Пес и птица

Мужчина в темной одежде, с натянутой на лицо горнолыжной шапке, стоял, вжавшись в стену. Его поза была напряжена, он пригнул колени, и чуть сгорбившись тихо выглядывал из-за угла. Убедившись, что другой мужчина медленно идет по коридору и кажется совсем его не замечает, злоумышленник в маске с легким скрипом поправляет черные перчатки. Выпрямившись он скрипнул зубами и тихо выскользнув из-за угла. Он бесшумно двигался вдоль стены плохо освещенного коридора. Понимая, что столкновения не избежать, он скользнул рукой под нижнюю полу куртки и достал нож. Лезвие тихо чиркнуло о край ремня. Шаг, ещё один. Он медленно сокращал расстояние, отделяющее его от незнакомца, который устало потирал лицо, нажимая пальцами левой руки код отключения сигнализации. Мужчина лениво зевнул, тишину нарушал легкий треск клавиш. Рука мужчины коснулась дверной ручки, в тот самый момент, когда холодное лезвие коснулось его шеи… «Чирк», «Кья» — кровь брызнула, крупными каплями стекая по светлой стене и заливая сенсорные кнопки.

«Бззз”- «Бззз» — «Бззз»

Резкий звук вибрации заставил мужчину от неожиданности вскочить. Довольно грубо, он потерял равновесие и уронил ведро с попкорном. Как результат воздушные кукурузные зерна разлетелись во все стороны, собираясь на ковре в солёно-сырные барханы. Гюха ещё и коленом ударился, пока ловил ведро пытался воспрепятствовать рассыпанию попкорна. Так что прыгая на одной ножке, он тихо материл виновника телефонного звонка. Отдышавшись и убедившись, что сердечный приступ отменяется, он взял телефон который мирно покоился на телефонном столике, отнюдь не чувствуя за собой вины. Осторожно разблокировав на телефоне ЖК-дисплей, он открыл тестовое сообщение от Ли Чаёна. [Ли Чаён]: [Ты все еще смотришь фильм? Время перевалило за час ночи.] Гюха нахмурился, его недовольство в принципе никак не было связано с сообщением, а скорее со временем, когда оно пришло. Это очень скромно часы на его телефоне Гюхи показывали 1:44 ночи. Фильм, который он смотрел оказался невероятно интересным и судя по ленте, о финальных титров осталось каких-то 40-45 минут. [Со Гюха]: [Фильм оказался прикольным, я хочу досмотреть и лягу.] [Ли Чаён]: [Ладно, не засиживайся допоздна, приходи скорее, мне холодно без тебя.] [Со Гюха][Ок] Пока он отвлекся на разговор с мужем, самый напряженный момент фильма как раз прошел. Мужчина, открывший входную дверь, лежал на полу с широко открытыми глазами, его губы более не шевелились, а из раны стекала багровая кровь, формируя вокруг тела большую лужу. Гюха уселся на диван пытаясь сконцентрироваться на фильме. Сцена с проникновением и убийством сменилась. Прибыла команда криминалистов, они описывали место преступления, собирали улики и фотографировали следы крови и отпечатки, оставленные возможными злоумышленниками. Со Гюха сел поудобней и снова сосредоточилась на фильме. Фильм был настолько интересным, что Гюха не удержался и принялся искать сиквел. Даже без пива и попкорна, он так увлекся просмотром, что не заметил, что время на часах показывало 4 часа. Мужчине несколько раз моргнул, его веки были тяжелыми, он бы давно уже пошел спать, если бы не любопытство, которое его одолевало. Если бы ему не хотелось узнать, чем собственно всё закончиться, он бы точно уснул, ну или выключи бы фильм и отправился бы к мужу под бочок погреть крылышки. «Хаам.......» Широко зевнув, он открыл дверь и вышел в коридор, но не сделав и нескольких шагов, ему пришлось остановиться. В коридоре напротив него стоя Чхве Синхва, который приближался к Гюхе, довольно нетвердой, шаркающей походкой. Его голова болталась слово кукла-болванчик, плечи были сгорбленный, засунув руки в карманы он шатался от стены к стене. Не нужно быть заядлым тусовщиком или иметь такое богатое прошлое, как у Гюхи до свадьбы, чтобы понять, что этот сопляк мертвецки пьян. «Хаааа» — Раздраженно закатил глаза мужчина, вот за что ему это, ум. Не хватало, чтобы он вырубился и его пришлось до комнаты тащить. — «Почему мы снова сталкиваетесь друг с другом?» Судя по его состоянию и одежде, он не выглядел так, словно у него сомнамбулизм, и он просто ходит во сне, было отчетливо понятно, что он только что ввалился в дом, совершенно не думая о том, что кто-то спит. Чхве Синхва, который только что оттолкнулся от стены шатаясь, пошаркал в сторону Гюхи, вскинул голову, издал крякающий звук, который как бы должен был что-то означать. Может радость от встречи с ним, может раздражение. Но раскачиваясь из- стороны в сторону, балансируя при помощи длинный конечностей и задавая направление резкими наклонами туловища он подошел практически вплотную. Юный альфа нетрезво пошатнулся и тяжело дыхнул, Гюха в ответ только сморщился, это же нужно было так напиться. Хотя ему то всего двадцать лет, по правде говоря ему то много алкоголя пить не нужно было. Альфа он или нет, если пить бесконтрольно или чего доброго бездумно смешивать напитки, то результат определенно будет где-то таким же. — Оу, а ты уже дома? Так рано… А время сейчас сколько… Вообще вести себя по-хозяйски и дышать перегаром на хозяина дома минимум грубо. А на хозяина который его терпеть не может ещё и хамство. Но Чхве Синхва не только невежественный, но и высокомерный, а Гюха… Гюха хоть и вспыльчивый, но всё-таки он отец и научился более спокойно реагировать на детские шалости. А потому закатив глаза он недовольно буркнул. — Уже поздно. «…….» — Синхва качнулся на пятках и чуть не потерял равновесие. — В душ сходи, смой с себя этот мерзкий запах и спать. И постарайся не обрыгать всю комнату. Помни за тобой кому-то потом нужно будет всё это убрать. Чхве Синхва ничего не ответил. Было сложно понять он просто игнорирует слова хозяина дома или реально не соображает, что происходит. Не желая тратить последние жизненные силы на это пьяное чудовище, Гюха сделал шаг в сторону и решил обойти это нетрезвое нечто и пойти спать. Но едва они поравнялись, мужчина почувствовал резкую боль, это пьяное чудовище схватил его за руку не давая уйти. Второй рукой он обхватил Гюха за лицо заставляя его смотреть на него. Жевалки мелко затрепетали, а скулы буквально ходуном затанцевали. Гюха так удивился, что чуть не врезал, его кулаки как раз удачно так сжались. Но понимая, что он может вырубить этого недоноска, ему пришлось мысленно посчитать до пяти, чтобы немного успокоиться. Увы всё это время Гюха вел себя немного заторможено и это дало Синхва повод на несколько секунд почувствовать себя бессмертным. Его рука, держащая мужчину за голову скользнула ниже, обхватив подбородок. Гюха проигнорировал его наглые действия только потому, что сверлил взглядом культяпку, которая держит его за предплечье. — Ты, охуел, с перепоя? Руку мою отпустил. — Хён, не уходи. Поговори со мной минутку. Их взгляды встретились, лицо Гюхи было злым и непроницаемым. А вот Синхва… Если бы не перегар, его черты лица были нежными и мягкими. Что не говори, а гены семьи Ли это великая сила, при том, что Синхва альфа черты его лица были мелкими и ровными, особенно привлекательно выглядели глаза с верхним двойным веком. Гюха смотрел на него и представлял себе на его месте Чаёна. Когда они заканчивали школу его тогда будущий муж выглядел так же привлекательно. Уже после возвращения, черты его лица стали более резкими, а взгляд пронзительный и холодный. Гюха высвободил лицо, одним резким движением. — Поговорим завтра, мне кажется, ты слишком много выпил. — А вот руку выдернуть так просто не получилось, так как этот недомерок крепко за него держался. Чхве Синхва пьяно пошатнулся и наклонился так, что практически дышал на него перегаром: — Неужели ты омега? Хмм… не похож… совсем… Он пристально смотрел ему в лицо, взгляд бесцельно блуждал по лицу мужчины, пытаясь понять, что такого в нем заметил его великолепный кузен, но нет ничего… Он ничего привлекательного найти ему не удавалось. Гюха же недовольно смотрел на юного альфу думая в каком порядке действовать вырвать ему язык и сломать челюсть или всё-таки наоборот. — Что ты имеешь в виду? — Зло процедил Гюха. Он собственно никогда себя омегой и не считал, но чтобы ему вот так из-за этого хамили. — Просто это неправильно. Мужчины омеги и так редкость, а если они ещё будут выглядеть как ты, то и вовсе лучше бы вас как вид не существовало. Одно дело, когда омега, пусть даже мужчина выглядит нежно, утонченно, а не как мускулистый верзила. Ещё и это внешний вид, куда только кузен смотрит, что позволяет своему мужу выглядеть вот так: эта уродливая прическа, одежда, пирсинг на видных местах, не удивлюсь если и татуировки у тебя есть. Как тебе это удается? Как ты можешь вертеть им во все стороны, что он слова тебе боится сказать? Совсем на Хёна не похоже. У него всегда… Всегда был утонченный вкус и высокие стандарты. Да глядя на вас двоих хочется глаза уксусом вымыть. Глаза Гюхи недобро сузились, он плотно сцепил губы. А пальцы пришлось несколько раз сжать и разжать, а то ещё немного и точно они подпортят чью-то красивую мордашку. Однако не только руки реагировали крайне сдержанно, вместо крепкого словца из горла мужчина донесся истерический смех. Просто так случилось, что сами высказывание его разозлили, а выражение его лица… В общем эти нелепые попытки высказаться были похожи не так на пощечины или оскорбления, а на детские попытки пыжиться и дерзить. Но на этом Чхве Синхва не остановился от продолжал болтать глупости, явно зря открывая и закрывая пустой рот. — Я этого не понимаю и никогда не приму. У моёго Хёна, всегда были высокие стандарты, он отверг столько предложение во время сватовства и что ради чего. Ради того, чтобы жениться на таком недоразумении, как ты? И зачем, зачем он поставил такой крест на собственной репутации, я не понимаю, как он мог жениться мало того, что на непотребном омеге который точно его положению не соответствует. Я не могу понять ради чего он жертвует собой, это же… это же пятно на его репутации. Ещё и на меня разозлился и всё из-за тебя. Из горла Гюхи вырвался невнятный хрип, он не то рассмеялся, некто был сбит с толку этими непонятными речами, которые были похожи даже не на монолог, а на бубнеж. Порой люди так делают, когда рассуждают о чем-то вслух и забывают, что окружающие в принципе в такие моменты их прекрасно слышат. Самое забавное, что алкоголь явно сбил фильтр с высказываний юного альфы, иначе он бы точно не позволил себе столь нагло дерзить старшему, глядя тому прямо в глаза. Кулак у мужчины чесался очень сильно, он уже было поднял руку и мысленно представил себе траекторию будущего удара. Но стоило ему глубоко вздохнуть, как голова тотчас прояснилась: «Чем я занимаюсь? Мне тридцать пять лет, а я позволяю этому мелкому ублюдку доводить меня до такого состояния. Я то в отличии от него трезвый. А он настолько пьян, что не то, что меня, он родителей своих не в состоянии узнать.» — Гюха, ещё раз вздохнул и почувствовал, как ярость постепенно отступила. — «Завтра ему всё выскажу, а сегодня буду чуть старше и терпеливей.» Необходимость быть терпеливым и понимающим, контролировать свои действия и движения, не реагировать на эти пустые оскорбления, а ещё и собственное тело контролировать и не врезать этому высокомерному идиоту так утомляла. Он дернул руку освобождаясь от цепких пальчиков. Синхва даже не заметил, того что Гюха отступил на шаг и уже хотел было пойти в спальню, как вдруг его ушей коснулось замечание которое не стоило услышать от слова вообще. — Даже феромонов нет… Одно слово дефективный. — Что? — Деревянными губами произнес мужчина. — Я все знаю. Ты не просто не чувствителен к феромонам, но и твоё тело не способно их выделять. Вроде как ты прошел процедуру элиминации желез или что-то в этом роде. Но операция по ходу не помогла, да… Ты же потому смог родить, пф… Мало того, что ты дефектный омега, так ещё и мужчина. Что может быть хуже? — Синхва пьяно осмотрелся и найдя Гюху, который и трех шагов не успел сделать, а потому стоял словно вкопанный. Синхва сжал губы и подошел к Гюхе дыша ему в лицо перегаром, он чуть склонил в сторону голову и едва шевеля губами произнес. — Если ты настоящий омега… Тогда, переспи со мной. Я же тоже альфа. В этот момент нить терпения Гюхи лопнула словно предохранитель в щитке: «Блять, сука.» Левой рукой он сгреб этого щенка схватит ворот рубашки. А правой как раз удобно замахнулся для удара. Хорошо в последний момент, удалось прийти в себя и вместо того, чтобы вмазать этому щенку кулаком и сломать ему что-то, мужчина успел расслабить пальцы и Синхва досталась мощная плюха. — Э-э-э? Ты чего? — Чхве Синхва, пьяно покачнулся, если бы Гюха его не удерживал за ворот, он бы точно к стене прилип. Он широко распахнул глаза, но в следующий момент его ноги подкосились, и он резко упал на пол. Со Гюха, который забыл, что зачем-то удерживает этого щенка за ворот так же не удержался на ногах и повалился сверху на этого щенка. Когда эти двое шлепнулись на пол, послышался грохот, словно вместо двух человек упал шкаф с одеждой. — Сука… — Выругался Со Гюха, видя под собой лицо которое он желал бы более никогда не видеть, ни сегодня, ни впредь. Облокотившись о грудь этого щенка мужчина удобно сел, упираясь коленями в пол, ловко нависая над юным альфой. Не хватало ещё сесть куда не надо, мало ли кроме неуместного предложения эта тварь решил, что Гюха согласен и действовать начнет. Легко похлопав того по щекам, приводя в сознание, он резко его позвал. — Эй. В себя приди. — Ещё несколько шлепков, но результат был таким же, этот мелкий альфёныш лежал мирно с плотно зажмуренными глазами, даже казалось сопеть начал. — Блядь. Глаза открой ублюдок. Не думай, что можешь сказать что-то подобное и после этого уснуть. Но хуже всего было не, то что этот щенок отрубился после одной пощёчины, а то, что на его лице было такое безмятежное и умиротворенное выражение, что Гюха в один момент стало тошно. Мужчина ещё раз скользнул взглядом по этому безмятежному лицу в желании ещё разок хорошенько ему врезать. Синхва в этот момент был совершенно беззащитен, так что для того, чтобы его наказать казалось наступило самое подходящее время. Гюха сжал кулак и почти прицелился, но в последний момент раздраженно при щелкнул языком и отвернулся. Широким жестом он провел растопыренными пальцами по волосам, но упрямо сцепленные зубы так легко разжать не получилось. Он перевел взгляд на мирно храпящего Синхва, который как раз шумно вздохнул воздух и хрюкающим звуком выпустил его. Ещё и губами плямкать начал. Мужчина качнул головой и закатив глаза тяжело вздохнул. И почему он такой добрый? Несмотря на то, что это ублюдок ему наговорил, ему было так жалко его бить. Нет, он его не простил, просто портить это красивое личико, который во сне казалось особенно умиротворенным было очень и очень жалко. Хотя и злиться на этого щенка было глупо, вот от кого он пытается дождаться такта и рациональности, от ребенка, сколько там ему тех лет? Двадцать два, быть может двадцать три, Гюха нахмурился, как ни крути Синхва вспыльчивый и неразумный, как и все дети. В его возрасте он тоже особым тактом не отличался и всегда «резал» в глаза, что думает. — Ха-аааа… — Эмоции, которые бурлили в его груди так же быстро утихли, как и возникли. Тяжело вздохнув он поднялся на ноги, не хватало ещё, чтобы кто-то увидел его в столь компрометирующей позе и сделал неправильный вывод. Скандала с мужем ему не хватало, тут пощечиной не обойтись. Нагнувшись он подхватил это мертвецки-пьяное тело за руку и резким движением заставил его подняться. Пьяный и в отключке Синхва ну никак сам на ногах стоять не мог, а потому перекинув его руку себе за спину Гюхе пришлось обхватить пьяного альфу за талию и тащить его в гостевую спальню. Его обмякшее тело весило больше, чем он ожидал, а потому пришлось на самом деле тянуть волоком, своими ногами он ну никак не в состоянии передвигать. Втянув её в комнату он бросил его на кровать и широким жестом поправил волосы. Чхве Синхва даже глаз не открыл, единственный признак того, что он живой — это протяжный храп. Гюха скользнул по нему взглядом, такое безмятежное выражение лица, даже не вериться, что у такого красивого человека такой грязный рот. Разминая онемевшие руки, Гюха осмотрелся, укрывать это нечто он не собирался, а вот свет выключить не мешало бы. Мужчина поджал губы, в одежде, наверное, спать-таки неудобно, но его с какой стати должно волновать. Гюха вернулся в спальню. Сняв штаны, мужчина устало сел на край кровати и сбросив тапочки лег, укрываясь одеялом. Чуть поворачиваясь он подполз ближе к любимому альфе и отхватит его талию руками крепко обнял, вжимаясь носом в кожу между лопатками. Чаён почувствовал тепло чужого тела и сонно спросил: — Эй, ты пришел? — Ты не спал? — Я только что проснулся. Спокойной ночи, детка. Гюха мугыкнул вместо ответа, ему было так противно и тошно, словно это у него на утро будет похмелье. Он лишь крепче прижался к мужу, всего пару минут и он почувствовал под руками тихое, мирное дыхание. Со Гюха плотнее сжал веки, пытаясь уснуть, но ещё немного поворачиваясь Он раздраженно рыкнул, потому как заснуть не смог. Отпустив талию мужа, он перевернулся на спину, его взгляд был направлен на потолок. То ли от того, что ещё ночь, то ли от того что у него перед глазами прыгали темные круги, он ничего не видел. Он повернул голову, желая посмотреть на мирно спящего альфу и так же ничего не увидел. Горечь, что комком собралась в рту никуда не девалась, хуже всего он почему-то вспомнил неприятный эпизод из прошлого. Накануне свадьбы, на него частенько накатывала хандра, один раз было настолько плохо, что Гюха готов был отменить свадьбу. Тогда Чаён стоял перед ним на одном колене, сжимал руки, нежно шептал, уговаривал успокоиться. «Детка, я понимаю, что ты мне не до конца доверяешь. Будь я сам на твоём месте, я бы тоже себе не доверял, особенно ввиду того, что у тебя есть на то все основания. Но я правда сильно тебя люблю, к счастью я был слишком самоуверен и высокомерен и понял, что именно я к тебе чувствую будучи взрослым и только после того как узнал о том, что ты омега и что у нас будет ребенок. Но думая об этом сейчас я понимаю, что мои чувства к тебе появились в моём сердце гораздо раньше. Я думал, что они зародились в школе, но думаю, нравиться ты начал мне ещё раннем детстве. То, что я всегда принимал за восторг и восхищение твоим характером, на самом деле были ничем иным как первой влюбленностью. Ты так сильно мне нравился, что я откладывал в сторону все свои дела и придумывал столько глупых поводов, только бы побыть с тобой как можно дольше. Когда я уехал, мне приходилось тратить уйму времени на то, чтобы сосредоточиться на учебе и перестать думать о тебе. А когда мы снова встретились, я словно потерял голову. Ты представить себе не можешь, как меня злило, то что мне голову морочит бета. Детка, я же и подумать не мог, что отношения между нами, куда глубже, чем обычная дружба.» Тогда Чаёну удалось найти нужные слова, убеждая Гюху, что они вместе справятся со всеми невзгодами. Гюха же позволил себя уговорить, не потому, что поверил, а потому, что принимал им обоим собственно некуда было деваться. Какова вероятность, что они не совершили глупость? Вероятность была нулевой, Гюха всегда любил этого красивого ублюдка. Их расставание было для него болезненным, а после… А после их судьбы снова сошлись и их отношения очень быстро вышли за пределы дружеских. И видимо некоторые моменты оказались неприятными не только для него, но и для Чаёна иначе откуда у него в глазах такая тоска и отчаяние. И Гюха ему поверил и больше никогда не сомневался в его чувствах… Прошло много времени с тех пор, как Гюха вновь испытал это мерзкое чувств сомнения в себе. И сомнение были вызваны грубыми словами этого непочтительного ублюдка: »…жениться на таком недоразумении, как ты? … крест на собственной репутации… …как он мог жениться мало того, что на непотребном омеге, который точно его положению не соответствует… …ради чего он жертвует собой… это пятно на его репутации…» «Мужчина-омега е выделяющий фермоны… Дефектный омега…» Он даже не мог быть полностью уверен, на что он злится сильнее на слова этого ублюдка или на то, что он сказал то, что Гюха и сам это знал. Но разве так можно говорить, что у человека есть какие-то недостатки, глядя ему в глаза. От злости его прямо трясло. — Нужно был ему врезать. Гюха отвернулся и укрывшись одеялом по самую шею. Нужно было уснуть, он совсем чуть-чуть поворочался и всё-таки смог уснуть.

***

На следующее утро Гюха покинул дом в непривычное для него время, рано утром. Он был такой подавленный и разбитый, что во время завтрака едва ли смог проглотить несколько ложек риса. Причина, по которой он так рано направился в город была до банального проста, он провтыкал дату ежемесячной консультации, так что пришлось записываться на единственно свободное время. Зато с анализами проблем не будет, почему-то утром все так спешат, так что расшифровку врач получает практически сразу. И если бы ранее Гюха забил бы на консультацию и пришел бы в другой день. Но с того момента, когда он узнал, что беременен и в его случае аборт не решение проблемы ему приходиться посещать врача регулярно. Увы прогнозы врача о том, что после беременности его гормональная и феромонная система восстановиться не сбылся. После родов он периодически стал чувствовать себя гораздо хуже. Врач утверждал, что регулярное влияние феромонов доминантного-альфы и гормональный стресс после собственно самих родов, ухудшило протекание у него течки. Ранее он просто чувствовал себя слабым и сонным, а сейчас ещё и невероятно раздражительный и агрессивный. И главное ничего своему мужу он предъявить не мог. В том, что во время цикла течки его тело становиться вялым и слабым, а чувствительность в теле была сродни разрядам электрического тока, его вина была бесспорна, но. Но для альфы выделять феромоны так же естественно, как дышать, так что сдерживать их в полной мере он просто физически не мог. А потому супругам ничего не оставалось как во время их циклов временно разъезжаться по соседним спальням. Такая мера была для них обязательна не только из-за особой чувствительности супругов во время их циклов, но и в том, что оба мужчины более не планировали рожать ребенка. А то, как бы Гюха не считал это невозможным, такая вероятность всё же была вполне реальной. Войдя в кабинет Со Гюха увидел привычную для себя картину. Доктор О Тхэ Сок сидел за своим столом и глядя в монитор лениво клацал мышкой. Видимо не только посещать клинику, но и работать в такое раннее время преступление. — Утречка. А я думал, ты всё же проспишь и придется консультацию переносить. Но рад, что ты уже пришел. — Доктор как раз открыл карточку своего пациента, проверяя результаты его анализов. Ну что было сказать, семейная жизнь благосклонно влияла на самого проблемного пациента. Так что поправив съехавшие на нос очки он бодро сказал. — Что ж, анализы в норме, твоя гормональная карта стабильная. Продолжай принимать лекарства в той же дозировке и дальше. Все было так, же, как и в их последнее посещение. Доктор достал из ящика стола рецепт на лекарственный препарат и протянул его Со Гюхе. За всё время консультации мужчина не проронил ни слова, хотя его вид был немного угрюмым. Доктор воспринял его послушную реакцию по-своему. — Ну так что, на, когда назначаем нашу следующую консультацию? Гюха нахмурился так и не подняв глаза. Вообще это были слова которые его врач всегда говорил по окончанию консультации. Да Гюха соблюдает все рекомендации и сам он в принципе не особо горел желанием слишком долго задерживаться в клинике. Так что слыша этот вопрос он обычно сразу же отвечает: «В любое время после обеда», но сегодня он не спешил и вместо привычного ответа, сцепив руки в замок и облокотился ими на стол: — Хён. — Да, остались какие-то вопросы? — Я хотел спросить… Ум, можно ли разблокировать мои железы, после операции по их элиминации? О Тхэ Сок замер и в следующий момент удивленно вскинул брови. Это был крайне странный вопрос который ещё и ни с того ни с сего задал самый проблемный пациент. Его губы чуть заметно дрогнули изгибаясь дугой, на мгновение доктор подумал, что пациент шутит, но судя по угрюмому выражению на лице Гюхи это точно не розыгрыш. А потому быстро взяв себя в руки доктор решил, что разговор будет проходить в официально ключе, настолько насколько это вообще возможно: — С чего вдруг такой вопрос? — Просто. Операцию мне провели в раннем возрасте, так что я даже не знаю какие у меня феромоны. Мне любопытно… какой у них запах… ну, и прочая фигня… Под прочей фигней он имел в виду их действие, в частности на мужа, он же альфа. Да и если его железы будут активны, то и феромоны его мужа будут действовать на него по-другому. Однако, его ждало разочарование и довольно сильное. Ответ О Тхэ Сока, был рзким и бескомпромиссным. — Нет. — Но почему, есл… — Гюха, об этом не может быть и речи. Если бы элиминация желез проводилась медикаментозным путем, то был бы шанс их восстановить. Даже при столь давнем вмешательстве, можно было бы восстановить функцию желез хотя бы частично. Но в твоём случае операция является более радикальным методом, потому как она подразумевает прямое вмешательство на железы. После подобного вмешательства высок риск повреждения желез и каналов, а потому процесс восстановления очень сложный и сопряжен с высокими уровнем риска. К тому же если ты забыл сама операция была проведена довольно рано. Нет Гюха — это слишком опасно. Да и я не думаю, что стоит вообще думать о чем-то подобном. Понимаешь, альфы и омеги учится выделять феромоны, сдерживать, чувствовать их, адаптируются к их воздействию. Ты большую часть сознательной жизни был лишен этого опыта, а потому тебе будет очень трудно адаптироваться. — Хорошо, тогда на время. Почему бы не выпустить их на короткий промежуток времени? Неужели ты не можешь этого сделать? — Даже на короткое промежуток времени. Гюха ты должен понимать, что хирургическая операция по элиминации, происходит непосредственно на железе, и чтобы разблокировать твои феромоны, нужно воздействовать прямо на них. — Доктор тяжело вздохнул. Когда Гюха ворчит или ругается, его реакция понятна. Но когда он так задумчиво смотрит, понять понимает он весь объём проблемы или его мысли витают где-то в другом месте. — Только вспомни, как изменился цикл твоей течки. И это ты только родил ребенка и живешь в одном доме с доминантным альфой. Гюха, почему разговор зашел на эту тему? — Нет, не знаю. Ничего такого, говорю же просто любопытно и всё. Ладно, я на следующий приём запишусь у администратора. — Эй, Со Гюха! О Тхэ Сок даже с места вскочил пытаясь остановить пациента, но Гюха даже головы не повернул. Выйдя з дверь, она тихим хлопком подтвердила, что пациент не намерен делиться причиной своего внезапного интереса. Интуитивно чувствуя, что с Гюхой что-то происходит врач достал свой мобильный и набрал номер своего непослушного пациента, но вместо ответа он услышал лишь короткие гудки. Он ещё несколько раз повторил свои действия, но результат был таким же самым. Короткие гудки, а после третьей попытки телефон и вовсе оказался отключенным.

***

«Мммм.......» — Чхве Синхва с трудом разлепил глаза. Его голова гудела так сильно, что казалось кто-то бьет по ней молотком как по наковальне. Плотно зажмурив тяжелые от недосыпа и жгучей болью веки, юный альфа с трудом протолкнул вязкую слюну по пересохшим пищеводу. Болезненно повернувшись на спину он стонал и кряхтел словно старик. Говорят, если ты открыл проснулся без боли в теле, вероятней всего ты уже умер. Так вот сейчас он бы с радостью принял скорую смерть, чем насладиться агонией боли после такого жуткого перепоя. Альфа болезненно пошевелил непослушными конечностями и коснулся лица, странно, но почему-то левая щека горела гораздо сильнее и ещё в уголке губы он чувствовал, словно её стянуло. Хотя голова в принципе болела так сильно, что понять какая её часть пострадала сильнее было довольно проблематично. Облизав сухим языком пересохшие от обезвоживания губы, Синхва даже не мог застонать, потому как из его груди вырвался лишь странный скрип. Он медленно скользнул руками выше и надавил кончиками пальцев на пульсирующие точки в висках. Чуть помассировав центр боли ему совсем чуть-чуть стало легче. По крайне мере туман в его голове не казался таким плотным, и даже он начал улавливать легкие движения мыслей. Первая была вполне закономерная, какого хрена он так напился вчера, а вторая скорее рациональная, он не узнавал места в котором проснулся. Не переулок за баром, так как здесь тепло, мягко и приятно пахнет. Это не мотель, слишком много мебели и не люксовый отель слишком маленькая спальня. — Моя, голова. — Чуть слышно прошептал мужчина, понимая, что он будет страдать сегодня ещё долго. В воздухе отчетливо распознавался запах перегара и смеси неконтролируемых феромонов. Из-за того, что окна были плотно закрыты, аромат в помещении был определенно отвратный, воздух спертый и тяжелый. Синхва тяжело пошевелился ослабляя тугой ворот. Спать в одежде хренов по двум причинам, во-первых, он перекрутился и складки мешали ему дополнительно, а ещё он вспотел и шелк неприятно лип к телу. Сейчас Синхва очень хотел кому-то вмазать. Очень хотел, дело в том, что в Корее у него нет друзей, только родственники, так что когда его пригласила кузина посидеть с её друзьями, он не отказывал. Находясь в Англии он частенько посещал тусовки, устроенные студентами в кампусе, а потому юный альфа наивно считал, что алкоголь он переносит, очень даже хорошо, по крайней мере на утро порой у него было небольшое похмелье. И уж точно не рассчитывал, что тащи он в рот, всё что попадается под руки, он напьется до такого состояния, что на утро будет завидовать трупу. Взяв себя в руки Синхв стиснул зуби и заставил свое тело принять относительно вертикальное положение. Когда голова перестала описывать кульбиты, он наконец смог осмотреться. Ну что ж он точно в доме кузена, значит адрес таксисту дал верный. Он во вчерашней одежде, но это ничего не значило, хронология у пьяных всегда смазана. И комната, судя по тому, что он смог увидеть после тщательной фокусировки — это была та самая комната которую для него «выделил» этот… типа муж его… Ли… Чаёна… Так в том, что он в малознакомом доме нашел нужную комнату было очень хорошим признаком. Он точно вернулся поздно, и Чаён должно было уже спал и в комнату он, наверное, «заполз» сам, а иначе от «нравоучительной порки» его бы ничего не спасло. В комнате для гостей, как и в спальнях находится небольшой мини холодильник с бутылками воды, сока, парой банок энергетиков и спортивным напитком. В общем, при большом желании в нем находился минимум для того чтобы утолить жажду не слоняясь ночью по дому и не мешая никому. А в случае Синхва, он мог немного унять последствия похмелья не привлекая к себе внимания и не попадаясь хозяевам дома на глаза в столь непотребном виде. И если Чаёна он не хотел разочаровывать, то его мужа Гюху просто не хотел видеть. —Ха-ааа, я сейчас и правда умру. — Выпив залпом бутылку минеральной воды и спортивный напиток, юный альфа не чувствовал облегчения, хотя нет, хоть голова пульсировала, внутренности более не казались иссохшими. Осталось только проветрить комнат и по возможности избавиться от этого жуткого перегара. Сняв с себя одежду и бросив её на пол, мужчина устало побрел в душ. Отмокать и оттирать пришлось долго. Казалось гнилостный запах пота, феромонов и пролитых коктейлей не смыть и не пережить, но где-то минут через тридцать юноша явно почувствовал себя свежее. Выйдя из, юношу поприветствовала домработница. — Господин, вы проснулись? — Домработница вежливо улыбнулась, приглашая гостя на кухню. Синхва не чувствовал себя голодным, напротив ему казалось, что внутренности вот-вот попросится наружу. Но отказывать было неприлично, так что он решил сделать вид, что не голоден предварительно поковырялся в тарелке. Стол был сервирован для завтрака. Синхва тяжело вздохнул и потянулся за высоким стаканом воды со льдом. — Сначала съешьте это. — Что это? — Это холодный чай, приготовленный из плодов хурмы, и он отлично подходит для похмелья. Господин велел мне позаботиться о вас и приготовить что-то от похмелья. — Господин? — Да, я сейчас принесу вам завтрак. Чхве Синхва уставился на стакан и медленно поднес его ко рту. Лекарственный аромат был терпким, всего один глоток и рот словно обволакивает, вязкая субстанция. Напиток оказался таким терпким, а вкус вязким, что юный альфа однозначно не мог его выпить. — Чаён-хен видимо велел, позаботиться обо мне? Уголки его рта радостно приподнялись, ему было так радостно, что сдержаться юноша не мог. Он поднес стакан и уже сделал один глоток, как вдруг воспоминание всплыло в его голове, словно кадр из просмотренного фильма: «Эй… Поговори со мной… Подожди… Секунду…» — Он видит, как его рука сжимается на руке Со Гюхи. Его презрительный взгляд обжигает, но Синхва… В его груди словно кто-то разжег пожар. — «Сколько не смотрю, не могу понять, что он в тебе нашел. Ты не милый, напротив грубый, резкий… Разве так выглядит нормальный омега? Сколько не смотри ничего хорошего в тебе нет. Не понимаю, что кузен в тебе нашел, вы же даже вместе не смотритесь, даже если уксусом глаза промыть ничего не изменится… Если ты настоящий омега, то переспи со мной… Я же тоже альфа. А-хахаха…» От неожиданности он вскрикнул и выплюнул чай. Домработница от неожиданности едва не выронила поднос. У Синхва глаза едва от напряжения из орбит не вылезли. Он так испугался, что не заметил, как в легких закончился воздух и с губ срывался немой крик. Обхватив руками голову, он резко наклонился у уткнулся головой в стол. Удар был таким сильным и громким, что стоило ещё пару раз повторить, быть может картина мира бы изменилась. Хотя даже размазав мозг по поверхности стола, время вспять повернуть нельзя было, а сказанные слова назад не взять. — Это пиздец… Мне конец. Подняв голову и помассировал виски принялся медленно восстанавливать события вчерашнего вечера. Он помнил, как его кто-то затолкал в такси. Потом, он вроде как с третьей попытки попал в дом Ли Чаёна. А потом было несколько провалов. Синхва так и смог вспомнить всего, но вот почему-то воспоминание о том, как он дерзит мужу кузена и говорит тому гадости в лицо, удалось вспомнить особенно отчетливо. Но хуже всего было, то что человек которого он так ненавидел и которому он наговорил столько гадостей, молча его выслушал с каменным выражением лица. Только его брови недовольно сходились на переносице. И сейчас парень был бы просто счастлив, если бы эти видения были ничем иным, как страшным сном, но, что-то ему подсказывало, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой. — …Хаааа. Пятьдесят тысяч проклятий крутились у него в голове, всё ради того, что самое едкое сорвалось с его языка, всё равно они все для него. Перед глазами плясали темные круги, в какой-то момент, на глаза словно накинули черную пелену. В одном он был честен и не намерен был в этом себе изменять и врать, он искренне восхищался Ли Чаёном и он терпеть не мог его мужа Со Гюху. И как бы грубо он о нем не думал и даже пускай он легко дерзил ему, вслух гадость говорить он не собирался. И вот всего ничего алкоголя оказалось достаточно, чтобы окончательно испортить с мужем кузена и не без того паршивые отношения. И плевать если бы вопрос касался только Гюхи напрямую, но он же может всё рассказать и Чаёну. Вторым видением который буквально вколотил последний гвоздь в их отношения с Ли Чаёном — это их вчерашний разговор во время обеда. Тогда Кузен дал чётко понять, его семья — это Гюха и Гюён и более никому другому в ней нет места. А это означало только то, что нравиться ему или нет, но признать Гюху ему придется. Вот он и хотел понять, что в нем такого. Сколько бы он не смотрел на этого омегу никаких положительных черт и качеств увидеть у него не получалось. Выпивая Синхва дошел до вывода, что быть может всё дело в каком-то скрытом обаянии Гюхи, но только стоило вспомнить какое он грубый и резкий в своих словах и высказывания и это предположение он отбрасывал как определенно бредовое. Напившись до состояния всё похуй и посмотрев на омегу так как альфа смотрит на потенциального партнера, он почему-то не смог сдержаться. Это было так глупо, но сказал он: «переспи со мной» быстрее, чем понял насколько опасно для него это может оказаться в перспективе. К тому же единственное, что так могло привлечь его кузена и чего никак не мог увидеть Чхве Синхва вероятней всего всегда было спрятано под покровом ночи и отрывалось только наедине между супругами. Да-да, пьяный, юный, гормонально незрелый и немного сексуально неудовлетворенный альфа, в самый неуместный момент мог думать только об этом. Вернее, он был уверен, что раз его кузен женился на таком омеге, то вероятней всего он не просто неплох в сексе, а значит проверить свою гипотезу можно только в одном-единственном случае… логично… Нет, но разве это сейчас важно? — Разве может быть кроме этого что-то ещё хуже? — Не нужно было сомневаться, Синхва был точно не в своём уме. В противном случае, даже будучи пьяным он бы никогда ничего подобного не сказал бы. Теперь нужно было понять, как много из того, что произошло вчера Гюха успел рассказать Ли Чаёну? От одной этой мысли у него под кожей побежали мурашки. Это было безумие, и с этим нужно было, что-то делать и срочно. Домработница уже закончила выкладывать на стол закуски. Однако отсутствующий аппетит сменился чувством тяжести и резкой боли в животе. Спрятав лицо в ладонях и утробно зарычав, он лишь сдавленно спросил: — Аммм, тетушка! — Да? — А Гюха-я хён… он дома? — Нет, он ушел рано утром. — Так значит, спасибо… Он неловко улыбнулся, прежде чем на лица застыла неловкая маска. Синхва нахмурился, голова начала гудеть ещё сильнее, а потому потерев указательными пальцами лоб никак не мог придумать ответа на вопрос, что же ему всё-таки делать дальше. Как ни крути, но выражение лица Гюхи вчера не было добрым и как бы он не старался его забыть, он не мог ничего изменить. Как бы он ни старался он не сможет изменить того факта, что ему нужно как-то решить свою проблему и делать это нужно прямо сейчас. И единственно что он мог придумать — это покончить с собой — Я должен пойти и извиниться перед Гюхой… — чуть подумав, он лишь кивнул собственным мыслям. — Да, я сделаю это. Я поговорю с ним и как следует извинюсь перед ним. Чхве Синхва понимал — это было единственным верным решением. Он бы мог сделать вид, что ничего не произошло и двигаться дальше. Вот только это не ответ, потому, как только Чаён узнает о том, что произошло между ним и его супругом, видеть его он больше не сможет, никогда. Так что тяжело вздохнув, она взъерошила волосы, он посмотрел на помощницу и вежливо спросил: — А вы не знаете, когда он вернется? — Кто? — Гюха Хён, когда он вернется. — Он поехал в больницу, а после заберет Гюёна из садика, и после этого вернется домой.

Бип-бип-бип

Словно в качестве подтверждения её слов раздался звук дверного звонка. — Кажется они как раз вернулись. — Женщина улыбнулась прежде чем выйти из кухни. — Мы вернулись! Послышался веселый детский голос. Синхва невольно улыбнулся, Гюён ему и правда очень нравился, мальчик был таким милым, что не любить его было просто невозможно. А вот второй более грубый голос юный альфа слышать был не рад. — Вымой руки и беги на кухню, нужно что-то перекусить. — Хорошо папа. — А как насчет Него? — Чхве Синхва напрягся, ему казалось, что всего парой слов ему влепили пощечину. Сомневаться не нужно было, говоря «Него», Гюха имел ввиду Синхва. — Уже встал и как раз завтракать. Я приготовила ему холодный чай из плодов хурмы, как вы и распорядились. — Да… Тогда я пойду в свою комнату и отдохну. Гюён, сынок идем с папой. На этом разговор закончился. Сколько бы мужчина не прислушивался ничего изменить он в принципе не мог, звуки стихли, видимо Гюха ушел. Чуть просверлив взглядом стену, Синхва резко облокотился руками о поверхность стола и пока решимость его не покинула юный альфа вскочил со своего места и направился в спальню кузена и его мужа. Хоть юный альфа и накосячил, у него было кое что, чем он всегда гордился и это его умение признавать собственные ошибки. И не только признавать, но и хладнокровно приносить извинения, не чувствуя себя при этом обиженным и оскорбленным. Вообще он считал, что ничего такого в том, чтобы ещё и пару пощечин получить, прежде чем у него появится возможность принести свои извинения. По крайней мере он должен это сделать до того, как Ли Чаён всё узнает и вышвырнет горе кузена из своего дома. Дойдя до нужной двери, он ещё несколько минут стоял у закрытой двери не в силах постучать. Вспомнив о своём уникальном умении просить прощения сохраняя честь и достоинство, он поднял руку постучал. Голова у него и так болит, так что если ему и влетит плюха, то ничего страшного. — Ты здесь? — Синхва постучал и на всякий случай обозначил своё присутствие за дверью. Гюха не ответил и не открыл, что собственно не странно. «Неужели он не услышали стук, наверное, я слишком тихо и неуверенно постучал?» — Подумав, юный альфа. Несколько раз он нервно сжал и разжал кулак прежде чем постучать в дверь во второй раз, но сильнее. — Хён, этот Чхве Синхва, открой пожалуйста дверь нам поговорить нужно. Внезапно дверь широко распахнулась, Со Гюха так резко открыл дверь, что не отступи юный альфа на один шаг назад, у него был бы разбит нос. Выражение его лица было грубым и раздраженным, а тон холодный и бескомпромиссный. — Что хотел? — Это… Ты не мог бы поговорить со мной, всего минуту. — Мне не, о чем с тобой говорить. Ты всё вчера сказал, достаточно. — Подожди! Видя, что дверь вот-вот закроется, Чхве Синхва поспешно заблокировал её рукой. Дата его отъезда назад в Англию была назначена и билет был уже куплен. А потому он не мог упустить такую возможность и не поговорить, а судя по тому, что Гюха продолжает давить на дверь помогать ему он не намерен. — Прости меня. «…….» — Брови Со Гюха неуклюже дернулись от неожиданности. Он на мгновение замер, его взгляд скользнул по лицу юного альфы и с губ сорвался нервный смех. — Оооо, как смешно, ты хочешь, чтобы я живот надорвал? Знаешь, что, ты вчера был предельно честный и искренний, так что сегодня не нужно говорить мне врать сегодня. — Это правда! Я не не должен был вчера этого говорить… Должно быть, я был пьян и сошел с ума. — Полагаю, что да. — Гюха хмыкнул и закатил глаза. Гюха злился, всё что Чхве Синхва сказал было грубо и неуместно, но как ни крути — правда. С Чаёном они довольно странная пара. На типичного омегу он не похож. А в том, что Ли Чаён для Синхва не просто кузен, а едва ли не божество и пример для подражания мужчина не сомневался. Так что быть может и хорошо, что он его не помнит, ведь если этот щенок так любит своего кузена, то и сомневаться не нужно, что его муж для мальчишки словно бельмо на глазу. Но напиться и предложить мужу твоего обожаемого кузена переспать — это больше чем глупость. А ведь прощения этот щенок просит не потому, что он искренне сожалеет, а потому что боится разочаровать предмет своего обожания и поклонения. — Мне так жаль, Хён, я искренне прошу прощения. — А скажи, как мне Синхва, как думаешь, достаточно ли кого-то «ударить ножом», а потом просто извиниться и сделать вид, что ничего не произошло? — Извините, нужно в первую очередь, а потому нужно встать на колени? Со Гюха рассмеялся, казалось у него вот-вот и правда лопнет живот. Это же нужно, не только красивое лицо передается по наследству альфам семьи Ли, но и умение чуть что опускаться на колени. Кажется, у альф семьи Ли нет никакого чувства гордости, только они могут вставать на колени, едва накосячат. — Папа! Гюён, и правда милый и наивный мальчик, который искренне чувствует и выражает собственные эмоции. Он любит своего папу, и ему нравится его дядя Синхва, потому что с ним весело и тот дарит ему подарки. Но о том, что дядя умудрился обидеть его папу и теперь взрослые не особо хотят общаться, мальчик не знал. Гюха же не препятствовал их общению, к тому же Синхва скоро уезжает, но при этом смотреть на него и находиться с ним в одном помещении он не планировал. Мальчик же как раз вымыл руки и вернулся в спальню родителей. Чхве Синхва, широко улыбнулся стоило ему только посмотреть на мальчика, он его искренне любил. Поджав губы юный альфа посмотрел на Гюху и вполне серьёзно спросил: — Мне встать на колени? — Заткнись, пожалуйста. — В его голосе звучало раздражение, но в глубине души он был удивлен. Вообще он много думал по дороге домой и в кафе, когда ждал окончания занятий Гюёна. Ему было так тошно и неприятно, что просто не было желания даже вернуться домой. А как этому сопляку смотреть в лицо, если ему не хотелось с ни даже в одном помещении оставаться? Гюха просто не представлял, как он должен сделать вид, что вчера ничего не было? Накачавшись кофеином до состояния нервно дергающегося глаз и тремор в груди н поехал за сыном. Веселый лепет Гюёна поднял ему настроение. Вернувшись домой Гюха намерен был провести вечер в своей комнате, не далее, как послезавтра это щенок уберется из его дома и ноги боле родственников Чаёна его не будет. Но Синхва смог отличиться и сегодня. Видимо не такой он и тупой, и невежественный раз понял, что вчера он более чем накосили и даже у него хватило мужества принести извинения. Гюха не маленький, он понимал, что это альфеныш точно не раскаивается и вероятней всего не изменил своего мнения, а просто боится того, что Чаён вышвырнет его прочь за такие слова и более поддерживать связь не будет, но почему-то захлопнуть эту дверь перед высокомерным и до бесячего красивым лицом он всё же не мог. К тому же малыш Синхва смотрит так искренне, да и поджилки трясутся у него вполне натурально, еще немного и на колени он встанет не от раскаяния, а от страха. Гюха потёр шею сзади, взъерошил короткие волосы и тяжело вздохнул опуская взгляд в пол. Как ни крути, но на правду не обижаются, он не типичный омега и никогда им не стае, даже ради Чаёна. И пара они странная, да ещё и в их стране с патриархальным устоем, то что их приняли и поддержали родители уже удача, а дальние родственники. Да и плевать Гюхе на мнения тех, кого он семьёй не считает. Так что подняв голову, он посмотрел на трясущегося, словно осенний листок альфу, боле спокойным, расслабленным взглядом. — Если тебе нечем заняться, иди и поиграй с Гюёном в его комнате. Ты же вроде как скоро уезжаешь? — Значит, ли это, что ты собираешься меня простить? — Какой в этом есть смысл? — Самый важный. Мы же семья, мы ещё будем встречаться в будущем. Я очень хочу, чтобы ты правда меня простил, и у между нами не оставалось напряженности и недосказанности. А потому предлагаю оставить этот негативный эмоциональный багаж в прошлом. — Почему ты вдруг заговоришь по-английски? Ведешь себя как придурок. Тем временем Гюён подошел к папе и протянул руки, чтобы папа его обнял. Но Синхва оказался проворней, он подхватил мальчика на руки и закружил его вокруг себя, словно они на каком-то аттракционе. Он остановился, держа хохочущего мальчика на руках и абсолютно серьёзно спросил: — Ты же не не рассказывал ничего Чаёну, нет? — А что будет если расскажу? — Нет, пожалуйста не говори ему ничего, прошу! Если он узнает, о том, что произошло ночью, он меня не то, что на порог дома не пустит, вы больше никогда моего лица не увидите. — Звучит заманчиво, Даже не знаю, соблазн так велик. Гюха и так это понимал, напоминая себе, что Синхва ещё молодой, да ладно он ребенок и этим всё сказано. И пусть он не планировал говорить мужу, что ему не посчастливилось вляпаться в пьяную ссору в его то возрасте, но подразнить кое кого всё же нужно было. Не иначе в следующий раз думать головой бедет прежде чем рот открыть. — Ну, Хён! Пожалуйста. — Гюён… отпусти его на пол… — Почему? Хён. — Ты держишь ребенка неправильно? Гюён, который ничего не знал, усмехнулся и только крепче обнял Чхве Синхва за шею. Юный альфа в ответ только перехватил руки, чтобы не уронить ребёнка, и чтобы его не могли у него забрать. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, Хён. Прости меня… — То есть ты не отстанешь? После таких детский препираний Со Гюха сдался первым. Чхве Синхва держал Гюёна на руках и цеплялся за него, как пиявка. Со стороны казалось, что разделить этих двоих будет не так и просто. А потому мужчина решил простить этого нерадивого ребенка, да и Чаёну он ничего не скажет.