Неправильное заклинание

      Тяжелый тепличный воздух оседал в легких. Ученики не торопясь разбирали фартуки и перчатки.       — Неужели сложно их почистить! — возмущалась Гермиона, натягивая грязные резиновые перчатки.       — Ты же сама можешь их очистить, — Рон с безразличием смотрел на её недовольство.       — Это не вопрос могу я что-то или нет.       — Зачем тогда возмущаться?       — Потому что после тебя, Рон, этими перчатками может воспользоваться кто-то другой. Это проявление уважения!       — Ага, как же! Всем плевать, Гермиона, успокойся.       — Нет, я не успокоюсь. Свои перчатки я помою, прежде чем возвращать на место. И тебе советую.       — Можно воспользоваться заклинанием, — Рону противоречила идея о подобном бессмысленном труде.       — Вовсе не обязательно, — Гермиона нахмурила брови.       — Гарри, скажи ей, что заклинания справятся лучше, — он уставился на друга, ища поддержки.       — Возможно, — вяло протянул тот.       Бесконечные тренировки в преддверье кубка школы по квиддичу изрядно его измотали, так что поддерживать спор друзей не было никаких сил. Единственное, о чем сейчас мечтал Гарри — завалиться в кровать и хорошенько отоспаться.       — Гарри! — возмутилась Гермиона, — Нельзя всё делать только с помощью заклинаний!       — Можно! — вторя подруге, возразил Рон.       — Класс, разбирайте цветочные горшки, — в помещение вошла профессор Стебль, прерывая беседу друзей.       — Вы не исправимы, — пробубнила девушка себе под нос, ставя один из горшков перед собой.       Выстроившись по обеим сторонам длинного стола, студенты не спеша брали глиняные горшки наполненные землей. Пробивающийся сквозь стекло свет прогревал помещение, делая пространство вокруг более душным, чем обычно.       — Сегодня мы будем учиться заклинанию, которое поможет вам прорастить семена Лунного Лотоса, — голос профессора звучал уверенно и вдохновляюще. — Кто может сказать, чем примечательно данное растение?       В классе взметнулось вверх две руки.       — Да, мистер Долгопупс, — женщина указала на Невилла, смущенно переминающегося с ноги на ногу.       — Лунный Лотос известен своими целебными свойствами и может исцелять множество недугов.       — Отлично, одно очко Гриффиндору! Заклинание, которое нам нужно, называется «Флоренс Салвус». Чтобы правильно произнести заклинание, нужно сосредоточиться на намерении и визуализировать цветок, который вы хотите вырастить. Это важно, — продолжала профессор Стебль, — Потому что сила заклинания зависит от вашей концентрации и веры в успех.       Она подняла свою палочку и, сделав плавное движение, произнесла:       — Флоренс Салвус!       В воздухе засияли искры, и в горшочке профессора мгновенно вырос Лунный Лотос, распускающий свои белые лепестки, словно приветствуя солнце.       — Теперь ваша очередь, — сказала профессор, обводя класс взглядом. — Убедитесь, что у вас есть все необходимые компоненты: семена, земля и, конечно, ваша палочка.       Студенты начали произносить заклинание, взмахивая палочками. Гарри и Рон переглянулись, и Рон, с ухмылкой, сказал:       — Думаю, я смогу сделать это!       Гарри кивнул. Гермиона, сосредоточенная и уверенная, уже успела прорастить небольшой побег.       — Не стойте просто так, начинайте, — произнесла профессор Стебль. — Помните, сконцентрируйтесь и визуализируйте цветок!       Каждый студент по очереди произносил заклинание. У кого-то получались лишь маленькие ростки, как у Гермионы, а у кого-то — целые цветы. Невиллу удалось вырастить огромный лотос с первого раза, на что он получил восхищенные возгласы одногруппников.       Профессор обходила класс, останавливаясь у каждого стола, подбадривая и исправляя ошибки.       — Отлично, мисс Грейнджер! У вас замечательный Лунный Лотос! — похвалила она Гермиону, которой, наконец, удалось вырастить бутон.       В это время Рон, слишком сильно размахнулся палочкой, вызвав мини взрыв и его семена разлетелись по всему классу.       — Эм… это не… — пробормотал он, смущенно глядя на профессора.       — Не переживайте, мистер Уизли, — ответила профессор с доброй улыбкой. — Ошибки — это часть обучения. Главное — продолжать пытаться!       Гарри и Рон искренне пытались, слушая подсказки подруги, но к концу урока так и не достигли желаемого результата.       — Это никуда не годится! Мистер Уизли и мистер Поттер, останьтесь. Остальные могут быть свободны.       Счастливые студенты их факультета неспешно снимали садовую амуницию, бросая сочувственные взгляды на друзей.       — Запомните, главное концентрация, — проходя мимо, прошептала Гермиона. — Удачи мальчики.       Оставшись наедине с профессором, парни заметно погрустнели.       — Взмах палочкой и заклинание, — подбодрила их женщина.       Спустя пару попыток, в одном из двух горшков проклюнулся рахитичный росток. Радостный Рон, от удивления, чуть не опрокинул свое творение на пол.       — Отлично мистер Уизли, начало положено! А у вас… — она заглянула в горшок Гарри, — Попробуйте снова.       Женщина явно была раздосадована успехами самого знаменитого ученика в потоке.       — Я могу идти, профессор? — Рон уже развязывал фартук.       — Да, конечно, идите.       Гарри устало посмотрел в след другу, шепчущего ему ехидное: «концентрация».       Сникнув еще больше, Гарри обреченно замахал палочкой, желая что бы над ним сжалились и отпустили.       — Помона!       В класс влетела профессор Макгонагалл, но увидев Гарри осеклась.       — Здравствуйте, Поттер, что вы… — она посмотрела поверх очков сначала на него потом на пустой горшок. — Ясно. Профессор Стебль, прошу вас срочно пройти к хижине нашего лесничего, там… — она замялась, — ну вы понимаете. Дело, не терпящее отлагательств. А вы, — она обратилась вновь к Гарри, — продолжайте постигать тонкости предмета травологии.       Последним, что успел услышать Гарри, перед тем как два декана вышли из теплицы — у Хагрида созрел какой-то настой.       Усталость навалилась с двойной силой. Хотелось упасть на прохладный пол и проваляться на нем до конца следующего дня. Из-за не способности сконцентрироваться на элементарном задании, он вынужден оставаться здесь. Даже у Рона получилось вырастить чахлый росток! Усталость сменилась досадой, а досада — гневом. Неужели он — главный ловец команды, не может справиться с обычным цветком! Вложив возникшую ярость во взмах волшебной палочки, Гарри в сердцах произнес заклинание, смешанное с матом. Из палочки брызнули ярко зеленые искры, разлетаясь по всему помещению теплицы. Секунду ничего не происходило, а потом зеленые листья и стебли вокруг зашевелились. Раздуваясь в размерах, они ломали горшки, падали мясистыми отростками на пол и, извиваясь, заполняли пространство.       Испуганный Гарри бросился к выходу, но дорогу ему перегородил широкий лист, а следом один из стеблей подсек ноги и он упал. В теплице в буквальном смысле не возможно стало дышать. Зелень напирала со всех сторон, выделяя терпкий травяной аромат. Воздух превратился в густой кисель, так что прижатый к полу Гарри не мог нормально вздохнуть.       Разросшийся лес стал исследовать гибкими отростками пространство вокруг на предмет незанятых территорий. Гарри почувствовал, как один из таких исследователей шарит по его спине, оставляя влажные разводы на одежде. Внутренне содрогнувшись, он попытался выбраться из-под придавивших его зарослей. Почувствовав шевеление, отросток быстро скользнул вниз, пачкая одну из брючин, и обернувшись вокруг лодыжки, потащил его в сердце леса. Гарри сопротивлялся, хватаясь за все подряд, в надежде зацепиться хоть за что-то.       Движение прекратилось, и Гарри оказался в центре свитого из стеблей кокона. Толстые растительные жгуты плотно прилегали друг к другу, образуя вокруг парня что-то наподобие сферы. Из устьиц, часто усеявших некоторые стебли, сочилась зеленоватая вязкая жидкость. Пытаясь встать на ноги, Гарри только больше измазывался в непонятной субстанции. Палочку он выронил при падении, так что шансов выбраться самостоятельно у парня не было. Но даже будь при нем сейчас волшебная палочка, вряд ли он знал необходимое заклинание.       Содрогнувшись, наверху стебли сферы разошлись, пропуская внутрь белоснежный бутон. На плотно прилегающих друг к другу лепестках можно было разглядеть настоящие вены, в которых толчками пульсировала зеленая жидкость.       Остановившись напротив Гарри, бутон замер, словно присматриваясь, а затем медленно начал раскрываться. Открыв белоснежные лепестки, он оголил нутро. Внутри, свернутое в спираль, покоилось розовое пульсирующее щупальце. Завороженный гладкой поверхностью, Гарри протянул руку и потрогал упругое тело. Оно отличалось от остальной растительности, было на удивление теплым и словно живым. Под тонкой розовой кожицей пульсировали все те же венки, наполненные зеленым соком.       Позади Гарри стебли разошлись с едва уловимым поскрипыванием, между ними протиснулись щупальца-исследователи, оплетая стопы и запястья парня. Он старался сопротивляться, не позволяя им развести его конечности в стороны. Мелкие проворные стебли протискивались под одежду, щекоча кожу. Ошарашенный происходящим, Гарри из последних сил пытался подтянуть к себе разводимые в стороны руки и ноги, но путы, оплетающие его, с каждым разом затягивались всё туже, оставляя следы на коже.       Забравшиеся под одежду стебли извивались под рубашкой и проникали в штанины, словно хищные змеи, оставляя за собой липкий след холодной слизи. Они обвивали его тело, вызывая мурашки, пробегающие по коже. Стебли натягивали одежду в разных направлениях, и Гарри, охваченный паникой, тщетно пытался вырваться из их хватки. Вскоре он услышал зловещий треск разрываемой ткани, который эхом отозвался в его сердце, усиливая чувство беспомощности и страха.       Зрачки парня расширились, а паника, словно многолапый паук, пробежалась по всему телу, оставляя за собой легкий тремор. Он висел в воздухе, схваченный лианами растения, полностью обнаженный. Как хорошо, что сейчас никто не может наблюдать за ним, иначе он бы сгорел от стыда.       Упругие стебельки скользили по телу, слепо тычась в ушные раковины и ноздри. Гарри мотал головой, пытаясь отогнать их от себя. Поняв, что не смогут протиснуться в эти отверстия, они продолжили свои изыскания ниже. Один из проворных стеблей, добравшись до паха, обвил вялый член Гарри, отчего он резко дернулся и попытался свести колени.       Исследование нижней части тела плененного человека оказалось для растений гораздо интереснее, ведь они не встречали сопротивления. Оплетая ягодицы, стебли влажными кончиками скользили по поверхности бедер. А затем, нащупав плотное кольцо мышц, стебли толкнулись внутрь. Гарри отчаянно сжал ягодицы и задергал бедрами, надеясь выпроводить нежеланных гостей. Однако держащие его стебли лишь сильнее развели ноги, предоставляя юрким собратьям свободный доступ к телу.       Гарри ощущал, как отростки проникают в него. Не способный пошевелиться, он закричал. Нагота больше не смущала его — Гарри был готов позвать на помощь любого, кто услышит его крик. Лишь бы только освободиться из плена.       Щупальца медленно скользили по стенкам кишечника. Оплетающий член стебель стал ритмично сокращаться, и вскоре плоть под ним наполнилась кровью, а крик Гарри сменился стоном. Внутри его аккуратно растягивали, с каждым разом прибавляя отростки, которые переплетались между собой, образуя единый организм.       Гарри задышал быстрее — внизу живота начал формироваться приятный тягучий ком. Ему хотелось ускорить темп и дать выход возбуждению, но стебли не торопились. Проникая внутрь, они наполняли тело густой вязкой слизью, которая стекала по бедрам и капала вниз. Мысли покидали голову, оставляя после себя острое ощущение удовольствия. Дойдя до пика, он излился семенем на спиралевидную сердцевину цветка и обмяк.       Растение вышло из него, оставляя тело парня в покое. Тяжело дыша, Гарри прикрыл глаза и не заметил, как всколыхнулось розовое тело, расправляя свернутые кольца. Только когда теплое нечто вплотную приблизилось к его ногам, он ощутил неладное.       Крупное пульсирующее щупальце нацелилось на его промежность.       Гарри взволнованно дернулся, а в голову вернулись тревожные мысли. Своим заклинанием он создал громадное чудовище, которому нравится насилие и похоть. Что делать и как всё исправить он не знал. Оставалось только молиться, что бы профессор Стебль вернулась раньше, чем его тело испустит последний вздох, будучи нанизанным на мутировавшее рыльце цветка.       Горячий кончик надавил на сфинктер и Гарри сглотнул, понимая, что сейчас будет. Его ужасала мысль о крупном размере органа белоснежного цветка, но тело, находившееся в разладе с мыслями, имело противоположное мнение. Опавший после оргазма член снова наполнился кровью, а растянутое нутро пульсировало и изнывало от пустоты.       Мелкие стебли, словно стесняясь своего предводителя, робко обвивали и нежно оглаживали его тело. Гарри зашипел сквозь стиснутые зубы, когда в него вошли. Этот стебель был намного крупнее и, не смотря на растянутость и обилие смазки, причинял дискомфорт. Первые толчки парень терпел, стискивая руки в кулаки и поджимая пальцы на ногах, но когда чуть попривык дискомфорт ушел, сменяясь чувством приятной наполненности.       Толчки, сначала аккуратные и медленные, постепенно набирали темп, становясь всё более шумными и сопровождаясь пошлыми хлюпающими звуками. Оплетающие тело отростки осмелели и вовсю развлекались с безвольным телом, оглаживая и обвивая его тугими кольцами. Игрались с сосками, скользя по ним своими телами, забирались в рот, наполняя его травяной горечью и сплетаясь с языком.       Гарри хрипел, сорванным от разливающегося удовольствия, голосом. В него нетерпеливо ввинчивались, выпячивая живот, а затем резко выходили. Сознание иногда покидало разум, и он как перчаточная кукла болтался нанизанный на растение-кукловода.       Содрогнувшись всем телом в последний раз, он глухо промычал, изливая из себя густую семенную жидкость, которую стебли тут же смешали с зеленой слизью, и окончательно покинул эту реальность.       В сознание он пришел лежа на больничной кушетке одетый в клетчатую ночнушку. С трудом разлепив глаза, Гарри почувствовал тяжелую резкую боль по всему телу. Горло нещадно саднило, а пересохшие губы покрывала растрескавшаяся корочка.       Мадам Помфри, услышав шевеление, тут же подошла к больному.       — Лежите спокойно! Вам сейчас лучше не двигаться.       — Что… — попытался произнести Гарри, но скривившись от боли тут же замолк.       — Вас нашли в теплице профессора Стебль. Поверьте, приди она чуть позже и мы бы с вами распрощались навсегда, — она с сочувствием взглянула на Гарри. — Пейте больше воды. Ваш организм сильно обезвожен. И принимайте это лекарство, — она указала на тумбочку, на которой лежала коробочка с неизвестным содержимым.       Заметив недоуменный взгляд юноши, она пояснила:       — Ректально, мистер Поттер. Это мазь для ректального использования.       Гарри закатил глаза к потолку мысленно матерясь.