что охотники не ограничатся ночными вылазками, так как у них и так есть сведения о составе местной стаи, а значит им всего лишь нужно подгадать момент, когда кто-нибудь, но окажется один. А еще они могут следить за ними в школе как новенький ученик или учитель, ведь вряд ли у тех не найдется подходящих кандидатур, учитывая разнообразность образований, что могут покорять люди с подобной занятостью. Только вот все посчитали это глупым, ведь только дурак будет нападать средь бела дня. Крис с ними не согласился, сообщая, что разные организации, семьи, действуют по-разному, лишь из соблюдения собственного кодекса (на который зачастую всем плевать), а ограничений во времени у них никогда нет — ночью все сделать просто проще.       У Стилински отбило всякое желание и дальше участвовать в этом сборище, поэтому он ушел, но точно не бросил. Он лишь собирается заняться расследованием сам, не более, ведь так намного проще, чем выжидать когда же и до других дойдет его правота, тем более это было опасно. Питер увязался за ним, словно, как он сам заметил, верный песик — не удивительно, но очень приятно, что мужчина ему верит и прислушивается.       Хейл же Стайлза глупым никогда не считал: у мальчишки есть способности к анализу, расследованиям и составлению плана действий — он умный парень, грех такого не слушать. Поэтому выслушав всю речь, что проигнорировали остальные, либо ушли в отрицание, он поехал вслед за ним, желая помочь и надоумить остальных. И дело совершенно не в том, что он пытается втереться в доверие лишь из добрых побуждений — ему все же важно, чтобы другие приняли их отношения, а не пытались убить его.       Мелисса встретила подростка доброй улыбкой, бросив на Питера подозрительный взгляд. Стайлз попытался вкратце ей объяснить суть их прибытия здесь и та прислушалась, рассказывая, что не так давно к ним устроились два человека (как раз в промежуток приезда тех охотников). Стайлз был воодушевлен, прося ее хоть какие-то данные о них, она лишь тяжело вздохнула, но позволила им пройти в архив, где и лежит нужная документация.       — Так значит, те двое могут быть охотниками? — спросила она, вытаскивая из нужной коробки две тоненькие папки. Стилински ей на это кивнул, принимая протянутую документацию. — А почему ты тут с Питером, а не Скоттом?       — Скотт не хочет верить моим выводам, ему нужны доказательства, а Питер наоборот согласен, поэтому решил мне помочь. Прости, если он тебя нервирует, но, думаю, две головы лучше одной. — объяснил он ей, вчитываясь в информацию на листах. Имена, возраст, номера телефона. Все это было неинтересно, но полезно — как удобно было бы, если в таком еще и писались их прошлая работа и место жительства, но с именами все может быть даже проще, если они конечно настоящие. — Спасибо за это, я знаю, что у тебя могут возникнуть проблемы из-за нас.       — Меня еще ни разу не ловили, но если такое случится, то, надеюсь, твой отец и вы, ребята, меня защитите. — улыбнулась ему женщина, Стайлз ответил ей тем же, передавая одну из папок Хейлу, что до этого просто тихо стоял в стороне, разглядывая кучи коробок в углу. — Слушай, Скотт мне говорил, что ты в отношениях, но он не понимает как они возможны. Я не очень его поняла, а он не захотел объяснять, может ты сможешь, что такого в твоих отношениях с кем-то?       — Боюсь это будет сложно понять. Я имею в виду, что человек с которым я сейчас в отношениях на несколько лет старше, чем я. — взгляд подростка упал на Питера рядом с ним, что не осталось незамеченным Мелиссой. Она не сильна в анализе, но тут только слепой очевидного не заметит, тем более если учитывать слова ее сына. Это немного шокирует, женщина совершенно не ожидала от Стилински подобного выбора партнера, а еще ей было интересно как на это отреагировал шериф — хотя что-то ей подсказывало, что тот не знает. — Скотт сможет смириться с этим.       — Стайлз, — Хейл наклонился ближе к подростку, так что последующие слова скрылись от слуха женщины, но вот по лицу парня она поняла, что ничего хорошего в продолжении не было: шокированное, с каплей раздражения. Питер отстранился и посмотрел на женщину. — Думаю, тебе следует уйти сегодня пораньше. Этим уб… охотникам не претит нападать на семьи оборотней, лишь бы вывести тех из равновесия, а Скотт из тех, кого выбить из привычной ему колеи очень легко, что уж говорить о том, как легко Девкалион им манипулировал после твоей пропажи.       Что ж, это была правда, Скотт тогда и правда слишком легко повелся на слова альфы, сдаваясь, хотя его окружали понимающие его люди, что готовы были помочь. Мелисса на это кивнула, тем более она и сама хотела сегодня уйти раньше, ведь уже третий день не может поехать домой из-за завала и отсутствия свободных палат, заботясь о пациентах — ей нужен отдых.       Они вышли из архива и, благо, ни на кого не наткнулись, поэтому спокойно прошли дальше, к раздевалке, где женщина смогла забрать свои вещи, а после к регистрации, где сообщила, что ей надо уйти по семейным обстоятельствам — ее спокойно отпустили, входя в положение, как делала она последние несколько дней. Отпускать ее от себя ни оборотню, ни Стайлзу не хотелось, поэтому следовали за ней до самой машины, то и дело ловя на себе взгляды некоторых сотрудников, в особенности тех, кого они выслеживали. Те двое не то чтобы были злы на данную ситуацию, скорее в некотором оцепенении — слишком уж быстро их план раскрыли (спасибо Питеру с его бурной молодостью и набору кучи врагов).       Они усадили ее в машину, а после ушли к своей, на которой все так же следовали за женщиной, на некотором расстоянии, дабы это не вызывало подозрений. Стайлз по пути позвонил Скотту, сообщая всю полученную информацию, его изредка перебивал Питер, не то волнуясь за жизнь Мелиссы, не то возбуждаясь от нового занятия — его фиг поймешь. Скотт на это прорычал что-то неразборчивое, отключаясь. Оба сошлись на том, что тот поедет домой, следить за своей мамой, дабы та была в безопасности, пока все остальные будут разбираться с охотниками. Питер же предложил отвезти Стилински в участок, где он сможет объяснить все своему отцу и тоже поставить в известность о том, что ему может грозить такая же опасность, что и Мелиссе, ведь его сын часть стаи.       Когда они подъехали к дому Макколов, то Скотт уже стоял у двери, ожидая их прибытия. Женщина вышла из машины, и оглянулась, наблюдая как автомобиль Питера медленно останавливается и из окна выглядывает сначала он, а после появляется и Стайлз, что чуть ли не угрозой заставляет своего друга следить за матерью, иначе он оторвет ему яйца — да, это прямая цитата. Питер ухмыляется, целуя его в щеку, что так удачно была прямо перед ним, на что парень лишь хихикает, возвращаясь на свое место. И Мелисса бы сказала на это хоть что-то, только все эти переглядки и перешептывания наводили только на одну мысль: им идет быть вместе. Она только надеялась, что шериф воспримет это более спокойно и лояльно по отношению к ним двоим, а пока она зайдет в дом и позволит своему ребенку приглядывать за ней.

***

      Кора, Малия и Кира (господи, помоги)       Готовка была одной из тех вещей, что Стайлза успокаивали и помогали сконцентрироваться, а еще он просто любил это дело, готовя отцу полезные блюда, что тот из раза в раз критиковал, но все равно с удовольствием уплетал за обе щеки — самый лучший комплимент его навыкам. А сейчас парень стоит на кухне лофта, придумывая, что бы такого приготовить стае, чтобы те остались в восторге, потому что те словили его на слове когда-то, а отмазаться не дали, настаивая на вкусном обеде или ужине. Только вот угодить всем и каждому казалось невозможным: о предпочтениях как минимум пятерых он знал отлично, а вот что делать с остальными, оставалось загадкой. Ну, всяко лучше готовить именно мясо — оно точно зайдет всем, а вот с гарниром были проблемы. Рис был бы отличным выбором, только Айзек его не особо любит, но учитывать предпочтения только одного как-то неправильно по отношению к остальным, поэтому Стайлз сделал единственный верный вариант — готовить сразу три, чтобы на всех хватило и выбор был.       Благо его не бросили на произвол судьбы — читать как: оставили без денег, которые вообще-то обязаны были дать, ибо Стайлз не богатый, — Питер пришел к нему на помощь, закатывая рукава одной из своих кофт со своим этим v-образным вырезом — сексуально, а еще жутко отвлекает. Стилински на это закатил глаза, вчитываясь в рецепт, но благодаря оборотня за его неоценимую поддержку. Хейл хмыкнул только что-то про то, что Стайлз при готовке дико его возбуждает, также читая протянутую страницу. Нет, парень не смутился, он покрылся красными пятнами и стал проклинать мужчину за необдуманную фразу, но не смутился. Дерек крикнул им из гостиной, чтобы они меньше флиртовали, потому что у него точно случится отек мозга от всего этого — ок, это не сработает, но ты попытался, подумал Стилински.       Мясо приятно шкварчало на сковородке, когда Питер менял его положение, добавляя различные специи и розмарин. Слюнки текли от этого многообразия запахов, что даже его, человеческому, носу были доступны. Сам же Стайлз занимался нарезанием овощей, которые позже засунет с картошкой в духовку, потому что там они получаться мягче и сочнее, что в разы вкуснее обычной варки или жарки. Хейл с ним был полностью согласен.       Пару раз к ним заглядывал Дерек, ведомый всеми этими запахами и звуками, чем удивлял и дядю, и подростка, выдавая те эмоции на которые, как им казалось, был уже давно не способен — Питер упомянул что-то про то, что это напоминает те времена, когда вся их семья еще была жива и Дерек с Лорой и маленькой Корой забегали на кухню, требуя еду, выглядел он при этом немного грустно. Ностальгия. Стайлз обнял его со спины, кладя голову в перекат плеча и шеи, стараясь хоть немного поддержать, отлично понимая, какого это вспоминать что-то подобное.       Мясо осталось остывать на плите, а гарниры готовились каждый в своей таре, что наконец дало им время отдохнуть. Хейл воспользовался этим временем, прижимая парня к столешнице и целуя в губы. Ему больше хотелось съесть Стайлза, нежели все то, что они готовили весь этот час, только вот племянник где-то снаружи мог услышать и прервать их, что немного расстраивало.       — Я бы с радостью раздел тебя и отымел прямо на этом столе. — шептал Питер куда-то в шею подростка, пуская по его спине волну мурашек. Стайлз закусил губу, дабы не заскулить от возбуждения, потому что, черт возьми, это горячо. Но вошедшая Кора их прервала, крича что-то о том, что они, два извращенца, отбили у нее весь аппетит. Вранье, они слышали как урчал ее желудок, оба. Ну, похоже хоть кто-то еще в стае не отрицал их отношения, так же как остальные, спасибо и на этом.       На самом деле Кора бы с радостью, только от ее дяди всегда несло только хитростью да грустью, а сейчас вполне себе радостью и, о боже, Стайлзом, поэтому ей просто пришлось смириться. Надежда на то, что когда-нибудь они смогут вернуть прежнего Питера, приятно грела душу, хоть она этого и не показывала. Однако, такие сцены все равно заставать противно, особенно рядом с едой, которую она так с нетерпением ждет.       Питер от шеи Стилински так и не оторвался, продолжая тереться носом, впитывать запах и наслаждаться его многообразием. Руки опустились с талии парня на его бедра, прижимая к своим, пока Стайлз лишь млел от всех этих манипуляций. Ему так хорошо и тепло в объятиях оборотня, что отрываться не хотелось, а он и не пытался, полностью ему отдаваясь. Хейл, наконец оторвавшись от чужой шеи, посмотрел ему прямо в глаза, усмехаясь, а после целуя. Язык проник в рот Стилински, проходясь по зубам и сплетаясь с его — парень даже не думал над тем, чтобы не ответить на это действие. Слишком приятно, тепло, хотелось продолжить, только не здесь, а там, где они будут только вдвоем.       — О боже. — Кира, точно она, Стайлз уверен.       — С каких пор вы вместе? — Малия. Питер оторвался от губ подростка, оборачивая и тихо рыча, отчего обе девушки вздрогнули, а Тейт оскалилась, готовясь защищаться. Хейл и не пытался напасть, лишь отошел от Стилински, слыша тихий стон разочарования от того, что его лишили тепла, возвращаясь к готовке. — Стайлз?       — Уже несколько месяцев, но спасибо, что заметили. — огрызнулся он, помешивая рис, что почти был готов — удивительно как пролетает время за их поцелуями. И, нет, он совершенно не был раздражен тем, что их прервали, только если самую малость. — Скоро будет готово, идите на стол накрывайте.       Кира лишь кивнула, хватая со стола стопку тарелок, что они приготовили заранее, и вернулась в гостиную, где все уже пускали слюнки на запах с кухни. Они вообще-то предупреждали девочек о том, что лучше туда не соваться как минимум до тех пор, пока кто-нибудь их этих двоих не явит себя им, но те не послушались, совершенно не ожидая увидеть такую сцену. Малия же не ушла, все еще рыча на своего отца, надеясь хоть на какие-то оправдание, почему тот встречается с ее бывшим парнем, но ее даже вниманием не удостоили, поэтому ей пришлось сдаться — позже она все равно все выяснит, все же надо защитить Стилински от гнусных лап Питера, пусть защита и не требовалась.       Стайлз думал, что, возможно, чуть позже, когда они покончат с едой и засобираются домой, он точно поедет к старшему Хейлу за более горячим продолжением их мини-перерыва.       Мясо, кстати, вкусное.

***

      Шериф       Он знал, видел и чувствовал, что между его сыном и Питером Хейлом что-то большее, чем просто дружба. Только делать с этим что-то не спешил, он слишком хорошо знает Стайлза, чтобы не понимать одной простой истины: тот не сдасться, он найдет любой способ как заставить отца принять его отношения, даже если на это потребуются дни, недели, месяца, а то и года. А рушить их отношения Ноа совершенно не хотелось, поэтому он молчал, выжидая, когда же сам сможет смирится с этим и принять. Что было по сути практически невозможно: Питер взрослый мужчина, ему больше тридцати, а Стайлзу всего семнадцать, эти отношения не то чтобы ненормальны, они аморальны. Такое не должно существовать ни в одной из допустимых реальностей.       Шерифа тошнило каждый раз, когда он думал об этом — его сын отнюдь не дурак и на манипуляции никогда почти не ведется, потому что достаточно умен и внимателен до деталей настолько, что пресекает их на корню, так что Питер попросту не смог бы заманить его сладкими речами или еще чем. А значит вывод только один: Стайлз по уши влюбился в этого человека, да так, что не соображает что делает, позволяя Хейлу пользоваться им. Ноа даже представлять не хотелось какие гнусности оборотень творит с его сыном, да только не выходило совсем.       А потом настал он, переломный момент. Шериф как обычно заехал за кофе во время патрулирования, как заметил знакомую машину, на которой вечно разъезжал все тот же ненавистный ему Хейл. Питер оперся на бок авто, все время заглядывая в телефон, как предположил Ноа, для того чтобы узнать время. Тот явно кого-то ждал, и шериф очень надеялся, что это будет какая-нибудь жгучая красотка, с которой мужчина изменяет его сыну — он бы ему глаза открыл тогда на всю эту ложь. Но его предположение себя не оправдало: из-за угла выбежал Стайлз, прыгая на Хейла и обнимая его, о чем-то очень задорно рассказывая, но позволяя себя заткнуть легким поцелуем. Подросток выглядел таким счастливым, все еще вися в руках оборотня, все еще обнимая его, в нем и толики страха или недоверия не было, только чистая, невинная радость и любовь. Захотелось это все прекратить.       Только он не смог, наблюдая, как Питер аккуратно заправляет челку Стайлза назад, убирая ее со лба и целует туда, вызывая улыбку у парня. Когда сам подросток прижимается в поцелуе к Хейлу, не переставая улыбаться, наконец опускает ноги на асфальт. Шериф замечает, как Питер смотрит на его сына и сдается, просто уезжает так и оставляя их на той парковке.       Ноа не знает, что ему делать, потому что рушить это больше не хочется, потому что так он не то что будет чувствовать огромный шквал вины, но еще и полностью уничтожит своего сына. Ему стоило бы придумать план, только вот в голове то и дело мелькали картинки этой сцены, не давая сконцентрироваться — впервые он понимает своего ребенка с его СДВГ.       Он просто надеется, что больше речи об этом не зайдет, больше он этого не увидит, потому что еще не готов — все это слишком для него. Но все его надежды рушатся, когда он вновь видит Питера, эгоистичного ублюдка, чьему доверию грош цена, который стремится защитить его сына от пули, что выпустил охотник, за которым они гонялись вот уже неделю. Видит как Хейл падает на колени, рыча и сверкая голубой радужкой, пока Стайлз садится перед ним и пытается успокоить, как Питер скалится на остальных, кто пытается помочь, но не трогает сына шерифа, даже ткань кофты когтем не прорывает — старший Хейл его защищает даже в таком состоянии, не позволяя даже себе навредить ему. Удивительно, но Ноа снова тошнит.       Питера уводят подальше, как только Стайлзу удается вытащить пулю, когда сам оборотень наконец приходит в себя. Парень стоит там, наблюдая и стараясь не рыдать, размазывая кровь по кофте. Шериф хочет подойти и утешить, да только шагу сделать не может — он радовался тому, что Питера ранили, он не может утешить ребенка, которого чуть не заставили страдать еще больше. Ноа ненавидит себя за все эти мысли. Ненавидит, поэтому по приезде домой открывает бутылку виски и наливает в стакан, проклиная свою слабость. Стайлз домой не возвращается в эту ночь.       В следующий раз шериф убеждается в том, что Питер изменился, когда Стайлз приезжает домой после школы уже на своем джипе, от которого больше не исходит того звука тарахтения, что раньше. Парень вылезает такой довольный, что даже не сразу замечает своего отца на крыльце.       — Привет, пап, ты чего? — спрашивает он, а Ноа хочется задать очевидный вопрос, ответ на который он и так знает. — Пап?       — Привет, сын. Ремонт уже закончили? — подросток на это только кивает, все еще улыбаясь и оглядываясь на свой джип. — Сколько это стоило? Все. Замена всех деталей, шлифовка — царапины исчезли?       — Я… — Стайлз замолкает, а улыбка с лица исчезает вместе с голосом. Он не знает что ответить, потому что и сам не знает во сколько это обошлось — Питер заплатил не сказав ему, как подарок к предстоящему дню рождения. Только заявить об этом прямо он боится, потому что реакция отца может быть непредсказуема. — Да там, пару тысяч, я долго откладывал. — и снова ложь, но это все, на что сейчас способен его мозг.       — Не ври мне. Кто заплатил за ремонт? — и тут парень понимает, что его отец уже знает ответ. Они оба молчат несколько минут, прежде чем Ноа понимает, что ему не скажут, потому что Стайлз не готов говорить об этом, а он — слушать, поэтому он возращается в дом.       Подросток стоит на улице, не решаясь зайти внутрь, потому что страшно. Трясущимися руками он достает телефон и набирает сообщение Хейлу, неразборчиво и вяло, но ему все равно — его поймут. Питер приезжает спустя минут двадцать, обнимает парня, на которого все накатывают волны паники, а после заводит в дом и отправляет наверх, пока сам будет разбираться здесь — он взрослый, это его ответственность.       Оборотень застает шерифа на кухне, тот делает глоток виски, с шумом ставя стакан на столешницу, но не оборачивается, будто и так зная, кто стоит в проходе. Сил смотреть нет на Хейла, его снова начнет тошнить, но Питер и не просил его обернуться, лишь проходит глубже и встает рядом с ним.       — Нам все равно придется поговорить. — только и слышит Ноа, понимая, что это та реальность к которой он сам привел своими действиями. Это он должен был сказать своему ребенку и Хейлу, а не наоборот. Он должен был начать этот серьезный разговор уже давно и решить проблему, а не делать все хуже. Сейчас Ноа не знает что чувствовать, после всех тех сцен любви и защиты, он просто не может ненавидеть Питера, что жизнью готов пожертвовать ради его ребенка — манипуляторы так не делают, им все равно. — Шериф.       — Я не знаю с чего начать. Меня не устраивают такие отношения, ты слишком взрослый для него. Но… последние несколько дней я видел как вам хорошо вместе, хотя надеялся на обратное, только все это было бессмысленно. Питер, почему мой сын, почему именно Стайлз? Я имею в виду, что у тебя у самого есть дочь его возраста, разве это не тошно? — говорит Ноа, утирая рот от капель алкоголя и наконец находит силы развернуться. В проходе прячется Стайлз, не решаясь встревать в этот разговор — он умный мальчик, правильно поступает, потому что им, двум взрослым людям, стоит разобраться с этим между собой.       — Я люблю его, он самый чудесный парень, что я встречал. Я больше влюбился в его ум, нежели во что-то еще: с ним всегда есть о чем поговорить, что обсудить и о чем поспорить. — шериф готов поклясться, что видел искреннюю улыбку Питера впервые в жизни, она такая теплая. — У меня с Малией нет таких отношений, о которых вы все так любите думать. Мы с ней отец и дочь только биологически, но не эмоционально. Разные вещи. Меня не смущает возраст вашего сына, хотя по сути должен, но у меня нет таких же моральных ценностей, наверное больше из-за моей жизни, поэтому ваших чувств я не пойму. Но у меня нет цели навредить ему, я просто хочу быть с ним, любить его, защищать; он лучшее, что происходило со мной в последние несколько лет моей жизни, а это многого стоит. — не поспоришь; сначала пожар, смерть семьи, кома и боль — жизнь Питера не была мечтой, она была адом. Так что его слова действительно многого стоят. Хотя все это больше похоже на предложение руки и сердца, нежели на простое объяснение почему они вместе. И судя по лицу Стайлза, они солидарны в этом.       — Я понимаю, но для меня, старика, все это слишком сложно. Я видел много подростков в участке, кого обманули и подвергли насилию взрослые люди, кто клялся им в любви, поэтому я надеялся, верил, что мой сын не будет одним из них.       — Простите, прерву вас, но у нас все происходит с полного согласия. Я имею в виду секс. Когда я не хочу, что бывает вообще-то довольно редко, то Питер спокоен к этому, мы занимаемся чем-то другим. Так что, никакого принуждения, пап, все честно. — вклинился Стайлз, высовывая голову из-за угла и получая два укоризненных взгляда за ненужную вставку. Он возвращается в свое прежнее положение, скрываясь с их глазах, полностью покрываясь пятнами от смущения.       — Не важно, так вот… Сбил меня напрочь. — бурчит шериф, ставя стакан в раковину. — Ай, плевать. Я не знаю пока, как относится к этим отношения и смирюсь ли я когда-нибудь, но дам вам добро. Но, — тон Ноа становится таким серьезным, что у Питера поджилки затряслись от страха. — если ты причинишь вред моему сыну, то хоть попытайся сбежать на край света, я достану тебя и засажу дробью аконит тебе прямо в сердце, понял?       — Да. — только и удается выдавить Хейлу из себя. Он слышит как Стайлз тихо посмеивается, наконец успокаивая поступающую панику.       Может шерифу и понадобится чуть больше времени, чтобы понять такие отношения, но в одном он уверен: его сын в безопасности рядом с Питером, а еще его наконец любят в ответ. Может все не так уж и страшно, как ему думалось изначально. И ему стоит позвонить Мелиссе, потому что ему нужен кто-то, с кем можно обсудить это, иначе он точно сопьется —нет, пап, не выйдет, может физически я и слабее, но у нас теперь есть оборотень, что поможет тебя сдержать, а еще он может учуять алкоголь, так что даже не пытайся.