Начинай с десерта

В гостинице подавали отличный стейк на баре. Джаред так и сказал об этом симпатичному незнакомцу, усевшемуся рядом с ним на барный табурет. Незнакомец внимательно посмотрел на Джареда и серьёзно спросил: — Рекомендуете? — Конечно, — кивнул Джаред, — отличное мясо средней прожарки. Хотя... прожарку можно заказать любую. — Похоже, вы в этом разбираетесь. Джаред не смог считать интонации и выражение лица — был ли незнакомец серьёзен, иронизировал ли? Поэтому ответил так, чтобы у того не осталось выбора: — У меня такой плотоядный вид? Незнакомец смотрел на него всё с тем же выражением лица секунды три, а потом громко расхохотался. И Джаред понял тут же, что восхитительный стейк он сейчас без колебаний променял бы на... Впрочем, очень хотелось есть, а времени на другие занятия уже не оставалось. Даже на знакомство и лёгкий флирт. — Попробуйте Гевюрцтраминер к стейку, — посоветовал Джаред. — Разве не Бордо? — спросил незнакомец в ответ. — Переоценённая кислятина, — поморщился Джаред, кивком поставил точку в разговоре, и отсел чуть дальше, не желая показаться собеседнику навязчивым. Но тот, похоже, не испытал никакого дискомфорта. Джаред изредка поглядывал на него, расправляясь со стейком. Ел он быстро, но аккуратно, не делая лишних движений и облизывая соблазнительные розовые губы после каждого куска мяса или глотка вина. От второго бокала он отказался, равно как и от десерта. Даже от чашечки эспрессо, издававшего такой аромат, что это стоило поистине нечеловеческих усилий. Джаред понял, что он тоже связан графиком, и не может выделить даже лишних несколько минут — скорее всего, через час или около того у него был забронирован рейс. Но мысль о знакомстве была слишком соблазнительна. Как... как эти розовые губы. Тем более, Джаред видел, как незнакомец вскользь поглядывает на него, не отрываясь от еды. Впрочем, возможно, ему показалось. Пока Джаред думал об этом, незнакомец встал, оставив на стойке чаевые, и кивнул Джареду, проходя мимо: — Спасибо за рекомендацию! Вы открыли для меня замечательное сочетание. Ответить Джаред не успел — ничего в голову не пришло, поэтому только улыбнулся. И проводил незнакомца взглядом, жалея о том, что не решился предложить пересечься за обедом в следующий раз. Хотя... следующего раза, скорее всего, не должно было быть. Поэтому следовало поскорее забыть о сильном, но мимолётном соблазне. Но следующий раз был. В другом городе, но в отеле, принадлежащем той же сети. И примерно в тоже время. Картина сложилась тут же, стоило лишь продлить логическую цепочку: незнакомец, наверняка связанный контрактами, был связан и гостиницей. Так же, как и Джаред. В этот раз он окликнул Джареда сам: — Всё ещё предпочитаете пересушенное мясо и бесцветное вино? Джаред посмотрел с интересом. Незнакомец выглядел ещё привлекательней, чем в первую встречу, и его взгляд был откровенно насмешливым. Причём в этой насмешке просматривался вызов, а не издёвка. Джаред опять не нашёл в себе сил на остроумный ответ, которого незнакомец наверняка ждал, поэтому ответил с намёком на предыдущий диалог: — Да, предпочитаю не слишком кровавые удовольствия. — Чёрт, — вдруг смутился незнакомец, — без обид, хорошо? Я просто обрадовался, увидев знакомое лицо. Очумел от перелётов и совещаний, растерял манеры. Меня зовут Дженсен, если вы не против знакомства. Он протянул руку и улыбнулся. Джаред во время этой речи рассматривал его, убеждаясь во мнении, что заинтересованность Дженсена ему не померещилась. Лёгкая агрессия вместо приветствия выглядела намёком на дружеское подначивание. — Какие обиды, — улыбнулся он, пожимая протянутую руку, — что вы! Да я сам в такой же ситуации. Кроме того, я уже говорил — прожарка тут любая, какую пожелаете. И меня зовут Джаред, — добавил он, будто спохватившись. Но Дженсен и бровью не повёл, словно они на самом деле были давно знакомы и такая манера общения для них привычна. С официальной частью на этом было покончено. За стойкой они сидели рядом и на протяжении всего укороченного обеда увлечённо разговаривали. Укороченного, потому что на кофе и десерт времени, как всегда, не оставалось. Зато к финалу трапезы чудом уцелевшие формальности выветрились из общения без следа. И ещё, с сожалением пожимая друг другу руки, Джаред и Дженсен уже чётко знали, где и когда встретятся снова — каждый из них действительно был жёстко ограничен рамками контракта. В такси Джаред думал о десерте. О том, что они и в этот раз не успели его попробовать. Немного жалел об этом, но гораздо больше — о губах Дженсена. Ощутить их на своих губах хотелось гораздо сильнее, чем попробовать десерт, пусть он наверняка был великолепен. Может, именно поэтому Джаред сломался первым. Он уже убедился в том, что заинтересованность Дженсена ему не почудилась, больше того — Дженсен слегка провоцировал его каждый раз. Слегка, но достаточно для того, чтобы обозначить намерения. Уезжая, Джаред каждый раз ругал себя за нерешительность. Стоило действовать спонтанно, подчиняясь порыву. Без выяснений и прелюдий. Кроме того, по мнению Джареда, они встречались достаточное количество раз, чтобы считать это прелюдией. Они заслужили небольшую награду за долгое воздержание. Джаред убедился в этом, когда Дженсен решительно перехватил его у входа в обеденный зал. И с облегчением понял, что это произошло — тот самый раз, когда они больше не в силах отказываться друг от друга. Потому что развернулись и ушли из зала, лишь посмотрев друг другу в глаза. Просто незачем было лгать себе. — Прекрасное решение! - вместо приветствия сказал обрадованный Джаред, сжимая плечо Дженсена. — Ты откажешься от обеда? — недоверчиво спросил Дженсен. — Лишь частично, — ухмыльнулся Джаред, — раз уж наши мысли совпадают. Я просто решил поменять порядок подачи блюд. Подумал, что нам стоит начать с десерта. Мы ведь ни разу его не пробовали. А на обед в этот раз придётся есть скучную самолётную еду. — Серьёзная жертва, — оценил Дженсен. Но Джаред уже подхватил его под локоть и потащил к лифтам. Дженсену явно не хотелось сопротивляться, но у него ещё осталось немного здравого смысла. Ровно столько, чтобы напомнить Джареду: — Не через главный холл! Это был весомый аргумент — Джаред немного пришёл в себя и они с Дженсеном сделали крутой разворот. Действительно, не стоило попадаться на глаза коллегам — для представителей конкурирующих фирм, коими и являлись Джаред и Дженсен, такое поведение могло стать поводом для обвинения в чём угодно — от промышленного шпионажа до попытки скомпрометировать. Кружной путь лежал через служебный коридор и кухню к техническим лифтам. Когда наконец они вышли из лифта на этаже, где располагался номер Дженсена, терпения не осталось совсем. Но Джаред жестом фокусника вдруг выхватил из кармана и победно поднял над головой баллончик со взбитыми сливками — стащил с тележки, пока они бежали мимо кухни. Дженсен прыснул. — Я знаю, что банально, — пожал плечами Джаред. — Джаред, это так пошло, — поправил его Дженсен, — называй вещи своими именами. — Но пошлость и банальность не помешают мне осуществить... — Заткнись, — перебил его Дженсен, открывая дверь и вталкивая Джареда в номер. Целоваться они начали, едва захлопнув дверь. Джаред немного жалел о том, что у них нет времени на длительное, красивое начало отношений, но Дженсен сейчас отвечал на его бесстыжий поцелуй и явно был не против. Одежду с него Джаред умудрился снять аккуратно — не хотел подставлять, отрывая пуговицы и разрывая костюм по швам; тем более, Дженсен, кажется, был сейчас именно в таком состоянии, когда не думаешь о последствиях. Переступив порог номера, здравый смысл он оставил за дверью. Целоваться с ним было очень сладко и немыслимо возбуждающе. Чувствуя себя глупо, Джаред протянул руку и нащупал захваченный по дороге баллончик, отброшенный в сторону вместе с одеждой. Встряхнул его и нажал на дозатор, покрывая грудь Дженсена плотной пеной взбитых сливок. Вот уж правда — ничего более банального и пошлого придумать было невозможно, но Джаред и не пытался. Он просто слизнул сливки, присасываясь к твёрдому соску Дженсена. Потом добрался до второго. Слизал всё подчистую, оставив соски Дженсена искусанными и красными, сполз на колени, прижимаясь щекой к гладкому животу, и встряхнул баллончик, собираясь забрызгать член. Но... — Никаких добавок, — пробормотал он сам себе. — Я прямо польщён! — из последних сил съехидничал Дженсен. Но Джаред уже обхватил губами головку и всосал весь член глубоко и жёстко, сдавливая во рту и сглатывая. Головка перекрывала просвет гортани, мягко скользила по нёбу, когда Джаред проталкивал член Дженсена ещё глубже себе в глотку; горячие капли сползали в горло. Кончать в глотку Джареда Дженсен сейчас не хотел — старался оттащить его и невнятно мычал, но не получилось — кончил почти сразу же, и довольный Джаред выпустил его член изо рта, ещё раз облизав головку. Пока Дженсен пытался отдышаться, Джаред опрокинул его спиной на пушистый ковёр и провёл ладонью, скользкой от его спермы, по мошонке и крепкой заднице. Зрелище было роскошное — полувставший член, крупный и красивый, бритая мошонка, и так же тщательно выбритый вход между твёрдых ягодиц. Джаред не удержался — шлёпнул влажной ладонью прямо по туго сжатой дырке, а потом сверху вниз вдавил два пальца внутрь, наслаждаясь сопротивлением тесного сфинктера и влажностью тёплых стенок внутри. Когда он понял, что Дженсену не больно, осторожничать перестал — опять всосал его член до гланд и принялся трахать пальцами, раздалбывая вход в попытках выдоить немного смазки. Получилось — под пальцами ощутимо поплотнел бугорок простаты, а на язык вытекло несколько капель. Дженсен опять запротестовал, оттаскивая Джареда от себя. На это раз Джаред не сопротивлялся — выпустил член изо рта и навис над Дженсеном, поднимаясь на руках. — Что? — весело и невинно спросил он. — Член, — возмущённо пояснил Дженсен, временно утративший навык связной речи, — Смотри! Сейчас кончу! — И? — все с той же издёвкой протянул Джаред. — В меня! — выдавил Дженсен, — кончи в меня! — Как устоять перед таким приглашением, — расплылся в улыбке Джаред Джаред уже понял, что не получится, как он хотел, чтоб всё было красиво, неторопливо и нежно — получилось жадно и жёстко, всё тело сводило от острого кайфа. Загнал член в подготовленную задницу — сразу глубоко, без тормозов, подпёр бёдра Дженсена коленями, взял в замок и принялся немилосердно, глубоко, от души драть его, так что у обоих искры из глаз летели. Дженсен содрогался, пока из члена выстреливала одна горячая струя за другой, и Джаред отстал ненадолго — кончил в него, рыча от сжимающих член стенок. — Горячий ты паршивец, — покачал головой Джаред, целуя его. Дженсен промолчал, но укусил его за нижнюю губу и поддал бёдрами вверх, так что полуопавший после оргазма член Джареда протянуло изнутри и мягко-упругая головка проскользнула в глубину. — Давай-ка ещё раз — скомандовал Дженсен, удерживая Джареда за задницу и вдавливаясь в него бёдрами, — спусти в меня ещё раз. Джаред и не собирался отказываться — ещё раз с диким кайфом оттрахал Дженсена, кончив в него намного быстрее, чем ожидал, и... одновременно с ним. Если бы Джаред не знал, что перед этим они ничего не ели и не пили, подумал бы, что в одно из блюд подмешали виагру. Но, скорее всего, просто сказывалось длительное вынужденное воздержание. — Вылижу сейчас, — пообещал Джаред, мягко целуя Дженсена в губы. — Потом, — сказал Дженсен, — трахни меня в рот, — хочу, что тебе... тоже понравилось. Джаред с размаху пился в его губы, борясь с желанием искусать их; поднялся на колени, и так же, не примериваясь, всадил член Дженсену в горло. Понравилось ли ему, следуя вопросу Дженсена? Кроме бессвязной матерной ругани, в голове не осталось ничего — конечно же, ему до одури понравилось трахать рот Дженсена так, чтобы слюна и сперма лились по шее и груди, делая кожу скользкой. Дженсен постанывал, крепко удерживая его за задницу и не давая отстраниться. Джаред мог только гладить его, где удавалось достать, скользить пальцами. Дотянулся одной рукой до члена и нежно сжал его, не надеясь, что Дженсен кончит, и стараясь не сделать больно. Другой рукой он бездумно поглаживал розовые торчащие соски, задевая ногтями венчики до тех пор, пока Дженсен... не спустил ему в ладонь ещё раз. Джаред тут же излился ему в глотку, крепко забив член глубоко за корень языка. Когда закончились сокращения гортани, а Дженсен засопел, Джаред осторожно вытащил член. — Отдохнуть надо, — прохрипел Дженсен, стараясь выровнять дыхание. Джаред дотянулся до кровати и стащил с неё подушку, подсунул Дженсену под голову. Тот благодарно откинулся на спину. Джаред поцеловал его — горячие мокрые губы, шею, грудь, залитый спермой живот. Сполз пониже, подпёр плечом его бедро. Дженсен не сопротивлялся. — Ты ведь кончишь так? — спросил Джаред, касаясь языком опавшего члена и основательно оттраханного ануса Дженсена. Его почему-то завораживало тело Дженсена, особенно вспухший нежный вход, его способность жёстко сокращаться и выдаивать оргазм за оргазмом. Это стало для Джареда неожиданным откровением — ведь только что они с Дженсеном были друг для друга абсолютно чужими людьми, а теперь Джаред ласкает его, оба покрыты потом и спермой, и Джаред готов бесконечно целовать Дженсена, оставляя засосы и влажные следы. Дженсен ничего не ответил, но чуть приподнял бёдра. Джаред прижал его член к животу и длинно, медленно, крепко нажимая языком лизнул влажные от спермы бритые яйца, и уже точным движением шлёпнул по раскрытой розовой дырке, тоже покрытой белёсой спермой. Дженсен вскрикнул, Джаред сунул пальцы поглубже: — Сожми, — попросил он. Почувствовал, как сжимают пальцы бархатные, тёплые и мокрые стенки. Жаль, времени почти не оставалось, а Дженсену ещё нужно было привести себя в порядок — более тщательно, чем Джареду, учитывая... хм... — Поднимайся, — шепнул Джаред, ещё раз лизнув его мошонку, прихватив губами нежное выпуклое местечко под яйцами и нечеловеческим усилием удерживаясь от желания наглухо засосать оттраханную дырку — так, чтобы Дженсен кончил только от языка и губ Джареда. Дженсен выглядел осоловело — он, кажется, едва ли сознавал, что через полчаса они должны быть в аэропорту, и находился в плавающем состоянии ленивого, тёплого, размазанного оргазма. — В следующий раз, — подталкивая его в сторону ванной комнаты, пообещал Джаред, — так оттрахаю твою задницу языком, что неделю будешь кончать, только вспоминая об этом. — Не хочу... вспоминать, — с трудом вытолкнул Дженсен, когда Джаред придавил его грудью к кафельной стене, — хочу... просто трахаться с тобой. — Будем, — лаконично подтвердил Джаред, жёстко пропихивая член в его задницу, — сейчас кончу в тебя. Он хотел напоследок быть особенно нежным, но и в этот раз не получилось — вместо нежного прощального секса он по-прежнему жадно и быстро отодрал Дженсена в податливую после члена и пальцев задницу, в последнюю секунду на самом деле кончив глубоко внутрь и с наслаждением, всё так же безжалостно отдрочив его разбухший от глубокого отсоса член. Дженсен не подвёл — кончил всё так же сладко и громко, но потом чуть не упал на скользкий кафельный пол. — Всё, всё, — хрипло сказал Джаред, усаживая его на край джакузи, — прости, кажется, я на самом деле тебя затрахал. Джаред чувствовал себя виноватым — сейчас они должны были принять душ и поваляться часик-другой на кровати в сладком послеоргазменном бессилии. Но Дженсен расплылся в улыбке: — Мне нужно полчаса, бокал Бордо и стейк с кровью. Потом я сам выебу тебя так... Ну, вот как ты обещал. Фигня твой... Гевюрцтраминер. — Детка, — растроганно сказал Джаред, целуя его в щёку, — сейчас у нас нет ни того, ни другого, ни третьего. Даже вот этой фигни. Но мой член будет готов в любой момент, как мы пересечёмся... в следующий раз. Конец фразы прозвучал немного грустно — теперь, когда барьер рухнул, Джаред предпочёл бы с Дженсеном не расставаться. — Лучше пусть твоя задница будет готова, — грубовато ответил Дженсен. Но Джаред, разумеется, не обиделся: — Устроим! — пообещал он весело. Потому что прекрасно понимал, учитывая этото восхитительный, неожиданный и изматывающий секс-марафон: Дженсен тоже не пожалеет его задницу. И Джаред уже ждал этого. Остаток времени они провели с пользой и не без удовольствия: на секс времени больше не было, но Джаред тщательно вымыл Дженсена, выдавив на пальцы гель для душа и просунув их в такой желанный, слишком скользкий и припухший анус, засунув до костяшек и раскрыв пальцы, чтобы вытекли остатки спермы. Это грозило ещё одним полноценным трахом (или не одним?) и, следовательно, срывом контрактов. Ни Дженсена, ни Джаред это бы не устроило. Поэтому Дженсен решительно отстранил от себя Джареда, едва тот потянулся за новой порцией геля, с сожалением посмотрел на его роскошный, влажный, перевитый венами член с соблазнительно обнажившейся головкой, но выставил Джареда из ванной, сунув ему в руки полотенце. Это возымело действие — когда Дженсен, сбросивший с себя сладкую дремоту, быстро додрочил, крепко сжимая член и яйца, закрыв глаза и представляя, как пропускает в горло член Джареда, после включил прохладную воду, самостоятельно быстро вымылся и вышел, предусмотрительно завернувшись в полотенце, Джаред был уже готов — аккуратно одет и причёсан. В аэропорт они прибыли за пятнадцать минут до окончания посадки. — Бывай, — сказал Джаред, пожимая Дженсену руку. Дженсен молча притянул его к себе и поцеловал. На глазах у всех. Долго, глубоко и прочувствованно. Когда они отлипли друг от друга, Джаред отчётливо осознал, что это именно тот финал сегодняшнего прекрасного безумия, которым он должен быть — после него не осталось чувства фрустрации. Дженсен же ухмыльнулся и от души приложил Джареда по заднице. Если до этого Джаред немного переживал о поцелуе на публике, то сейчас расслабился и почувствовал полную свободу. — Не забывай, — весомо сказал Дженсен, всё так же весело ухмыляясь, — она — моя на всю следующую встречу. — Не забыл и не возражаю, — просиял Джаред, — более того — жду с нетерпением. Потом Дженсен развернулся и неспешно пошёл в сторону своего гейта. Джаред, наоборот, побежал, ощущая на губах призрачный вкус взбитых сливок. Уже усевшись в кресло, он собрался перевести телефон в режим полёта, но его ждало сообщение от Дженсена: "Знаешь, я подумал, если ты так любишь этот Гевюрцт-как-там-мать-его, с него мы и начнём. А потом доберёмся до Бордо". "Принято", лаконично ответил Джаред. Выключая телефон, он с улыбкой думал о том, что до Бордо они, скорее всего, и в этот раз не доберутся.