Юбка.

      Бледно-лиловая плиссированная юбка струилась вдоль по накаченным ногам, широко разведённым в стороны. Мидей болезненно зашипел, слегка приподнялся на локтях, устремив осоловелый взор на партнёра, и сомкнул зубы на вовремя предоставленном плече Фаенона, подавляя рвущиеся наружу звуки. Руки инстинктивно сжались в кулаки, безалаберно смяв простынь. Он нахмурил брови, зажмурил золотистые очи и рвано вздохнул, едва не стукнувшись макушкой об изголовье кровати.       Фаенон в свою очередь неторопливо кружил подушечками пальцев у влажного колечка мышц, порой надавливая, но не вводя внутрь ни фаланги. Он издевался, проверял партнёра на прочность, желал устроить небольшое соревнование даже в их постели.       Мужчина осторожно убрал руку, столкнувшись с недовольным взглядом янтарных глаз, в которых словно растеклась лужа дикого вязкого мёда, оседающего в глубинках души очарованного Фаенона. Казалось, что лишь от одного взора на величественный стан Мидеймоса он мог позорно проиграть выдуманное им же соревнование. — Быстрее, — тонкая полоска губ сжалась ещё плотнее, стоило Мидею выудить из себя короткую просьбу, отвлекая Фаенона от глубоких мыслей.       Фаенон, однако, расторопнее не стал. Напротив, он опустился чуть ниже, принявшись плавно водить языком по телу партнёра, повторяя языком кроваво-красные узоры на груди. Он с энтузиазмом целовал грудь мужчины, звонко и самую малость наигранно причмокивая. — Издеваешься? — с очевидным раздражением спросил Мидей, чувствуя себя крайне нелепо, будучи облаченным в давным-давно перепачканную выделениями, юбку и распростёртым на небрежно смятых его же стараниями простынях. — Стал бы я? — Фаенон заулыбался, но, к его счастью, Мидей увидеть этого не смог. — Разве нет? — цокнул он, невольно уложив руку на чужом патлатом затылке.       Мужчина проигнорировал его, продолжив заниматься безмерно увлекательным делом, самым наглым образом лапая грудь Мидея. Он обводил языком тёмный сосок, затем несильно прокручивал меж пальцев, после чего мгновенно подключал язык, словно старался зализывать причиненные крошки дурманящей боли. Фаенон не отлипал ни на секунду, орудуя на его коже как художник на чистом холсте.       Гортанные стоны только придавали ему мотивации, игнорируя редкие недовольные восклицания. Фаенон скользнул рукой вниз и непринужденно задрал и без того ничего не закрывающую юбку.       Мидей уж думал, что его наконец возьмут: грубо и быстро, без приторных и тягучих прелюдий, от которых челюсть сводило, будто патока стекала по устам, но у Фаенона определенно были другие планы. Он спустился к паху, окропил головку эрегированного члена жарким дыханием и развёл роскошные ягодицы в стороны, лизнув вспотевшую кожу. — У тебя сегодня неконтролируемое желание засунуть язык везде, куда возможно? — на выдохе молвил мужчина, тотчас уместив ноги на плечах Фаенона, активно расцеловывающего внутреннюю сторону бёдер.       Мидей загнанно дышал, в глубине души тщетно стараясь найти силы и держать перед Фаеноном лицо. Впрочем, тот был донельзя увлечен его ягодицами, так что видеть сморенный возбуждением лик он не мог.       Язык заполз во влажное отверстие, штудируя стенки. Он нарочито медленно двигался, смаковал процесс, растягивал его так, как только мог. — Я тебя в следующий раз…! — хотел возразить Мидей, но Фаенон вовремя перехватил его член у основания, вынудив недосказанную угрозу в одночасье исчезнуть.       Из головы испарились в небытие все мысли, а Мидей тотчас оказался не способен здраво размышлять: его член уместился в ладони Фаенона. Вот только двигать дланью мужчина не стал. Это вызвало ещё более бурный ряд негодований, но озвучивать их он не спешил.       Мужчина чудом удержался от хохота, следя за реакцией Мидея. Язык переместился на член, вот только долго задерживать там не стал. Всего-то несколько раз мазнул по головке.       Мидея было тяжело раскрепостить. Помнится Фаенону, в первое время от него невозможно было дождаться ни одного звука. Мидеймос горделиво поднимал голову вверх, строго отказывал Фаенону в длительных прелюдиях и отворачивался от него. Или сам ставил мужчину на колени, а в глаза не заглядывал ни при каких обстоятельствах. Складывалось впечатление, что небесная радужка очей превратит его в неспособное здраво размышлять существо.       А затем свыкся. Пустил друга-соперника-любовника в своё ложе, не зажимаясь более где придётся. Он позволил ему взять над собой контроль, разрешил проявлять инициативу и стал в разы более отзывчивым. Фаенон спрашивать о столь внезапной перемене не смел. — Что ты там говорил про следующий раз? — задорно пролепетал Фаенон, принявшись елейно водить по своему члену дланью. — Его такими темпами не будет, — рявкнул Мидей, понемногу принимая сидячее положение.       Мужчина толкнул партнёра в грудь, приподнял бёдра и соскочил с члена, решив полностью взять инициативу в свои крепкие руки. — Точно не будет? — Молчи. Я найду белые кружева для тебя, раз тебе так нравятся подобные тряпки, — прошептал Мидей, фиксируя руки Фаенона, который, к счастью, не сопротивлялся.       Мидей надавил на кубики пресса второй рукой, затем несколько раз совершил возвратно-поступательные движения ладонью на члене.       Ощутив сильнейший дискомфорт, мужчина попытался расстегнуть молнию на юбке, даже отпустив гаденько улыбающегося Фаенона, но липкие и влажные руки никак не хотели слушаться, от чего он был вынужден смириться, остановившись на просто задранной юбке.       Мидей потёрся ягодицами о головку, пуще прежнего пачкая их в предэякуляте. Он уж было хотел опуститься, наконец почувствовать долгожданную наполненность, объездить нелепо хихикающего Фаенона, но в его голове проскочила светлая мысль, что он тотчас поспешил реализовать.       Глазами Мидей второпях пробежался по кровати, схватив тюбик с лубрикантом, выдавливая прохладный гель на пальцы.       Фаенон, заподозрив неладное, хотел попытаться вернуть контроль в свои руки, но Мидей одним своим видом молчаливо запрещал ему, от чего мужчине осталось наблюдать за тем, как рука партнёра исчезает под тканью юбки.       Глядя на его лицо, он мог примерно сказать сколько в нём сейчас пальцев: на первом Мидей томно вздохнул, поддался вперёд, опираясь второй рукой на накачанную грудь Фаенона, который чувствовал себя идиотом, загнанным в собственную ловушку. На втором пальце Мидей принялся искать подходящий для себя ритм, практически сразу двигаясь внутри себя с бешеной скоростью, шипя сквозь зубы и хмуря брови.       Так было всегда. Мидей не выносил ленивых и бережных фрикций Фаенона, всякий раз намеревался сесть сверху, получая то, в чём так нуждался на самом деле. Справедливости ради, в большинстве случаев выходило.       Фаенон терпеливо глазел на Мидея, на его руку, уходящую под юбку, на выражение лица и украшенную — не без помощи партнёра, разумеется — грудь. Он ощущал неконтролируемое желание зарыться рукой в градиентную гриву, отказаться от принципов и крепко схватить за патлы на затылке, прекратить экзекуцию, что устроил ему Мидей, резво загоняя в себя пальцы по самые костяшки. — Мидей, ты здесь не один, — поспешил напомнить о себе Фаенон, елейно коснувшись коленки. — Неужели? Тебе ли мне это говорить? — ядовито парировал мужчина, но пальцы из себя вынул с пошлым хлюпаньем, приподняв бедра, чтобы бесстыдно потереться растянутым отверстием о головку члена.       Долго ждать Мидей не стал, практически сразу опустился, болезненно зашипев, ощутив во всём теле прилив пламенной экзальтации вкупе с ледяными импульсами боли, что неистово сводили с ума Мидеймоса.       Фаенон тотчас уместил руки на ягодицах, перекручивая юбку окончательно, от чего та стала похожа на половую тряпку. Он сам вскинул таз, толкаясь в партнёра, чувствуя вокруг пульсирующего члена гладкие стенки.       Мидей принялся с бешеной скоростью кружить на члене, позволяя Фаенону трогать себя. Он разрешил ему трогать свои ягодицы, прикасаться к своему члену. Он оставил лишь крохотную часть контроля Фаенону, однако тот уже глубоко ценил столь щедрый жест.       Мидей кусал тонкие губы, шипел, томно вздыхал и проклинал катастрофически мешающую юбку, в придачу борясь с желанием ударить Фаенона за его фирменную улыбочку, которое граничило с необходимостью смотреть на лицо мужчины. Он нуждался в контакте с ним ежедневно, кажется, стал зависим и нашел единственный доступный ему способ умереть: остаться лишь на день без тёплой улыбки, греющей фибры его чёрствой души.       Мидей усердно долбил себя в простату, раз за разом цепляясь за плечи Фаенона и безжалостно царапая их. Он выпускал из себя член практически полностью, затем вновь насаживался в одно движение.       Фаенону осталось только надеяться на благоразумие партнёра в таких ситуациях, ибо хотя бы немного поспособствовать более медленному темпу он не мог: чревато последствиями.       Мидей, что ещё до проникновения был доведён до пика, ощущал скорую разрядку. Внутри него бурлило исступление, озорно перемещаясь по всему стану, концентрируясь внизу живота, чтобы в один момент вынудить его сбиться с темпа и обмякнуть в заботливых руках партнёра, который подмял его под себя, принявшись двигаться уже в миссионерской позе.       Ровно через несколько произвольных фрикций Мидей кончил, больно царапнув спину Фаенона, который, к слову, не отставал от него, окропив семенем ткань юбки. — Ты первый кончил, — пробормотал он, падая навзничь. — Больной… Ты и из этого решил соревнование устроить? — Мидей отвернулся и улёгся лицом в подушку. — А ты нет? — Фаенон осторожно чмокнул Мидея в плечо, заливисто захохотав.       Мидей поднялся на несколько секунд, наконец-то стянул юбку и бросил её Фаенону в лицо.