Как получить работу и не довести директора за 5 минут

pov Гилфойл Ричард. Мнительный, худой, с выпученными глазами, он вызывает только жалость. Он постоянно не уверен в себе, выступления перед толпой или объяснения чего-либо хотя бы для пары человек для него почти одинаково трудны и болезненно переносимы. Он постоянно испытывает стресс от любой мелочи и блюет в ближайшие емкости по любому поводу. На первый взгляд он вылитый айтишник из сборника анекдотов про ботанов, ходячий стереотип о кодерах - умные, иногда гениальные, но совершенно социально неадаптированные, но есть в нем одна черта за которую негласно все в инкубаторе его уважают. Когда дело доходит до рабочих моментов, до компании, которую он строит, он становится непоколебим. Он как будто сменяет режим с четырехлетней девочки, забывшей слова на утреннике в детском саду на режим настоящего гендиректора. Хотя даже в рамках работы это происходит довольно редко. Он почти вошел в это состояние берсерка, когда ставил ультиматум старикашке Бейкеру, но неудачное падение носом об стол, кажется сбавило его пыл, хотя все равно вышло так, как он сказал. Иногда я проникаюсь уважением к Ричарду за эту редкую стойкость, но обычно это уважение рассеивается после очередной глупости, которую он вытворил. Ричард собрался на встречу с Гэвином, утверждать кандидатов на работу. Он мнется у двери, ждет Джареда. Я знаю, что у него в сумке лежит два одинаковых списка кандидатов, предложенных Гэвином Белсоном, я знаю что на одном из экземпляров написаны нелестные комментарии к каждому человеку. Я знал большинство людей в списке, было даже несколько увлекательно придумывать трехэтажные матерные конструкции к каждому и не повторяться. Я отлично осведомлен о своем таланте прямолинейно и жестко рубить правду-матку нецензурными выражениями, а еще о своем таланте лгать. Люди любят лгать, я не исключение, к тому же получается у меня отменно и те листы с кандидатами в сумке Ричарда доказывают это. Это моя большая-большая ложь. - Тебя он тоже возьмет, - голос Динеша выводит из мыслей. Я отнимаю взгляд от экрана и разворачиваюсь на кресле к пакистанцу, мельком замечая, что Ричард уже ушел. - Чё? - Достаточно признать что тебе нужна работа, - самодовольная рожа Динеша в этот момент становится еще самодовольнее, - а потом поползать у него в ногах. - И это говорит Ромэо который флиртует по выключенному телефону с дамой, которую при мне называл тощей шваброй с недоебом, - подъеб про хакершу придумался автоматически. Совсем не по теме разговора, но это помогает перевести внимание Динеша с себя на оправдания перед Мией, а я успеваю смыться из гостиной. Заставляю себя не думать о том, какого это ползать в ногах у Ричарда, когда он в этом своем серьезном состоянии. Чертов Динеш задел давно застарелые кинки, вот же мудила. конец pov Гилфойл Гэвин просматривает список кандидатов, слушая, кого отсеял Ричард, а тот тем временем судорожно следит за его реакцией. В стрессе, пытаясь занять руки он сначала теребит рубашку, а потом натыкается на сыр и нарезку колбас, которую Гэвин поставил между ними еще в начале встречи. Джаред уже съел пару будербродов с сыром, названия которого Ричард не запомнил. Он берет маленький ножик и отрезает себе кусок сыра, который мягкий, словно масло, остается на ноже и мажет его на галету. Точнее вряд ли это галеты, скорее всего какие-то навороченные сушеные хлебцы, которые стоят обычно в отделе для здорового питания. Ричард неуверен что сможет сейчас хоть что-то съесть, он не знает, зачем сделал себе этот бутерброд из, несомненно, дорогущего сыра, хорошо, что он не посмотрел в сторону колбас, среди которых была, кажется, колбаса из оленины или это была крольчатина... - Я уважаю твой выбор кого-то не нанимать, Ричард, хотя твои заметки меня смущают. Дэвид Бёрнен - унылый нытик, уродливый ебанат, моя жопа и то лучше пишет на питоне. - у Гэвина Белсона звучный стойкий голос много выступающего и говорящего речей человека. Ричард не уважает его ни за одну из этих речей, но не может отрицать, что завидует четкой дикции и уверенной интонации. - ой я наверное вам отдал свой список, да, у меня неразборчивый почерк, ага. - они меняются экземплярами списка кандидатов, и глаза Ричарда окунаются в поток жестоких оскорблений. Он представляет, как написавший это преспокойно играет дома с Динешем в плойку и даже не помнит дословно всё, что настрочил, но все равно больше никогда в жизни никого так не назовет - все оскорбления Гилфойла, вообще-то, уникальные. Гэвин отвлекается от разговора, чтобы проводить грузчиков с огромным холстом в руках на веранду, и Ричард немного выдыхает. - Да тут ни одного доброго слова, - Джаред просматривает листы с заметками. - Блядский Гилфойл, да? - Ричард а ты рассматривал возможность взять Гилфойла? - Да, конечно, я бы его с радостью взял но он не согласится. - Ричард вспоминает, как Гилфойл уже один раз в весьма грубой форме отказался работать на Гэвина Белсона - Ричард, у Гилфойла гипертрофированная гордость, и, когда он пишет про кандидата "свинорылый и хуеносый", я в этом слышу "возьми меня, пожалуйста" - Да? А я слышу "свинорылый и хуеносый", - Именно. Гилфойл оскорбляет весьма вычурно, даже утонченно. На прошлой неделе он назвал меня дочкой франкенштейна с булимией, - Джаред глупо улыбается, будто Гилфойл сделал ему комплимент. - Да, я тебя понял. И что мне делать? Я не собираюсь умолять его, меня уже порядком заебало, что все сначала ставят мне палки в колеса, а потом примазываются к моему успеху. Я терпеть это больше не хочу. - Я понимаю, но, Ричард, подумай об этом, пожалуйста. Мне кажется, шаг на встречу всем будет на пользу.. Ну правда, "жопохуй"? Да он просто страдает. - Хорошо, я тебя понял, но это в последний раз. Pov Гилфойл Игра с Динешем отлично заглушает мысли о Ричарде и работе - этот пакистанский хуила переодически побеждает меня в мк, так что приходится быть погруженным, чтобы не проебать на пустом месте. От фаталити Кунг Лао, отвлекает сначала Эрлих со своим бредом про новую тачку, а потом приходит Ричард. - Гилфойл, у Ричарда к тебе разговор, если позволишь, - Джаред опять ведет себя как его секретарша. Поворачиваюсь к Ричарду всем телом, но оставляю максимально незаинтересованное выражение лица, лишь слегка щурю глаза - хочу разглядеть каждую эмоцию Ричарда, пока он будет просить меня присоединиться к нему. - Так ладно, Гилфойл, я просмотрел кандидатов и для меня совершенно очевидно что у нас ничего не выйдет без твоих непрейвзойденных талантов системного архитектора, так что, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, пожалуйста, приходи в Пегого Дудочника. Чтож, это действительно очаровательно, как жаль, что придется его расстроить. Прости, Ричард, но предложения работать на Гэвина Белсона не принимаются, когда рядом сидит Динеш. - За просьбу спасибки, ответить я постараюсь максимально корректно, причмокивай моими яичками, - говорю я без зазрения совести и снова смотрю в экран телевизора. Через 10 минут игра надоедает, и я решаю все-таки подумать о своей дальнейшей судьбе на программистском поприще, хотя думать было совершенно нечего, все и так очевидно - надо идти в дудочника. Не волновало какой там денежный потенциал и сколько еще придется перенести неловких пресс-конференций Ричарда, единственное, что волновало - технология. Она все еще гениальна и опережает свой век, стоять у ее истоков, быть ее частью ощущается почетно. Ну и конечно стоять там вместе с Ричардом, почему-то это тоже кажется важным, хотя этот пункт немного омрачается сраным Гэвином Белсоном. Я захожу в комнату Ричарда без стука. Они обсуждают, кто будет делать фронтенд. - Слыш, - Ричард лишь мельком смотрит на меня, но тут же отворачивается и смотрит куда-то Джареду за плечо, - У вас с Гэвином без меня ничего не выйдет, и поскольку я боюсь, что вы просрете пиздатую технологию, а без меня так и будет, я вам помогу. - Как же это великодушно, - Джаред отзывается дружелюбно, но я все равно слышу покровительственные нотки в его голосе, будто этот мудила и так знал что я сюда приду. - Так ты хочешь снова быть с нами? - Ричард все еще общается со стеной за своей секретаршей, но его глаза больше не мечатся туда-сюда, они упорно смотрят в одну точку, будто там что-то написано. Не успеваю я ответить, как Ричард выдает: - Джаред, выйди из комнаты, - первый зрительный контакт за весь диалог, мощно конечно для гендира нового интернета. - Зачем? Я не думаю, что.. - Выйди, Джаред, - бедный, кажется совсем ничего не понимает, но все равно выходит и прикрывает дверь с той стороны. Ричард обходит меня по дуге, насколько это возможно сделать в пределах малюсенькой комнатушки. Мне не приходится оборачиваться, чтобы услышать как щелкает замок и понять, что так просто я эту работу не получу. Незаметно сжимаю руку в кулак с большим пальцем внутри и почесываю его кожу указательным, с каждым разом впиваясь ногтем все сильнее. Ричард сзади меня, и не просто Ричард, а в своем режиме дьявола, который еще ни разу не был направлен на кого-то из команды. Ричард сзади меня и мне хочется обернуться, чтобы увидеть его лицо, но почему-то не выходит. У подсознания вообще-то есть ответ на этот вопрос - потому что не разрешали тебе поворачиваться - Ричард будто собственноручно, своими бледными ладонями с тонкими длинными пальцами и обкусанными ногтями держит мою голову. Однако в этом перестает быть необходимость, когда он снова появляется в поле моего зрения. Он стоит спиной ко мне и разглядывает доску на которой расписаны имена и роли, роль системного архитектора уже отдана кому-то другому и Ричард смотрит на это имя, кажется, раздумывая стоит ли менять его на мое. Я не помогаю ему, но и не мешаю, стою молча, складываю руки на груди. Ноготь указательного пальца все еще мучает кожу, то место, где он надавливает, краснеет, скоро я прочешу его до крови. Откуда вообще вылезла эта нервозность? Вдруг Ричард, не отрывая взгляда от доски, подает голос: - Тебе не кажется, что есть что-то отвратительное в том, что ты сначала публично унижаешь меня на мое предложение о работе, а потом приходишь, когда я один и просишь взять тебя? - Публично - это типо при Динеше? - почему именно сейчас подкалывать Ричарда ощущается легче, когда знаешь, что он на тебя не смотрит, раньше это не играло никакой роли. - Хватит. Это не важно, - Ричард наконец обернулся и вперил свой взгляд в меня, - ты всегда пытаешься выставить все так, будто это я нуждаюсь в тебе, но как видишь у меня тут целый список отличных программистов, и несмотря на наше личное знакомство, я не собираюсь брать тебя, когда ты продолжаешь говорить со мной в таком тоне. - голос Ричарда звучит громче, заставляет невольно напрячься. Казалось бы, обычно он совсем не вызывал даже толики того беспокойства, которое я сейчас чувствовал. Я знал, да и все в инкубаторе знали, иногда Ричард может быть жестким, нерушимым, в эти моменты он выражает высшую степень серьезности и под этот пресс лучше не попадать. Те, кто столкнулся с Ричардом в таком состоянии не выживают и, кажется у меня все меньше шансов. - Ладно, извини меня, - слова, которые я произношу очень редко, потому что редко оказываюсь в таком уязвленном положении. Ричард прав, я в нем нуждаюсь больше, чем он во мне. И как я до этого докатился? Он вздыхает. Разочарованно. - Нет уж, Гилфойл, боюсь одного пустого извинения здесь недостаточно, - он снова смотрит прямо мне в глаза своими и в них весь холод, который пронизывает меня и обрушивается холодным потом. Я расчесал себе кожу на руке до крови в этот момент. Ричард кладет мне руку на плечо и обходит по кругу, оказываясь у меня за спиной, - пойми Гилфойл, я дейсвительно устал, у меня нет никакого желания снова терпеть твое высокомерие и эгоизм, - его губы приближаются к моему уху, голос понижается, - и если ты правда хочешь здесь работать, сломи свою непомерную гордость, - обе его руки лежат на моих плечах и надавливают, не сильно, но с явным намеком. Я держусь достаточго стойко, если стойкостью можно назвать подрагивающие коленки. Потом он убирает руки и снова встает передо мной, глядя мне прямо в глаза. Я мгновенно опускаю голову вниз, смотреть сейчас Ричарду в глаза ощущается настолько неправильно. Я ненавижу в себе это, но не могу сопротивляться ощущению, что подчиниться сейчас Ричарду - моя прямая обязанность. Я борюсь с этим внутри себя, смотрю в пол, ладони ужасно вспотели. Я чувствую холодный взгляд Ричарда на себе. Рациональная часть меня хочет, чтобы этот взгляд резко потеплел, сменился на привычную Ричардовскую неуверенность и сожаление, а та часть меня, которую я пытаюсь всеми силами задушить в реальном времени, хочет чтобы он доломал меня. Мы стоим молча где-то с минуту. Ричард выдыхает, и я слышу разочарование в этом выдохе. - Ты знаешь, где дверь. Вот и всё. Конечная. Доломал. Я на секунду жмурю глаза, а потом медленно опускаюсь сначала на одно колено, потом приставляю другое. В процессе приходится опереться руками об пол, чтобы удержать равновесие и не распластаться перед Ричардом, потому что оказывается я дрожжал. Я слышу еще один выдох со стороны Ричарда, но он, кажется, больше не разочарованный. - Говори. Он требует от меня слов, и, хотя я боялся, что не смогу вымолвить ничего, кроме нечленораздельного мычания, я все равно начал говорить: - Прости меня, Ричард. Я веду себя как мудак. Часто. Мне так проще, чем признать, что я уважаю тебя, твою технологию и твою гениальность. Я бы хотел быть частью твоего проекта. Обещаю, что буду исполнять все, что ты попросишь, просто позволь мне быть на этом пути с тобой. К концу мой голос становился все тише и тише, руки дрожжали, я сжимал ими ткань на своих брюках. На тыльной стороне ладони была маленькая кровавая ранка от ногтя. Волосы упали на лицо и я все еще смотрел в пол, поэтому не видел, что делает Ричард. Я ждал его ответа, как приговора. Ричард молчал некоторое время, за которое я успел почувствовать себя таким жалким. Влага скопилась в уголках глаз, и я молился Темному Властелину, чтобы она не пролилась. Я молился Ричарду, чтобы он не оттолкнул меня сейчас, не сломал полностью, потому что, кажется, тогда я уже не смогу собрать себя обратно. Вдруг я почувствовал его руку на своей голове. Его пальцы тихонько перебирали волосы на моей макушке - Хорошо. Ты молодец Гилфойл, молодец. Я снова жмурюсь, пытаюсь согнать слезы обратно откула они там пришли, но пара слезинок все равно осталась на ресницах. - Давай, поднимайся. - У Ричарда мягкий, нежный голос, и я не могу не поддаться ему. Я поднимаюсь на шатких ногах, и Ричард обнимает меня. Я не любил тактильные контакты, но эти теплые обьятия как нельзя необходимые сейчас. Одна его рука у меня на спине, вторая - все еще на голове, прижимают меня к себе и ограждают. Я обнимаю его в ответ, утыкаюсь лбом ему в плечо и просто стараюсь дышать. В его обьятиях я чувствую себя целым. Мы простояли так еще некоторое время и я начал отстранятся. Ричард отпустил меня и посмотрел своим самым нежным, теплым и гордым взглядом, какой только можно представить. - Спасибо, что сделал это для меня, и спасибо, что ты снова с нами. - он улыбнулся мне и я просто кивнул. Я вышел из комнаты Ричарда опустошенный и пошел сразу к себе, не желая пересекаться ни с Динешем, ни с кем бы то ни было еще.