Честь

      Раньше, ещë до смерти отца и падения Брана, молодой Робб Старк и представить себе не мог, что наступит тот день, когда он будет вынужден казнить своего двоюродного брата. Да, он знал, что Джон собирается уйти за Стену, слишком романтично их дядя Бенджен описывал эти холодные и мрачные места, но он никогда не позволял себе даже думать о том, что его брат окажется трусом и дезертирует подобно тому человеку, Робб уже не помнит его имени, казнь которого оказалось первой казнью, увиденной Браном. Нет, Джон был просто не способен на трусость.       И всë-таки он ушëл, сбежал, дезертировал, но не потому, что был трусом, а потому, что хотел помочь им победить. Разумеется, Джон не принëс с собой из-за Стены какой-нибудь волшебный меч, способный сокрушить Ланнистеров, Болтонов, Бейлиша и этих предателей Фреев одним взмахом, но его стойкость и храбрость в бою мотивировали воинов Старков как нельзя сильнее. Робб стал доверять брату командование в боях, и это ещë больше закаляло Сноу; оба брата выходили на поле боя на своих лютоволках, за что союзники прозвали их «волчьими братьями», а Ланнистеры — «сукиными сыновьями», но Старкам было плевать на оскорбления, они побеждали, а внезапно присоединившаяся к ним Дейенерис Таргариен со своими драконами лишь подкрепила эту уверенность.       И вот настал тот день, когда Тайвин Ланнистер был убит, а с его головой сделали то, что когда-то Ланнистеры сделали с головой отца Робба; чуть ранее Петир Бейлиш был казнëн за предательство, а Санса, бедная несчастная сестра Робба, была освобождена из своего долгого страшного плена и отправлена вместе с Теоном Грейджоем, предателем, который клялся, что он действительно сожалеет обо всëм, что когда-либо сотворил, но Робб не доверял ему, не после всего, что случилось, и Бриенной в Винтерфелл. Дейнерис довольно скоро короновали, а Робб с матерью, братом, младшей сестрой, которая научилась сражаться не хуже мужчины, и их войском вернулся обратно в Винтерфелл.       Ему следовало казнить Теона за предательство — он так и поступил. Грейджой не сопротивлялся, даже не дрожал, когда некогда его лучший друг заносил над его головой Лёд, меч, когда-то принадлежащий его отцу, и лишь прошептал напоследок, так тихо, что его могли услышать лишь он сам и Лорд Старк: «Мне действительно жаль, Робб». Робб не хотел казнить Теона, но так требовал его долг, его честь. «Семья, долг, честь», — таков был девиз семьи его матери, и таков же девиз был у его отца, и он не собирался отступать от него. Но честь и долг затребовали у него двоюродного брата, как будто заслонив собой слово «семья». Джон был дезертиром, и его полагалось казнить за это, но Робб не хотел убивать человека, с кем провëл всë своë детство, ему трудно было убить даже Теона, хотя Грейджой буквально предал его, их семью.       — Я не знаю, что мне делать, матушка, — сказал Робб, обращаясь к матери, когда они остались вдвоём. — Долг и честь требуют казнить его, но семья…       — …велит иначе, — закончила Кейтилин. — И ты должен понимать, что я не знаю ответа на вопрос, который ты у меня ищешь. Я никогда не испытывала к Джону тёплых чувств, и ты прекрасно знаешь почему, однако, пускай любая другая женщина на моём месте была бы только рада казни бастарда мужа, я всё же не могу не отметить его мужество и смелость, которые он проявлял в битвах, а однажды он и вовсе ценой серьёзного ранения спас Арью от гибели от руки солдата Ланнистеров (тогда я сильно пожалела, что разрешила ей участвовать в битвах, когда она стала настаивать, приводя в пример Бриенну), и мне жаль его. Он рискнул всем, чтобы помочь нам, а теперь долг велит тебе поступить с ним так жестоко и, я бы даже сказала, несправедливо.       — Он ушёл со Стены не один, — заметил Робб.       — Что ещё больше усугубляет ситуацию, — кивнула Кейтилин. — Если ты помилуешь Джона, но казнишь всех остальных, то что о тебе будут говорить люди? Что Лорд Старк даёт поблажки членам своей семьи? Что он готов простить брата за то, что он брат, а других дезертиров казнил, потому что они ему даже не знакомы? Либо ты казнишь всех, либо всех же и милуешь, Робб.       — А что говорит тебе твоё сердце, матушка?       — А что может говорить сердце женщины, что потеряла на войне мужа и едва не потеряла всех детей? Которая много дней и ночей считала, что её младшие сыновья мертвы? Разумеется, оно хочет милости, Робб. Даже для бастарда. В любом случае решать тебе, ты уже взрослый мужчина, прошедший войну, и я не могу указывать тебе.       — Но ты можешь советовать, — напомнил Робб.       — Тогда вот тебе мой совет — помилуй их, мы и так пролили достаточно много крови, — Кейтилин ушла, оставив сына наедине с его мыслями.       Наконец он принял решение, суровое, жестокое и, возможно, как и говорила его мать, несправедливое. Он не знал, как поступил бы на его месте отец, тот был добрым и милосердным, но дезертиров ни разу не помиловал, какими знатными они порой не являлись. В любом случае, Эддард Старк мёртв, теперь он Лорд Винтерфелла, нет, не просто Лорд, а король Севера — титул, услужливо помилованный ему самой Дейенерис, и настала его очередь решать судьбы простых людей.       Казнь дезертиров состоялась на следующий день на рассвете. Туда пришли люди — у некоторых сбежавших были родственники на Севере. Робб крепко держал Лёд в своих руках, но руки его дрожали. На мгновение он подумал изменить своё решение, вспомнив совет матери, но потом в его голове всплыл образ отца, который всегда учил его сдерживать своё слово. Слово он дал, но не зря ли? Не будет ли он всю свою оставшуюся жизнь жалеть о казни Джона, да и Теона?       — Прости, Джон, — прошептал Робб своему сводному брату, замахиваясь мечом над его головой.       — Я не злюсь на тебя, Робб, — с трудом улыбнулся Джон, готовясь к своей скорой смерти. — Я прекрасно знал, что будет со мной в случае дезертирства, и был готов к этому, хотя в душе всегда надеялся умереть в бою, а не позорной казнью.       «Бой», — раздаётся где-то в голове Робба чей-то голос, и он вспоминает о восстаниях, не так давно разразившихся на юге против Дейенерис Таргариен. Бунтовавших не устраивало, что на Железный Трон села женщина, и они беспощадно громили всё на своём пути. Он может отправить туда Джона и прочих дезертиров. Бунтовщики — страшная сила, они переложили не одну сотню из армии Дейенерис, Джону придётся очень трудно, он наверняка погибнет, но зато в битве, как истинный воин, а не от удара палача, как это было с их отцом, к тому же являющегося его сводным братом. Ссылка в самый огонь. Это и будет милосердие, о котором просила его мать.       — Король Севера… он слишком слаб, чтобы казнить брата, — сознаётся всем собравшимся людям Робб, смотря прямо в глаза Джону. — Но он принял решение. Не настолько жестокое, как казнь, но и не милостивое, как обычная ссылка. Но знайте, что его девиз перешёл ему от матери — «Семья, долг, честь», и с этого дня он постарается всегда следовать ему.       Возможно, он слаб, раз не смог казнить Джона. Возможно, тот факт, что он умер через несколько месяцев после своего приговора в битве, наконец полностью подавив восстание, сможет как-то утешить его. Но в любом случае, он всегда будет помнить жертву своего сводного брата, который, хотя и являлся бастардом, для него всегда был настоящим Старком. Призрак выжил в той битве, а потом нашлась и Игритт, беременная от Джона, и, кормя белого лютоволка или беря на руки своего племянника, Робб всегда с грустью вспоминал о великом Джоне Сноу, бастарде Лорда Эддарда Старка.