Москва-Казань: туда и обратно

Весна 1991 года, Москва.

Весенний вечер накрывал город туманным светом уличных фонарей, отражающимся в лужах после минувшего дождя. Виктория спешила по узкой улице, которая вела к её подъезду. Вечернее дежурство в больнице затянулось — как всегда, у неё не хватило духу отказать заведующему отделением. Работа медсестры в как обычно переполненной московской больнице не давала слишком много денег, но она ценила этот труд. На этой работе она лишь благодаря своей тете, которая смогла её устроить. "Вот пару лет так поработаешь, а потом может на врача тебя вытянем, и, даст Бог, мое место займешь", — говорила женщина. Вика и так была ей благодарна за всё: за то, что с работой помогла, что разрешила жить у неё, за заботу и любовь. Она свернула за угол, когда услышала громкие голоса. Компания мужчин стояла у местного киоска. Девушка привычно ускорила шаг, хоть это было и не очень удобно делать в сапожках на каблуке, но один из них резко свистнул ей вслед. - Эй, красавица! Куда спешишь? Давай выпьем вместе, а? Она не обернулась, но почувствовала, как кто-то начал её догонять. Вика схватила сумку крепче, гадая, как быстро сможет добежать до своего подъезда. - Тебе сказали остановиться, слышь? — грубый голос теперь звучал совсем рядом. Она повернулась на голос и увидела двоих мужчин, которые уже успели её догнать и стать с обеих сторон от неё. Пьяные ухмылки, тяжелый запах перегара и плохо скрытая агрессия — ей стало ясно, что отступать некуда. - Я спешу, — коротко сказала Виктория, стараясь не показывать страха. Один из них сделал шаг ближе, протянул руку, словно хотел схватить её за локоть. - Подожди, красавица, не бойся. Мы просто хотим познакомиться... - Она никуда не пойдёт с вами, — послышался неожиданно голос со стороны. Холодный, спокойный, но такой, что заставил обоих мужчин обернуться. Для девушки этот голос показался знакомым. Точно она всё поняла, когда обернулась в сторону мужчины. Черные, идеально выглаженные брюки, такого же цвета рубашка, светло-коричневое верблюжье пальто — всё указывало ей на другого человека, но не родные глаза и непорядочно выбивающиеся из укладки светлые волосы мужчины. - Кто такой? — недовольно пробурчал один из них. - Тот, кто советует вам уйти, пока ещё есть возможность. - Ты что, герой, что ли? Мужчина сделал шаг вперёд. Даже не напрягаясь, он смотрел на них так, будто уже выиграл. Его руки были в карманах брюк, но было понятно, что он не шутит. - Муж её. Мужчины переглянулись, что-то пробурчали и, не желая проверять границы терпения незнакомца, развернулись и ушли обратно. Мужчина дождался, пока их силуэты исчезнут, а потом уже повернулся к девушке. - Муж значит? — с вызовом спросила она. — Я что-то кольца не вижу, Вить. Мужчина довольно улыбнулся и коротко поцеловал девушку. - Я же обещал, Викуль, как вернусь — сразу поженимся. И если мне память не изменяет, ты согласилась. - Согласилась на свою голову, не поспоришь, — ответила она, улыбнувшись возлюбленному. Для Виктора девушка была глотком свежего воздуха. Они познакомились еще зимой 89-го, когда Вика только приехала в Москву. Тетя Вики и семья Пчелкиных жили недалеко друг от друга, из-за чего Татьяна Александровна и мама Виктора очень хорошо общались. Молодые люди и сами не поняли, как у них завязались отношения, но были этому только и рады. Вика никак не одобряла причастность Вити к криминалу, да и для парня было неожиданностью то, что его возлюбленная оказалась сестрой мелкого казанского авторитета. Девушку пугало то, что она возвращается к тому, от чего так старательно пыталась уйти. Каждый взгляд, брошенный на Виктора, вызывал в её душе противоречие. С одной стороны, она любила его. Её тянуло к его уверенности, к его решимости и тому, как он умел оградить её от опасностей. Но с другой стороны, окружение и способ жизни угнетали девушку. Она прекрасно понимала, что от всего он её не оградит. Она не лезла в дела мужа, никак в них не участвовала, хоть моментами и понимала, как лучше поступить. Она боялась возвращаться в ту жизнь.

***

Весна 1995 года, Москва.

- Тань, знаешь, что приснилось сегодня.. - А ну-ка, опять вещее что-то? — спросила женщина, наливая Вике чай. - Костя мне приснился сегодня.. - Господи, случилось что? Тебе Люда не звонила еще? - Никто мне не звонил. Он в руках плед розовенький держал, в кокон завернутый... Сказал мне, что я тетей стала. Может, Люда родила наконец? - Ой не знаю я... Мне и брат твой звонил вот с неделю назад. Спрашивал, как у меня дела, как ты там. Про Людмилу ничего не говорил. - Я только через неё всё и узнавала. И что с алкоголем и наркотиками он завязал, как только о её беременности узнал, и что ремонт в квартире новый сделал. Холет и лелеит он Люду с их ребенком будущим. Женщина хотела уже было что-то сказать, но их перебил телефонный звонок. Трубку подняла Вика, и с каждым словом, которое ей говорили, улыбка девушки становилась всё шире и шире. Девушка положила телефон на место и, достав бутылку коньяка, тут же выпила рюмку. - Вика, ну не томи. Что случилось там? - Поздравляю вас, Татьяна Александровна. Вы стали бабушкой, — с улыбкой до ушей сказала девушка. - Как? Бабушкой?... - Именно. Люда родила сегодня утром девочку... Костя настоял, чтоб Леной назвали, в честь мамы. На лицах у них тут же появились слезы счастья. Не каждый день же пополнение в семье случается. С самого начала новость о беременности Люды не давала никому покоя. Что Вика, что Татьяна Александровна знали — Костя сложный человек, местами ненадежный. Никто не думал, что он так серьезно к семье отнесется, даже сама Люда. Под радостный плач женщин на кухне появился Виктор, который, увидев на столе еще и бутылку коньяка, совершенно ничего не понял. - Что-то случилось? — осторожно спросил мужчина. - Случилось, Вить... Я тетей стала, — улыбаясь сквозь слезы, сказала Вика. - Ну и что ж вы ревете то? — улыбнувшись, мужчина приобнял обеих женщин. - От радости, Виктор, от радости, — сказала Татьяна Александровна, вытирая слезы салфеткой.

*

Пока Витя отвозил Татьяну Александровну домой, Вика начала собирать вещи в небольшую дорожную сумку. В ближайшее время она собиралась ехать в Казань, и ничто бы её не остановило. Девушка уже давно не работала в больнице. Как только молодые люди поженились, Витя сразу заявил, чтобы она бросала работу. Видите ли, негоже его жене медсестричкой работать да других обслуживать. Сзади к ней тихо подошел мужчина, обняв свою жену за талию. - Ну и куда мы собираемся? — поцеловав Вику в щеку, спросил он. - В Казань, Виктор Павлович. - А скажите-ка, Виктория Николаевна, зачем вам туда ехать? - Ну как зачем, Вить, — обиженно сказала девушка, — я хочу племянницу увидеть, понянчить её немного. Заодно ты с братом моим познакомишься. - У меня в Казани дела небольшие есть, там надо будет с одним автором их местным контакт нормально наладить, а то он нам проезду не дает. - А надолго оно затянется? - Не знаю, родная. Если получится с этим Бессмертным договориться быстро, то за день успеем. — Девушка резко развернулась. — Что такое? - Каким таким Бессмертным? - Ну его там Кащеем называют. — Увидев, как его жена побледнела, он немного испугался. — Ты так не напрягай меня. Ты знаешь его? - Это мой брат, Вить.

*

Весенний воздух был наполнен влагой, а тонкая плёнка грязи ещё покрывала обочины, не успевшие обсохнуть после весенних дождей. Солнце периодически пробивалось сквозь тяжёлые серые облака, освещая дорогу и редкие поля. Молодые люди решили поехать в Казань своей машиной, а люди, которых Витя взял с собой решать дела, полетели самолетом. Пчелкин и сам хотел так сделать, но жена настояла на другом. Мотор «Мерседеса» мягко гудел, а внутри салона царила натянутая тишина. Виктор, уверенно держа руль, сосредоточенно смотрел на дорогу, не задавая лишних вопросов. Ему, казалось, было комфортно в этой тишине, но Вика чувствовала, как в ней нарастает тревога. Она прокручивала в голове последние события. Звонок Люды, известие о рождении племянницы, дела Вити и Кости — всё слилось в одно целое. Девушка надеялась, что эти дела никак не повлияют на взаимоотношения мужчин в семейном плане. На какой-то момент Виктория отвлеклась от своих мыслей, увидев, как они проезжают деревню с покосившимися домами и редкими прохожими. Весна здесь казалась такой же суровой, как и зима, хотя где-то уже пробивалась первая трава. - Как думаешь, долго ещё? — не глядя на Виктора, спросила она. Он бросил на неё короткий взгляд и снова посмотрел на дорогу. - Часа три, если без остановок, — ответил он спокойно. Её это не успокоило. Каждый час, приближавший её к Казани, казался часом, который отделял её от той жизни, которой она так упорно добивалась. Когда они сделали остановку на заправке, Виктория вышла из машины, чтобы размять ноги. Воздух был свежим, но прохладным, с едва уловимым запахом мокрой земли. Она почувствовала, как её окутывает странное чувство: смесь ностальгии и страха. Виктор остался возле машины, наблюдая за её движениями. Его поза была расслабленной, но взгляд — настороженным, как у человека, который привык быть начеку. - Всё нормально? — спросил он, когда она вернулась к машине. - Просто думаю, — коротко ответила она, садясь обратно в салон. Виктор не стал ничего добавлять. Он завёл мотор, и машина снова тронулась. Пока они ехали дальше, Виктория всё больше чувствовала, как её мысли разрываются между страхом перед встречей с братом и осознанием того, что рядом с ней сидит человек, который, возможно, больше привязан к своему миру, чем к ней.

*

Казань, всё то же время

Казань встретила их влажным весенним воздухом и запахом асфальта, только что омытого дождём. Улицы были серыми, но уже оживали: на тротуарах сновали прохожие, дети гоняли мяч у домов, а за припаркованными машинами слышались громкие разговоры. Виктория молча смотрела в окно, едва дыша. Каждая улочка, каждый поворот дороги вызывал в её голове вспышки воспоминаний. Вот тот самый магазин, куда она регулярно бегала в детстве за конфетами, вот старая школа, в которой она проводила дни, мечтая уехать подальше. Её руки сжались в кулаки. Она пыталась подавить нарастающее волнение, но оно било в виски, отдавалось тяжестью в груди. Виктор, сидящий за рулём, казался спокойным. Но на самом деле, мужчина нервничал не меньше. Он часто кажется умиротворенным, когда дело касается его "работы", но Пчелкин в любой момент может взорваться, и лучше всего это знали его друзья и жена. Для неё это возвращение было чем-то вроде капитуляции. Она уехала из Казани, чтобы оставить всё позади: уличные разборки, брата, который медленно увязал в криминале, и свои собственные страхи. Она строила новую жизнь, училась, работала, пыталась стать независимой. Но вот она снова здесь, и город казался таким же, как и тогда, когда она его покинула. Но девушка пыталась себя успокоить тем, что на сюда приехала не ради криминальных дел, а ради племянницы. - Ты в порядке? — неожиданно спросил Витя, вырывая её из мыслей. Она кивнула, но не ответила. Говорить ей было трудно. Машина свернула к какому-то зданию, которое девушка смутно помнила. Через несколько минут подъехала еще пара машин, из которых вышли люди "Бригады". Пчелкин вышел из машины, и, пожав руку каждому, закурил вместе с мужчинами. Девушка, неожиданно даже для себя вышла и подошла к ним. - Вить, я хочу пойти с тобой, — уверенно сказала она. - Ну уж нет, мы быстро справимся, лучше подожди меня в машине. - Я пойду, и не спорь со мной. — Мужчина четко знал, если его жена так говорит, значит пререкаться дальше — себе дороже. Внутри пахло табаком, кофе и смесью из разных мужских одеколонов. Комната кабинета, несмотря на свою простоту, было обставлено с намёком на власть: массивный деревянный стол, кожаное кресло, стопки бумаг и телефон. На стене висел календарь с фотографией старой Казани, а рядом — икона в потускневшей рамке. В кабинете стоял один большой кожаный диван с небольшим кофейным столиком возле него. Костя сидел за столом, склонившись над каким-то документом. Когда вошли Пчелкины в сопровождении еще двоих людей, взгляд мужчины задержался именно на Виктории, и в его глазах вспыхнуло что-то похожее на радость, смешанную с недоверием. - Вика, — сказал он, слегка откинувшись на спинку кресла. Его голос был ровным, но в нём слышалось что-то большее, чем просто приветствие. - Привет, Костя, — ответила она, чувствуя, как в груди сжимается от волнения. Его лицо изменилось за это время. Последний раз девушка видела его похудевшим, еле держащимся за здравый рассудок, но сейчас перед ней был другой человек. Костя выглядел старше своих лет, в силу его прошлого образа жизни, но держался так, будто был хозяином этой жизни. - Не думал, что увижу тебя здесь, — продолжил он, взглядом скользнув по Виктору, который молча стоял рядом с ней. — И, похоже, не одну. - Константин Николаевич, это человек из Москвы. По поводу.. - Я знаю, по какому поводу, — рявкнул мужчина, смотря на своего помощника. Костя медленно встал из-за стола и подошёл ближе. Его движения были размеренными, но в каждом шаге чувствовалась скрытая угроза — привычка человека, привыкшего к силе. Кащей даже не подозревал, что Виктор был точно таким же. Мужчина держался спокойно и первым протянул руку брату жены. - Виктор, — сухо сказал мужчина. - Константин, — пожав руку, сказал Кащей. — Что с тобой, Виктор, сестра моя забыла? - Это мой муж, — уверенно сказала девушка, скрывая свое переживание. Костя перевёл взгляд обратно на сестру. - Ну раз муж, тогда понятно. Ну что, Вика? Ты решила в криминал вернуться или просто приехала посмотреть, как мы тут выживаем? Её губы дрогнули, но она сдержалась. - Я приехала увидеть племянницу. А ваши дела меня не касаются. - Не касаются, говоришь? — Костя усмехнулся, вернувшись к своему столу. — Ты забыла, где выросла. Здесь ничего просто так не бывает. - Я всё прекрасно помню, — холодно ответила она. — Но я не хочу, чтобы это касалось меня. Он посмотрел на неё долгим взглядом, затем закурил сигарету, выпуская густой дым в сторону. - Ладно, — наконец сказал он, сделав глубокую затяжку. — Ты же знаешь, что я всегда рад тебе. Сейчас делишки порешаем и домой поедем. Костя посмотрел на неё, затем на Виктора, его улыбка стала шире. - Ну а тебя, Виктор, договариваться сюда со мной отправили. Говори, что вам, москвичам, надо от меня. Напряжение в комнате стало почти ощутимым. Виктория чувствовала, что этот разговор — не просто вежливый обмен словами. Это была встреча двух мужчин, привыкших держать всё под контролем, и она оказалась между ними. Решив, что больше ей тут делать нечего, девушка оставила мужчин. Выйдя из кабинета, она поправила темный плащ и уверено двинулась к выходу из помещения, как её окликнули: - Ну надо же, кого я вижу, — проговорил мужчина с усмешкой. Это был Валера Туркин. Всё в нём кричало о том, что он не изменился. Но его раздраженный взгляд говорил больше, чем он сам мог бы. - Здравствуй, Валера, — без тени волнения сказала девушка. Уж точно она не ожидала его увидеть здесь. - Ты что здесь делаешь? — спросил он резко. - Приехала по делам, — спокойно ответила она. Он прищурился. - Делам? А я-то думал, ты отсюда уехала, чтоб о делах этих забыть. Да и обо мне забыть. - Не начинай, — раздраженно сказала девушка. — Я не хочу это слушать. - А что? Это неправда? Ты же ушла тогда. - Я ушла, потому что сама так решила. И ты меня поддержал, — сверкнув злым взглядом, сказала девушка. — А приехала я ради своей племянницы и ради мужа, у которого здесь дела. В этот момент дверь за её спиной открылась, и вышел Виктор. Он быстро оценил обстановку и подошёл к жене. Обняв её одной рукой за талию, мужчина улыбнулся девушке. - Проблемы? — спросил он, глядя на Валеру с плохо скрываемым подозрением. - Нет, — коротко бросил Валера, прежде чем уйти. - Кто это был, родная? - Не обращай внимания, старый знакомый.

*

Войдя в квартиру, девушка почти её не узнала. Она не была похожа на ту, в которой она росла вместе с братом. До смерти их родителей квартиру можно было назвать уютной, но потом всё пошло по наклонной. А сейчас здесь вновь царили уют и домашнее тепло, которое безумно грело душу. Девушка вместе с мужем прошла в гостиную, пока её брат пошел искать жену. - Кость, здесь прям как в детстве, — с легкой улыбкой сказала девушка. - Я тут всё поменял ради моих девочек. Только мужчина сказал это, как в комнату вошла Люда. Сначала Вика её и вовсе не узнала. Девушка, которую она видела несколько лет назад, совсем отличалась от той, что стояла перед ней сейчас. Немного уставшее, но счастливое лицо с мягкой улыбкой. Материнство явно украсило её. Ничего не сказав, девушки просто обнялись и по щеке Вики покатилась одинокая слеза. - Ну ты чего, Викуль? — тепло улыбаясь, спросила у неё Люда, сжимая её крепче в объятиях. Мужчины же ушли на балкон, оставив их наедине. - Рада за вас ужасно, — улыбаясь, сказала девушка. — А где племяшка моя? - Пойдем, покажу. Комната, в которой была детская, напоминала уютное гнездышко. Лёгкий свет весеннего дня, проникающий сквозь занавески, наполнял пространство теплом и покоем. Запах детской присыпки тут же ударил Вике в нос, отчего она чуть не чихнула. Люда подошла к кроватке, и достала из неё маленькое чудо в разноцветном костюмчике. Виктория едва могла представить её такой крошечной. Глаза девушки наполнились теплотой, и, несмотря на всю хрупкость этого момента, в её сердце было место для радости. - Лена, познакомься со своей тетей. Её зовут Вика, — с особой теплотой сказала девушка. Сердце Виктории сжалось от умиления, когда она увидела девочку. Её лицо было таким нежным, с пухлыми щёчками и длинными ресничками, словно она ангел воплоти. - Можно... я подержу её? — её голос был чуть дрожащим от волнения. Люда улыбнулась и осторожно передала малышку. - Конечно. Только поддерживай её головку. Когда Вика взяла племянницу на руки, она почувствовала, как её ладони наполняются нежностью и заботой. Ребёнок был таким лёгким, что это казалось чудом. Малышка слегка покачивалась в её руках, а девушка чувствовала тёплый светлый момент, как никогда ранее. Костя, наблюдая за сестрой, изрёк с лёгкой улыбкой: - Ну что, сестрёнка, каково быть тётей? Виктория слабо улыбнулась, посмотрев сначала на мужа, а потом на брата. Затем её взгляд вновь вернулся к девочке. - Никогда не думала, что это настолько замечательно. Снова посмотрев на мужа, она увидела его теплую улыбку и искреннее умиление. Пчелкины уже обсуждали возможное рождение у них детей. Виктор очень хотел видеть жену в роли матери их ребенка, а девушка всё еще почему-то боялась. Но увидев свою племянницу, она решила, что будет второй разговор по поводу их с Витей детей. - Она такая маленькая... — прошептала Вика, поглаживая крошечную ручку племянницы. - Маленькая, но голос у неё, как у тебя в детстве, — добавил Костя с улыбкой. — Ты такой же крикливой была. Виктория не могла оторвать глаз от Лены. Каждое движение ребёнка, каждое её дыхание наполняло её душу светом. И в этот момент Виктория знала одно: она сделает всё, чтобы эта девочка росла в мире тепла и любви.