На краю мира

"На краю мира" Именно эти слова читает каждый, кто посещает это захолустье. Вывеска на таверне выгорела на солнце, и выглядит будто кто-то откусил добрую часть двери и прибил над этой самой дверью, в очередной раз перебрав кислого вина, с избытком подаваемого в этом заведении. — А я тебе говорю, что это правда! Только представь — любое желание! Нужно лишь выполнить семь контрактов! — в углу таверны громко перешептываются пара забулдыг, будто по их следам идёт тайная канцелярия губернатора. — Ты сам то себя слышал? Семь! Каждое сложнее предыдущего! Да никто и никогда не сможет... — Я знал тех, кто смог. Но для вас да, это непосильно. Вам бы портки успеть снять в нужнике, не замаравшись... – Третий голос, внезапно вмешавшийся в диалог. Новая фигура появилась на пороге, задумчиво жуя соломинку и держа руки на поясе, будто готовый к защите... или атаке... — И кто же это? Глядишь, и мы о нем слыхивали? — хозяин таверны прошёлся тряпкой по стойке, оценивающим взглядом мазнув по незнакомцу. — О них. Кэтрин и Абарсис. Одни из пилигримов. Насколько помню, в столице есть посвящённый им храм. — Тьфу, я то думал. Ты бы ещё богов назвал. Когда ж это было. Да и было ли... — хозяин таверны криво усмехнулся и поставил кружку на стойку, — Выпьешь, мил человек? Да поведай нам, как же ты с "ними" свиделся? — Также, как сейчас с тобой. В разных мирах время течёт по-разному. В моем они были десять лет назад. Наш мир был их седьмым заданием. После этих слов даже забулдыги протрезвели и один из них присвистнул. — Седьмой контракт... Чудеса... А вы к нам зачем? Или все же мир спасли... кхм... не до конца? — Я обещал им, что стану пилигримом, если мне будет суждено вырасти, — мужчина прошёл к стойке, так и не убрав рук от кобуры на поясе, — И вот я здесь. Плесни обычной воды. Я тут жду кое-кого. Сев боком ко входу, странный мужчина сплюнул на пол соломинку, взял одной рукой кружку с водой, а другой взвел курок револьвера, не вынимая пистолет из кобуры. Но стоило ему сделать глоток, как дверь вновь отворилась, а в сторону стройного женского силуэта, очерченного утренним солнцем, вытянулась рука с зажатым в ней револьвером. — Только без глупостей. А то я могу начать нервничать, и тогда вдруг дрогнет палец на курке... Какой радушный приём... Девушка замерла, чувствуя как по загривку прошёлся холодок, но ни один мускул на лице не дрогнул. Она хорошо владела собой и своими эмоциями и ни в коем случае не могла позволить человеку с оружием прочесть истинные чувства. С самого начала было ясно – это явно была не самая лучшая её идея... И, скорее всего, она ещё не раз усомнится в её правильности. Но, к сожалению, выбора особо и не было. Только острая необходимость, а также невозможность хоть как-то изменить сложившуюся ситуацию, были причиной того, что сейчас девушка была здесь. Старая провонявшаяся таверна не выглядела как надежное место для важной и, тем более, судьбоносной встречи, которая могла перевернуть весь знакомый мир с ног на голову. И всё же, именно таковой она и являлась. -- Потише, ты портишь мне репутацию, — хмыкнула девушка, лукаво щуря лисьи глазки. Медовая радужка сверкнула игривым всполохом, отражая огоньки масляных ламп и свечей. Показав открытые ладони, молодая особа продемонстрировала безоружность и послушание. Не стоит так уж сразу нервировать стрелка, который держит тебя на мушке. Даже будучи полностью уверенной в том, что он не причинит особого вреда. Ведь кто знает, из каких материалов отливались пули... Осторожно откинув капюшон черного, атласного плаща, девушка наконец-то открыла лицо. Узкое, с острыми чертами и яркими акцентами косметики на губах и глазах, оно красноречиво говорило о характере и поведении его обладательницы. — Само знакомство с тобой это уже крах любого доброго имени, — недовольно проворчав, мужчина щелкнул курком, но выстрел так и не раздался. Однако на девушку смотрели глаза, на несколько мгновений изменившиеся на синие, с вертикальными зрачками. Второй щелчок затвора она бы точно не пережила, — Но уговор есть уговор. Да и пилигримами могут стать лишь лучшие из своих миров. И если Сумеречный Мир отправил тебя, то не Драконам вмешиваться в ваши дела. Не смотря на выдержку и самообладание, щелчок револьвера всё же заставил странницу мелко и почти незаметно вздрогнуть. Она опасалась этого стрелка и очень сильно. Только слухов о нём ходило столько, что можно писать трактаты. Уже и не разберёшь — что правда, а что ложь. И как бы сильно девушка не старалась скрыть своих опасений, они всё равно выходили наружу, проявляясь в мелочах. Оставалось лишь надеяться, что сам стрелок этого не замечал. Пьянчуги словно тени скользнули вдоль стен, юркнув на улицу. Стать свидетелями подобной встречи могло легко вылиться в смертельные проблемы со здоровьем. Все посетители ретировались быстро и почти бесшумно, боясь лишний раз привлечь к себе внимание опасных гостей. Их искорёженные страхом лица позабавили девушки и та тихонько прыснула, чувствуя, как внутри неё разливается теплом удовлетворенность. Вот что поднимает самооценку так это трепетное благоговение пред одним лишь видом. И лишь хозяин таверны, стоило ему остаться наедине с парочкой, сразу приосанился и хищно улыбнулся. — Ну наконец-то! А я уж думал, что больше не осталось смельчаков, желающих вырвать у судьбы свое счастье. Признаюсь, очень, очень рад. И судя по гостям, в конце будет много шума при дележке чьё именно желание исполнить, — хищный оскал дородного мужчины превратился в животный, а из под губ появились кончики острых зубов. В ответ раздался не менее страшный рык, и лязг металла. По столешнице протянулись три глубокие царапины от когтей на лапе "стрелка", а револьвер в другой лапе был необычайно огромен, и слегка светился в полумраке таверны. — Кэтрин предупреждала, что джинны те ещё твари! Так что лучше заткни пасть! — слова срывались с губ плевками. — Надо же, драконид! Вы ещё не вымерли? Ах да, седьмой контракт. Прихоти путей мироздания нам неведомы... А твоя подружка не хочет представиться? — Джинн со всё той же улыбкой слегка наклонился, пытаясь поймать взгляд девушки, — И из какого вы мира, пи-ли-грим? Последнее слово звучало скорее как насмешка и издевательство, чем обращение к одному из кандидатов в легенды Края Мира. Мазнув светло карими глазами по трактирщику, девушка чуть нахмурилась, сводя красноватые брови у переносицы. Теперь-то он показал свой истинный вид, отбрасывая маски и притворства. Стоит быть трижды осторожной и внимательной, чтобы не стать очередной жертвой его уловок и игр. А ещё нужно следить за каждым словом, ведь эта тварь может использовать его себе на благо. Вот же она вляпалась... — В разных мирах моё имя произносят по-разному, но оно везде означает одно, —хмыкнула странница, наконец-то сдвигаясь с места. — Вам, джинам, должно быть всё равно на произношение, но стрелку будет комфортнее на слух имя Адара. Опустившись на высокий стул рядом с мужчиной, странница игриво подмигнула ему и легким движением руки вытащила из волос длинную шпильку, украшенную гранатами. Тёмно-красные волосы рассыпались водопадом по плечам и спине, источая дивный аромат вишни. Драгоценная шпилька осталась на барной стойке, опасно поблёскивая острым концом. — Я бы предпочла светской беседе — дело. — Она кисло поджала губы, внимательно осматривая покрытый копотью и паутиной потолок, брызги вина и масла на стенах и покрытый жиром котёл в камине. — Если бы мне захотелось поболтать, я бы выбрала местечко поприятнее, чем это захолустье... — Адара! Ведьма сумеречного мира! Или ликан? Культистка? Нет же! Дай угадаю... Хмм... Инквизитор? Я слышал, что людской оплот ещё не пал в вашем мире. А может... Хотя черт с ним, мне всё равно. — джинн уже мало походил на человека. Разрез рта разделял голову пополам, и стал похожим на пасть. Зрачки исчезли. На концах пальцев появились когти, лишь малым уступающие тем, что оставили царапины на стойке. Как только её не называли. Адара хитро улыбнулась уголком губ и наклонила голову в бок, наблюдая за тем, как демон перебирает варианты ремесла, к которому могла бы относится эта странница. Что ж, он был даже немного прав в одном из вариантов, но девушка и виду не подала, сохраняя некоторую таинственность перед двумя чертовски опасными созданиями. Пусть уж оба они будут в неведении о её происхождении и роде деятельности столько, сколько это будет возможно. Лучше оставить в рукаве пару козырей, вероятно, ей они ещё понадобятся. — Итак, Адара и...? – голос джина, с неизменной усмешкой. — Ганс... — стрелок ухмыльнулся, искривив уголок губ и обронив своё имя, — И хватит играть с нами, демон. Да-да, я знаю кто ты. Я вообще много что знаю о пилигримах. — Надо же. Сделал уроки? Ну так расскажи, а мы послушаем, — багровый цвет глаз выдал изменившееся настроение джина. Но Ганс лишь хмыкнул и уставился перед собой невидящим взглядом. — Все демоны когда-то были небожителями. Но за грехи впали в немилость и были обречены на страдания. Среди них нашлись те, что верят в "путь наверх", как они это называют. Найдя достойных, они предлагают им исполнить желание. Одно единственное желание, ценой остатков всей их божественной силы. И потеряв её, джин станет смертным и уйдёт на круг перерождения. Выбор достойного - семь заданий, или испытаний. Чем дальше, тем сложнее. Напомни, отродье, сколько из ваших смогло обмануть свою судьбу? — Ах ты! Агрррр... — удар по стойке, и кружки на ней синхронно подпрыгнули, — Да как ты смеешь! Да я тебя... И даже короткого мига было достаточно, чтобы Адара незаметно и очень быстро сложила пальцы одной руки в печать, а второй коснулась шпильки для волос, что так и лежала на барной стойке. Это с самого начала было сомнительной авантюрой. Ещё до того, как она ступила на земли этого мира, ещё до того, как закончила собирать вещи, до того, как продумала все детали... Это было сомнительно ещё на этапе идеи, но Адара всё равно пошла на этот риск. — Ничерта ты мне не сделаешь. И ей тоже, — лёгкий кивок в сторону девушки, — Мы нужны тебе не меньше, чем ты нам. Услуга за услугу. Так сколько? Сам скажешь, или мне... — Трое, да задерут тебя демоны бездны. Кто же знал, что простые смертные настолько слабы... А закон мироздания уже не переписать. Но вот то, что желание одно, а вас двое. И мне плевать, кто из вас перегрызет другому глотку, это правда. О, как я буду наслаждаться этим в конце! — Значит ты веришь, что у нас всё получится? Боги, сам черт меня почти благословил. Мир и правда катится в бездну, — теперь уже стрелок улыбался во весь рот. — Только тебя?.. — хмыкнула девушка, насмешливо поглядывая в сторону Ганса. Затем она театрально закатила глазки, плавно ведя плечом. — Вот уж самоуверенность. Не думай, что эта зубастая тварь выберет тебя в любимчики. — Первое задание — один из сумеречных миров. Наблюдатели заметили, что кто-то извне вмешался в ход вещей. Вот портал, — на стол лёг красный рубин размером с кулак, — Разбейте его и окажетесь на месте. А вернётесь только когда решите проблему с вторжением. Иначе застрянете там навсегда. — Значит выступаем на рассвете. Ты же не против? — Рубин скрылся в кармане стрелка, а он с притворной улыбкой уже смотрел на Адару, потеряв всякий интерес к джинну, — И неплохо бы узнать что ты умеешь, кроме как разбивать сердца думающих своими причиндалами мужиков при виде тебя. Внимание сосредоточилось на том, как большой красный рубин сначала появился на столе, а затем плавно исчез в кармане мужчины. Важная и крайне мощная вещичка, стоит проследить за тем, чтобы этот полу (или недо-?) ящер не выкинул какую-то глупость с древним камнем. — Думаешь, я горю желанием устроить показательное выступление? Лестно. — Адара цокнула языком и спрыгнула со стула. Легким движением руки часть алых волос была собрана шпилькой, что вновь блеснула гранатовыми камнями в свете огней. — Не собираюсь я до рассвета ждать, за это время ты можешь натворить таких дел, что и представить трудно. — Она хмыкнула и скрестила руки на груди, смерив стрелка придирчивым взглядом. Одежда, выражение лица, оружие и общий вид — её взгляд считал мелкие детали, чтобы сделать первое предположение: это создание ещё не раз вынудит её пожалеть о том, что она связалась с ним. В тот же миг зрачки Ганса стали вертикальными, а потом их поглотило голубое свечение. — А кто сказал что я тебя спрашиваю? — он поднялся со стула, который нещадно начал скрипеть. А затем и пол протяжно застонал под его ногами. — Эй, древний! Не курочь мне ресторан! Никаких обращений внутри! — джин стукнул кружкой по стойке и гневно зыркнул на стрелка. — Ты серьезно? – фыркнула странница. Он что, брал её на слабо? Хотел на собственной шкуре проверить её навыки? Адара хмыкнула, ощущая как наполняются жаром кончики пальцев. Мгновенно древняя энергия устремилась в ладони, чтобы стать защитой и оружием одновременно. Если он нападёт, она даст отпор. Если им придётся драться, она не позволит какой-то ящерке причинить себе вред. Слишком многое стояло на кону, чтобы дать маху здесь, в самом начале пути. Пять бесконечных секунд он сверлил взглядом Адару... И громко рассмеялся. — Ахахаха! Нет, ну ты слышала?! Ресторан! Да в твоей конуре собаки гадить не решатся, не то что нормальные люди... — Ага, а вот не людям в самый раз, — оскал джина уже начал надоедать, особенно его привычка демонстрировать все одна... две... три... а, черт, все несколько сотен острых зубов. Его раскатистый, как гром, смех вынудил Адару на мгновение растеряться. Она уже сконцентрировала достаточно энергии, чтобы вступить в драку с весьма сильным соперником, как вдруг тот отвлёкся, будто потерял весь интерес к её персоне. — Сейчас так сейчас... — басовито прогудел Ганс и резко шагнул навстречу девушке, обняв её. Для своих размеров и своего происхождения это создание двигалось достаточно быстро и ловко. И Адара даже не успела до конца выругаться из-за своей оплошности, ведь она позволила приблизиться к себе столь внезапно. Не обращая внимание на её попытки вывернуться, он нараспев произнёс какие-то слова, напоминая степного шамана в этот момент. Странница сначала решила, что он действительно начал петь, но через пару секунд она осознала. Он читает заклинание! Багровый свет вспыхнул между обнимающейся парой, тягучий, как патока, и такой густой, что ощущался кожей. Адара вцепилась пальцами в одежду драконида и уткнулась лбом в его грудь, чувствуя как её обволакивает густой осязаемый туман. Глаза слепило от света, и девушка позволила себе зажмуриться, нутром ощущая как меняется мир. В прошлое перемещение, странницу едва не стошнило: слишком уж чувствительной она была для скачков сквозь завесу миров. Но это перемещение было несколько другим, более мягким и щадящим, но всё ещё неприятным.