Humility and submission

      Минхо сел на диван, ставя на кофейный столик дымящуюся кружку с напитком. Напротив в позе лотоса сидел Хёнджин, еле помещаясь на кожаном кресле. Рядом с ним на точно таком же кресле сидел Феликс, перекинув ноги через подлокотник, болтая стопами в пушистых носках.       За окном кружились крупные хлопья снега, ветви деревьев покрылись толстым слоем инея, а засохшая трава полностью скрылась за белой пеленой. Тёплый золотистый огонь танцевал в камине на трещащих в счастливом одобрении поленьях.       Было приятно любоваться зимней красотой через окно любимого дома.       Минхо не так давно переехал к своему богатому парню, с которым познакомился во время стажировки в одной очень крупной компании. Однако он уже настолько привык к этому месту, что ему взаправду стало казаться, что он всю жизнь прожил здесь. Так и его хозяин ему полюбился до ужаса.       — До вечера, детка! — крикнул из коридора парень Минхо, Джисон. Ему нужно было порешать какие-то дела на работе, поэтому присоединиться к своеобразной маленькой вечеринке трёх давних друзей он не мог, как бы сильно ему ни хотелось им понравиться. — Хёнджин-щщи, Феликс-щщи, надеюсь, вы хорошо проведёте время. Чувствуйте себя как дома, — он выглянул из проёма, вежливо улыбаясь.       Очки в тонкой оправе скатились до крылышек носа. Пара тёмных прядей из укладки упали ему на лоб. Он выглядел слегка смущённым и неловким, поправляя складки на чуть смявшемся пиджаке, и Минхо нежно расплылся в улыбке.       Изначально Джисон казался строгим, даже немного жестоким, а его пристальный взгляд вообще по ощущениям был наполнен чистой чернющей ненавистью. А сейчас Минхо смотрел на него и не мог понять, как мужчина за тридцать мог быть таким милым и очаровательным.       — Удачи на работе, хён! — выкрикнул Минхо, помахав ему ладонью, и Джисон мягко кивнул с улыбкой, от которой гусиные лапки разошлись от внешних уголков глаз. Он вытянул губы уточкой, посылая воздушный поцелуй, после чего ушёл, тихо закрывая за собой дверь.       Минхо довольно растёкся по диванным подушкам, мечтательно мурлыча.       — Блять, — выдохнул низким басом Феликс, взбрыкнув ногами. — Хён, либо у тебя в роду свиньи, либо я хер его знает, как ты такие трюфели находишь, — сказал он, и Хёнджин закивал в подтверждение.       — Он буквально хасбэнд матириэл, — поддакнул парень, накручивая прядь светлых волос на палец. — А ты выглядишь, как панк. Ты либо анкету на БДСМ сайте свою удали, либо отдай мужчину нуждающемуся другу, — пожаловался Хёнджин, на что Минхо фыркнул, зачёсывая тёмные волосы назад, чувствуя, как прядки волос цепляются за массивные кольца на пальцах.       — Её там уже давно нет, мой парень вполне меня удовлетворяет, — усмехнулся он, на что двое друзей переглянулись, а затем засмеялись, забавно выпучив глаза.       Феликс нахохлился, чтобы повторить статную фигуру Джисона, после чего обратился к Хёнджину:       — Детка, сегодня я в хорошем расположении духа, я оставлю свет у прикроватной тумбочки. Но секс только под одеялом!       — Бог за порно не заплатил что ли? — Хёнджин подхватил, пытаясь скопировать игривую манеру общения Минхо, на что тот закатил глаза, отпивая кофе из чашки.       — Верите или нет, но хён за это время сделал очень много для меня, узнав, что я по БДСМ, — просто заявил он, улыбаясь в чашку.       Он-то знал, что располагалось за запертой дверью в подвал.       Хёнджин фыркнул и закивал, хотя по глазам было видно, что не верил он ни единому слову. А действительно, как можно было верить Минхо, когда он из всей компании был самым повёрнутым на теме? Шкаф в его прошлой квартире был доверху набит бандажом, различными секс-игрушками, которые он не скрывал, даже если это были силиконовые тентакли; а также на вешалках висели разнообразные фетишистские наряды — и это всё было лишь малой частью того, что любил Минхо.       Взрослый занятой мужчина, работающий с утра до вечера, просто не смог бы удовлетворить все желания Минхо. Так это если ещё и не учитывать тот факт, что Джисон казался суперсладким и милым человеком, который скорее бы носил своего парня на руках, нежели брал силой.       — И что же он сделал для тебя? — со смешком спросил Феликс, когда глаза Минхо метнулись в сторону лестниц в прихожей, одна из которых вела вниз, в подвал. Радужка налилась густой тьмой, которую оба друга не могли разгадать.       — Он сделал для меня БДСМ комнату, — гордо сказал Минхо, и хитрая улыбка нарисовалась на его лице, когда рты друзей бессознательно пооткрывались. Язык прошёлся по нижней губе, задевая металлическое чёрное колечко, продетое сквозь плоть.

Он был сам удивлён Джисоном в первый раз.

***

      Хёнджин и Феликс уехали ближе к вечеру, когда начало смеркаться. Весь день они умоляли показать комнату, что сделал для Минхо Джисон, но парень каждый раз отказывался.       Он был хорошим мальчиком. Если ему сказали не ходить туда и уж тем более никого не приводить — он не будет.       Друзья даже пытались давить на его слабые места, а точнее, пытались брать его на слабо, но Минхо не собирался поддаваться. Уж лучше ему никто не поверит, чем он лишится своего главного удовольствия, когда он может показать всего себя своему любимому мужчине.       До прихода Джисона оставалось совсем немного, поэтому Минхо быстро выпроводил друзей и сел в их с парнем спальне прихорашиваться. Он лишь хотел выделить свои и без того хорошенькие черты лица: подвёл глаза, округлил губки с помощью тинта и блеска, подрумянил щёчки. Ну и, конечно, добавил тысячи блестяшек на скулы и веки, чтобы они отсвечивали в малиновом свете в подвале.       Как только он высушил волосы и уложил их небрежным образом, дверь в дом распахнулась и Джисон вошёл в прихожую, стряхивая снег с обуви, ругаясь себе под нос, что работник плохо почистил дорожку. Минхо хитро улыбнулся, выглядывая из проёма и радостно хихикая. Он надеялся, что его парень не забыл о договоре и их ролевой игре на сегодня, потому что тогда усилия Ли окажутся бессмысленными, но все его страхи рассеялись, когда Джисон поднял на него глаза. Раздражение вмиг исчезло, и вместо него сверкнули искры нежности и, что немаловажно, понимания.       Он помнил.       Он ждал этой секунды.       — У меня забронирована одна красавица на восемь вечера, — сказал он, расплываясь в дерзкой улыбке, из-за которой он казался моложе на лет десять. Иногда в такие моменты Минхо думал, что Джисон выглядел даже младше него со своими пухлыми мягкими щеками и юношескими замашками.       Вот только Минхо знал, что эта его внешность была обманчивой и за ней скрывался хоть и добрый, но властный мужчина.       От этого у младшего без шуток текли слюнки.       — Добрый вечер, господин. Вы говорите, на восемь вечера? — пробормотал Минхо, накручивая на палец тонкий галстук, который был повязан поверх белой шёлковой рубашки. — Господин Хан, верно? — прошептал он, на что Джисон кивнул, облизывая губы. — Как будете оплачивать сеанс? — хитро спросил Минхо, чтобы подразнить мужчину, ну и, может быть, выгундеть немножко денежек ради приличия. Джисон же лишь фыркнул на это и вытащил кошелёк из кармана.       — Сколько с меня? — задал вопрос он, вздёргивая бровь и поправляя очки на переносице, на что Минхо с готовностью вытянул руку, расплываясь в улыбке.       — Исходя из ваших запросов на эту ночь, — младший сделал вид, что просматривает список с задуманными занятиями на вечер, — одиннадцати поцелуев будет достаточно: десять на каждый пальчик и один в губы.       Минхо протянул вторую руку, и Джисон ласково улыбнулся, встав на одно колено перед своим парнем, беря его ладонь в свою, мягко прижимаясь губами к каждому сухожилию. Его вторая рука скользнула по оголённому бедру вверх к подолу короткой чёрной юбки-карандаш, пихнув пару сотен тысяч вон под резинку на талии.       — Смотрю, мне попалась скромная малышка, — пробормотал Джисон, прижимаясь губами к мизинцу второй руки. — Ты стоишь больше, чем одиннадцать поцелуев, но почему-то занижаешь себе цену, — прошептал он, и Минхо залился краской на такую похвалу. Он обожал, когда мужчина говорил ему такие приятные вещи. Желание стараться для него сразу же возрастало в сто раз, потому что он знал, что тот обязательно всё оценит и покажет ему свою любовь.       — Господин Хан, во время моего выступления вы сможете платить столько, сколько захотите, но изначальная цена — одиннадцать поцелуев. И я жду свой последний, — Минхо высвободился из чужой хватки и тыкнул в свои влажные от блеска губы.       Джисон пристально смотрел, как тянулись нити прозрачного блеска, как они разрывались между подушечкой пальца младшего и его кожей.       Взгляд налился кровавой похотливой тьмой.       Он медленно поднялся с колен, ладонь скользнула от бедра выше к талии, когда он притянул Минхо ближе, вовлекая в томный и горячий поцелуй. Его язык прошёлся по чужим губам, слизывая блеск со вкусом ягод. Младший тут же расслабился в руках мужчины, позволяя тому делать с собой всё, что угодно. Он обвил шею Джисона и выдохнул, размыкая губы, чтобы он мог просунуть свой язык между ними. Минхо уже был готов раздеться, показать всю свою гибкость, выдержку и желание угодить, но у него были совершенно другие планы, поэтому пришлось легонько оттолкнуть Джисона от себя, на что тот что-то раздражённо пробурчал.       — Оплата произведена успешно. Теперь пора провести вас на ваше почётное зрительское место, господин Хан, — прошептал Минхо, утягивая Джисона вниз, в самую тьму подвала, где только лестницы подсвечивались розовыми тонкими светодиодными лентами. Мужчина улыбнулся, следуя за ним. Одна его рука лежала на чужой талии, чтобы на всякий случай подстраховать парня на каблуках.       Дверь в комнату была железной, похожей на сейф, но всё это было чистой воды фарсом, потому что она спокойно отворялась с помощью обычного ключа и закрывалась с другой стороны на защёлку. Минхо толкнул металл ногой, обмундированной в стрипы двойку, после чего зашёл в комнату, залитую малиновым светом, проводя за собой Джисона, вслушивающегося в тихую музыку на фоне.       В самом центре стоял подиум с отполированным пилоном. Сцена переливалась разными цветами, но в основном красным, розовым и фиолетовым, поднимая лучи света вверх. На её поверхности были проделаны маленькие дырочки, через которые проходил воздух, чтобы поднимать в полёт нужные элементы одежды во время танца. Рядом со сценой стояли кожаное бордовое кресло и деревянный лакированный столик, на поверхности которого остались белёсые следы от доньев стаканов и бокалов. В левом углу комнаты разместилась кровать, у её изножья расположилась стационарная секс-машина, наверное, лучшая их с Джисоном покупка. В противоположной от них стороне комнаты, что была ближе к входу, стоял огромный шкаф — в нём висели разные костюмы, которые Джисон купил Минхо для их ролевых. На полках скопились разные ремни, свечки и остальные бандажные аксессуары вместе с медикаментами. Рядом с этим хранилищем в специализированном подсвеченном отсеке висели плётки, кнуты и прочие средства воздействия, которые, в основном, применялись к Джисону, когда он играл послушного раба своей хозяйки.       — Прошу вас, господин Хан, присаживайтесь, — Минхо встал за спинку кресла и провёл пальцами по обивке. — Вам принести чего-нибудь выпить? Только скажите, и я сделаю всё, что вы попросите, — прошептал он томно на ухо мужчине, когда тот опустился на сидение. Джисон запрокинул голову назад, внимательно оглядывая лицо Минхо через тонкое стекло очков.       — М-м, — низко промычал он, закусывая нижнюю губу. — Виски было бы идеально, красавица, — Минхо покраснел, отступая назад, чтобы достать из шкафа рокс и бутылку алкоголя. Поставив всё на стол, он уже было хотел налить Джисону выпить, когда тот остановил его лёгким движением руки. — Присядешь ко мне на колени перед танцем? Ноги наверное устают, м-м? — сказал он, хлопая себя по ляжке, и Минхо увидел, что под плотной тканью брюк хорошо проглядывался вставший член.       Минхо в предвкушении сглотнул слюну и сделал, как было ему велено, придвигаясь ближе к заметной выпуклости в чужих штанах. Он медленно открыл бутылку с виски, аккуратно наливая его в рокс, чтобы после поднести к губам мужчины. Тот сделал небольшой глоток, скользнув руками под бёдра Минхо, сжимая ягодицы через ткань юбки.       — Как вам, господин? — спросил он, оценивая выражение лица мужчины, что провёл языком по губе, пытаясь распробовать вкус. Его взгляд вернулся на лицо Джисона, когда он насмешливо и немного пренебрежительно ухмыльнулся.       — Со льдом было бы вкуснее, но ради тебя я готов выпить всё даже без него, если, конечно, ты не убьёшь меня своим горячим танцем быстрее, — сказал он, и Минхо залился краской. Он репетировал этот танец для этой ролевой, ему безумно хотелось, чтобы Джисон наблюдал за ним, восхищался им, снимал со вспышкой, удовлетворял себя и хвалил его.       Взгляд спустился на губы Хана, блестящие от алкоголя и слюны. Внезапно ему захотелось их поцеловать.       Но он знал, что мужчина хотел, чтобы он его поцеловал.       Именно поэтому было приятнее всего не давать ему того, чего ему хотелось, чтобы это желание копилось, после чего взорвалось, осыпая Минхо острыми и жгучими звёздами любви.       Минхо аккуратно слез с колен, после чего повернулся к мужчине спиной, уходя на круглый подиум. Он наклонился за специальным кремом, выпячивая задницу на обозрение Джисону, который сразу же громко выдохнул, как только Минхо согнулся. Младший ухмыльнулся, представляя реакцию мужчины на это.       На всё его представление.       Он смазал руки и включил с помощью пульта подобранную песню.       «It's Britney, bitch», — прозвучала первая строчка, и Минхо ухмыльнулся, взявшись за пилон обеими руками с довольным выражением лица, кивая головой под нарастающий бит. Одна его нога в стрипе ступила вперёд, и он принялся ходить по кругу, качая бёдрами, пока не началась основная часть песни.       Цвета резко стали тусклее, и Минхо зацепился ногой за пилон, неожиданно поднимая себя вверх, кружась вокруг шеста, рукой вырисовывая мягкие и плавные движения. Каблук глухо стукнул по поверхности подиума, но через секунду парень уже оказался на коленях, изгибаясь волной. Бёдра и пах скользнули по опоре, словно он тёрся совсем не о железо, а о что-то другое.       Рука вцепилась в пилон высоко над головой, чтобы было проще подниматься. Он словно взлетел, выгибаясь и подтягивая колени ближе к животу. Минхо ясно чувствовал, как юбка задралась до самых ягодиц, и Джисону наверняка хорошо было видно тонкую белую полоску ткани стрингов между ними. От этого хитрая улыбка растеклась по его губам, он перевёл взгляд на мужчину, что не мог оторваться от разглядываний. Его глаза скользили по накаченным обнажённым бёдрам, член встал в штанах, а всё лицо покрылось испариной.       Джисон гладил себя сквозь ткань брюк, наблюдая, как Минхо крутился вокруг пилона. Он разводил ноги в стороны, когда оказывался спиной к старшему, откидывая голову назад, чтобы понаблюдать за реакцией и лукаво похихикать. Джисон хоть и был терпелив, но это было не особо заметно по бушующим в глазах молниям.       Он хотел увидеть в деталях, что же было у Минхо под юбкой.       «Feels like the crowd is saying», — прошептали колонки, и младший потянулся руками к резинке юбки на талии, чтобы аккуратно стянуть ткань вниз. Бёдра качались из стороны в сторону, помогая ему снять элемент одежды. Томные вздохи и приговаривания «Gimme more» добавляли атмосферности и уверенности в движения Минхо. Он выгибался и крутился вокруг шеста, опускался на корточки и разводил ноги в стороны, показывая себя всего Джисону, что уже не сдерживался, запустив руку в штаны. Член истекал смазкой в его руке, поблёскивая в разноцветных лучах света от сцены. Минхо опустился на четвереньки лицом к Джисону, низко пригибаясь грудью к поверхности подиума, выставляя задницу напоказ.       Джисон закусил губу и вытащил телефон из кармана, включая камеру, чтобы сфотографировать Минхо в такой позиции. Младший на это лишь улыбнулся, подмигивая.       — Gimme more, — прошептал он на последней строчке, выпрямляясь, элегантно становясь в полный рост. Минхо прижался спиной к шесту, захватывая его руками, мягко поднимая ноги вверх и разводя их перед Джисоном. Через секунду он уже зацепился лодыжками за пилон под попой, и одна его рука пробежала вниз по телу. Брови изогнулись, когда он скользнул пальцами под кружевные трусики, вынимая свой раскрасневшийся член.       Мгновение, и всё его тело осветила вспышка телефона Джисона. Пот засверкал лунной пылью, смешанной с бордо. Минхо обессилено растаял лужицей, растекаясь по подиуму. Рука с хлюпом скользила по члену, звуки смешивались с музыкой, вздохами и шлепками руки Джисона о собственные яйца, пока он мастурбировал.       Минхо элегантно поднял ногу вверх, после чего перевернул себя лёгким движением на четвереньки. Открыв потайную дверцу в подиуме, он выудил оттуда небольшую бутылочку с лубрикантом, сразу смазывая два пальца и заводя руку назад. Холодные подушечки коснулись тут же сократившегося сфинктера, вызвав дрожь по всему телу.       «Gimme more, babe», — прозвучала строчка, закончившаяся громким стоном. Именно в этот момент два пальца проникли внутрь, заставив Минхо распахнуть глаза и простонать. Он поднял голову, сдувая влажные пряди волос, когда его взгляд встретился со взглядом Джисона в зеркале. Он снимал его со вспышкой, иногда наклоняя телефон, чтобы показать в кадре свой твёрдый венистый член, что он медленно надрачивал в том же темпе, что звучали биты в песне. Минхо ухмыльнулся, подстраиваясь под его ритм, разводя пальцы внутри, показывая себя всего.       Смазка блестела алым, переливалась в малиновый, затем в оранжевый, потом в жёлтый и так по кругу. Минхо знал, что Джисон не мог оторвать свой взгляд от его жадной дырочки, но он не собирался в ближайшее время сдаваться ему в руки.       Зато в конце, когда у Джисона начнёт рваться последняя ниточка самосознания, тогда-то он и позволит ему делать с собой всё, что тот захочет.       Но сейчас ему разрешалось только смотреть, как он трахает себя под музыку. Как проникает в нутро короткими пальчиками, как стонет, как он отчаян до оргазма, до которого сам себя доводит.       В нём было уже четыре пальца, когда на подиум приземлилась пачка банкнот. Он удивлённо обернулся, видя, как Джисон поднялся с кресла. Мужчина со звоном опустил пустой рокс с виски на столик, после чего подошёл к нему сзади.       Он хорошо знал правила игры.       Не касаться, пока не позволят.       Именно поэтому он поставил руки по обе стороны от колен Минхо, наклоняясь так близко, насколько это было возможно. Только пиджак задевал обнажённую кожу задницы младшего, тепло чужого тела проникало в каждую клетку, но всё ещё было недосягаемо.       — Сколько мне нужно заплатить, чтобы ты переместилась на кровать, красавица? — спросил он нетерпеливо, закусывая губу и сжимая кулаки, чтобы сдержать себя и не потянуться рукой к Минхо, что продолжал трахать себя пальцами, специально выдавливая громкие порнографичные стоны, смешивающиеся с хлюпаньем смазки.       Взгляд Джисона скользнул с лица в зеркале к дырочке перед собой, что бездумно сокращалась под давлением пальцев и сжималась вокруг фаланг с таким необъяснимым голодом, что захотелось проверить, правда ли это колечко мышц было таким ненасытным.       — У нас в клубе не разрешено трахаться с клиентами, но вы можете за определённую плату связать меня и посмотреть моё соло-шоу с секс-машиной, — пролепетал Минхо, выпячивая задницу ещё больше, насаживаясь на пальцы с удвоенной скоростью. Когда Джисон смотрел на него так голодно, так по-собственнически, возбуждение всегда накатывало на него с ещё большей силой.       Хан ухмыльнулся, после чего постучал пальцами по поверхности подиума, облизываясь на то, как аппетитно стекала смазка по бёдрам перед ним.       — Правда? И какова цена? — спросил мужчина. Его кожа из медового окрасилась в алый, почти дьявольский цвет, а в глазах сверкнула похоть. Минхо даже на мгновение показалось, как из тёмных уложенных гелем волос выглянули маленькие рожки, а за его спиной проскользнул хвост с острым сердцем на конце. Однако, когда свет рассеялся и вновь наполнился золотом, наваждение сошло на нет.       Чего нельзя было сказать о возбуждении.       — Нужен один очень страстный поцелуй, — пробормотал Минхо, смачивая пересохшие губы. Их глаза встретились в зеркале, когда младший развёл ягодицы ладонями, показывая растянутую дырочку. — Вот сюда.       Джисон глянул ему в глаза, облизываясь и едва ухмыляясь, после чего его ладони легли на чужие бёдра.       — Какая же скромная цена за такую красоту. Ты случайно не делаешь скидки за что-нибудь? — спросил мужчина. — Такое хорошее обслуживание, такая красавица, и всего лишь один страстный поцелуй? Дорогая, я не смогу оставить тебя без чаевых, — пробормотал он, выдыхая воздух между ягодиц.       — Я делаю скидки красивым мужчинам, чтобы поскорее порадовать их своим шоу, — прошептал Минхо, когда Джисон мягко прижался губами к дырочке, вырывая из младшего всхлип. Тёплый язык скользнул по колечку мышц, облизывая, проводя влажную дорожку от сфинктера до яичек. Джисон мягко слизал стёкшие капельки смазки, опаляя кожу жарким дыханием.       — М-м, значит, я красивый? Тебе так не терпится показать мне своё шоу, что ты был готов снизить цену до одного короткого поцелуя? — мужчина ухмыльнулся, несильно сжимая бёдра, прощупывая почву. — Приятно слышать, что такой ангел так рвётся порадовать меня, — сказал он, после чего вновь уткнулся лицом во влажную дырочку.       Он глубоко-глубоко проник языком внутрь, вылизывая Минхо, как будто ему это было необходимо больше воздуха. Слюна стекала вместе со смазкой по коже к подрагивающим яичкам и члену. Холодный ветерок заставлял ёжиться, когда скользил по влажным дорожкам.       Минхо запрокинул голову назад, закусывая губу. Однако это не помогло ему сдержать стона, когда Джисон прикусил его ягодицу, засасывая кожу, оставляя яркий засос на молочной плоти.       — Господин Хан, так хорошо, — пробормотал Минхо, всеми силами сдерживая стон. — Очень хорошо, — прошептал он, когда Джисон оторвался от его задницы, слизывая смазку с губ.       — Пройдём на кровать, красавица? — спросил Джисон, и Минхо торопливо кивнул, чувствуя, как сильные руки мужчины подхватили его и подняли в воздух. Старший подмигнул ему и аккуратно опустил на матрас, падая на колени у кровати, заглядывая из-под ресниц в чужие глаза.       Минхо аккуратно перевернулся на живот, поворачиваясь к Джисону, наблюдающему за каждым его действием.       — Знаете, что делать, господин Хан? — мягко прошептал Минхо, и на губах мужчины расцвела ухмылка.       Он медленно поднялся с колен, отряхивая их от невидимой пыли, после чего прошёл к шкафу, чтобы вытянуть с полки специальный бандаж. Он подошёл к Минхо, мягко оборачивая ремни вокруг талии и бёдер, плотно их затягивая, из-за чего младший больше не мог разогнуться, вжимаясь грудью в матрас, высоко подняв задницу в воздух. Джисон так же уверенно закрепил ремни к запястьям и лодыжкам, что тянулись от изголовья и изножья кровати, и после подошёл к самой секс-машине, устанавливая чистую насадку и надевая на неё презерватив. Тяжёлые шаги за спиной казались до оглушения громкими. Минхо не видел, что происходило за его спиной, поэтому не знал, когда Джисон будет готов запустить машину.       Малиновый свет слепил глаза, отражаясь от белых простыней. Минхо попытался пошевелиться, но не смог даже завалиться набок, всё продолжая стоять на коленях, выпятив задницу и чувствуя между ягодиц головку крупного фаллоимитатора. Одного из тех, чьё основание было усеяно крупными венками, а диаметр был настолько внушительным, что Минхо чувствовал его каждой клеткой внутри.       — Сейчас я посмотрю, правильно ли она настроена, — прошептал Джисон, подходя к Минхо со спины и мягко сминая его ягодицу, оставляя на ней, вероятно, яркий след от пальцев. — Мы же не хотим, чтобы такая красивая куколка пострадала из-за моей халатности, верно? — жаркое дыхание Джисона опалило ушную раковину Минхо, и он лишь в подтверждение кивнул, сминая в руках простыни, уже желая почувствовать внутри этот огромный дилдо. Он хотел, чтобы Джисон снимал его со всех ракурсов, снимал то, как хорошо он справлялся с темпом машины.       Он хотел смотреть на себя в зеркало, что стояло рядом, понимая, что он — хороший мальчик.       — Конечно, господин Хан. Я доверяю вам помочь мне с шоу, — ответил Минхо, слегка покрутив задницей перед его глазами. Он знал, что скорее всего Джисон следил за каждым его движением, следил за тем, как дырочка слегка сжималась, когда Минхо напрягался и пытался свести ноги вместе. Он был уверен, что мужчина не мог оторвать взгляд от стекающей по яичкам капельки смазки.       Потому что Джисону сносило крышу от Минхо.       Может быть, поэтому он так сильно влюбился в старшего. Никто не дарил ему столько внимания, столько обожания, столько любви, как Джисон. Даже если они игрались, как сейчас, даже если притворялись незнакомцами, Минхо знал, что тот был сосредоточен большую часть времени, чтобы не навредить ему, что он обдумывал каждую фразу, чтобы доставить Минхо максимум удовольствия.       Это было сексуально.       Он обожал, когда Джисон показывал ему не свою мягкую сторону, а уверенную, расчётливую, ответственную и строгую. Единственное, что их объединяло, — это любовь к Минхо.       Машина зажужжала, и головка дилдо медленно проехалась по ягодицам, соскальзывая к копчику. Влажный след от смазки тут же обдало прохладой, и Минхо закатил глаза от предвкушения. Успокаивающий шум устройства как будто убаюкивал, вводил в транс; запах вишнёвого лубриканта стал в разы острее и слаще, впитываясь в кожу, кровь и внутренности. Минхо повернул голову к зеркалу, всматриваясь помутневшими глазами в отражение. Его вид его поразил: тело заковано в чёрные ремни, что контрастировали со светлыми кожей и простынями, фаллоимитатор вернулся в изначальную позицию и теперь упирался ему в колечко мышц. Джисон стоял у сенсорной панели, с лёгкой ухмылкой водя пальцем по экрану. Мужчина покусывал ноготь на пальце, изредка бросая взгляды вперёд.       Когда его удовлетворил поставленный темп, он обошёл кровать, чтобы присесть перед Минхо на корточки и убрать чёлку с его лба. Младший посмотрел на него из-под ресниц, облизывая губы в предвкушении, надеясь, что он сейчас выглядел симпатично и горячо. Хотя, судя по глазам Джисона, он выглядел более, чем привлекательно.       — Стоп-слово, красавица? — спросил он, и Минхо сглотнул. Он знал, что это не было частью ролевой. Конечно, вопрос был задан в подходящий момент, как будто так и было задумано, но он знал, что Джисон искренне интересовался, помнил ли Минхо их оговорённое стоп-слово. Это было мило, потому что бывшие партнёры младшего задумывались о нём только тогда, когда он захлёбывался в слюне, не реагируя на оклики.       — Гранат, — прошептал Минхо. Раньше он мог хихикать над тем, как глупо звучало это слово на языке в таком необычном контексте. Как каждая буква перекатывалась на его губах. Однако, на удивление, это было гораздо эффективнее цветовой системы, хотя как-то это было с этим схоже.       Слово «гранат» невозможно было забыть, потому что в их доме всегда находился хотя бы один. Джисон сходил с ума по ним, был способен есть их хоть каждый день. А также эта ягода была яркого кровавого цвета, что сразу наталкивало на определённые мысли.       — Хорошо, а если захочешь медленнее или чуть мягче? — наседал Джисон, поглаживая кожу парня, скользя рукой по его скулам, опускаясь к шее и лопаткам, нежно проводя ногтями по спине.       — Лимон, — тихо ответил он, облизывая губы. — Господин Хан, можете включить её и присесть на кресло наконец? Шоу задерживается, вам придётся доплатить поцелуем в губы, — закончил Минхо, хмурясь, на что мужчина фыркнул, низко наклоняясь к его лицу. Он захватил его губы своими и мягко прошелся языком по алой коже. Поцелуй вышел нежным, мягким, но при этом жарким, нетерпеливым и пошлым со хлюпающим звуком и тихими стонами Минхо.       Как только они оторвались друг от друга, но прежде чем включить машину, Джисон проверил, что головка фаллоимитатора полностью вошла в парня. Он убедился, что смазки было достаточно, а также на всякий пожарный рассчитал по новой угол проникновения насадки, чтобы уж точно никак не навредить.       Минхо сразу ощутил эти движение и вибрацию. Сразу почувствовал, как головка фаллоимитатора медленно проникла глубже, раскрывая его изнутри. Он тяжело выдохнул сквозь плотно сжатые зубы, комкая простыни в ладонях. Джисон сидел рядом в кресле, наблюдая за этим с едва видимым обеспокоенным выражением лица.       Ему всегда требовалось немного времени, чтобы убедиться, что с Минхо всё хорошо, что он цел и невредим и что ему правда нравилось, когда его разрывало на части, когда его мотало по кровати от скорости, набранной секс-машиной.       Минхо закусил губу, прижимаясь грудью к матрасу, когда подставка дилдо ударилась о его ягодицы. Слюна уже начала скапливаться под языком, глаза закатились к небу от приятного чувства наполненности, а резиновая венка давила на простату, отчего коленки подрагивали, врезаясь в простыни. Джисон взял телефон и вновь включил камеру, наклоняясь ниже, чтобы сфотографировать лицо Минхо вблизи. Парня чуть-чуть потряхивало, когда дилдо толкалось вглубь его тела. Хан протянул руку, проводя большим пальцем по губам Минхо, с потемневшими от желания глазами распахивая их. Машина начала наращивать темп, хлюпанья смазки стали громче, а сам Минхо широко раскрыл глаза, громко скуля. Дилдо явно давило на простату, часто проходясь по ней. Джисон точно мог видеть, как дырочка обхватывала кусок силикона, оставляла его влажным от вишнёвой смазки, сжималась вокруг головки, когда та была на грани выскочить из него.       И это опьяняло.       Слюна стекала по подбородку прямо на простыни, глаза слепил малиновый свет, мышцы приятно ныли, а возбуждение нарастало. Минхо чувствовал головку глубоко внутри, он знал, что если Джисон проведёт рукой вниз от его груди к нижней части живота, то он почувствует силу, с которой вбивается в Минхо фаллоимитатор.       Ему даже не нужно было проводить рукой, всё и так было видно невооружённым глазом. В отражении зеркала прекрасно можно было наблюдать, как животик слегка выпирал под давлением дилдо. Минхо простонал, пытаясь выгнуться ещё сильнее, развести ноги шире, подставиться под жёсткие ласки машины с ещё большей открытостью. Джисон, что всё это время стоял рядом, расстегнул ширинку на брюках, проскальзывая рукой в боксеры. Минхо поднял на него взгляд, стреляя глазками из-под ресниц, замечая, что Джисон снимал его за своим членом, либо фотографировал свой член на его фоне, где он наверняка был весь красный, растраханный, блестящий от пота в розовом свете.       Вдруг ритм изменился, и дилдо начало входить глубже, грубее и быстрее. Минхо вскрикнул, сжав простыни в руках. Слёзы брызнули из закатившихся к небу глаз, колени скользнули по простыням, и по тупой боли парню стало ясно, что завтра там будут ссадины.       Но кто сказал, что он не был в восторге от этой мысли? Кто сказал, что он не хотел чувствовать эту ночь на своей коже ещё несколько дней?       Джисон низко простонал, поглаживая свой член на камеру. Минхо видел, с каким удовольствием тот слегка откинул голову назад, не отводя взгляда от лица парня. Венки на его члене вздулись, головка налилась кровью.       — Ты так хорошо справляешься, красавица, — прошептал Джисон, выключая телефон и отбрасывая его на кресло. Он потянул подол рубашки к губам, чтобы ткань не мешалась, и ускорил темп. Его свободная рука легла на ягодицу Минхо, оттягивая её в сторону, наблюдая, как дилдо вновь исчезло внутри. Младший проскулил, сжимаясь вокруг силикона. — Однако я уверен, что бездушная машина не сможет доставить тебе столько же удовольствия, сколько мог бы дать тебе я, — пробормотал Джисон, и Минхо задрожал в предоргазме, согласно мыча. Головка дилдо стимулировала простату по несколько раз в секунду, темп был просто бешеный.       От него сносило крышу, сбивало дыхание, и Минхо чувствовал, как электрические разряды расходились от колечка мышц вниз к кончикам пальцев ног и вверх к кончикам пальцев рук. Мышцы, как волны, ходили под кожей, слёзы стекали по щекам, стоны прерывались от грубых толчков. Тело уже было невероятно чувствительным, именно поэтому, когда Джисон провёл ногтями по его позвоночнику, он был готов выть и лезть на стену. Если бы была возможность потереться о простыни, если бы была возможность пару раз скользнуть рукой по члену — долгожданное облегчение накрыло бы его с головой.       Но у него не было.       И Джисон не собирался помогать ему.       — Ты так дрожишь от моих прикосновений, — пробормотал Джисон, ставя колено на матрас. — Мне бы так хотелось увидеть, как ты кончаешь на моём члене, красавица. Как жаль, что ты не спишь с клиентами. Я бы многое мог предложить за такое, — прошептал Джисон, проводя подушечками пальцев по каждому позвонку Минхо, пока не добрался до колечка мышц, оглаживая его. Оно пульсировало, принимая в себя самый большой дилдо из коллекции.       Младший стонал, тяжело дыша. Его скулёж отскакивал от стен, смазка стекала из раскрасневшейся дырочки по гладкой коже бёдер. Джисон ухмыльнулся и с силой ударил Минхо по ягодице, заставив того вскрикнуть и мягко насадиться на искусственный член со звонким шлепком об основание.       — Господин Хан, умоляю, — простонал Минхо, заводя голову назад со вскриком, когда оргазм накрыл его с головой. Сперма стрельнула на простыни и рубашку, но дилдо продолжало вбиваться в него, пока он скулил в матрас, сжимая в руках ткань до звонкого треска. — Умоляю.       — О чём умоляешь, сладкая? — Джисон ухмыльнулся, когда Минхо взвыл в простыни, вытирая слёзы.       — Я сделаю всё, что вы хотите, — сбивчиво протараторил парень, после чего вес тела Джисона резко пропал с кровати, а через ещё одно недолгое мгновение машина в последние разы слабо толкнулась в него и, наконец, остановилась.       — Правда? — Джисон ухмыльнулся, подняв телефон с кресла, чтобы опуститься на него и расставить ноги в стороны. — А как же правило? Разве тебе можно трахаться со мной, малышка? — Минхо помотал головой, потираясь щекой о простыни, смахивая слёзы, что навернулись на глаза.       — Нельзя, но я хочу, — прошептал младший, на что Джисон фыркнул, откидываясь на спину кресла, смотря на него из-под ресниц с недоверчивым выражением.       — И со сколькими ты уже так, а? — спросил он, вздёргивая брови. — Так отчаянно сопротивлялся, а сейчас выясняется, что если ты хочешь, то все правила резко исчезают, — Джисон покачал головой из стороны в сторону, цокая языком, а после слегка разочарованно поджимая губы. — Ну же, скажи мне, красавица, сколько было таких «исключений» до меня?       — Никто, вы первый, я клянусь, — шептал Минхо, тяжело дыша через рот, чувствуя, как дырочка сократилась от неприятного ощущения пустоты, смазка начала засыхать на коже и собираться плёночкой.       — М-м, стоит ли мне тебе верить? — Джисон был терпеливее, Минхо всегда знал об этом. Мужчина мог играться с ним часами, если понимал, что его детка на грани. Это была своеобразная месть за все шоу, что ему устраивал парень.       Джисон мог держать Минхо привязанным к кровати, пока тот не начинал плакать, слёзно умоляя трахнуть его в этом бандаже. Он мог дразнить его пальцами, проникая лишь на пару фаланг. Однажды Джисон оставил его лежать на полу связанным десятками узлов, пока он сам спокойно работал, не обращая на него внимания.       И всё из желания обыграть его, показать, кто здесь на самом деле был главным.       — Пожалуйста, я клянусь, что до вас, господин Хан, я никогда не предлагал ничего подобного мужчинам, — простонал он, выгибаясь ещё сильнее, пока бандажный ремень не врезался в кожу спины.       Джисон молчал. Он явно думал над своими следующими словами, взвешивал свои желания, сколько он ещё мог продержаться, но, что важнее всего, хотел ли он сдерживаться?       — Что ж, встанешь на колени ради меня, красавица? — спросил он, поднимаясь с кресла и подходя вплотную, нависая над его скрюченным телом. — Хочу снять тебя, пока ты будешь отсасывать мне. Постараешься ради видео? — жарким шёпотом спросил Джисон, проводя пальцами по волосам, убирая мешающие пряди с лица отчаянно кивающего Минхо. — Слова, детка. Рот у тебя только для одного?       — Я сделаю всё красиво, только прошу, — младший всхлипнул, попытавшись развести ноги в стороны, — позвольте, — захныкал Минхо, на что Джисон фыркнул, потрепав его по волосам.       Мужчина молча отстегнул бандаж на пояснице, позволив парню наконец-то с всхлипами опустить затёкший таз. Через пару мгновений руки тоже оказались свободными. Дырочка отчаянно сжалась вокруг пустоты, когда Минхо перевернулся набок, разминая конечности. Джисон посмотрел на него сверху вниз, закусив губу.       Стало интересно — насколько он сдерживался?       Минхо знал, что выглядел беззащитно, привлекательно и соблазнительно. Любой другой бы просто накинулся на него и трахнул до полуобморочного состояния, прижав к матрасу, но Джисон знал его лучше.       Знал, что Минхо мог стать ещё податливее, ещё послушнее. Когда ему не давали того, что он хотел, он просто сдавался, начиная играть по чужим правилам.       Джисон был терпелив, когда они играли, и Минхо был готов сделать для него всё, был готов попробовать с ним всё, что тот только мог пожелать. Его властность и доминантность выбивали из него самого всё желание бороться и сопротивляться.       Он просто хотел позволить ему разрушить себя.       — Хорошо, сладкая, — кивнул Джисон, поправляя очки на переносице. — Можешь подняться самостоятельно?       Минхо кивнул, поднимаясь на дрожащих коленях. Вытянув ноги перед собой, он еле как сглотнул вязкую слюну. Джисон удовлетворённо хмыкнул, усевшись на кресло и расстегнул ремень и ширинку брюк. Он удосужился лишь слегка приспустить штаны, чтобы можно было вынуть истекающий смазкой член, усеянный венками и налитый кровью. Минхо поджал губы, представляя, как тяжёлая головка ляжет ему на язык, как она упрётся ему в самое горло.       Ему было необходимо взять этот член в рот.       Прямо сейчас.       Минхо опустился на пол на дрожащих коленях, укладывая ладони на бёдра Джисона, который с улыбкой наблюдал за тем, как он вибрировал от нетерпения. Его пальцы игрались с прядями волос Минхо, закручивая их в небольшие дреды. Свет играл на лице Джисона, мягко укладываясь плотным ягодным слоем на кожу; радужка глаз наполнилась такой же опьяняющей похотью, что и вино. Одним своим спокойным взглядом мужчина пригвоздил Минхо к полу. Тот только и мог, что моргать и облизывать губы.       — Ну-ка, красавица, достань мне из тумбочки ошейник. Нужно же тебя контролировать, верно? — Джисон погладил его по волосам и кивнул в сторону небольшого шкафчика.       Минхо тут же на четвереньках прошагал к ящикам, запинаясь о рубашку, что теперь висела на нём комом. Сперма засохла на подоле, из-за чего ткань стала неприятно твёрдой. Он вытащил из скрипучей тумбочки чёрный ошейник и на четвереньках принёс его Джисону, протягивая ремешок на вытянутых руках. Мужчина ухмыльнулся, плотно застёгивая аксессуар на шее.       — Айщ, тебе так идёт, детка. Тебе нравится? Ну-ка, взгляни на себя в зеркало, посмотри, какая ты очаровательная, когда сидишь на привязи.       Минхо аккуратно выглянул из-за кресла, находя своё лицо в отражении. Щёки были красные, волосы спутанные и потные, кожа блестела на свету, а вокруг шеи был повязан ошейник, от которого позже точно останется алый след. Он прижался к ногам Джисона, задрав голову. Максимальное расстояние, на котором он мог находиться от мужчины, равнялось двум пальцам.       — Вы правда считаете меня очаровательной? — спросил Минхо с надеждой, на что Джисон мягко поцеловал его в лоб, смахивая чёлку с лица.       — Самой красивой, детка, — прошептал он, и Минхо заскулил, сводя ноги вместе. Узел возбуждения то затягивался, то распутывался, то скручивал его внутренности, то распускал их. — Покажи мне, на что ты способна, а потом мы поиграемся. Ты же любишь это чувство наполненности, не так ли? — Джисон поднял его лицо за подбородок, заглядывая в глаза. — Я могу предложить тебе кое-что очень интересное, — прошептал он, и Минхо знал, что он правда придумал что-то такое, от чего Минхо будет без ума.       Он знал его очень хорошо и никогда не разочаровывал.       — Хорошо, господин Хан, — ответил тихо Минхо, наклоняясь к члену и опаляя его жарким дыханием.       Головка дрогнула под влажным теплом, венка на основании запульсировала. Джисон дёрнул Минхо на себя за ошейник, отчего младший резко впился губами в ствол, оставляя влажный слюнявый след на коже вместе со стоном. Он не был мазохистом, но обожал, когда Джисон применял силу, заставлял его делать что-то быстрее без как таковых физических наказаний.       — Айщ-щ, твои губы такие мягкие, — прошептал Джисон, откидывая голову назад и включая телефон. Подняв взгляд, Минхо заметил, что у мужчины была включена фронтальная камера. Он делал сэлфи с ним. — Ну-ка, возьми мой член за щёку, красавица. Ты будешь смотреться с ним просто чудесно, — горячо пробормотал он, и Минхо послушался, медленно вбирая головку в рот. Тяжесть на языке была просто превосходной: солоноватый вкус Джисона будоражил сознание. Он специально направил головку в щёку, чтобы та выпирала, когда Хан грязно ухмыльнулся, нажимая на кнопку съёмки. Экран вспыхнул белым, после чего снимок сохранился в галерею.       Минхо подождал пару секунд, после чего продолжил отсасывать Джисону, насаживаясь на его член так, что, казалось, головка выпирала у него в горле. Мужчина снимал его, смотря в экран, а его глаза блестели от возбуждения. Минхо ухмыльнулся ему, подмигивая и проводя языком по самой крупной венке от яичек до головки. Крупная капля слюны стекала по основанию вниз, и Минхо знал, что Джисон обожал, когда он пускал слюни, отсасывая ему. Он обожал, когда Минхо давился его членом, настолько наслаждаясь им.       И Минхо любил показывать ему свои чувства.       Он мягко поцеловал головку, тыкаясь языком в уретру, заставляя Джисона низко прошипеть и притянуть Минхо ближе, насаживая его ниже.       — Господи, сладкая, ты так хорошо справляешься, ты такая умница для меня, — прошептал Джисон, тяжёлой рукой надавливая на затылок Минхо, чтобы он опустился до самого лобка. У парня глаза заслезились, когда головка уперлась в самое горло. Слюна бесконтрольно стекала до самых яичек, вибрация от стонов передавалась по основанию. Глаза закатились, а взгляд встретился с камерой наверху. Джисон смотрел в экран, облизываясь на то, как Минхо полностью накрыл его своим ртом. — Хочу кончить тебе на лицо. Позволишь?       Парень кивнул. Он принялся усерднее насаживаться на член, играясь пальцами с влажными от слюны яичками Джисона. Мужчина зашипел, откидывая голову назад, прижимая Минхо за затылок. Его бёдра уже подрагивали, и когда Минхо почувствовал, как предэякулят стрельнул ему на язык, резко отстранился, начав надрачивать член, водя рукой вверх-вниз в быстром темпе, облизывая головку и прижимаясь поцелуями к самому кончику.       Джисон был очень близко. Его бёдра и руки дрожали, член подёргивался, и он шептал тысячи похвал Минхо.       Это заводило, и парень с двойным усердием принялся за дело, всеми силами пытаясь довести мужчину до оргазма в рекордные сроки.       И вот он наконец с шипением кончил ему на лицо. Белёсая полоска рассекла губы и щёку Минхо, медленно стекая вниз.       Камера всё ещё чуть подрагивала в руках, но теперь Джисон вновь сосредоточился на съёмке, не отвлекаясь.       — Красавица так хорошо постаралась ради меня, так постаралась, — прошептал Джисон, собирая сперму с лица и поднося её к губам Минхо, чтобы он слизал. — Она заслуживает награды, не так ли?       Минхо отчаянно кивнул, чувствуя, как дырочка в нетерпении сжалась. Джисон поднял его к себе на колени, а после и встал с кресла сам, направляясь на кровать.       Он аккуратно сел по центру, держа Минхо на себе, поглаживая его обнажённую кожу бёдер. После он потянулся к презервативам у изножья кровати, разрывая упаковку, тут же раскатывая латекс по члену.       — У тебя есть какое-нибудь не слишком большое дилдо, красавица? — спросил Джисон, и Минхо кивнул, наклоняясь к тумбочке, роясь в верхнем ящике. Через минуту в его руках оказался распакованный розовый фаллоимитатор. Джисон улыбнулся, отставляя дилдо на простыни, и притянул парня к себе ближе за бёдра.       Минхо сглотнул и приподнялся, приставляя член к колечку мышц, чувствуя, как горячая головка прижалась к дырочке. Он выдохнул через рот и поднял взгляд на Джисона, который продолжал поглаживать его по коже.       — Давай, сладкая, ты заслужила, — прошептал он, и Минхо наконец-то опустился на всю длину, с восторгом вскрикивая, когда головка проехалась по простате. Тёплый член идеально заполнял его, даже лучше, чем дилдо с секс-машины. Джисон ухмыльнулся, скользя рукой к его лицу, проводя большим пальцем по щеке. Минхо вздрогнул, приподнимаясь, чувствуя, как венки врезались в стенки внутри, проезжая по ним и пульсируя. Вторая рука Джисона уместилась на его талии, пока Минхо поднимался и опускался.       — Боже, так хорошо, — пробормотал парень, когда мужчина притянул его к себе, мягко укладывая на грудь. Его жаркое дыхание опалило шею тяжело дышащего Минхо, пока член входил глубоко внутрь.       — Сейчас будет ещё лучше, красавица. Поверь мне, — прошептал Джисон, и рука, что была на талии парня, скользнула вниз, к пояснице, а потом и к дырочке, в которую медленно входил полумягкий после оргазма, но уже набирающий силу член.       Первый палец проник внутрь, и Минхо всхлипнул, чувствуя, как он растягивал его стенки чуть шире. Тяжело дыша, парень стал насаживаться усерднее, чувствуя, как головка двигалась внутри, как весь член погружался в него с необычайной лёгкостью, а стоны Джисона утопали под его кожей.       Второй палец присоединился к первому, ещё сильнее растягивая тугое колечко мышц. Смазка хлюпала и смешивалась с высокими стонами Минхо, который так долго ждал этого момента.       Он весь день думал только о том, как Джисон его возьмёт, пока он сам будет в чёртовой рубашке. Он так ждал момента, когда руки мужчины сожмут его талию, контролируя его движения.       Он так хотел, чтобы Джисон взял над ним власть.       Три пальца растягивали его ещё лучше, чем дилдо, закреплённое на секс-машине. Он чувствовал себя таким полным, что, казалось, дальше уже некуда. Но когда Джисон вынул фаланги из него, чтобы вместо них приставить ранее распакованное дилдо, он понял, что то, что было до этого, — далеко не предел.       Силиконовая головка с натугом проникла внутрь, заставляя Минхо дрожать, стонать и плакать. Джисон нежно гладил его поясницу, спину, плечи. Он целовал его родинку на крылышке носа, целовал губы, уделяя внимание каждому сантиметру кожи. Он с такой любовью покрывал его кожу жаркими бабочками, что Минхо становилось тяжело дышать. Ему казалось, что его разрывает, в приятном смысле этого слова. Он никогда ещё не чувствовал себя так хорошо, как сейчас. Он никогда ещё не чувствовал себя таким полным, как сейчас.       — Ты умница, очень хорошо справляешься, — прошептал Джисон, прежде чем резко протолкнуть розовый дилдо до самого конца, заставив Минхо вскрикнуть и зажать себе рот рукой. Он опёрся свободной рукой о спинку кровати, сжимая деревянный шарик на вершине изголовья. Минхо чувствовал оба члена глубоко внутри, чувствовал, как они раскрывали его, как давили на простату с двойной силой. Каждое лёгкое движение руки Джисона отдавалось дрожью по телу, и Минхо был готов кончить уже только от того, насколько наполненным он был. Был готов кончить от похвалы Джисона.       — Умоляю, сделай что-нибудь, — Минхо совсем забыл о своей роли, перед глазами расплылся туман похоти, ему было уже совсем плевать, что он там напридумывал. В голове крутился только образ его настоящего мужчины, который был сексуальнее всех выдуманных персонажей.       Джисон ухмыльнулся, начав слегка подпрыгивать на кровати. Член слегка скользнул назад, заставив Минхо скулить и тереться о Хана щекой. Розовый дилдо через некоторое время последовал примеру реального пениса, почти полностью покидая парня, но тут же резко входя обратно. Минхо вновь всхлипнул. Джисон явно не планировал останавливаться, продолжая пружинить на матрасе, вгоняя свой член глубже, потираясь о розовый силикон внутри.       Минхо стонал, запрокидывал голову назад, закусывая губы. Он сам насаживался на оба члена, пытаясь получить небесное удовольствие, хотя еле переживал это.       — Ты умница, — прошептал Джисон, ускоряя темп игрушки, крепко держа Минхо, чтобы тот не двигался. Он захватил рукой чужой член, начиная надрачивать его в такт, заставляя младшего скулить и откидываться назад настолько, насколько позволяла хватка. — Свет так красиво ложится на твои волосы, ты такая красавица.       Джисон мягко целовал его шею, кусал кожу, всасывал её, оставляя краснеющие засосы. Его руки блуждали по торсу и забирались под рубашку, ощупывали мягкие ягодицы. Он влажно выдыхал воздух в самые чувствительные места на теле Минхо, заставляя его всхлипывать и утирать слёзы с щёк от стимуляций.       — Я так быстро кончу. Слишком много, — прошептал Минхо, и Джисон ускорился, начав сильнее вбиваться в его нутро, параллельно раздавая шлепки по ягодицам.       — Надеюсь, ты выдержишь потом дополнительный заход, потому что я всё ещё даже не рядом, — пробормотал Джисон на ухо Минхо, заставляя того дрожать и извиваться.       Через минуту таких усиленных стимуляций Минхо запрокинул голову назад и с протяжным скулежом излился в чужую ладонь, дрожа всем телом, сжимаясь вокруг члена и силиконовой игрушки, стараясь не свалиться с колен мужчины. Глаза закатились назад, слёзы брызнули из глаз.       Он чувствовал себя почти полностью выжатым, но Джисон не собирался останавливаться, он столкнул его с себя, укладывая на кровать лицом вниз, после чего устроился сзади, оттягивая пряди волос Минхо назад.       — Будет весело, сладкая, верно? — он огладил свободной рукой талию и лопатки, мягко целуя в затылок. — Хочешь кончить ещё раз, дорогая?       — Да, — прошептал Минхо, выпячивая задницу, чтобы мужчина обратил на неё внимание. Дырочка сократилась, неприятно смыкаясь вокруг пустоты, на что Джисон нежно заворковал, приставляя член к колечку мышц, шлёпая его головкой.       — Такой ненасытный, такой жадный, — прошептал он, медленно толкнувшись в самое нутро, расширяя стенки под давлением. Минхо застонал, откидывая голову назад, смаргивая слёзы от чувствительности.       Джисон уткнулся ему в волосы носом, тяжело дыша. Его руки скользнули к талии, когда он ускорил темп, вжимая Минхо в матрас. Парень спружинил, насаживаясь на член с громким скулежом. Джисон явно был близок, именно поэтому он настолько отчаянно вбивался в его тело, заставляя младшего скулить, извиваться и цепляться за простыни. Мужчина схватил его за ошейник, оттягивая голову назад.       — Лежи смирно, чёрт, — прошипел он, резко отпуская аксессуар, не сбавляя оборотов. Минхо тут же замер, как послушный мальчик. Он тут же повиновался, стараясь преподнести всего себя Джисону. Единственное, что выдавало его дискомфорт, — это побелевшие костяшки сжатых кулаков.       Однако он был счастлив. Когда Джисон указывал ему, приказывал, управлял им, только тогда он чувствовал себя по-настоящему возбуждённым. Член начало покалывать от накатывающего вновь оргазма. Дырочка наверняка раскраснелась от таких жестоких ласк, вот только это лишь приближало его к краю.       Джисон считал его сексуальным? Считал его горячим? Хотел его разрушить? Хотел довести до криков? Хотел заставить рыдать в подушку?       Тяжёлая ладонь мужчины легла на затылок Минхо, вжимая лицо парня в матрас, вбиваясь в его тело с ещё большей скоростью. Минхо взивзгнул, стараясь не дёргаться, полностью отдаваясь власти Джисона.       То, какую власть имел над ним старший, — это сводило с ума.       То, как именно он управлял им, — это сводило с ума.       Его сводило с ума всё, что делал с ним Джисон.       — Я тебя люблю, Минхо. Ты у меня самый прекрасный, ты так хорошо справляешься, так стараешься, чтобы угодить мне. Я так ценю то, что ты позволяешь мне делать с тобой всё это, — зашептал Джисон, приближаясь к оргазму, когда Минхо заскулил в ответ, пытаясь не кончить в эту же секунду. — Не сдерживайся, малыш, я тоже на грани, — закончил он, и Минхо с громким вскриком излился в матрас. Сразу же за ним последовал Джисон, вгоняя свою сперму глубоко в Минхо, хоть он и был в презервативе.       Минхо чувствовал себя самым любимым человеком на планете, самым счастливым, самым удовлетворённым.       — Я тебя тоже люблю, Джисон, — прошептал он, подставляясь под чужие поцелуи.

***

      — Хён! — Хёнджин уставился на Джисона, спокойно пьющего кофе рядом с Минхо на диване. Его волосы распушились, а сонное лицо мило припухло. Он удивлённо посмотрел в сторону друга парня, который, казалось, вибрировал от какого-то интереса. Феликс рядом тоже почти что пружинил от любопытства. — А это правда, что у вас БДСМ-комната? Я не верю!       — Именно! Никто не может управиться с Минхо, — кивнул второй парень, на что Джисон хмыкнул, вытаскивая телефон из кармана. Он быстро разблокировал телефон, зашёл в галерею, открыл нужную папку, а затем повернул экран в их сторону.       Лица обоих вытянулись в шоке, когда они увидели видео, как Минхо танцевал на шесте. Затем их рты пооткрывались ещё сильнее, когда в их друга начала вбиваться секс-машина.       А когда включилось видео с минетом, они вообще зажмурились, отворачиваясь с истериками и визгами о том, что они не хотели видеть их хёна так близко.       — Вы ж сами спрашивали, — фыркнул Минхо, пожимая плечами. Он прильнул к Джисону, потираясь о него щекой, как кот. — Зато появились зрители нашего самодельного порно, — хихикнул он, и мужчина рядом подхватил, пока Хёнджин рядом тёр глаза, а Феликс делал вид, что его хватил инфаркт.       — Где у вас здесь белизна?! — завопил самый высокий из них, закрывая лицо ладонями.       — Иисус, пожалуйста, я не хотел, прими меня в Рай, я всё ещё тот маленький Ёнбок-и! Осквернены только мои глаза, клянусь! — верещал Феликс.       Джисон повернул голову в сторону Минхо, подмигивая ему и мягко целуя в губы, на что младший нежно улыбнулся, придвигаясь ещё ближе.       Как будто между ними промелькнула молния, которая кричала: «А нечего было лезть, куда не просили».       — Я тебя так люблю, Минхо, — пробормотал мужчина, и Минхо игриво закатил глаза.       — Я тебя тоже.