Персики и лотос

      Дань Хэн лежал в кровати, прожигая глазами потолок. Недавно постиранное и идеально выглаженное постельное белье все скомкано и помято, а всё потому, что он не спал. Опять.       Дань Хэн боялся засыпать. Он не холел в очередной раз увидеть чужую или собственную смерть. Долгий и крепкий сон для него уже больше похож на миф.       Его сон ─ это полежать с закрытыми глазами минут двадцать, чтобы вскочить в холодном поту. Дань Хэн в надежде советовался с другими, чтобы решить проблему: Пом-Пом сказала ему спать с включенным светом: не помог… Химеко предложила ограничить порции кофе, хотя он итак им не злоупотреблял, но все же решил его не пить вообще: тоже не помогло… Март подтолкнула подчеркнуть интерьер: ничего… Вельт посоветовал перед сном проветривать комнату: Дань Хэн попробовал и это, но без результатов. А Стелла предложила ночные тренировки: всё так же ничего.       Дань Хэн перепробовал всё возможное, но ворочаться во сне так и продолжил. Он уже потерял надежду на то, что избавит себя от кошмаров. О, Эоны, неужели это ваше наказание? В таком случае, он предпочел бы, чтобы заточенное лезвие копья пронзило его, чем видеть эти сны и дальше. Предпочёл бы, чтобы он кричал и плакал от разливающийся, как алкоголь из разбитого бокала, боли. Дань Хэн никогда не признается, что ночами его подушка превращается в мокрое месиво от слёз. Когда друзья заметят его уставший вид, они спросят: «Что случилось?» А он в ответ: «Ничего. Просто всю ночь просидел за архивом данных». Дань Хэн старается сохранять свой спокойный и холодный образ, но, кажется, скоро треснет, как ореховая скорлупа. Он не хочет показывать слабость. Особенно близким. Если он хотя бы на секунду сдаст назад ─ пиши пропало. Он справится. Один. Наверное.       Лёжа неподвижно где-то уже около часа, Дань Хэн решил посмотреть время. Встал с кровати, сел на край. Благо, что его электронные часы стояли на тумбочке рядом с постелью. Он потянулся, чтобы взять их, взгляделся в табло. На них ярко красным светились двойка и два нуля. Высматривая цифры сонной и уставшей бирюзой глаз ещё секунд пять, Дань Хэн вздохнул, возвращая часы на место. Внезапно, он вспомнил про Март, которая частенько вместо того, чтобы спать, разбирала фотографии и пополняла альбом, но при этом ещё и как-то высыпалась! В голове на мгновение вспыхнула мысль: «вот бы у меня было также». Решив проверить, спит ли сейчас Март, он вышел из архива. Может быть она спит, укутавшись в одеяло, или же сидит на полу и рассматривает недавние фото, воодушевлённо выбирая из них те, что попадут в её альбом.       Сейчас, Март была его единственным спасением. Находясь в чьей-то компании, он бы, скорее всего, смог расслабиться и на какое-то время забыть про картинки, которые видел очень часто: сначала ему снится смерть близких, затем, он переживает свою собственную, потом встречает абсолютно незнакомых ему людей, настроенных против него. Все эти кошмары, как море в шторм ─ бурные, темные и холодные. В его шуме слышно голоса, шепчущие что-то неразборчиво, а Дань Хэн ─ корабль, который вот-вот утопят растущие волны. Ему действительно стоит проводить с кем-то время перед сном. Хватило бы простого короткого диалога.       Дань Хэн шёл по вагону и лишь блёклый свет проникал сквозь стекло, освещая коридор. Он шёл медленно, задумчиво глядя в пол. У одного из окон он внезапно остановился и подошёл вплотную. Его рука дотянулась до холодного стекла, прижимаясь к нему кончиками пальцев. Глазами изумрудами он впился в звёзды, сияющие сегодня ярче, чем обычно. Взгляд цеплялся за участки пространства, переходящие из фиолетового в синий. Тонкие пальцы невесомо гуляли по стеклу, словно очерчивая каждую деталь космоса. Дань Хэн, того не замечая, слабо улыбнулся. В чём он не ошибся точно ─ это стать безымянным.       Вспомнив, за чем шёл изначально, Дань Хэн оторвался от наблюдения, направился дальше. С каждым новым шагом, он приближался к знакомой двери. И чем ближе он подходил, тем громче в ушах отдавал сердечный ритм и сильнее сбивалось дыхание. Он не понимал, почему так он реагировал. Такое с ним было впервые. Всего лишь поход к подруге за ночными разговорами, тогда почему он чувствует себя так странно? Он не знал.       Дань Хэн стоял у заветной двери, колебался, кусал губы, нервничал. Сердце билось настолько сильно, что в ушах отдавало его гулким басом. Он закрыл глаза, нахмурил брови, сделал глубокий вдох. Задержал секунд на пять и выдохнул. Сердцебиение успокоилось, но нервничал он до сих пор. Рука поднялась, ладонь сжалась в кулак, и Дань Хэн постучал. Два негромких удара. Дверь открылась, а за ней показалась Март.       ─ Дань Хэн? ─ начинала та, смотря в недоумении. Кого-кого, а его встретить она точно не ожидала. Привыкла, что Стелла постоянно приходила и они сидели до самого утра.       ─ Я помешал? ─ спросил Дань Хэн в ответ.       ─ Нет-нет! ─ воскликнула девушка, размахивая руками. ─ Что-то случилось? До этого ты ни к кому не заглядывал по ночам...       ─ Мне... ─ Начал Дань Хэн, но смолк. Скосил взгляд в сторону. ─ Просто не могу уснуть. Подумал, может, компания с кем-то меня утомит. Вспомнил про тебя. Ты же часто ночами вместо сна разбираешь фотографии.       Выслушав Дань Хэна, Март хихикнула. Первый раз, чтобы он вот так пришёл к кому-то ночью, чтобы просто поболтать. Не похоже на него.       ─ Тогда проходи! Скучно точно не будет! ─ уверяет она, пропуская внутрь.       Зайдя в чужие «хоромы», Дань Хэн оглядел комнату. Уютно и просторно. Всё выполнено в стиле Март: мягкие игрушки, стены, увешанные различными фотографиями их путешествий, а парочка совместных фото их дополняют. Интерьер сам по себе был нежный и тёплый, как и его хозяйка. Что ещё бросилось в глаза ─ разбросанные по полу снимки и открытый альбом. Заметив, Дань Хэн спросил:       ─ Давно копаешься тут? ─ сел на самый край кровати.       ─ С вечера наверное… ─ ответила та, стоя рядом. ─ Кстати, смотри! ─ Март отошла от Дань Хэна ближе к снимкам, присела на корточки, чтобы найти нужный. Искала, бегая глазами по плёнкам, рукой убирала ненужные в сторону, пока Дань Хэн наблюдал за ней. Найдя фотографию, Март схватила её и протянула ему.       ─ Тогда мы были на Сяньчжоу. Я хотела сделать общую фотографию, а ты очень долго упирался! ─ возмутилась Март, вспоминая события той миссии.       ─ Но согласился же, ─ ответил холодно. — В итоге.       ─ Да, но всё равно! ─ Март продолжала возмущаться, а Дань Хэн рассматривать плёнку у него в руках. Он улыбнулся и положил снимок к остальным.       ─ Март.       ─ А?       ─ Мне нужно рассказать кое-что, ─ голос Дань Хэна серьёзный, но тихий.       ─ Ты и впрямь сегодня сам на себя не похож… ─ проговорила тихо Март. — Рассказывай.       ─ Кошмары, ─ резко выпалил он. ─ Последнее время меня мучают кошмары. Я не высыпаюсь не потому, что копаюсь в архиве, а потому, что просто боюсь закрыть глаза, ─ голос начал дрожать. ─ Я то и дело вижу смерть. Я думал, что это пройдёт, но ужасно ошибся, ─ руки сжали ткань брюк. ─ Я не хотел казаться слабым, ─ по холодной щеке стекла первая горячая струйка. ─ Я…       ─ Дань Хэн, ─ внезапно перебила Март. Она коснулась тёплыми ладонями его лица, от чего Дань Хэн вздрогнул, округляя глаза. ─ Посмотри на меня, ─ попросила. Дань Хэн послушно поднял взгляд, поворачивая голову в её сторону. Он не видит в лице Март злобы, осуждения, насмешки. Наоборот, лишь понимание и ласку.       ─ У каждого есть страхи. Ты не должен стыдиться их, понимаешь? ─ большим пальцем она ласково вытерла новую выступившую слезинку. Дань Хэн же ничего не говорил, лишь слушал. Голос Март гипнотизировал, разливался по телу ощутимым приятным теплом. — Ты не должен справляться абсолютно со всем в одиночку.       Дань Хэн смотрел на Март влажными глазами. Он потянулся к её запястью, аккуратно обхатывая его пальцами. Прикрыл веки, сильнее прижимаясь к ладошке. В ответ Март погладила большим пальцем его влажную щеку, успокаивая. Дань Хэн опустил веки, наслаждаясь лаской.       ─ Я видел твою смерть, ─ сказал он сипло в шею Март. Сейчас они, все ещё сидя на краю постели, обнимались.       ─ Я здесь, ─ ответила Март, играясь с копной тёмных волос: то наматывая каждую прядку на палец, то просто перебирая между собой. Дань Хэн лишь сильнее прижался к ней, улавливая аромат персика и лотоса: так пахли волосы Март. Он набрал воздуха в лёгкие, выдохнул. Хотелось вдохнуть этот аромат глубже. Такой родной и подходящий ей.       ─ Давай-ка ляжем, ─ Март дала понять, что придётся прерваться. Дань Хэн отпустил её, встал, отошёл немного в сторонку, чтобы дать пространство. Он ждал и наблюдал, как она заботливо готовила постель: взбивала подушки, доставала заправленное одеяло. Выключила верхний свет, оставив светильник.       ─ А фотографии? ─ спросил Дань Хэн, кивая на всё ещё лежащие на полу снимки.       ─ Подождут, ─ ответила она, залезая на кровать. ─ Давай, ─ позвала Март, уже удобно разместившись в постели. Дань Хэн лёг на соседнюю подушку, сразу заглядывая Март в глаза. Они очень ему нравились. То, как радостно в них плескались голубой и малиновый, то, как они предвкушающе блестели перед новым приключением, то, как они смотрели на него в ответ. Всё это ему нравилось. Дань Хэн подвинулся чуть ближе, протянул руку к лицу напротив и заправил розовую прядь за ухо. Март улыбнулась ему, накрыла его ладонь своей.       Дань Хэн прижался к её тёплому телу и уложил голову на груди. Из-за разницы в росте колени Март упирались в его бедра. Она уместила подбородок на тёмной макушке, снова запустила руку в вихры черных волос, от чего Дань Хэн окончательно обомлел и закрыл глаза. Волосы Дань Хэна мягкие, наверное, поэтому Март так нравится их трогать.       Оказавшись в тепле, в котором он отчаянно нуждался, Дань Хэн, понял, что хотел быть рядом. Рядом с Март. Все эти прикосновения, взгляды, слова ─ всё это было для него новым, но от того вдвойне приятным. Каждое касание отдавалось покалыванием, а сердце замирало. У Март нежные ладони, тонкие изящные пальчики, которые недавно гладили его щеки. Будь он в другом положении, целовал бы её руки часами. Если быть открытым ─ только с Март. Ей он доверял.       Спустя пять минут Дань Хэн засопел. Март, убедившись, что тот уснул, закрыла глаза.       Дань Хэн понял, что порой стоило быть открытым и честным. Он понял, что управиться в одиночку получалось не всегда. И что он малость не стрессоустойчивый.       Дань Хэн запомнил ─ персики и лотос.