момент

- Хватит.. Заткнись! Уйди, уйди из моей жизни! - она кричала, срывая голос. Обессиленное тело скатилось по стене - пожалуйста.. я прошу, уйди. Я тебя ненавижу. - девушка задыхалась, хотелось себя разорвать. Вдруг она вновь вскочила, схватив с ближайшего стула стакан с недопитым виски и кинула в сторону парня. Тот успел отскочить лишь в последний момент, а сам стакан вдребезги разбился об стену. - Тише.. моя золотая, это не ты. Ты так не думаешь. Давай сядем и поговорим. - Хватит.. хватит.. просто хватит. - словно в истерическом забвении повторяла она, ходя кругами по их общей гостиной, уворачиваясь от рук мужа. Руки тряслись, горло сжималось, окно манило своей бесконечность. - Семнадцатый этаж.. - тихо проговорила та - Что? Элис, послушай правда.. - Джош пытался докричаться до своей жены уже в сотый раз. У той вновь случился припадок, но ничего не помогало. Сейчас он был в разы сильнее всех, что были до. - ТЫ не Джош. - Элис остановилась прямо посередине комнаты и уставилась на мужа стеклянными глазами. - Я тебя не чувствую, ты не то.. это. нет. Неправда. Просто хватит. - Что хватит? прошу, Элис, скажи, я не понимаю.. - подходил он к ней осторожно, пытаясь хоть как то прикоснуться, успокоить. Девушка вновь отпрянула. - Ты был.. ты точно был. Я помню. Прости но, Господи Джош. Уйди. я просто не хочу. Не хочу этого. - Её голос резко менял интонации. То от силы его могли лопнуть стёкла, то он напоминал тихую засохшую речку, которая била на последнем издыхании. И вот вновь она была похожа не на бойкую и солнечную Элис двадцати пяти лет, а на Элис, которая пережила, не проживая, слишком многое; уставшая от всего шума и гама Элис. На Элис, которая хотела лишь спокойствия. Но в редкие моменты состояния возвращалась восемнадцатилетняя Элис. Именно та девушка, в которую Джош однажды влюбился до гроба. Юношеский максимализм бил ключом. Их первые ссоры походили на извержение вулкана по имени Элис. Её огненная натура проявлялась в каждом крике, в каждой разбитой тарелке. А Джош.. Джош был её океаном, лёгким бризом в жаркую погоду, долгожданным дождём во время засухи. Лишь он смог увидеть её такой.. и даже выдерживать каждый выпад. Джош был с ней всегда, даже если находился на другом конце города. Даже сейчас, он всё ещё с ней. - Я не хочу умирать.. пожалуйста, я боюсь. - Ты не умрёшь! Не говори чепухи, чего ты боишься? Здесь только мы. Дорогая, всё будет хорошо, нужно просто пережить, тише. Я тебя очень люблю, пожалуйста, давай присядем. - Я правда не хочу умирать, я хочу, но я боюсь. Прости меня.. прости, ты выслушиваешь из раза в раз одно и тоже. - Элис присела на краешек дивана пока муж ставил чайник. - Ты моё всё. Я хочу слышать тебя всю. Все уголки твоей души, не надо таить в себе, иначе со временем оно тебя съест изнутри. Люблю.. тебе не нужно умирать, поверь. У тебя всё впереди, живи, просто живи, ради себя. Или хотя бы ради меня. Он попытался её обнять, но она встала и прошла в другой конец комнаты. Не резко.. даже через чур спокойно. - Хорошо.. - Джоша это не задело. У неё иногда такое бывало. Отторжение любого контакта. Через время, когда она будет готова, она придёт сама. - Милый.. ты просто не понимаешь. В моей голове. Там слишком много. Асфоделовый луг и агония грешников одновременно. Они кричат! Я.. внутри, просто, я правда не понимаю. Ты точно не можешь понять. Это никогда не прекратится, оно всегда со мной. Я устала. Хочу прекратить.. но не могу. Я.. Я.. - вновь вернулось сбивчивое дыхание, бесчисленные бессвязные слова. Она присела в углу возле белого журнального столика, с ножкой в виде ствола дерева. Они купили его на новоселье.. по пьяни. Зайдя прямо перед закрытием на одну барахолку, первое на что упал взгляд девушки - это на необычный столик. Старый просто до безумия, продающийся за копейки, но полюбившийся Элис с первого взгляда, так же, как и Джош. Они не обдумывая приобрели его, а позже вместе приводили в божеский вид. Примерно так же собирались все вещи в их квартире. Элис, любившая всё необычное и интересное, и Джош, любящий лаконичность и Элис. Всё барахло, что тащила домой девушка, Джош смог расставить так, чтобы устраивало обоих. Плакаты, как вырезки из учебников по ботанике, украшали книжный стеллаж парня, на которых уместился череп Генрих и книги по экономике. Кроме них там затесались карты таро и настолько разные издания книг; от романов и книг по термодинамике до триллеров и книг по устройству вселенной.. В прошлый свой припадок девушка уронила книжный стеллаж и разбила старую китайскую вазу, которую Джош подарил ей на 4-ю годовщину. В тот вечер она провела в долгой истерике, пытаясь склеить вазу, а также одновременно коря себя за неосмотрительность. Неизвестно сколько она просидела сейчас в странном забвении, но Джош успел заварить чай и протянуть ей кружку с её любимым белым чаем. Вдруг прозвенел звонок в дверь. Уже достаточно успокоившись; если быть точнее, Элис уже просто на просто ничего не чувствовала, она направилась открыть незваному гостю. Им оказалась соседка Салли Малком. Милая старушка с этажа выше. Квартира напротив пустовала уже как два года. - Как ты, дорогая? Как себя чувствуешь? - даже не дожидаясь разрешения, женщина прошла внутрь с чем-то, что очень вкусно пахло из под корзинки. - Простите, миссис Малком, если мы вас потревожили. Всё уже хорошо. Как вы сами? - Элис протёрла заплаканные глаза. Когда она успела вылить столько слёз?.. Салли проигнорировала встречный вопрос. Она оглядела гостиную, взгляд бросился сначала на осколки на полу, потом на приоткрытое окно, и вновь вернулся к девушке, уже более обеспокоенный. - Где у тебя аптечка, милая? - На верхней полке - девушка указала на потрепанный книжный стеллаж, в котором уже образовались мелкие вмятины от ударов. - А вам зачем? Вам плохо? Миссис Малком молча взяла за руки недоумевающую Элисон и усадила на диван. Достав аптечку, она нашла перекись и пару пластырей. В квартире было тихо. Открытое окно пропускало зимнюю стужу, а Элис, находившаяся лишь в одних домашних шортах и лёгкой футболке и бровью не повела, не внимая окружающей среде. Звонкая тишина теперь не давила. она просто была, как само собой разумеющееся. Словно только ей здесь и место. Всё единство прерывает лишь старушка, которая обрабатывала раны девушки. - Снова?.. - тихо спросила соседка. Девушка упорно глядевшая в сторону молчавшего в напряжении мужа, возле противоположной стены, наконец перевела взгляд на Салли. - Что снова? - она опять не понимала ни слова о чём та говорила - Ты снова его видишь, дорогая.. - Кого, Миссис Малком? Мы тут одни - Элис как ни в чём не бывало встала и предложила чашечку чая. Его вновь не было. Не было ни этого вечера, ни криков, ни пустой бутылки виски под диваном. Осталась лишь Элисон и любимая соседка Салли, пришедшая угостить любимицу булочками. Она как никто другой понимала, как больно терять любимого человека. Но совсем не представляла, какого было видеть его смерть.