Прилетит вдруг волшебник...

Утро начиналось.. интересно. Не то, чтобы что-то этакое витало или навевало, но определенно какая-то эманация присутствовала. Гоуст, немного нахмурившись, стоял у дверей, ведущих на улицу и пытался понять глубинный смысл там происходящего - несколько накачанных молодых ребят со значками какой-то “Службы клининга сознания” деловито сновали с огромными коробками от грузовичка с такой же эмблемой до офицерского корпуса и обратно. Спросить было.. влом. Ну, то есть ради поддержания имиджа он, разумеется, докопался бы. Если б не было так лениво выходить сейчас на обледеневшее крыльцо. Райли задумался: а с каких пор вот такие “мелочи” появились в его жизни и в его поведении? Какая-то подспудная несуразность попыталась пробиться, преодолевая привычные препоны самосохраняющегося разума.. но в этот момент один из “очистителей мозга” уверенно и красиво наебнулся, громкими витиеватыми матерными конструкциями нарушив тишину морозного утра и мысль порскнула обратно в дебри подсознания. Гоуст облегченно выдохнул. Оглядев крыльцо и наметив пути преодоления оного лейтенант собрался таки выйти, но притормозил, оценив позу упавшего “несуна” - тот абсолютно не декоративно и полностью неизящно растопырился на заснеженном асфальте с неправильным с точки зрения анатомии изгибом в области кисти. При этом не орал от боли в явно сломанном запястье (что уже настораживало и выдавало человека, к боли привычного), а наоборот - замер, и почти не дыша удерживал пострадавшей рукой неудобную коробку, балансируя, как акробат, до тех пор, пока подскочивший напарник не перехватил её. Гоуст нахмурился. Что-то подобное он видел.. и совсем недавно! Мозг попытался обработать запрос, но тут по плечу хлопнули и текущая задача была отменена. Родной уже голос сзади радостно уточнил: - Элти? А ты чего это тут… в такую рань.. . Лейтенант испытал смутное ощущение дисбаланса в привычной картине мироустройства - этот голос, тёплая забота, сквозившая в интонациях, синие глаза - всё это явно хранилось в том же отсеке, где и нежелание выходить на обледеневшее крыльцо после жаркой ночи, в которой сна у него было максимум минут сорок… Соуп уже прижимался всем телом, протискиваясь мимо элти на крыльцо и облизывая фигуру напарника таким взглядом, что все мысли у того вымело чистейшим удовольствием от прикосновения и запаха. СВОЙ - единственное, что осталось на поверхности сознания, перегруженного DDоS-атакой чувств и эмоций. Этот засранец с ирокезом и неубиваемым оптимизмом, вкупе с навыками профессионального убийцы, вызывал привычную уже реакцию - почти неконтролируемое слюноотделение и загребущие движения рук. Немыслимым усилием воли подавив выработавшийся на Мактавиша рефлекс “валить и трахать” Гоуст взглядом показал на грузовичок. Соупа переключило мгновенно. И он, в отличие от элти, ТОЧНО знал, что происходит, потому что первым на лице сержанта проступило слегка виноватое и очень знакомое всему отряду выражение “Блядь! Спалился!!”, тут же перешедшее в почти бешенство: - Куда, идиоты?? Вам в сопроводиловке что написано?! Долбоёбы!! Несите обратно всё!! Кретины!! Я вам сейчас… Понятно было, что объяснений сейчас ждать не стоило, но интерес к происходящему вырос в десяток раз - когда дело касалось идей Соупа, проблемы обычно были гарантированы. Постояв на крылечке еще пару минут и убедившись очередной раз в умении совершенно безбашенного и хаотичного по определению сержанта создавать идеальный порядок в том, что касалось его профессиональной деятельности, элти удовлетворённо вздохнул, привычно залипая на коренастом, крепком теле, выносливом и гибком. Не далее, как пару часов назад умело демонстрировавшем “своему элти” все эти качества… Кто-то из дежурных окликнул лейтенанта и жизнь на базе потекла привычным порядком, закрутилась по обычному кругу забот, дел и обязанностей. Грузовичок со странным названием не выпал из памяти, но был отложен дотошным лейтенантом на вечер - Гоуст никогда ничего не забывал.Особенно, если дело касалось Мактавиша… День пролетел незаметно. В категорию “Асхерали” элти также внёс долетевший до его ушей кусок разговора, точнее, крика, Прайса, категорически отрицавшего возможность перекраски какого-то “служебного имущества” в “какой нахуй небесный-лазоревый! Нахер идите, креативщики! Мне прошлого раза вашего хватило, когда вы этот вертолёт отмывали!!” К обеду дела как-то рассосались, ничего сверхкритичного и неотложного не свалилось, заданий оказалось на удивление немного и Гоуст позволил себе этому порадоваться. Потом вернулась утренняя мысль - в его картине мира и привычном, устоявшемся за многие годы положении вещей произошли слишком крупные перемены, чтобы можно было их и дальше игнорировать. Райли никогда не лгал себе и сейчас прекрасно себе же отдавал отчёт, что причина у всех изменений одна - под 2 метра ростом, под 100 кг весом, считай, чисто центнер обаяния, наглости, харизмы.. и навыков. Профессиональных. Заставлявших лейтенанта раз за разом залипать во время миссий не на целях. Точнее - залипать не только на целях: Мактавиш в бою был прекрасен, как Хищник, смертоносен, как Чужой, и неизбежен, как прививки перед командировкой в Африку. Он двигался столь же быстро, сколь неотвратимо. Стрелял с полудвижения. Чувствовал засады каким-то не шестым и не девятым, а хуй-пойми-каким чувством. И при этом закладывал или обезвреживал взрывчатку так, что почти доводил Райли до визуального оргазма умелыми движениями чутких сильных пальцев, уверенно разбирающих клубки проводов… И этими же пальцами потом доводил до оргазма настоящего, как только они оставались одни. Взглянув на ситуацию со стороны он опять усмехнулся - никто из знающих Призрака (ну, за исключением Прайса - тот знал его слишком хорошо… и отлично видел кипящий сейчас в груди Гоуста огненный шар) в жизни не поверил бы, что в их встречах с Соупом термин “валить и трахать” в действительности применялся отнюдь НЕ сержантом… Стряхнув прекрасное видение утреннего расхристанного красавчика с ирокезом Райли вернулся к мысли о переменах. Было… страшно. Но бляяяядь! Отказаться он уже не смог бы. Ни за что. Никак. И с этим что-то придется делать. А вот что?.. Часы пикнули ужин и он привычно направился в сторону столовой, подумав, что надо бы хоть шоколадку съесть.. в честь дня рождения. Все таки “праздник”. Ни до шоколадки, ни до вообще столовой он не дошёл - навстречу ему вылетел взъерошенный и разлохмаченный Соуп и так ярко заулыбался, что Райли даже замер на секунду, впитывая эту улыбку всем телом. - Элти! Где там тебя носит?!! Погнали! Спросить, куда и зачем Гоуст не успел. На плацу было достаточно людно, если смотреть с точки зрения недолюбливающего человеков Гоуста. Но по факту там собралось не более дюжины человек. Прайс стоял с совершенно безумным выражением лица и отчаянно жестикулировал бедной потухшей сигарой, яростно костеря кого-то по телефону. Были Газ, Роуч, парень из полевых медиков, что теперь почти постоянно работал с ними на боевых операциях, кто-то из водителей и несколько человек из “Альфы” - все “свои”. Стало чутка полегче. Гоуст огляделся повнимательнее, но причины находиться здесь всей этой толпе так и не увидел. А Соуп, приволокший его сюда, уже снова куда-то уметнулся. Прайс наконец заметил лейтенанта, резко замолчал, а потом что-то рявкнул в телефон и сбросил вызов. - Саймон. Хорошего вечера. Мы только тебя и ждём! У Райли нехорошо заныло в левом боку, чуть ниже сердца, там, где после крюка навсегда поселилась “чуйка” - Капитан? Какого хе.. Договорить он не успел, как и Прайс ответить. Сверху донёсся стрёкот быстро приближающейся “вертушки”. Причём - Гоуст прислушался - можно было поклясться, что это их Николай. Звуки его мотора каждый в отряде знал наизусть, до последней косточки в глубине уставшей жопы. Недоумение, должно быть, читалось на лице элти даже через балаклаву, но объяснять ему хоть что-то никто не торопился. Вертолёт завис прямо над ними и Райли автоматически отметил, что все привычно отшагнули от предполагаемого места посадки. А вот потом.. - ПОЗДРАВЛЯЕМ! С ДНЁМ РОЖДЕНЬЯ! УРАА-АА!! Как и когда он оказался в центре этой голосящей толпы - Саймон в душе не ебал. Единственной внятной мыслью в его голове было “Убью Соупа!!”, потому что устроить нечто подобное мог только этот… Этот!!! Ну, и Прайс, понятное дело, был в курсе. Без его ведома на базе вообще ничего не могло произойти. Сверху громыхнуло. Гоуст понял, что чего-то подобного уже ждал. Он наконец сообразил, где видел такое трепетное отношение к падающей коробке, как нынешним утром - у Соупа. Когда тот матерился, но балансируя на одной ноге держал в руках взрывчатку с установленным взрывателем.. Что ж, один кусочек головоломки со щелчком встал на место. И второй, похоже, тоже - если предположить, что Прайс утром вспоминал именно тот случай, когда они изгваздали вертолет Николая… (Гоуст почувствовал, как горят под маской его щёки. От стыда, разумеется… Да-да!!), то логично было б подумать, что идея о перекраске боевой машины в “лазоревый” была тоже из головы Соупа… Который стоял сейчас в десятке метров от элти и смотрел. Смотрел так, что Райли искренне не понимал - как Прайс вообще смог устоять перед таким взглядом. Вот Райли не мог, всё чаще соглашаясь на полную дичь, а потом не зная, как самому себе в зеркале в глаза смотреть, но это фигня, зато Соуп потом таааак был счастлив… Засранец, как почувствовав, что именно о нем сейчас и думают, нахально подмигнул лейтенанту и показал вверх. Райли вздохнул и перевёл взгляд, куда послали… Вертолёт, от которого в вечернем небе видны были только огни, не опустился вниз, как можно было ожидать, а наоборот поднялся. Потом снова грохнуло, но теперь Райли уже смотрел внимательно и заметил, что это отстреливались какие-то коробки, кажется с мини-парашютами… Ещё.. И ещё!! Потом машина Николая резко, на форсаже ушла вбок, а прямо над ухом элти прозвучало: - Смотри, это тебе. И он успел заметить краем глаза, как палец Соупа уверенно утапливает большую кнопку на пульте. Невероятное представление потом долго и бурно обсуждали все, кто находился в тот вечер в радиусе нескольких миль от базы: ночное небо расцветилось невозможно красочными всполохами фейерверков. Причём, не обычных, пусть и красивых. Нет. Каждый из залпов был явно хорошо продуман и в их последовательности, как в кадрах комикса, читалась история очаровательного черепа, небольшого куска мыла, смешной панамки и пряничного человечка. Как Мактавиш смог такое собрать, как воплотить, и каких нервов это стоило Прайсу - Гоуст смог обдумать лишь гораздо позже, сейчас же он стоял и с трудом мог дышать. Горло пережало чем-то невозможно-горячим и изнутри всё рвалось, и яро и заполошно билось то самое “ледяное” сердце, которое он уже давным-давно отдал этому сумасшедшему сержанту… Вечер однозначно удался. Фейерверк длился почти двадцать минут, закончившись взбрызгом разлетевшихся в разные стороны серебристых воздушных шаров-черепов.. Потом с возвратившейся вертушки выскользнули светящиеся флажки на верёвке, сложившиеся в надпись “С Днём Рождения, Привидение!” (элти пометил себе не забыть взгреть Соупа за фамильярность). Дальше из динамиков понеслась какая-то несуразная, но забавная и милая песенка про голубой вертолёт и волшебника.. И та же вертушка выбросила на плац, как воздушный груз в бою, несколько коробок поменьше. Одна из картонок не выдержала жёсткого приземления и по асфальту рассыпались небольшие брикетики эскимо. Кажется, кто-то утверждал, что их должно быть ровно 500 штук… Райли уже не очень хорошо понимал, что происходит и кто ему что говорит. Он лишь впитывал и впитывал те эмоции, чувства и ощущения, что сыпались на него, как конфетти с новогодней ёлки. Небольшой, но очень тёплый ужин в офицерской столовой; пакеты, коробки и свёртки с подарками. Отличный нож от кэпа, и странная фраза: “Ты смотри, если Джон вдруг сегодня.. Ты не спеши, не отказывайся! Подумай!! Оно, может и надо. Фамилии только не меняйте, оставьте свои. А в остальном - я целиком за!!”. Потом в руках у Райли оказалось плотное графитное худи от приземлившегося Николая, какие-то “Ну правда - охуенные тени, Призрак, сам увидишь!! И водичка к ним, мицеллярная!! Шоб кожа под маской не сохла!!”, затем что-то ещё.. И весь этот вечер тепло синих глаз не выпускало его из прицела. И было слишком хорошо и сладко там, под старой отметиной от крюка. Они сбежали с ужина задолго до того, как довольный Прайс напомнил всем про завтрашний рабочий день и разогнал по местам. Подарки Джонни тащил в каком-то огромнейшем пакете с нарисованным на нём голубым вагоном (без паровоза??!) и с почему-то сидящей на крыше этого вагона милой старушкой с “ридикюлем” и крысой. Узнавать, кто это, что это и откуда вообще Мактавиш набрался таких слов, Гоуст слабовольно оставил на завтра, боясь, что его голова просто взорвётся от переизбытка… всего. Оказавшись в своей комнате он на миг вынырнул из этого самого “всего” и развернувшись к Мактавишу уверенно и чётко вынул у того из рук всё лишнее, потом расстегнул и скинул с широких плеч куртку и сильно обнял, прижавшись к самому нужному человеку, молча и жёстко уткнувшись лицом в крепкую шею и рвано дыша родным уже запахом своего мужчины. - Убить тебя мало, Джонни. И загривком почувствовал довольную ухмылку этого засранца. “День Рождения Привидения”определённо удался…