Секрет Полишинеля

Анна поднесла остатки сигареты, обхватывая ее дрожащими губами, и затянулась, что есть силы. Она, пытаясь унять свое беспокойство, все время оглядывалась по сторонам. Выдохнув табачный дым доктор Шульц осмотрела округу, наслаждаясь приятным солнечным теплом очередного летнего дня. Она стояла рядом с зданием главного суда, нервничала и металась глазами по проходящим мимо людям, боясь встретить кого-нибудь знакомого. Сейчас она была не в состоянии поддержать даже банальный непринужденный разговор о погоде. Опустив голову вниз, Анна продолжала рассматривать свои бежевые туфли лодочки, опираясь на тонкий каблук. Избегая лишних взглядов, доктор Шульц молча докуривала в одиночестве вторую сигарету, не решаясь зайти в зал суда. Тот день, который она отчаянно пыталась оттянуть, настал. И все, что ей оставалось сейчас сделать: смириться со своим положением. Не покидающие мысли сомнений вновь зародились в голове врача, а желание сбежать, как она сделала это ранее, блуждало в разуме. Броситься на шпильках по всему городу, прячась от надежд главнокомандующего Эрвина Смита, от разочарования капитана Аккермана и даже вечно отвлекающийся от дела майора Зое. Эта тройка своими предложениями смогла довести ее до состояния абсурда. Две стойкие недели проявления жестокого характера в отношении окружающих обвенчались провалом. И теперь вновь весь разведкорпус после ее возвращения не будет умолкать от распространения слухов. И, быть может, позволит себе лишнего, к примеру, не молчать, а высказать все в лицо, высмеять ее грубость и невежественное поведение. Без знания причин, без знаний истины шепот продолжит раздаваться в стенах, а его эхо будет слышно вплоть последней стены Сины. -Доктор Шульц, - солдат окликнул ее, подзывая к себе, -вас одну ждем. -Да иду я уже, -недовольно ответила Анна, -иду. Шульц подняла голову и кивнула, подтверждая услышанное обращение. Врач еще постояла, докуривая остатки сигареты, а после выкинула ее на землю и затушила ступней. Девушка поправила коричневую юбку в пол, поднимая ее подол, чтобы не оступиться. Ее взгляд еще полон нерешительности блуждал по открытой местности перед ней, унимая мысли о попытке убежать. Судебный процесс был не только в отношении Йегера, но и включал в себя спасения доктора Шульц. Привыкшая к поручениям отца с самого детства, девушка впервые ступала по выбранной дороге. Ее первое взрослое решение, принятое самостоятельно, наполняло ее легкостью, словно избавляло врача от тяжелых оков прошлого. Следующие шаги оказались не такими решительными, как первый. Ноги словно ввязли в землю, от чего следовать за солдатом было затруднительно. Каждый последующий метр, что приближал ее к залу суда, наполнен тяжестью. И все же за этими чувствами не стояли сомнения в своих решениях. Это было нечто большее, ранее не испытываемое врачом. Она старалась не думать о том, что ждет ее впереди, но чреда этих мыслей, а вместе с тем и помутненное состояние, удручали. Шум ее сердца раздавался сильнее обычного, заглушая на фоне чужие разговоры. Остался последний шаг до встречи, исход которой нельзя предугадать. Анна прерывисто набирает в легкие воздуха, словно боится задохнуться. Врач движением одной руки расстегивает пуговицу кремовой рубашки, а затем берется за дверную ручку. Руки дрожат, лицо ее побледнело, а голова Шульц не в состоянии остановить бушующее волнение. Доли секунд разделяют ее с человеком, последняя встреча с которым состоялась ровно четыре года назад. Ей интересно, как изменился ее отец, интересно с кем он пришел на судебный процесс, интересно увидеть его реакцию на выступление Анны. Но осмелиться ли она поднять только взгляд, чтобы посмотреть на все это? Рука дернулась и дверь приоткрылась. Мягкий свет из зала ударил в лицо доктора Шульц, заставляя сморщиться. Она задержалась на пороге, набираясь духу, чтобы войти. В сложившейся ситуации ее слабость испортит их план, поэтому последние силы уходят на то, чтобы унять эмоции. Невидимая маска ложиться на лицо Анны. Врач со всей серьезностью и спокойностью твердо оценивает обстановку внутри, выглядывая из-под двери. Уверенный шаг вперед, туфли касаются деревянного пола и отдают характерный звон, заставляющий обратить окружающих на нее внимание. Взгляд ее направленный только вперед, избегая волнительных встреч со знакомыми, ищет своего командира разведкорпуса, чтобы занять место рядом с ним. Пару прикосновений ступней с полом, и Анна оказывается рядом со всем начальством разведкорпуса. Одной рукой она придерживает юбку и аккуратно располагается рядом с капитаном Аккерманом. Девушка выпрямляет спину, и закидывает ногу на ногу, придавая своей позе ноты откровенности. Доктор Шульц и сегодня не была обделена всеобщим вниманием, продолжая ловить все больше и больше взглядов в свою сторону. Впрочем, ей к этому было не привыкать. Юбка в пол имела теплый коричневый цвет, радующий глаза. В качестве дополнения к образу элегантной и сдержанной дамы была выбрана кремовая рубашка, плотно прилегающая к груди Анны. Несколько дорогостоящий украшений в виде пары сережек, золотого браслета и подвески с камнем в центре, отражающим яркие лучи солнца сегодняшнего дня. И последним аксессуаром стали черные очки с тонкой оправой, которые Анна изредка поправляла. -Все в порядке? –Спросил Леви, смотря на доктора. Она опоздала, что было непривычно для человека, не любящего ждать и соблюдающего всевозможные существующие правила приличия. -Да, -Анна кивнула и опустила голову вниз, делая вид, что рассматривает браслет на руке. -Вы дрожите, -обеспокоено Аккерман устремился глазами вперед, разглядывая причину беспокойства девушки. -Немного переживаю. –Поделилась она впечатлениями. -Все пройдет так быстро, что вы и глазами не успеете моргнуть, -встрял в разговор Эрвин, наклонившись к ним. –И как только процесс закончится, мы сразу же отправимся в штаб. –Его голос успокаивал, -и я дам вам пару выходных дней, чтобы прийти в себя, если потребуется. -А премия будет? –Анна мягко улыбнулась. -Не наглейте, доктор Шульц, -главнокомандующий расслабленно издал смех, возвращаясь в прежнее положение. -Помните, вы здесь не одна, -шепотом произнес капитан, привлекая внимание Анны. –Вы обязательно справитесь с выступлением. -Спасибо, -ответила тем же тихим голосом врач, поворачивая голову в сторону Леви. Его хладнокровный вид пугал. Анне стало интересно, смотря на невозмутимое лицо капитана, есть ли вещи, которые заставляют содрогнуться хоть один мускул на этом лице мужчины. Пропуская мысли о его спокойствии она внушала себе, что это самая правильная позиция в данной ситуации. Не за чем переживать о вещах, исход которых еще не предрешен. Она посмотрела на папку документов в своих руках. Эти бумаги, которые девушка сжимала со всей силы, единственное, что может помочь надежде всего человечества. -Могу я взять вас за руку? –Настороженный вопрос со стороны доктора. -Если вы в этом нуждаетесь. Анна схватила руку капитана, переплетая его холодные пальцы со своей горящей ладонью. Она крепко сжала его. Прикосновение, переполненное тревожностью, которая медленно стала переходить к Аккерману, позволило девушке расслабиться. Врач вернула свои глаза к сидящему рядом капитану и тщательно рассмотрела его. Это было не впервые, когда лицо капитана, было так близко. Помнится, после возвращения из темницы, она уже видела эти черты. Острый подбородок без щетины, серые глаза, смотрящие вперед, и аккуратный ровный нос. Шульц пропустила мысли, что капитан необычайно красивый мужчина. Его ровное дыхание ощущалось рядом, что несомненно успокаивало еще больше. Приблизившись еще немного, Анна смогла рассмотреть родинки на его шее. Неожиданно она почувствовала на себе тот самый пугающий взгляд, заставляющий поднять виноватые глаза и прервать изучения тела Леви. Обладатель столь удивительно тяжелого взгляда, от которого почему-то бросало в дрожь все тело, а в голове не оставалось ни одной спокойной мысли, уставился на врача, заметив убавившееся расстояние между ними. Кажется, он не собирался первым нарушать момент сложившейся близости между ними. И чем дольше он молчал и продолжал смотреть, тем сильнее заставлял Анну смущаться. Он всегда так смотрел на нее или только сейчас? Сколько времени прошло с той секунды, когда они пересеклись своими глазами, оставаясь в том же положении? Кажется, прошла целая вечность и с этим явно нужно что-то делать, но как оторваться? Как оторваться от этих глаз, что смотрят на девушку. С каждой секундой в ее голове усиливалась мысль о том, что еще чуть-чуть, и она сможет утонуть, раствориться или исчезнуть из-за него. Пару сантиметров разделяли от его губ, которые еще чуть-чуть и смогли бы соприкоснуться. -Ваш выход, доктор Шульц, -пронизывающий шепот. Анна опомнилась, где она находится. Она тяжело сглотнула, понимая, что время пришло и отстранилась от капитана Аккермана. -Как бы мне хотелось держать вашу руку и во время своего выступления, -произнесла слова, чтобы только он смог услышать их, перед тем как уйти. Доктор Шульц встала со скамьи, отпуская руку Леви. Она схватила папку с документами и направилась в сторону, минуя напряженную тишину, трибуны. Анна позволила себе небольшую женскую шалость и повернула голову, чтобы посмотреть на человека, одно присутствие которого придавало ей уверенности в себе. Все те же проводящие девушку вслед серые глаза ее супруга продолжали смотреть.

***

План, придуманной Анной и ее братом Францем, включал в себя несколько важных аспектов. Во-первых, вся ответственность ложилась на плечи доктора Шульц, соответственно она была единственным и главным исполнителем. Во-вторых, документация, которую предстояло подготовить за несчастных два дня, заключалась в оформлении опекунства над Эреном Йегером. Доктор Анна Шульц имела целое состояние, чтобы обеспечить этого ребенка, но была обделена лишь одним фактором. У нее никогда не было мужа. Это лишь затрудняло процесс оформления необходимых документов, поэтому, отчаявшись на такой шаг, у нее неожиданно состоялось бракосочетание. В целом можно было бы обойтись и без регистрации брака, если бы только имя Анна Шульц было действительно прославлено только хорошим. Клеймо зависимого от лекарств человека и лишение дворянского титула давали повод усомниться в искренности побуждений врача. А ценность новоиспеченной семьи подтверждало решительность девушки, а вместе с тем и опровергало блуждающие слухи, становя ее на путь исправления. Из всевозможных существующих мужчин в разведкорпусе единственным подходящим человеком, как назло, оказался бесчувственный и холодный капитан Аккерман. Ко всему этому, он еще и осмелился просить ее об одолжении поговорить со Смитом и обойтись без сочетания их союза с врачом. К слову, этот разговор еще колко преследовал доктора Шульц и сейчас, когда она отвечала на вопросы из зала суда. Прикованный взгляд девушки к своему супругу, не мог уняться от мыслей об их вместе проведенной в стенах его комнаты ночи. Воспоминания нахлынули, от чего Анна позволила себе пропустить рассуждения адвоката и погрузиться в события прошлого дня.

***

В новом работнике, занявшем кабинет врача, капитан видел лишь черты привыкшего к роскоши человека. В первый же день ее присутствия в штабе Эрвин Смит невнятно ввел Леви в подробности ее значимости в разведкорпуса. Говорил о принадлежности девушки к известной графской семье, упомянул ее достижения в области медицины и даже позволил себе добавить слова о присущей Анне красоте. Оправдав смену бывшего доктора, главнокомандующий намекнул следить за ней. Смит явно что-то не договаривал. И это было видно по его поведению рядом с врачом. Он как никогда был снисходителен и закрывал глаза на многие вещи, которые она себе позволяла. Упреки в его сторону, чтобы Эрвин заметил ужасающую некомплектность, не доходили до его ушей. С первой секунды, когда капитан увидел ее он словил себя на мысли, что в штабе зарождается недоброе. Истинных намерений никто не раскрывал, не вдавался в подробности и не разглашал причин, по которым разведкорпус так нуждается в этой женщине. Ее стоило опасаться. Сама говорящая фамилия не давала покоя каждому солдату. А посещение лазарета стали страшнее тренировок с самим капитаном Аккерманом. Надменная, грубая и противоречивая всем правилам поведения врача она продолжала приходить в лазарет и выполнять свои должностные обязанности. Работу неоспоримо доктор Шульц выполняла не то, чтобы хорошо, а просто отлично. Не было и повода, по которому ее можно было уволить. Не учитывая слухов расползающиеся по всему штабу, в ней не было изъяна. Красивая, эрудированная и воспитанная девушка, погрязшая в мнении окружающих. Время близилось к вечеру. Закончив со всей работой присущей ему, как капитану, Леви направился первым делом в лазарет. Заранее предупредив о своем приходе, ничем не беспокоящийся Аккерман следовал намеченному пути. В голове его не унимались мысли, которые были навязаны главнокомандующим Эрвином Смитом. Почему он? Почему из всех солдат разведкорпуса Леви должен вступить в брак с этой женщиной? Ему казалось, что измененный план выглядел глупо, поскольку многим обязывал мужчину. Долго размышляя, единственное правильное решение, которое он для себя принял, это попытки предотвратить, пока действия не зашли так далеко, что ничего уже нельзя исправить. И на фоне возникшей проблемы в виде замужества с Анной Шульц, капитан забыл об истинных целях разведкорпуса. Спасение Йегера и неукротимое желание Смита оставить его подле себя дошли до точки абсурда. И как она, которая кричала об отказе в содействии, резко изменила решение. Ребяческое поведение доктора, так ее действия оправдывал капитан, заставляло его сдерживаться. Он военнослужащий под командованием Эрвина впервые был не согласен с принятым решением. Его не пугала сама мысль предстоящей женитьбы, не пугали расползающиеся слухи об Анне и даже не волновали последствия, которые обрушаться на него. Корень его сомнений был глубоко зарыт в чем-то большем, нежели беспокойство о себе. Леви остановился у двери лазарета и сделал пару коротких постукиваний кулачком, не дожидаясь ответа. -Вы еще не ушли? –Аккерман приоткрыл дверь и взглянул на врача. -Нет, -она, не отвлекаясь от бумаг, ответила, -проходите я вас ждала. Капитан зашел внутрь, аккуратно прикрывая за собой дверь, чтобы не раздать громких отвлекающих звуков. Он посмотрел в сторону сосредоточенной Анны и решился подойти чуть ближе, останавливаясь рядом со стулом. Новый предмет мебели не удивил его. Он присел и взглянул в окно, не решаясь заговорить. -Чем решили порадовать к концу дня? –Дописывая бумагу, Шульц кинула короткий взгляд в сторону мужчины. Сейчас эта присущая неловкость рядом с ним исчезла. Все же этим двоим необходимо обсудить все те события, случившиеся между ними. За эти два дня, которые они провели вместе, доктор Шульц стала не просто медработником в том же штабе, что и он. Она стала человеком в его жизни, который создает ряд проблем. Начиная с помощи в обработке предплечья и заканчивая новым обстоятельством в виде предстоящего брака. -Ничем, -короткий и сухой ответ. Шульц вздохнула, понимая, что от нее ждут объяснений. Врач сняла очки и положила их в футляр, защёлкнув. Она потерла переносицу и задумалась с чего именно ей начать. - Вы решили огорчить меня? –Переспросила она в надежде избежать личностных разъяснений перед ним. -Нет, -очередной незамысловатый ответ. -Тогда в чем цель вашего присутствия в моем кабинете? –Доктор Шульц осмотрела его, пытаясь понять озадаченность нахождения, -вас что-то беспокоит? Или болит? -Мне нельзя просто так прийти к собственной жене? –Капитан, не унимая глаз от уходящего солнца за окном, спокойно произнес. -А, -девушка откинулась на спинку кресла, -вы об этом пришли поговорить. –Доктор сложила руки, думая, как правильно расположить его к себе, -не поймите неправильно, это последнее, о чем я думала, когда вы сказали, что зайдете вечером. –Она уставилась в то же окно, которое он разглядывал, -вам Эрвин Смит должен был все объяснить, разве нет? -Объяснил, -он кивнул головой, -но почему из всех женщин именно вы должны составить мне компанию в бракосочетании? –Леви повернул голову и уставился на лицо Шульц, что же эти слова звучали ядовито в отношении девушки. -Вы сильно огорчены этим? –Она проделала те же движения и встретилась с серыми глазами, схожими на тучи в пасмурную погоду. -А вы? –Спросил он, не вдаваясь в ее вопрос. -А что я, -Анна первой прервала их игру в гляделки и отвлеклась на документы, которые заполнили стол, -это лишь брак на бумаге. Они ничего не значит ни для вас, ни для меня. –Она сглотнула, -знаете, бывают ведь такие фиктивные браки ради цели или выгоды. И многие люди так делают, даже мой брат, с которым вы виделись тогда в темнице, женился на нелюбимой женщине. –Она помялась с продолжением рассказа о семье, укоряя себя за такие подробности чужой личной жизни, -и ничего страшного в этом нет. -Вы говорите об этом слишком легкомысленно. -А вы придаете этому значение? –Поинтересовалась доктор Шульц. -Такой, как я станет вашим мужем, -он тяжело выдохнул, -я не смогу дать вам той жизни, к которой вы привыкли с детства. Вот она истинная причина его образовавшегося волнения. Сидящая перед ним Анна Шульц, в которой он видел олицетворение дворянства. Та, чье только присутствие в одном помещении, заставляло напрячься и вспоминать правила этикета. Рядом с ней он чувствовал себя неуверенно и жалко. И несмотря на рассказы, ее убеждения о лишении титула, мужчина понимал, что эту черту в ней нельзя перечеркнуть, скомкать, как лист бумаги, и выбросить. Только одно лицо Анны заставляло в голове неосознанно вырисовывались картины дорогостоящих нарядов, светских ужинов в изысканных местах и долгих беззаботных днях. Ее изгнание казалось для капитана временным наказанием, которое рано или поздно, но все же подойдет к концу. А усердие, что проявляла врач, в лазарете разведкорпуса лишний раз напоминали ему об решительности изменений прошлого девушки. И что такая, как она, может делать подле него? Услышав его слова, Анна вздрогнула. -Капитан Аккерман, вы все же неправильно поняли, -она перебила Леви, -это ненастоящий брак. Он необходим лишь для судебного процесса, позже мы с вами разведемся. Да и я не говорю вам, что вы обязаны мне чем-то за это одолжение. -Я не в состоянии сделать этот момент для вас торжественным. –Признался Леви, опуская глаза в пол. -Я возьму на себя все расходы, -продолжила настаивать Шульц. -Это унизительно, -поделился с ней переживаниями собственных чувств капитан. -Нет, перестаньте, -Шульц резко подскочила со своего места, -ничего унизительного здесь нет. Я вас не заставляю жить праведной супружеской жизнью. Вы вправе иметь женщину на стороне, учитывая все эти принуждающие обстоятельства. –Анна оперлась о свой стол, смотря на Леви, -я не сделаю ничего, что могло бы запятнать вашу репутацию, капитан Аккерман. -А мне предлагаете найти любовницу? -Вы пришли, чтобы отказать мне в предложении о браке? –Анна скинула с себя халат, унимая лишние эмоции. -Нет, -он посмотрел на врача, -я пришел, чтобы переубедить вас и отказаться от этой идеи. -Я вас не понимаю, -она застыла на месте от услышанного, -сначала яро убеждаете меня пойти против отца, а теперь просите отказаться. Вы понимаете, как я мечусь туда-сюда, чтобы не сбежать от вас? Я все еще полна сомнений в своих решениях. Кажется, я впервые в такой сложной ситуации, когда от меня что-то зависит. Я сталкиваюсь с выбором, который раньше за меня делал отец. И вы просите меня отказаться? Нарушить уже данное обещание разведкорпусу, выбросить или сжечь подготовленную документацию и снова сбежать? -Просто откажитесь и не рушьте свою жизнь. Анна села на край стула и взялась за голову. -Я вам настолько ненавистна, что вы готовы отдать Йегера в руки моему отцу, лишь бы не жениться? -Нет, я не питаю чувств ненависти к вам. –Опровергающие слова ее мыслей. -Тогда я вовсе не понимаю, что вы хотите мне сказать. -Я могу в любую минуту умереть, когда ухожу на вылазки. Могу не замечать ваших эмоций и чувств. Не смогу обещать вам той искренней любви, которая питается в браке. –Ряд причин, что Леви заготовил заранее, для лишнего убеждения девушки. -Мне ничего из этого от вас и ненужно. -Для вас не имеет значение какой мужчина станет вашим супругом? -А для вас я смотрю это важно. -Ценность семьи мне незнакома. –Поделился Леви. –Но я убежден, что для совместной жизни я как вариант для вас не подхожу. -Не говорите о себе в таком тоне, -Шульц вздохнула, опуская руки, -мы в шаге от судебного процесса, а вы проявляете свой характер. Это приказ, капитан Аккерман, которого вы не можете ослушаться. –Она усмехнулась, -и поэтому вы пришли ко мне. Чтобы я оповестила Смиту о своем измененном решении? –Шульц встала снова с кресла и направилась к выходу, -вы просто из раза в раз используете меня, как человека, который решит за вас ваши же проблемы. Что-то не нравится говорите об этом лично главнокомандующему. Обращая на спешку девушки улизнуть от разговора, капитан повысил голос. -Вы куда? -Я должна найти человека ответственного за уборку вчера вечером. -Зачем? Это важнее нежели наш с вами разговор? –Он также встал с кресла. -Нет, но мне нужно отблагодарить его за чистый лазарет. –Анна коснулась дверной ручки, намереваясь покинуть кабинет и избавиться от неловкого разговора. -Тогда у нас есть еще время, чтобы обсудить наши взаимоотношения. -Не понимаю, -она повернулась назад, -о чем вы говорите? -Я сэкономил ваше драгоценное время в поисках человека, убравшего вчера беспорядок здесь. -Это были вы? –Она нерешительно уточнила слова мужчины. -Думаете я не в состоянии сделать уборку в этом кабинете? -А говорите, что будете плохим супругом, -Анна улыбнулась и сделала пару решительных шагов навстречу капитану, -вы просто удивительны. Услышали мою историю прошлого и протянули руку помощи, приняли на себя удар Смита после темницы и убрали в лазарете. -Это было моей обязанностью. -Оправдываете свое поведение приказами Смита? –Анна встала напротив мужчина и коснулась рукой стола. –Ни о чем не думайте и приходите завтра в костюме. -Вы не передумаете? -Боитесь, что я могу сбежать во время нашей с вами свадьбы? –Анна улыбнулась. -Нет, я о том, что вы готовы идти на такие поступки ради разведкорпуса. Настойчивый характер Шульц не позволял ему переубедить Анну в изменении решения. И если уже она сама того хочет и даже просит, то он, как мужчина, не в праве отказать. Это часть плана. Очередной приказ, которого нельзя ослушаться. -Сомневаетесь в искренности моих предложений? -Сомневаюсь в предложенной для вас выгоде. -Не забивайте себе голову ненужными переживаниями. –Анна подошла к окну, -все будет в порядке, уверяю вас. Боюсь только того, что ваше имя будет очернено слухами обо мне. -Ошибки прошлого не должны сопровождать вас на протяжении всей жизни. Просто сделайте уже что-то такое, на фоне чего люди попросту забудут о вашей репутации. –Это были последние слова, которые осмелился вслух озвучить капитан прежде, чем покинуть помещение.

***

Весь процесс регистрации брака прошел не так, как Анне об этом рассказывали в детстве гувернантки в поместье. Она и еще пару человек из разведорпуса, включая самого капитана Аккермана, прибыли в для оформления документов в город. Как и обещал Леви, он надел костюм черного цвета, а Зое умудрилась сделать ему вышивку знамя разведкорпуса: крыльев свободы. Доктор Шульц ничем не отличалась от обычного дня. Нет, на ней конечно же был подходящий наряд в виде белого платья и даже в руках красовался букет из собранных утром на поле тренировок цветов, перевязанных нежной белой лентой. Волосы слегка подкручены, неброский макияж и скромный наряд сопутствовали торжественному дню. Эмоций на ее лицо не выделялось. Наоборот, сегодня Анна была намного тише, нежели в прошлые дни, проведенные в лазарете. Казалось, что за весь день она обронила лишь одно слово и то в процессе регистрации. Короткое и ничего не значащее слово согласна. Атмосфера неловкости не покидала всех присутствующих до самого конца дня. И вернувшись в родные стены штаба, доктор Шульц первой улизнула к себе в кабинет, покидая всех в напряженности. Отчужденность девушки осталась замеченной каждому. Из-за чего капитан Аккерман лишний раз нахмурился, упрекая себя, что приложил мало усилий для предотвращения ситуации данного дня. Не обращая внимания на поступающее предложение от Смита выпить, Аккерман махнул рукой и последовал примеру супруги, оставляя Эрвина одного в помещении. Он, как и Анна, сегодня желал побыть наедине с самим собой. Капитан дошел к своей комнате и широко открыл дверь, заваливаясь туда. Он вмиг стал снимать пиджак, бросая его на кровать. А после избавился и от остальной неудобной одежды. Наслаждаясь знакомым ароматом свежести и дерева, Леви прошелся рукой по предметам мебели, смахивая пыль. Сил на уборку не осталось. Он накинул на себя белый помятый лонгслив и заправил его в черные штаны, которые были на два размера больше, чем нужно. Мужчина прилег на кровать и закрыл рукой глаза, расслабляясь от усталости дня. Но непрошенный гость решил иначе. Легкое касание по его двери, раздающееся в тишине комнаты вывело Леви из мыслей. -Простите, я вас разбудила? –Тонкий встревоженный голос. Он посмотрел сверху-вниз на пришедшую доктора Шульц. Она выглядела не так, как обычно. Вместо привычной элегантной одежды на ней была откровенная ночнушка, которую, прикрывал белый халат. Рукава его спадали и оголяли забинтованное плечо. Наряд, что изящно облегал и подчеркивал фигуру Анны, насторожил капитана Аккермана. Он шире открыл дверь и оступился назад, давая девушке пройти внутрь. Боязнь, что ее кто-то может увидеть в таком виде, позволила ему впустить в свое личное пространство такую незнакомую, но в то же время близкую жену. -Что вас привело в столь поздний час? –Спросил Леви. Он оглянулся по сторонам, а затем закрыл на собой дверь. -Иногда вы задаете действительно глупые вопросы, -Анна нервно улыбнулась, не решаясь поднять глаза к его лицу, -что же может привести жену в первую ночь к мужу? Приглушенный свет от ламп придавал сложившейся атмосфере еще большей таинственности. Капитан Аккерман неуверенно, опасаясь собственных движений, сделал шаг навстречу Шульц, чтобы лучше слышать ее надломленный голос. -Вам не спится? –Переспросил Леви. -Капитан Аккерман, -Анна подняла голову и встретилась с ним взглядами. Его взволнованное лицо вмиг объяснило девушке всю ситуацию. –да, -она непривычно содрогнулась в скривленном лице, -не спится. -Чем я могу помочь вам? –Обеспокоенной грубый голос. -Может, нам просто, -Анна задумалась, -поговорить? –Не дожидаясь ответа, Шульц прижала халат ближе к себе, -у вас есть выпивка? -Есть, -Аккерман кивнул, продолжая бесстыдно смотреть на врача. Он опомнился спустя пару секунд. Мужчина открыл нижний ящик тумбочки и достал бутылку вина. Алкоголь, в котором он отказал сегодня Смиту, сейчас был единственным спасением в разговоре с доктором Шульц. И пока Леви мучился с тем, чтобы открыть напиток, Анна успела сильнее зажать пояс на своей одежде, скрывая тело. Девушка уселась на край кровати и примкнула глазами к полу. Она была подготовлена к любому исходу. И следуя указаниям, которые долгие годы преследовали ее от главной гувернантки, уверяла себя в правильности поступка. Но встретившись с непонимающим и озадаченным взглядом капитана, девушка не могла ничего предпринять. Все не так легко, как об этом рассказывали старшие. -Доктор Шульц, -окликнул ее Леви и привел в чувства. Он всунул в руки девушки бокал вина. Не долго думая, Анна притронулась губами к стеклу и наклонив предмет посуды выпила залпом содержимое. Она скривилась от горечи и той же секундой протянула бокал капитану, чтобы повторить те же действия. Аккерман в замешательстве налил вино еще раз и отдал Анне. -Вам можно так много пить? –Уточняет Леви и, не отставая от врача, опустошает свой бокал. -Это всего лишь пару бокалов, -оправдывается Анна, краснея из-за алкоголя. Для того, чтобы начать разговор, она еще не пьяная, а чтобы выполнить те намерения, с которым она пришла в комнату капитана, бутылки вина недостаточно. -Вас что-то беспокоит? –Леви позволил себе усесться за стул подальше от Анны, чтобы не ухудшать обстановку в комнате, погрязшей неловкости и стыда. -Раньше беспокоило, -призналась Шульц, допивая очередной бокал, -я так долго и отчаянно избегала брака по расчету, чтобы в конечном итоге самой же и предложить эту затею. Из-за количества выпитого алкоголя на голодный желудок, Анна почувствовала, как намеченные границы в их общении становились размытыми. Она продолжала сидеть на краю кровати, не делая лишних движений. И все же это не предел на сегодня. -Почему вы никогда ничего не спрашиваете, -девушка посмотрела в сторону, где сидел Леви. Ее взгляд притупился. В комнате становилось душно, от чего желание раздеться медленно просачивалось по телу Шульц. Сосредоточившись на общении, девушка задала интересующий ее все время вопрос. -Даже, когда мы попали в темницу из-за меня, -она делала короткие паузы, пытаясь выговорить слова и не запутаться в последовательности, -когда Потоцкая рассказала о моей зависимости, когда вы зашивали мою рану на предплечье, -все же это ей давалось с трудом, -и даже тот беспорядок в лазарете. -Доктор Шульц, -Леви перебил ее, -есть вещи, о которых мне необязательно знать. Я просто стал участником некоторых событий или разговоров. -Ваша незаинтересованность разочаровывает меня, -Анна откинула голову назад, придерживаясь на кровати обеими руками. -Есть много вопросов, которые я хочу у вас спросить, но имею ли я на это право? -Какие? –Шульц вернула свой взгляд к его лицу, которое стало расплываться. -Ну, пожалуй, самый главный, -Аккерман поджал губы, -почему вы были все это время не замужем? -Это неинтересно, -ответ с мягкой улыбкой, вспоминая те отказы мужчинам, -у меня не было выбора. И меня ждала жалкая участь выйти замуж за нелюбимого и незнакомого человека. Признаться честно, -Анна запнулась, -я испытывала терпение отца долгое время. Мне поступали предложения о браке, но все из них получили отказ без объяснений. Куча оправданий, что на первом месте должна стоять медицина, что я хочу посвятить свою жизнь науке и даже, что я слишком юна для брака. -И что двигало вашими отказами? –Леви отпил вино, продолжая слушать Анну. -Желание найти человека, который будет искренен со мной. –Поделилась Шульц, опуская голову. –Которому неважны деньги или социальный статус. –Она покрутила бокал в руках и сделала еще глоток, -мне хотелось, чтобы он увидел во мне душу. Мое истинное я, чтобы его приняли, как свою личную черту. Аккерман молча смотрел на девушку, расположившуюся на его кровати. Он не отводил глаз от ее лица, всячески игнорируя одежду, в которой она пришла к нему в комнату. Истинные намерения этой женщины оставались ему непонятны. -Когда отец услышал это, то сказал, что я ищу дьявола. –Анна рассмеялась. Успокоившись, доктор Шульц допила вино из своего бокала, чтобы смочить горло. Она приподнялась с кровати, оставляя после себя помятый след на одеяле. Анна расправила плечи и выпрямила спину. Осторожным касанием руки она дотронулась к поясу своего белоснежного халата, продолжая делать небольшие шаги в сторону Леви. -Доктор Шульц, -произнес Аккерман, наблюдая за действиями женщины. Она намеренно сделала вид, что не услышала обращение к себе. Опьяненный бутылкой вина разум девушки придавал ей уверенности в своих движениях. Пальцами забинтованной руки Анна развязала узелок от пояса, а затем дала возможность халату упасть на деревянный пол рядом с ней. Нежная кожа доктора Шульц предстала перед капитаном, от чего тот распахнул глаза и наконец понял причину позднего прихода жены. Еще несколько робких шагов, и Анна нависала над ним. Она уперлась руками в ручки кресла и опустила тело рядом с капитаном Аккерманом. Они обменялись молчаливым взглядом друг с другом. Леви в поднятом лице Анны застал румянец на щеках у девушки, причиной которому стал либо выпитый алкоголь, либо совершаемые безрассудные действия. Свет ласково касался ее кожи, оголенное тело будоражило чувства Леви, а смущающее лицо девушки и вовсе застало врасплох мужчину. Это не та Анна Шульц, которая вечно недовольно сидит в лазарете, это хрупкое создание, что может разбиться от прикосновений. Ее каштановые волосы упали на плечи Леви, вызывая щекоту. Он помнит, что они уже сталкивались с таким близким присутствие друг друга. Но тот раз в лесу под дождем в корне отличается от откровенности в его комнате. Леви подумал, закрыл ли он дверь после ее прихода, боясь, что это могут увидеть. Его одно присутствие запутало мысли в вихре эмоций, а сердце Анны билось чаще привычного. Невидимая нить связи, что тянется на протяжении их знакомство, показалось, соединилась воедино в этот момент. Шульц потянулась ближе, поддаваясь моменту и приходя в себя остановилась рядом с ним. -Если вы против, то скажите -шепот сорвался ее губ, -и я перестану. Его теплое дыхание отдавалось рядом с лицом врача. Анна Шульц тяжело сглотнула, а затем застыла на месте, боясь сделать лишних движений. И прежде, чем мысли ее успели вернуться из далеких странствий, последовал ответ на вопрос. Кажется, она перестала дышать, пытаясь понять, что означают все эти странности. -Позже вы пожалеете о своих действиях. Анна прикрыла глаза и на нее нахлынуло чувство беспомощности, она почувствовала, что ей не под силам удерживать чувства, что возникли с момента их встречи. Что-то теплое обволакивает ее, лишая воли. А бесстрастное лицо Аккермана расплывается перед глазами и тонет в пустоте этой комнаты. Леви подвинулся ближе так, что отчетливо мог расслышать сердцебиение доктора. -И что вы предлагаете? –Не нарушая атмосферы, спросила едва слышно девушка. Она поддалась еще вперед и прижалась носом к его лбу, а затем оставил небрежный поцелуй рядом с тем местом. Неуверенно целовала его поочередно закрытых глаз, спускаясь чуть ниже носа, она коснулась кончика. Их губы были в пару сантиметров друг от друга. Решаясь на более серьезный поцелуй, нежели тот детский и невинный лепет, Анна закрыла глаза, устремляясь к губам Леви. Но вместо легких и нежных прикосновений она почувствовала тяжесть холодной руки, накрывшей рот Шульц. -Доктор Шульц, -Леви отстранился, не убирая руку -я отведу вас в вашу личную комнату.