***
Выйдя из машины Ни-Ки почувствовал странное чувство беспокойства. Но учитывая что его парню было плохо, младший не особо то и обратил на это внимание. Зайдя в зал для тренировок, Рики понял что забыл толстовку. — Черт. Хены, я толстовку забыл. У кого-нибудь из вас нет с собой что то похожего? — Ни-Ки с надеждой обратился к старшим. Ведь он не мог танцевать без толстовки, не та атмосфера. — Вот блин, я только вчера выложил. — Сонхун виновато посмотрел на младшего. — Прости, Ки. Получив отрицательные ответы от всех старших Ни-Ки понял, что придется топать домой. — Ладно, ничего, я тогда домой схожу за ней. Скажите тренеру что я опоздаю. Выйдя из компании, Рики буквально за пятнадцать минут дошел до общежития, ведь они жили совсем рядом к компании (спасибо Бан Шихеку). Подойдя к двери дома Ни-Ки услышал что-то похожее на ругательства и всхлипы. Это было странно… Открыв дверь японец переобулся и пошел на источник шума, то что он увидел повергло его в шок. Сону стоял в одних шортах и оскорблял себя глядя в зеркало, не обращая внимания не на что вокруг. — Сону хен? Что ты делаешь? Зачем.? Сону тут же будто очнулся. — Ни-Ки? Н-Но почему ты здесь?! У вас же тренировка! — в панике закричал старший. — Хей хен, все хорошо, пожалуйста успокойся. Я забыл толстовку, ты же знаешь что без нее я никак. Сону опустил взгляд. Он понял что его секрет теперь нереально скрыть. — Хен, мы можем сейчас поговорить? Я обещаю, я никому ничего не скажу без твоего позволения, и не осужу тебя. Я люблю тебя, и всегда буду на твоей стороне. Сону медленно кивнул. Рики подошел к нему и мягко взяв за руку, отвел к дивану. — Хен, ты можешь мне рассказать зачем ты так делал? Я думаю что знаю ответ, но я не хочу делать поспешных выводов. — Аккуратно начал младший. Если это то, о чем он думает, то он знает что примерно делать. У его подруги было и есть сейчас тоже самое. Так что у него есть небольшой опыт. — Хорошо. Я… — Сону опустил взгляд, чувствуя как Рики мягко сжимает его ладонь в своей. — У меня пищевое расстройство. Мне поставили его месяц назад. Я действительно ненавижу себя и ничего не могу с этим поделать… Это все так тяжело. Мне так больно смотреть на то, как вы спокойно можете есть и не поправляйтесь, и вы так прекрасны... Я даже немного ненавидел вас сначала, но все же я понимал что это не ваша вина. Я думаю ты знаком с этой болезнью, так что не вижу смысла говорить что-либо еще. — Солнышко… Ты у меня такой красивый и сильный, я даже представить себе не мог что когда-нибудь ты заболеешь рхп. Я понимаю прекрасно что мои слова тебе ничем не помогут, моя подруга детства с двенадцати лет страдает от этого, и я кое-что знаю. Я очень хочу попробовать помочь тебе. Сону с улыбкой посмотрел на Рики. — Я знал что ты это скажешь. Но я не уверен что хочу лечится. Я не при смерти, и не выгляжу как скелет, и не особо то и больной получается. — Ох… Выглядишь солнышко. Мы все стали замечать что ты очень сильно худеешь и не ешь. Когда мы обнимаемся, я буквально чувствую твои рёбра. Это серьёзная болезнь Сону хен, пожалуйста… Пожалуйста хен, позволь мне… Позволь нам всем помочь тебе. — Я не знаю… Я не хочу Рики. — Сону снова заплакал, обнимал Рики. — Плачь хен, если хочешь плачь. Я понимаю все, но все же я постараюсь тебе помочь. Мы можем нанять тебе психолога, который будет работать с тобой. Сону отстранился от Рики и стал утирать слезы. — Я-я не знаю Рики, может быть это будет лучшим вариантом, но я не хочу. — Я не тороплю тебя хен. Мы сделаем и преодолеем все вместе.***
И действительно. Спустя три года работы со специалистами, и поддержкой других участников Сону вышел в ремиссию, конечно же не обходилось без рецидивов, истерик и нежелания набирать вес до нормы. Разумеется, никто не может дать гарантии, что не случится еще рецидив, так что остаётся только надеяться что все будет хорошо. К сожалению, не все болезни можно вылечить целиком и полностью... Но Сону действительно очень старается кушать и жить нормальной жизнью, ведь он понимает что долго не протянет без этого.